А монстр ли?

Ив переступил через портал и он сразу же схопнулся за спиной. Парень замер там же, куда сделал последний шаг. Его затрясло и, чтобы не уронить ребенка, он сжал его чуть крепче в руках. Все тело резко ослабело. Бледные губы задрожали и парень, трясущейся рукой закрыл глаза, пряча слезы, прижимая ребенка еще крепче к груди. Тихо всхлипнув, Ив опустился на пол и поставил малыша рядом. Закрыл лицо уже обеими руками, потому что не хотел, чтобы кроха видел его таким. — Ив, — Корн оказался рядом сразу же. Осторожно опустил Мея, но мальчик не ушел, подался к мами и своими крошечными ручками попытался обнять хотя бы ногу, которая была ближе всего к нему, не специально толкая маленького братишку, что пытался поступить точно также. Где-то за спиной юкса пристроился Лир, но уже не пытаясь обнимать, лишь касался хрупкой спины мами обеими руками. — Ив, — Корн сжал руку юкса, отводя ее от бледного, мокрого лица, открывая сведенные брови, тонкие, дрожащие губы и крепко зажмуренные глаза, из-под век которых бежали слезы. Воин осторожно поцеловал тонкие пальцы, которые тряслись у него в ладони в такт тихим всхлипам. — Посмотри на меня, — он коснулся щеки парня и приподнял лицо за подбородок. Блеклые глаза открылись, но из-за слез Ив ничего не видел. — Я знаю, что тебе тяжело. Знаю, но… Все пройдет. Ты дома, мы с тобой, — Корн обнял юкса, прижал его голову к своему плечу, поцеловал в висок, мягко поглаживая подрагивающую спину. — Мы все с тобой. Ив тихо всхлипнул вновь, сжал в ладони кулон, что висел на шее, второй рукой схватился за чужое запястье, сжимающее его голову и спрятал лицо в широкой ладони. — Это так тяжело… — прошептал он, — но… остаться там я бы тоже не смог. Было бы еще тяжелее. — Расскажешь обо всем позже, — провел по волосам юкса Корн второй рукой. — Все успеется. — С-спасибо, — заикнулся Ив, сглатывая слезы. — Корн, какого дьявола… — Вернэрир ворвался в комнату, заметив еще издалека отсутствовавшую дверь. Он начал искать командира стражи сразу же, как потух огонек жизни на его столе, означающий, что с воином что-то случилось. — Ив! — Я вернулся, — прошептал юкс, отстранившись на мгновение и, вытерев лицо рукавом, улыбнувшись королю. Корн отпустил его нехотя, но отпустил. — Ив! — уже громче воскликнул мужчина, удивляясь, но в ту же секунду широко улыбаясь юксу, хотя его и смутило, что парень плакал. — Что тут?.. А, не важно, — вздохнул король, отмахиваясь и почесал затылок, улыбаясь и умиляясь картине, что видел перед собой. — Все хорошо? — Да, — кивнул Ив и, уже полностью отстранившись от мужчины, попытался встать, но был почти сразу подхвачен на руки и усажен на предплечье. — Что ты?.. — хотел возмутиться юкс, но, взглянув любимому в глаза, замолк и просто обнял его за шею. В груди горело, казалось, что он уже отвык от этого, но нет. Он боялся, все еще, что это все не по настоящему, что это просто долгий, вечный сон, но эти чувства, что мужчина испытывал к нему, заставляли ощутить, что Ив все еще был жив. — Я оповещу всех, что ты вернулся. Все будут рады, — произнес Верн и, молча ушел. — Ив? — Корн позвал юкса, но когда тот не отозвался, мужчина прошел до диванов, что были в гостиной, но сдвинуты в сторону и, сев на один из них, усадил молодого человека на колени. Не отпуская парня из рук, помог забраться на диван двойняшкам, доползшим на четвереньках, но поднявшимся, чтобы попытаться забраться наверх, ближе к родителям. Погладил по голове Лира, что пристроился сбоку, пытаясь хотя бы пальчиком касаться мами. Корн понимал, дети боятся вновь потерять родителя и им, фактически, жизненно было необходимо быть с ним рядом. Ив, отстранившись от плеча Корна, погладил малышей по головам и погладил по щеке Лира, что находился у него за спиной. — Я так скучал по вам всем… — прошептал он. — Каждый день без вас был похож на Ад. Почти каждую ночь вы снились мне, а утром я просыпался и рядом вас не было. Извернушись, Ив подхватил Лира под мышки и перетянул себе на колени, сжал мальчика в объятиях. — Каждый день я думал о том, как мне вернуться, что сделать, чтобы это произошло быстрее. В последний момент я уже отчаялся, но… — Ив взглянул на детей, смотрящих на него в ответ и улыбнулся, — я, все же дома, — парень провел ладонью по головкам двойняшек. — Как долго меня не было? — спросил юкс, поднимая глаза на мужчину, у которого до сих пор сидел на коленях. — Семнадцать дней, — ответил ему Корн и, проведя сзади по тонкой шее, нежно сжал ее сзади, под косой. — Очень долгих семнадцать дней, — добавил печально. — Там прошло чуть больше месяца, — грустно улыбнулся Ив. — Это время и для меня было очень долгим. Мне казалось, что я сходил с ума. — У тебя получилось все, что ты хотел? — Да. Более чем, — Ив улыбнулся и вздрогнул, по коридору раздавался очень громкий топот. — В чем дело? — Кто-то бежит. Трое… Нет, больше. Намного больше. Похоже это Эли и Рина, и, кажется Ронни и все остальные, твои воины… — Ив усмехнулся и покачал головой. — Кто бы сомневался, что они не прибегут сюда сразу, как узнают. — Я с трудом от них отбивался все это время. Они постоянно норовили спросить у меня, как я и все остальное. — Тебя тоже они доставали, верно? — Ив погладил по голове Лира. — Я видел, как ты заперся в комнате. — Ронни не давал мне прохода, — надулся ребенок. — Надоел, да? — улыбнулся Ив и поцеловал сына в щеку. — Больше не будет. — Да, — Лир обхватил грудь Ива ручками. — Ты вернулся. — Да, — только и успел произнести Юкс, прежде чем в комнату ворвалась толпа. Дверь-то отсутствовала, поэтому, толкаясь, гостиную заполнила толпа. — Ив! — первым крикнул Ронни и сразу заключил в объятия поднявшегося юкса, косясь при этом на двойняшек, которых еле успел поймать Корн. Малыши норовили податься за родителем, но не учли, что диван недостаточно длинный и широкий. — Привет, ребенок, — произнес Ив, и почти сразу оказался в руках королевы, которая из-за слез не могла произнести даже слова, просто повисла на парне, сжимая его урывками, словно боясь причинить вред. — Цветочек, — загрохотал гном и хлопнул юкса по бедру своей большой ладонью. Чтобы обнять его Иву пришлось наклониться, а для других даже приподняться на носки. Юкс переходил из одних рук в другие, и, когда все отступил, он оглядел их, улыбаясь. — Рад видеть вас всех, — улыбка на его лице стала шире. — Я дома. — Мне нужен отчет, — притворно нахмурился Верн, но в следующую секунду хмурые черты его лица разгладились и мужчина стал похож на себя привычного. — Расскажешь, что произошло, но сперва… Рина! — гаркнул правитель, забыв, что девушка стояла практически рядом. — Да, ваше величество? — поморщившись, отозвалась служанка и тряхнула головой, потому что ее слегка оглушило. — Давай на кухню, пусть подготовят обед, думаю, никто не откажется, поесть и поговорить. — Будет исполнено, — присела девушка в книксене и практически вприпрыжку убежала, останавливаясь на мгновение у самых дверей, оборачиваясь, улыбаясь и кивая юксу. — Ваше величество, — усмехаясь покачал Ив головой. — Ничего не говори, — поднял ладонь мужчина, смущаясь. — Сам знаю, — усмехнулся. — Я, похоже скучал по тебе, знающему, кажется, все на свете. — Я не могу знать всего, — покачал головой Ив, разводя руками. — Но знаешь. После… Ив, — король подошел к юксу ближе, может даже чересчур близко, — нам нужно будет поговорить, — шепнул он еле слышно. — Серьезно поговорить. После. — Понимаю, — Ив прикрыл глаза. Ив действительно понимал, он чувствовал, насколько королю было тяжело говорить сейчас. Да, он вернулся, стало легче, немного, но легче, однако… С возвращением старшего юкса ничего не закончилось, все только началось и продолжилось, и будет продолжаться бесконечно долго, но, скорее всего это было не единственной проблемой, что беспокоила короля. Эли тоже была подавлена, хотя это чувство маскировалось радостью от встречи с другом. Ив вынырнул из мыслей, когда Корн подойдя, обнял его за талию. — В чем дело? — спросил он, поднимая глаза от любимого на короля, при этом взгляд у него был грозным и даже опасным. — Ни в чем, — Ив отвлек воина, сжав его руку и переведя все внимание на себя. — Потом… — прошептал он, поднявшись на носочки и, приблизившись к уху воина, поцеловал в щеку. — Все потом. — Мами, — малыши доползли до Ива и, подергав штанину, попросились на ручки. — Что случилось, крохи? — умилившись, произнес Ив. Он поднял Эшу, а Корн Мея, к сожалению, как воин, удержать двух детей одновременно Ив не мог, не позволяли размеры. Эша потянулся к лицу мами и захлопал по его щекам ладошками, улыбаясь и что-то лепеча на своем. Мэй тоже потянулся к мами, недовольно гуля и вскрикивая, потому что не мог дотянуться. Корн, придерживая ребенка, потому что тот тянулся к родителю и сдаваться не хотел, подошел ближе. Ив прикрыл глаза, позволяя и второму ребенку делать то, что он хотел, а ребенок исследовал лицо родители, словно никогда его не видел. Но оно было понятно, пусть эти дети и были юксами, даже им было достаточно недолгого времени, чтобы из памяти стерлись некоторые детали и сейчас дети пытались восстановить их и больше никогда не забыть. — Ну что? — спросил Ив, приоткрыв один глаз. — Достаточно вспомнили? Когда Ив попытался отстраниться, Мэй протестующе закричал и потянулся к нему руками. — Я здесь, — Ив вновь приблизился, вздыхая. — Никуда я не денусь. Больше никуда, — Ив прогладил малыша по голове и все же отстранился от ребенка. Пока вся компания шла по коридору, все, кто встречался по дороге к столовой, юксу кланялись, улыбались и говорили, как рады видеть и каждый раз Ив вспоминал, что было тут тогда, когда он появился впервые. Его боялись, шугались, обходили по дуге, но это изменилось. И довольно скоро, почему — было непонятно, но Ива это не так сильно и волновало, главное, что здесь, несмотря на огромное количество людей, он чувствовал себя в безопасности и он, действительно, был в безопасности. — Держите, господин, — служанка в возрасте поставила перед Ивом тарелку и, улыбнувшись, отвернулась, подошла к детям, которые сидели в детских стульчиках, специально сконструированных для малышей по памяти Ива и, переглянувшись с другой такой же служанкой, потрепала по макушке Мэя и села напротив него с небольшой миской и ложкой. Еще до того, как Ив ушел в другой мир, Трилла и Дилайла помогали Иву с детьми, когда он уставал, когда начинал сходить с ума от того, что заперт в четырех стенах, когда было просто плохо и когда он был вынужден сидеть за большим обеденным столом и не мог покормить детей сам. Они помогали по мере своих возможностей. Женщины никогда не задавали вопросов, просто делали свою работу, но даже несмотря на их молчание, Ив чувствовал, что этим престарелым дамам было в радость помочь и они искренне делали то, что делали. А за те дни, что Ива не было, они сблизились с малышами еще сильнее. — Ня! — лепетали двойняшки, показывая на женщин ручками, улыбаясь им и протягивая пальчики к тарелкам. Ив, смотря на них обеих, отложил ложку, что сжимал в пальцах и, поднявшись, подошел к нянечкам, обнял их за плечи. — Спасибо вам обеим, — прошептал, сжимая пальцы чуть крепче. — За все и за двойняшек в особенности. Не знаю, что бы я без вас делал. — Отдыхайте, господин, — проскрипела Дилайла, она была лет на десять старше своей коллеги и похлопала мягко парня по руке. — Мы тут разберемся. Нам в радость помочь. — Я знаю, — улыбнулся юкс и, еще раз обняв обеих дам, спрятавших смущение за хриплым смехом, вернулся за стол. — Итак, — Верн взял в руки приборы и поднял глаза на Ива, который уже разрезал крупный кусок мяса, — начнем сначала… Ив, что произошло на пляже, когда ты пропал? — Появился Руше… — вздохнул юкс и отложил нож, подцепляя вилкой отрезанный кусок мяса. — Я, кажется говорил о том, кто он. Да и вы все видели его, когда мы разбирали «книги учета». Он, — Ив усмехнулся, — чертов Бог юксов. С его подачи все юксы появились на этой планете и ему же они поклонялись когда-то. Он забрал меня отсюда и… — парень замолчал, оглядел всех присутствующих, не зная, продолжать ли дальше говорить. — Они все знают, — вздохнул Верн, взглядом извиняясь. — Пришлось рассказать, — Корн сжал руку Ива, которая сжалась в кулак на столе. — Надо было как-то объяснить твое исчезновение. Прости, что без твоего ведома… — Ничего, — Ив быстро переборол возмущение, вздохнул и, расслабившись, оглядел воинов, которые изначально не знали о юксе ничего. Парень обернулся на служанок, которые сидели с двойняшками. Женщины словно не замечали происходящего, но Ив прекрасно ощущал их интерес и понимал, что они прислушиваются ко всем разговорам. — Они находятся под Вето, — вклинился в разговор Ронни, также понимая заминку. — Не смогут ничего пересказать даже друг другу. Не волнуйся. — Интриганы чертовы, — покачал головой Ив, возвращая все внимание компании за столом. — Ладно. Руше был тем, из-за кого я изначально оказался тут, он же и вернул меня обратно на Землю, в мой родной город, в мое родное тело. Зачем он перенес меня сюда, вы в курсе, — Ив взглянул на воинов и оборотень кивнул. Да, они знали, им все рассказали, — обратно же… — юкс усмехнулся и, все-таки закинув в рот мясо, быстро его прожевал, — без понятия. Он упомянул мою подругу… сестру, — исправился сразу парень, — но это было все. Даже если бы я отказался, он бы все равно закинул меня обратно, у меня особо не было вариантов. Без понятия зачем именно, но, хочу надеяться, что я все же сделал все, что от меня хотели. Надеюсь на это, ибо… — Ив, отложив вилку и на эмоциях взмахнул руками, — зачем это было действительно нужно? Боюсь, даже узнать не смогу. — Эта девушка, Ева… — произнесла Эливира, — кто она? — Эта девушка, — повторил за королевой юкс, — мне как сестра, она была моей семьей и моей поддержкой многие годы. Я рассказывал, Эли. Я ради нее был готов жизнью рискнуть. — Ты вернулся ради нее? — в голосе эльфийки скользнуло недовольство. — Да, — поддерживая эмоции девушки, вторил Ив. — Я был ей нужен. Всегда был нужен. — Но ты был нужен и здесь, — королева продолжала возмущаться, хотя и не сильно, ей не хотелось злить Ива еще больше. — Эли… — Ив раздраженно выдохнул и окончательно отложил приборы. Было плохой идеей разговаривать за едой. — Ты когда-нибудь спрашивала у Богов, какая муха жалит их в за… — Ив проглотил последнюю букву, тряхнул головой, — почему им в голову ударяет то или иное их желание? Я и так знал, что был нужен здесь, но и там я был также нужен. Еве я был нужен. Не будь здесь детей и всех вас, возвращаться бы мне тоже не было смысла. Но я здесь. Я вернулся и далось мне это чертовски тяжело. Я не знаю, что там головах у Богов твориться. Пойми, я — не Бог и они не мои друзья или семья, чтобы я мог так легко об этом спросить, — Ив выдохнул и замолчал на какое-то время, быстро прожевывая новую порцию мяса, чтобы разбушевавшийся желудок не дал о себе знать. — Я вернулся из-за Евы, потому что был нужен ей. От этой девушки зависела ее семья. Я бы никогда не простил себе, если бы с ней что-то произошло, а оно могло. Без меня, она могла окончательно сойти с ума и это бы сказалось не только на ней, но и на ее муже и двух детях. Они не на много старше Лира… ее дети. Ив, вкратце рассказал о том, что случилось с Евой, когда она была ребенком, рассказал, как стружился с ней и как Ева в свое время поддерживала юкса, плюя практически на все. Плавно рассказ перешел к тому, что было в больнице. — Погоди, — остановил на мгновение рассказ Верн. — Почему ты «позвонил» не своей подруге, а… Как ты сказал? Джереми и Ричи? — Потому что Еве не стоило знать обо мне. Она бы подняла такую бучу, что все пошло бы насмарку. Мне нужно было время и звонок этим двоим дал мне его. — Кто они? — вклинился Нортон. — Ричи мой хороший друг. — А Джереми? — включился на мгновение Корн и так красноречиво взглянул на Ива, что у того мгновенно дыхание перехватило. Сколько ревности в его взгляде было. — Ты сейчас взорвешься, — тем не менее усмехнулся парень. — Он был моим женихом, — и Ив был прав. Внутри воина действительно взорвалась бомба, Ива так накрыло эмоциями, что он вздрогнул и на мгновение в висках прострелило. — Успокойся, здоровяк, — Ив хлопнул его по плечу. — Ради всего святого, успокойся, а то сейчас дети расплачутся. Это в прошлом, понятно? Они с Ричи поженились уже как много лет и со мной его ничего не связывало, кроме дружбы. Да и… уйми ревность, — прикрикнул юкс, — его тут нет. Уже не к кому ревновать, Корн. Только когда мужчина успокоился, Ив выдохнул и, покосившись на двойняшек, которые, пусть и притихли, но все равно прекрасно все чувствовали, перевел взгляд на Лира, что сидел рядом и сжимал в кулаки края своей водолазки. Оторвав детскую ладошку от вещей, Ив сжал его руку и улыбнулся ребенку. Рассказывая о том, что, будучи там, он еще и был беременный от Джереми, Ив боялся, что у Корна крышу снесет, но боялся зря. Когда воин услышал, что случилось с ребенком, он разозлился, на Марьяну и Феликса, не на юкса или Джереми и, поняв, что можно спокойно продолжить, Ив действительно продолжил рассказывать. И рассказывал все, без какой-либо утайки, комментируя каждое действие, каждый поступок, вызывая бурю эмоций у всех присутствующих. — Хочешь сказать, что все время рядом с тобой в соседнем доме жила Богиня? — удивился Неринель, когда Ив рассказывал о разговоре в парке рядом со зданием суда. — Представь мое удивление, когда я это понял, — улыбнулся юкс. — Оказалось, что старушка, которую я знал всю жизнь, к которой часто ходил за помощью и которая частенько распивала чаи с моей бабушкой Ули, была Богиня того мира. Я бы сам не поверил, если бы не видел того, что происходило в том парке у суда, — Ив усмехнулся, покачивая головой. — Я бы никогда не поверил. Но, факт остается фактом. После всего, суд вынес приговор, — выдохнул Ив и промочил горло глотком чая, — Феликсу — пожизненное, а Марьяне — тридцать лет… — Я надеюсь, — прервал юкса король, — что они не добрались до места своего заключения. — Обижаешь, — притворно выдохнул парень. — Знаешь, что я понял за время жизни в этом мире? — мужчина заинтересованно поднял глаза на друга. — Что, если тебе сделали больно, не бойся сделать больно в ответ. Молча проглатывать все — ты не обязан. И еще, что такие как они существовать на свете не должны. Мир и так помойка, без них он будет хоть немного, но чище. Я обо всем позаботился. — Тебя не поймали бы, останься ты там? — побеспокоился Урс. — Нет. Я, как бы выразиться, недостаточно «сильной» был. Калекой к тому же. Еще ребенком я потерял ногу и, полиции, что заявилась ко мне домой, я предстал в самом беспомощном виде, каком только мог. Поверь, прыгающую на одной ноге девушку, которая даже по лестнице не смогла спуститься самостоятельно и даже просто стоять без чужой поддержки не могла, никто бы не заподозрил. И к тому же, — Ив улыбнулся, — если кто-то и захочет выдать меня, кем я был, то им придется и самих себя сдать. В том мире, удивительно, правда, были перевертыши. Оборотни. Их много, но они прячутся и о них обычные люди не знают. Так что… моя тайна так и останется тайной. Навсегда. Ну, после я позаботился обо всем, что осталось. — Осталось? — У меня было небольшое состояние и имущество и сейчас все оно принадлежит им. Я переписал все это на Еву, Пола, Джереми и Ричи. Больше у меня ничего не осталось. — Мне даже интересно, — отставив в сторону чашку с чаем, произнес Верн, — насколько большое состояние у тебя было? — Ну… — Ив задумался, — деньги там и тут разные, но, если подумать, то… Около трех миллионов золотых. Если принять один золотой этого мира за тысячу долларов моего, что… — Ив пожал плечом, — примерно равноценно. — Святые небеса… — засмеялся Верн. — Как ты умудрился заработать столько денег. Это же годовой доход крупного поместья с прилегающими к нему, как минимум пятью деревнями. — Ну, тут это может и годовой доход, но эти деньги зарабатывала еще моя мать, и я почти всю свою жизнь на это убил. Зато, я точно знаю, что мои друзья и их дети будут обеспеченны до конца жизни. — Ты просто невероятный, Ив, — покачала Эливира головой. — Как ты убедил Богов, чтобы они тебя вернули? — Я попытался себя убить. — Что?! — воскликнула эльфийка. — У меня не было другого выхода, — Ив развел руками. — Это была единственная возможность. Если бы они ничего не сделали, я бы все равно не смог жить там, потому что смысл моей жизни находится именно здесь. Сейчас все уже не важно, — юкс повернулся к ребенку, который, глядя на него, широко улыбался, словно перед ним было сокровище и Ив, также улыбнувшись мальчику, притянул его к себе, усадил на колени, позволил обнять, и поцеловал в висок. — То, что мне дороже жизни, находится сейчас тут, в моих руках и сидит за моей спиной, уплетая обед за обе щеки, — юкс усмехнулся и поджал на мгновение губы, его глаза блестели от нахлынувших слез, но он смог сдержаться, потому что Лир крепко обнял его за шею и благодаря этому Ив почувствовал, что он все же жив. Несмотря ни на что, он был жив. — Мами, ты же не уйдешь? — спросил вдруг кроха Лир, но Ив не стал ему отвечать, только крепко прижал к себе мальчика и поцеловал в макушку. — Я так люблю вас, что больше никогда не покину. Надеюсь, и вы останетесь со мной долго-долго, Солнышко. И, когда-нибудь, я буду нянчить ваших детей и их детей тоже. Наша жизнь очень долгая, ребенок. — Я всегда буду с тобой, — промямлил сквозь слезы мальчик. — Больше так не пропадай, пожалуйста. — Я рядом. — Ма… — загалдели двойняшки и, громко, словно вновь вспомнили, что мами рядом, потянулись к нему, роняя крупные слезы. Нянечки вытащили малышей из стульчиков и, когда поставили на пол, дети изо всех сил, поползли к мами. Ив спустился на пол и, стоя на коленях, притянул детей к себе, обнимая всех троих, насколько позволяли его не сильно длинные и хрупкие руки. — Я люблю вас, очень сильно, — произнес Ив. — Что бы ни происходило, — зашептал он еле слышно, — помните об этом, хорошо? Он знал, что Мэй и Эша не поймут его, но Лир понимал и Ив надеялся, что он этого никогда не забудет.

***

— Как ты? — Корн осторожно сжал плечо Ива, пока тот сидел на кровати рядом с Лиром. Мальчик цеплялся за его руку и, похоже отпускать не собирался. Два его брата были рядом, но держались друг за друга, сжимая ладошки иногда так крепко, что оба вздрагивали и расслаблялись на время. — Я в порядке. Теперь в порядке, — Ив улыбался, смотря на детей. — Когда-то о подобном я мог только мечтать… — прошептал он, — но даже эта мечта разрушилась в одно мгновение. Я никогда бы не подумал, что смогу вот так сидеть рядом со своими детьми и смотреть, как они спят. Я хочу, чтобы у них было все то, чего не было никогда у меня, но сам я не справлюсь… — юкс обернулся на Корна, взглянул ему в глаза. — Спасибо, что ты рядом. — Я всегда буду, — мужчина низко наклонился и поцеловал Ива, легко и невинно, но, когда отстранился, замер в нескольких сантиметрах и, подавшись обратно, соприкоснулся с юксом лбом, вздыхая. — Я так скучал по тебе, что не хочу отпускать. — Дай мне секунду… — прошептал Ив, но не пошевелился и усмехнулся, когда даже спустя пару минут они оба не двинулись с места. — Отпусти меня ненадолго, Корн. Пожалуйста. Тяжело вздохнув, мужчина все же отстранился. Ив понимающе покачал головой, ведь досада воина была искренней и не только она, все его чувства были искренними. Парень отвернулся и, потянувшись к Лиру, прижал два пальца к его лбу. — Спи, — тихо, но властно приказал он и мальчик сразу расслабился и рука юкса отказалась на свободе. То же самое он проделал и с двойняшками. — Закончил? — нетерпеливо Корн подошел к кровати и навис над юксом, который замер, словно мышь перед кошкой. — Ив… — мужчина осторожно коснулся хрупкой шеи, повел вниз по плечу не крепко сжимая его около локтя. Не вырываясь, Ив, осторожно, опираясь на кровать, медленно поднялся и положил свою руку поверх чужой. С легкой улыбкой он поднял голову, взглянул мужчине в глаза. — Я очень скучал по тебе, — прошептал Ив, сжимая крупную ладонь. Подавшись вперед, юкс обхватил второй рукой шею мужчины и, поднявшись на носки, поцеловал. Корн же, обхватил Ива поперек груди, оторвавшись от чужих губ, чуть присев, поднял над полом, усаживая на предплечье, как делал уже несколько раз. — Что ты творишь? — тихо, но не сильно возмущаясь прошептал Ив, крепче сжимая руки, боясь рухнуть на пол. — Ну, ты же не собираешься оставаться здесь, — Корн приподняла бровь и тихо рассмеялся, когда парень, сверкая в миг покрасневшими щеками, спрятал лицо в его плече, а мужчина, придерживая юкса, направился вон из комнаты. — Рина, посиди с детьми, — обратился Корн к девушке, которая как раз шла по коридору к комнате. — Разумеется, Господин, — поклонилась служанка и хихикнув в кулак, прошла мимо. — Порой, ощущать чужие эмоции — настоящее проклятье, — пробурчал юкс Корну в плечо. — Проклятье или нет, — воин чуть подкинул Ива на руках и тот тихо взвизгнул, — но ты все равно прекрасен. — Да к черту… — брякнул Ив и не сильно, но ощутимо, укусил Корна прямо через рубашку. — Загрызу… — Вампир… — совершенно не злясь, буркнул тот и ускорился. Оставшиеся несколько метров до своих комнат он практически бежал, не обращая внимания на, сперва удивленные, затем понимающие взгляды от прислуги, что еще сновала по замку в столь позднее время. Дверь покоев громко хлопнула и за ней сразу же раздался легкий удар. Ив оказался прижат к ней спиной. Он обхватил ногами талию Корна, крепче обнял шею рукой, второй сжал короткие, но уже немного отросшие волосы на затылке мужчины и впился в губы поцелуем. — Ты меня с ума сведешь, — прошипел Корн, отстранившись на мгновение и, подхватив Ива под ягодницы, быстро направился в спальню, не прерывая поцелуй, который становился только более страстным с каждой секундой. Ив прикусил чужую губу и, отпустив, упал на кровать, внимательно смотря в глаза Корну, что навис сверху, удерживая себя на руках. Он осматривал парня так внимательно, словно видел в первый раз, внутри Ива горело с каждым мгновением все сильнее и сильнее, настолько, что становилось невыносимо и он тихо простонал, прикрывая глаза, схватившись за кофту на груди и сжав ее в кулак, но, в следующее мгновение, ощутив беспокойство, он быстро приподнялся на руке и вновь впился в губы воина, передавая через поцелуй и сплетенные языки все эмоции, что испытывал сейчас сам, что давал ему воин, делясь ими. — Ив… — простонал Корн, когда парень отстранился, удерживаясь себя на одном локте. То, как выглядел Корн, казалось, навсегда отпечатается в памяти юкса. Раскрасневшийся, со страстью в глазах, взъерошенный и такой красивый. — Я люблю тебя, — вдруг сказал Ив. — Я не успел сказать этого раньше. Я люблю тебя. Я понял, насколько сильно, только когда оказался далеко, не зная, смогу ли увидеть вновь, — парень горько усмехнулся и оказался в крепких объятиях. — Я тоже люблю тебя, Ив, — прошептал юксу в ухо Корн целуя в шею и почти сразу прикусывая кожу, оставляя яркий след от зубов. — И ты еще меня называешь вампиром… — не злясь, прохрипел от возбуждения Ив. Корн же на это только усмехнулся и, потянувшись к краям кофты Ива, дернул ее вверх, полностью снимая. — Сегодня без крыльев и всего остального? — Корн навис над Ивом, упав на локти, расставленные около чужой головы. — А что? Присутствие у меня контроля унижает твое эго? — Немного, — качнул головой воин, усмехаясь абсурдности их разговора. — Не волнуйся, мой контроль уже летит к чертям… — Ив обхватил шею мужчины руками и притянул к себе, вновь целуя, сразу проникая языком в чужой рот. Пока юкс был занят, Корн ухватился за пояс штанов и, оторвавшись от соблазнительных губ, стянул штаны вместе с бельем и откинул в сторону, удерживая обе ноги юкса за лодыжки на своем плече. Глядя Иву в глаза, он повернул голову и сжал зубами кожу на бледной икре, рядом с крупным шрамом, оставляя новый след. Ив вздрогнул и приподнялся на руках, дернул ногами и тогда Корн их отпустил, а Ив, встал на колени перед мужчиной и, ухватившись за рубашку, просто дернул ее в стороны, пуговицы разлетелись в разные стороны, часть упала на постель, а другая застучала по полу. — Не стоит надевать рубашки, когда ты со мной… — прошипел Ив, совершенно не сожалея о том, что сделал. Коснувшись мягкой кожи, Ив ощутил, как напряглись чужие мышцы под пальцами и, приблизившись, он коснулся торса Корна носом, вдыхая его запах, повел рукам по бокам, обхватывая талию, царапнул ногтями спину, коснулся губами, оставляя легкий поцелуй и, подняв глаза, не прерывая зрительного контакта, чуть приподнялся, и укусил. Его зубы были гораздо острее, поэтому, Корн вздрогнул, но не произнес ни звука, когда кожа лопнула под натиском зубов и из укуса проступила кровь. Ив же, прижал к коже язык и повел по тонкой дорожке крови, что побежала из раны, слизывая ее. Прижал язык к укусу. Он ощущал, что Корну было больно, но также ощущал, что эта боль одновременно только сильнее распаляла воина, поэтому не боялся. Юркие ладони быстро переместились со спины на пах мужчины, вторую руку, Ив прижал к своему и Корн ощутил покалывания на коже, как тогда, в первый раз. На висках Ива проступили магические пятна и юкс, облизывая измазанные кровью губы, отстранился. — Не забывай, — прошептал он, — я все еще не готов к новым детям. — Знаю, — Корн схватил юкса за затылок и впился в губы, на которых все еще оставалась его кровь. Этот поцелуй осел у обоих привкусом металла на языке, но от этого он не стал хуже, только острее и горячее. Ив уперся руками воину в грудь, прижимаясь к ней телом и, Корн не отпускал его головы, но вторая рука, что была свободна, прошлась по позвоночнику, заставила юкса прогнуться в спине чуть сильнее, при этом выставить попу. Пальцы мужчины задержались на чужой пояснице, провели по ямочкам, надавливая на проступающие позвонки и спустились ниже, раздвигая ягодицы. Ив вздрогнул всем телом и громко простонал, когда Корн ввел в него палец. За хрупкой спиной распахнулись черные крылья, юкс царапнул грудь Корна когтями, оставляя алые следы, хвост ударил воина по руке и после туго обвил предплечье. — Наконец-от… — прошептал Корн, на секунду отвлекшись от губ Ива и взглянув ему в раскрасневшееся лицо с мутными от возбуждения глазами. Юкс поджимал губы, его черные ушки прижались к голове и выглядел при этом он так мило, что у Корна все внутри сжалось. Он прижал к себе парня чуть сильнее и, вновь целуя, просунул второй палец, двигая ими и раздвигая податливые стенки. От каждого движения раздавались хлюпающие звуки, Ив истекал смазкой и никак не мог это контролировать, она уже бежала по бедрам. — Ты течешь… — Заткнись, — буркнул юкс и громко простонал, сразу пытаясь заглушить стон укусом, задрожал, а Корн ощутил влагу на своих ногах. — Ив… — Заткнись, — еле расцепив зубы, прошипел юкс и собрал кровь языком, что потекла из укуса. Корн только усмехнулся и, отпустив, наконец, затылок Ива, толкнул того в грудь, от чего юкс повалился на кровать. Тяжело дыша, мутным после оргазма взглядом, Ив наблюдал за тем, как Корн быстро снимает штаны и в который раз поразился величине члена, что уже стоял колом и истекал предэякулятом. Корн был прекрасен. — Ты прекрасен… — прошептал парень, подмечая каждую напряженную мышцу на торсе мужчины, каждую вздувшуюся венку на чужом паху. — Ты все равно лучше, — ответил на комплимент мужчина и, подхватив Ива под бедра, подтянул к себе ближе и вновь приставил пальцы к сжимающемуся анусу, ввел сразу три, от чего юкс прогнулся в спине и тихо простонал, сжимая руками простынь над своей головой. — Оставь это… — прошептал он. — Войди уже. — Тебе будет больно, — воспротивился мужчина. — Я тебя порву. — Все хорошо, — замотал головой юкс. — Прошлый же раз не порвал. — Ты напрашиваешься, засранец, — прорычал Корн и, крепко ухватив Ива за бедро, приставил член к анусу любимого. — Не вини потом меня. — Не буду, — усмехнулся Ив и закусил губу, жмурясь, когда Корн начал осторожно проталкиваться внутрь, сдерживаясь из последних сил, боясь причинить боль. Как и в прошлый раз, все неприятные ощущения смывались под натиском чужих эмоций и, почти сразу Ив переставал ощущать дискомфорт, потому что в его груди безжалостно горело, а само тело пылало от желания, как его самого, так и чужого. Когда бедра Корна и Ива соприкоснулись, юкса выгнуло дугой, затрещала простынь, что он сжимал в руках и парень вновь кончил себе на живот, попадая брызгами спермы даже на грудь. — Ты не был таким чувствительным раньше, — усмехнулся пораженно Корн и, потянувшись к впалому животу парня, размазал сперму пальцем, слегка надавливая. От этого движения глаза Ива резко распахнулись, а на лице проступила паника, смешанная с удовольствием. — Не дави! — воскликнул он, но Корн его не слушал, потому что завороженно смотрел на плоский живот юкса, как на нем, через кожу проступает его собственный член. Он провел большим пальцем по животу еще раз, надавливая там, где была видна головка и Ива вновь выгнуло от этого движения, от чего очертания члена Корна оказались еще заметнее. — Корн! — простонал Ив, но внимания от воина так и не дождался. — Пожалуйста, не надо. Корн слабо толкнулся внутрь, словно на пробу, все еще надавливая на чужой живот, ощущая и видя каждое свое движение внутри юкса. Ива же, даже от этого слабого толчка тряхнуло так, словно его ударили током. Он простонал, но попытался скрыть это, прижав руку ко рту. — Корн… — прошептал он сквозь пальцы, хватая мужское запястье, но сил отодвинуть руку у него не было совершенно, внутри было так заполнено, что кроме как на ощущения сил не осталось. — Кажется ты схуднул, Ив, — облизнув губы, поднял глаза мужчина на лицо любимого, не глядя проводя рукой по, уже не плоскому, животу. — Нет, просто… — у Ива пылало не только лицо, но и плечи, даже грудь покраснела от смущения. — Это ты… — договорить ему не дали. Корн схватил бедра парня, сжимая так, что побелели пальцы, а на бедрах потом проступят следы от его рук и, приподняв еще немного, настолько, что Ив, и без того опирающийся на кровать лишь спиной, поднялся на лопатки, толкнулся внутрь с такой силой, что у юкса посыпались из глаз искры. — Подожди… — прошептал юкс, но больше не смог сказать ни слова. Корн вбивался внутрь с такой силой, что у Ива не оставалось даже момента, чтобы о чем-то подумать. Из горла доносились только стоны, глаза закатывались от удовольствия. Воин в какой-то момент остановился и, резко перевернув юкса на живот, поставил его на колени, обхватил поперек груди и поднял, прижимая к себе. — Удивительно, что твои крылья совсем не мешают… — между толчками, произнес Корн, слегка надавливая на живот Ива, прикусывая кожу на шее. — Хва… — парень глотнул воздуха, — хватит… — прошептал он умоляюще, сжимая руку Корна, что была на его груди и пошевелил опущенными вниз крыльями, стелящимися по кровати, с одной стороны даже свисающими на пол. — Уверен, что мне стоит прекратить? — толкнулся Корн вновь, чувствуя под рукой на животе, как движется внутри. В этот момент Ив зажмурился и с громким стоном кончил в третий раз, впиваясь Корну в руку когтями, хвостом сдавливая чужое бедро. Парень без сил обмяк и повис в руках мужчины, но Корн все равно продолжал толкаться внутрь, пока не кончил с громким рыком. — Ты же не думаешь, что на этом я остановлюсь? — на ухо юксу прошептал он. — Я бы разочаровался, если бы остановился, — усмехнувшись, прошептал Ив и невесомо поцеловал Корна, куда дотянулся. Куда-то в колючий подбородок.

***

Ив был совершенно без сил. В какой момент он просто потерял сознание, он так и не понял, проснулся непонятно по какой причине посреди ночи. Из не задернутого окна светила полная луна. Юкс мельком осмотрел себя, осознавая, что он чистый, даже еле заметно пах мылом, хотя точно помнил, как… Он залился краской от осознания, что, мало того, что он вырубился в процессе, так еще и Корн умудрился помыть его. Взглянув на мужчину, что спал рядом, причем спал так крепко, что не проснулся даже когда Ив провел по его щеке пальцами и собрал упавшие на глаза волосы, он улыбнулся. Тело было тяжелым, но при этом, сейчас это была приятная тяжесть. Он хотел вновь лечь, прижаться к Корну всем телом и вновь уснуть, но замер в ужасе. И с таким же ужасом, засевшим внутри, начал оглядывать комнату. — Какого черта ты тут забыл?! — тихо прошипел юкс, ощериваясь. Глаза Руше засветились в тени и через секунду, Бог выступил на свет. — Зачем ты здесь? Мужчина ничего не сказал, лишь прижал к губам палец, веля молчать и, даже попытавшись, после этого жеста, Ив не смог сказать и слова. Он как рыба открывал и закрывал рот, стремясь издать хоть звук, но у него не выходило и от беспомощности юкс схватился за свое горло. Его связки были целы, но эта беспомощность напомнила ему о тех годах, что он проводил в полной тишине, сидя в темных, промозглых подвалах, пропитавшихся насквозь запахом смерти. Руше поманил Ива за собой и тот, не в силах сопротивляться, как послушная марионетка медленно поднялся с кровати и босыми ногами по холодному полу последовал за Богом, которому вновь было что-то нужно. Оставался вопрос, что именно? Корн проснулся на рассвете. Солнце нещадно светило ему в глаза и первое, на что мужчина обратил внимание, что Ива не было рядом. Пульс забил в висках и липкий страх пронесся по всему телу. Постель была холодной. Ив ушел уже давно. — Корн! — юкс ворвался в комнату, громко ударяя дверью ванной по стене. Его волосы были распущены и с них ручьем текла вода. — В чем дело? — не обращая ни на что внимания, он бросился к кровати, но не успел даже присесть на ее край, как был схвачен мужчиной и сжат в объятиях. Мгновенная паника рассеялась в один миг. — Что такое? — мягко спросил он, погладив Корна по спине. Хотел по волосам, но не мог дотянуться. — Я мокрый. Корн зарылся пальцами в мокрые волосы юкса и те моментально высохли, хотя от магии парня знатно передернуло. Все же она действительно была ему крайне неприятна. — Корн, в чем дело? — Ив все еще не понимал, что происходит. — Я испугался, что ты снова исчез, — Корн поднял лицо и взглянул Иву в глаза. — Я никуда не денусь, — усмехнулся юкс и, все же отстранившись, легко поцеловал Корна в губы. — Я рядом. Все хорошо. — Да. Я знаю. — Иди умойся, а я проведаю детей, им пора проснуться, а без меня это будет затруднительно. Корн усмехнулся и с большой неохотой, но отпустил Ива, а тот поднялся, поправляя примятые вещи. — Да, — сказал воин, улыбнувшись, — без тебя они точно не очнутся. — Вот и я о чем, — Ив наклонился и поцеловал любимого в щеку. — Буду с ними. Через час нас ждут на завтрак, так что, мы подождем тебя и пойдем вместе. — Хорошо. Я скоро. — Будем ждать. Ив ушел, однако, даже несмотря на то, что тот улыбался, Корн сразу заметил, что что-то было не так, как всегда. Юкса что-то беспокоило, но, мужчина понимал, что пока Ив сам не решит все рассказать, из него и слова не вытянуть. Непонятно, откуда взялась такая уверенность, но мужчина действительно знал, что так и было. Его тоже одолевало беспокойство и скрыть его также легко как юкс, он не мог. Все же это было выше его сил. Вздохнув и потрепав себя по затылку, он все же поднялся с постели и быстрым шагом направился в ванную. Пар еще не успел рассеяться, после того, как Ив покинул ее и вода в бассейне еще была горячей и не успела остыть. Не долго думая, Корн нырнул в воду, смывая остатки сна. Оказавшись на поверхности, он присел на специальные сиденья, оставаясь по пояс в воде. Разумом воин понимал, что Ив рядом, но беспокойство его не оставляло. С того самого дня, как Ив пропал, Корн не мог собраться с мыслями. Только дети и то, что они нуждались во взрослом, способным сказать, что все хорошо, который позволил бы им почувствовать, что действительно все хорошо, он держался. Но даже так, с каждым днем было все сложнее. Каждый день он убеждал себя подождать, но с было все труднее. Спустя четыре дня, Корн, который, как и Ив, не верящий в богов, стал молиться им, каждый день, чтобы они помогли юксу вернуться. Но, чем больше времени проходило, тем сложнее было. На исходе десятого дня, он почувствовал, что готов сдаться, он даже не мог заставить себя побыть с детьми, потому что, каждый раз, когда он видел их, он видел в них Ива, вспоминал, как тот держал их на руках, как улыбался, смотря на них и как его лицо преображалось, когда сам Корн, спустя долгое время взял двойняшек на руки и как обнял Лира, который с нетерпением ждал его возвращения из похода. Лир, пусть и был ребенком, понимал все, что происходило и, когда Корн не пришел второй день, мальчик нашел его сам. — Пап, — позвал мужчину ребенок, осторожно открывая дверь кабинета и просовывая в щелку голову, кажущуюся лысой из-за отростков, которые заменяли ему волосы. — Лир? — Корн удивился, и быстро вытер глаза, которые уже покраснели от того, что мужчине приходилось сдерживать слезы из раза в раз, как его мысли возвращались к юксу. — Что-то случилось? Мальчик не стал отвечать ему, он просто зашел, прикрыл за собой дверь и, обойдя стол, приблизился к взрослому, что развернулся к нему на стуле, которой для него лично придумал Ив, или же просто взял идею из своего прошлого мира. От мысли, что Ив поменял даже такую незначительную деталь, как стул в его кабинете, у мужчины вновь навернулись слезы и он попытался спрятать их за руками, низко склоняясь. — Папа, — ребенок осторожно, словно боясь когтями поранить, сжал руки воина и, когда тот отвел их от лица, Лир просто обнял чужую шею, сжимая на спине мужчины рубашку. — Мами вернется. Нужно просто потерпеть. Он никогда не бросит нас. Он обещал. — Я знаю, малыш. Он обещал, но… — Он жив! — воскликнул вдруг мальчик, резко отстраняясь, но при этом сжимая чужие плечи так сильно, что Корну стало больно и, почувствовав это, Лир ослабил хватку, но не отпустил. — Я чувствую, что он жив! Поэтому я хочу верить, что он найдет способ. Он вернется. Он обещал! Он никогда не нарушал обещаний. Пока он жив, я… — мальчик шмыгнул носом и вытер глаза, наполнившиеся слезами, — я буду верить, что он вернется. И, пожалуйста, — Лир сжал руки Корна своими крошечными, в сравнении с большими мужскими руками, ладошками, — пожалуйста, папа… — он вновь шмыгнул носом и быстро заморгал, пытаясь сдержать слезы, но, даже так, его голос задрожал, — пожалуйста, не сдавайся и… не бросай нас… — не выдержав напряжения, малыш вновь шмыгнул носом и зажмурился, закусывая губу, вздрагивая с каждым коротким вдохом. Он плакал бесшумно, как привык делать это в темнице, но от этого не менее горько. Корн вырвал руки и, обхватив маленькое тело мальчика, поднял его себе на колени, обнимая крепко, пряча детское личико в своем плече. — Я так не хотел беспокоить вас своими эмоциями, что совсем забыл, что вы чувствуйте то же самое, что и я. Прости, сынок, — Корн поцеловал ребенка в висок, — прости. Я так погряз сам в себе… Мне жаль. — Что… — малыш отстранился, вытирая лицо рукавом, — что значит «погряз»? Корн тихо засмеялся и, вновь поцеловав ребенка, только уже в щеку, не спуская с рук, поднялся. — Пойдем к твоим братьям. — Надо идти… — прошептал сам себе Корн, открывая глаза, глядя в потолок ванной и поднялся, вышел из бассейна. Мужчина завис перед шкафом, оглядывая ряды различных рубашек на пуговицах, к которым он за всю жизнь привык и, с усмешкой, достал ту, что была на завязках у горловины. Он не рассчитывал на повторение того, что было ночью, но, судя по тому, что уже второй раз от его рубашек остаются лоскуты и пуговицы потом валяются по всей спальне, от привычных рубашек стоило избавляться, а то, еще немного, и у него вообще ничего не останется из одежды. Взглянув на себя в зеркало, он вновь усмехнулся над своим видом, широкий ворот не скрывал следов от зубов, которые Ив оставил на теле, но, даже если бы хотел, Корн прятать бы их не стал. Дверь в комнату Ива все еще не установили, но уже идя по коридору, он слышал голоса детей. Как они лепетали что-то на своем, детском, языке, рассказывая что-то Иву, который, кажется, отвечал иногда совсем невпопад. Мужчина застыл в дверях. Юкс сидел на полу, опираясь спиной на диван. Эша стоял возле него, цепляясь за плечо, а Мэй скакал на животе, удерживаемый подмышками обеими руками. Лир же сидел напротив и, как щенок, вилял сплетенными в спиральку хвостами, стучал ими по полу, посмеиваясь, щурясь от удовольствия. Не отворачиваясь от ребенка, Ив лишь перевел глаза на мужчину и скромно улыбнулся. — Папа! — воскликнул Лир и, буквально подлетев, впечатался в мужчину, приподнявшись на носочки и обхватив бедра руками, хвост ребенка при этом гулял в разные стороны. Ну точно как у щенка. — Доброе утро, — улыбнулся он и, подхватив мальчика, усадил его на предплечье, хвостом Лир обнял талию отца, улыбаясь мужчине так широко и открыто, что Ив, глядя на это, не смог сдержать сперва удивления, затем умиления. К тому же эмоции, которые испытывали оба, были такими кристально чистыми, что на душе у юкса стало спокойно. С улыбкой, Корн подошел к Иву, что даже не думал пошевелиться и, присев на корточки, поцеловал. — Доброе утро. — Здоровались же уже, — смутился Ив, покрываясь румянцем. — Я всегда готов с тобой здороваться, неважно сколько раз за день, — он вновь поцеловал любимого, усмехаясь, ведь кончики острых ушей слегка покраснели вслед за щеками. — Если ты будешь делать такое лицо всегда, я не остановлюсь. — Заткнись… — Ив чуть подбросил Мэя, который уже тянулся к Корну, чтобы поздороваться. — Да, да, — засмеялся воин, — и тебе доброе утро, кроха, — Корн, легко обхватив маленькую головку мальчика, поцеловал его в висок. — И тебе, — чмокнул он в макушку Эшу, а тот, словно засмущавшись, прижал раскрытые ладошки ко рту, тихо смеясь и улыбаясь. — Простите, — Рина тихо постучала в косяк. Ей не хотелось рушить идиллию, которую она видела перед глазами, но иначе она не могла. — Завтрак подан. — Идем, — на секунду обернулся Корн и, поставив Лира на ноги, головой показал ему на Эшу. Мальчик сразу понял, что от него требовалось и, обогнув отца, поднял братца на руки. Сам Корн же забрал Мэя из рук Ива и, поднявшись, протянул руку юксу. Взглянув на ладонь, тот поднял взгляд на воина и, усмехнувшись, ухватился за «руку помощи», понялся. — Сможешь донести? — провел Ив по голове Лира, который не прекращал вилять хвостами, наслаждаясь ситуацией. — Смогу, — шире улыбнулся ребенок и подкинул братика на руках, подхватывая того удобнее. Ив не стал возражать и забирать малыша из рук старшего сына. Он прекрасно чувствовал, что и самому Лиру потаскать на руках Эшу было в радость. — Если будет тяжело, скажи. — Ладно, — кивнул малыш. Корн обнял Ива за талию и вместе они последовали за служанкой. Она иногда оборачивалась и улыбалась, смотря на то, что видела за своей спиной. От этого и у самого Ива поднималось настроение, но, даже несмотря на это, внутри что-то скребло, словно что-то было не так и он понял, что именно чуть позже. Когда они вошли в столовую, Ив сразу заметил несостыковки. Одного человека за столом не хватало. — Верн, — обратился юкс к королю, подходя к своему месту, он при этом внимательно наблюдал, как две нянечки, с улыбками забирали двойняшек из рук Лира и Корна, как одна из них гладит старшего мальчика по голове, по тем отросткам, которые были у него вместо волос и при этом совершенно не испытывая никакого отвращения к ребенку. — Что такое? — спросил король, когда Ив не продолжил фразу, на секунду увлекшись наблюдением за своими детьми. — Где Ронни? — Ив сел, но сразу вздрогнул, когда настрой мужчины резко изменился. И не только его, но и Эливиры. Они переглянулись. — Что случилось? — Верн прикрыл глаза, внешне он выглядел как обычно, но внутри его содрогало от беспокойства и страха. — Где он? Он в порядке? Он болен? — эмоции были непонятны, но, у Ива сложилось ощущение, что частично он был прав. Но только частично, на каждый вопрос эмоции менялись, но не сильно, понять точно, «да» или «нет», юкс не мог. — Что с ним? — Он спит, — Верн крепче сжал вилку и Ив это прекрасно заметил, король тоже заметил, что Ив все увидел и понял. — Верн! — Ив стукнул кулаком по столу после этого протягивая руку Лиру, касаясь его плеча. Сын тоже забеспокоился, потому что точно также ощущал эмоции мужчины и эльфийки. — Я хотел отложить этот разговор… — прошептал Верн. — Думал поговорить после еды. — Как можно есть, если я знаю, что с Ронни что-то случилось? Эливира! — почти кричал юкс. — Ив, успокойся… — она была взволнована, крепко сжимала платье на своих коленях. — Ронни… — она вздохнула и низко опустила голову. — Давайте отложим завтрак, — Верн обратился к слуге, который стоя у него за спиной. — Пройдемте в кабинет, там поговорим. — Мами, — Лир схватил Ива за рукав, заглянул в лицо, спрашивая позволения присоединиться и Ив позволил, на мгновение прикрыв глаза. Мальчик сразу подскочил и, обхватив талию Ива, обернулся на нянечек, которые только рукой махнули, мол, позаботятся о крохах, пока старшие заняты, пошел рядом с мами. Верн не одобрял этого, но и сказать ничего против не мог. Видя, как Ив решительно настроен разобраться, он не мог сказать «нет», да и, он знал, как важен был его младший брат и для Ива и для Лира, который, хотя они и не были родственниками, называл Ронни исключительно «братец». — Что происходит? — настойчиво произнес Ив, когда все вошли в кабинет и Верн, щелчком пальцев окружил их барьером. — Корн, ты что-то знаешь? — Ив взглянул на любимого, но понял, что тот тоже не сильно понимает, что происходит, но и его одолевает беспокойство, в конце концов, Ронни рос на его глазах и для Корна этот мальчик также важен. Верн молчал. Он сидел за своим столом и крепко сжимал кулаки, залипнув взглядом куда-то в стену. — Верн? — поторопил друга воин. — Знаю! — крикнул кроль, показывая эмоции, но сразу же скрывая их, но тело выдавало нервным постукиванием пальцев по столу. — Позволь я начну, дорогой, — взяла слово Эливира, — собирайся пока с мыслями. В общем, — вздохнула эльфийка, — почему Ронни отсутствовал на завтраке… Нет, — резко сказала она, — начну с другого, — она тряхнула головой. — Я знаю, что ты, — Эливира посмотрела на Ива, — изучал историю, но об этом не написано в книгах. То, что я расскажу, должно остаться только между нами. Это секрет, который королевская семья оберегала многие годы с самого образования королевства и начала правления королевского рода. Я и сама узнала обо всем только после свадьбы, сами, думаю, понимаете почему. Так что… — эльфийка вновь вздохнула. — Думаю, вы и так знаете, что трон наследуется по крови, не имеющий даже ее капли, не имеет права наследовать титул. Потому что, в роду Вернэрира течет кровь богов основателей мира. В роду, редко, но встречаются силы, которые никто не может объяснить и они настолько сильны, что их использование несет вред человеку, что их использует. — В нашем роду, последний раз силы проявлялись пять поколений назад, — сказал Верн, когда его жена замолчала, думая, как правильно стоило бы сформулировать следующую фразу. — Мы думали, что кровь богов в наших венах давно разбавилась и утратила силу, но способности проявились у Ронни, еще давно. Я… — Верн потер лицо, словно пытался стереть с него эмоции, — я бы хотел никогда больше не слышать и не знать об этих силах… Был бы рад забыть о них, но не могу. Во всех дневниках, что сохранились у нас самого основания королевства было сказано, что чаще всего силы проявляли себя всего два раза в жизни. В первый раз, при их дебюте, а второй… — лицо Вернэрира побледнело, — перед смертью. — В чем смысл этих сил? — задал вопрос Корн и сжал руку Ива, который стал бледнее мела. — Они ускоряют ход событий, не влияя при этом на ход времени. Те, кто используют силы, чувствуют, когда это необходимо и практически никак повлиять на проявление не могут, — Верн поднял руку, когда увидел, как Ив открыл рот, собираясь что-то сказать и юкс сразу замолчал, подчиняясь. — Первый раз его силы проявились когда он был ребенком. Это время было для нас двоих очень тяжелым. — Какие события он ускорил? — спросил Корн, догадываясь что ему ответят, поднимая Лира на колени. Мальчик не отпуска руки мами, но и к отцу ему хотелось быть ближе. — Смерть родителей, и мою коронацию, — Корн был прав. — Ронни до сих пор чувствует вину за все это. Но это не его вина и никогда не была, я говорил ему об этом тысячу раз. Перед побегом Ронни, мы поссорились именно из-за этих сил. Его тянуло куда-то и силы начинали бурлить внутри, принося боль, но я настаивал на том, чтобы он ничего не делал, хотя и видел, что ему плохо. Он сбежал. А я даже последовать за ним не мог, — Верн спрятал лицо за руками, поставив локти на стол, — потому что, это был второй раз, когда его силы вышли из-под контроля. В прошлом второй раз означал приближающуюся смерть обладателя божественной крови и, когда я увидел его живым… — мужчина показал глаза, закрывая при этом рот, выдыхая сквозь пальцы и сразу убирая ладони, складывая их на столе, — я был так рад, что он вернулся живым, хоть и притащил за собой опасных монстров, — взглядом он попросил у Ива и Лира прощения, но юксы чувствовали, что сказано это было не со зла. — Но, даже тогда его силы не переставали действовать и поэтому, почти сразу, несмотря ни на что, я поверил тебе, — Верн встретился с Ивом взглядом, — и поэтому мы так быстро сдружились и я начал доверять тебе. И… скорее всего… — Корн так быстро влюбился… — прошептал Ив, отворачиваясь, осознавая масштабы сил Ронни, этого простодушного мальчишки. — И я сам… Боже, — Ив покачал головой, сжимая рукой колющий от мыслей висок. — И поэтому, так быстро изменилось мнение людей, живущих в замке, — продолжила Эливира. — Он так и не прекратил использовать эти силы, верно? — уточнил юкс, вновь поворачиваясь к королю. — Да. До сих пор. — Это же… Почти семь месяцев, Верн! — Ив подскочил на ноги, выпуская ладошку Лира. — Это же чертовски долго! Как ты позволил?! — юкс вцепился руками себе в волосы. — А ты думаешь я знал?! — так же как юкс, закричал мужчина, ударяя кулаком по столу. — Воздействие скрыто и все воспринимается как должное, я понял это все сам буквально перед тем как ты пропал. Задумался над происходящим и понял, что события идут слишком быстро. Только тогда понял, а потом ты исчез и, как бы я ни просил Ронни перестать, он отказывался. Я даже не знаю, как выглядит сейчас мой брат, потому что этот поганец каждый день накладывал на себя иллюзии и до сих пор накладывает. А он уже в таком возрасте маг далеко не слабый, если не сильнее меня. — Господи… — Ив просто упал на диван, рядом с Корном, сжимая свои волосы у корней. — Это же опасно… Силы Богов. Черт! Ив вздрогнул и резко поднял лицо на дверь. В нее почти сразу постучали. — Брат, чего вы тут засели? — Ронни вошел в кабинет, закрывая за собой дверь. — Думал вы еще завтракаете, а оказалось, что вы тут… Что происходит? — спросил парень, оглядывая всех присутствовавших и понимая, что на кабинете стоит звуковой барьер. — Брат? — Ронни, — Ив поднялся и, буквально в пару скачков преодолев расстояние до подростка, сжал его в объятиях. — Дурачок… — юкс ощутил магию на парне и сжал чуть крепче. — Я тоже такой дурак… — сейчас он ощутил боль, которая скрывалась глубоко внутри мальчишки. — Как же не заметил за столько времени… Ронни, — Ив отстранился и провел по щеке подростка. — Ты знаешь… — не спрашивая, утверждая, прошептал мальчишка, грустно улыбнувшись и щелкнул пальцами, сбрасывая иллюзию с себя. Юкса, как и всех присутствовавших, пробил озноб, заставив зашевелиться на затылке волосы. Некогда, пышущий здоровьем подросток, стал похож на иссушенную версию себя самого. Розовые, еще по детски пухлые щеки запали, кожа была землистого цвета, тонкой, как бумага, через нее местами просвечивали сосуды, под глазами залегли огромные тени, а сами глаза потускнели настолько, что практически утратили жизненный свет. Пшеничные волосы побледнели, стали такого же цвета, как и кожа, а в челке виднелась огромная седая прядь. — Ребенок… — проглатывая слезы, что сразу покатились по щекам, прошептал Ив, осторожно касаясь седой пряди, пропуская ее сквозь пальцы. — Зачем?.. — Я не мог иначе, — сорвавшимся голосом, произнес парень. — Я хотел… Но не мог, — глядя на слезы Ива, на дрожащие губы, он и сам расплакался, сжал кулаки, закачал головой. — Я хотел. Но… — он всхлипнул и, закрыл лицо рукой и Ив вновь обнял подростка. — Прости… — Нет, — зашептал юкс и подхватив ослабевшего принца под локоть, довел его до дивана, усадил рядом с Корном, сам же сел на столик, не отпуская рук, что были скорее костями, обтянутыми кожей. Эливира пристроилась с боку от Ронни, обняла его за плечи, тихо плача, оглядывая некогда полное жизни лицо. — Это я должен просить прощения. Ты так страдал все это время, а я… — Нет, — Ронни закачал головой. — Ты не мог знать и не должен был. Я хотел прекратить, когда убедился, что здесь ты чувствовал себя в безопасности и к тебе стали относиться так, как ты того заслуживал всегда, но потом ты пропал. И я не смог. Я надеялся, — мальчишка сглотнул и вытер непослушной рукой слезы, что сбежали по щекам на шею, — что смогу ускорить твое возвращение или… Если бы не вышло, помог бы всем нам примириться с твоим отсутствием… Я не мог иначе. Ив сжал руку мальчика и, поднеся к губам, легко коснулся пальцев, а потом прижался к ним лбом. — Братец… — всхлипнул Лир и слез с колен Корна, который гладил парня по спине, пристроился у Ронни между ног, обнял за талию. — Прости нас. — Не надо, — закачал головой Ронни, гладя кроху Лира по голове и сам, наклоняя свою в сторону, прижался к руке брата, что лежала у него на плече. Верн стоял за спинкой дивана, опираясь на нее, кусая губы. — Даже такой ценой, оно того стоило… — Спасибо… — прошептал Ив и поднял лицо, заглянул в потухшие глаза мальчишки, вновь оглядывая то, на что он стал похож. — Спасибо тебе за эту жертву. Я… — Ив выпрямился и на мгновение замолк, — мы с тобой так похожи… — прошептал вдруг он и закрыл глаза. — Я не хотел этого показывать и рассказывать, но, — Ив вздохнул, — я могу помочь тебе. Пусть и не так, как ты помог мне и моим детям, но, кое-что я могу сделать. Ив, не отпуская руку подростка, опустил лицо. — Сегодня ночью ко мне приходил Руше. — Что?! — воскликнули все. — Да. Он приходил и рассказал мне оставшуюся часть истории о юксах, о которой, как он сказал, мне было рано знать. Думаю, каждый из вас видел, как он выглядит… — Ив ощутил, как в душе все с ним согласились и продолжил, — и, каждый из вас думал о том, почему он так похож на меня. Ив медленно поднял лицо, но его глаза оставались закрыты, а когда он их открыл, вместо белой радужки, за которой почти не было видно зрачка, сверкали и переливались два сапфира. Ярко синих, с мелкими фиолетовыми вкраплениями, такими яркими, что, казалось, они светились. — Это не он похож на меня, а я на него… Как и в тебе, — Ив потянулся к щеке Ронни и нежно провел по ней кончиками пальцев, — во мне течет его кровь. Я узнал об этом сегодня ночью. И так было всегда. Я — потомок самого первого юкса, появившегося на этой земле. Поэтому крылатых так мало, точнее… — Ив моргнул, — всего одна ветвь, один единственный род. Мой род и… — Ив приподнял руку, раскрыв, легко повел головой. За его спиной раскрылись крылья, вылезли уши и хвост. На кисточках мерцали сине-фиолетовые огоньки, с кончиков когтей, по пальцам побежали искры и над ладонью заклубился небольшой шар чистой, темной, но яркой силы. — Я говорил вам, что мы слабы, что крылатые не такие быстрые, сильные, и регенерация у нас медленней, чем у других, и это только потому, что все эти недостатки компенсированы силой Бога, что течет в нас, — Ив резко сжал ладонь и пульсар, растворился синей дымкой, просочившейся между пальцев. — Эти силы опасны и, как твои, — юкс взглянул на парня, — они влияют на меня. Но… Я хочу отплатить тебе за все, что ты сделал для меня и моих детей. Ив, не обращая внимания на протесты и то, как пытался Ронни вырвать руку, провел когтями по руке подростка, не царапая до крови, но оставляя яркие красные полосы и, крепко сжав ладонь, улыбнулся. Ронни затрясло от чужеродной магии, но при этом тело парня начало меняться. Вернулся румянец, вернулись те самые детские щеки, за которые так любил мальчику теребить Ив, зля подростка. Глаза вновь напитались светом, став даже ярче неба за окном. Даже волосам вернулся их прежний цвет. — К сожалению, с этим я сделать ничего не в состоянии, — взглянул юкс на седую прядь, что стала не так заметна, но все равно осталась видна. — Это останется с тобой на всю жизнь. Ив прижал рукав черной кофты к губам, смазывая кровь, что потекла сама собой из носа. — Вот и все, — он отпустил парня и, прикрыв на мгновение глаза, вновь открыл их привычными для всех, мутными, белыми, но от этого не менее красивыми. Он улыбнулся и оперся рукой о стол, чуть наклоняясь в сторону. — Мами… — Лир обхватил его талию, прижимаясь всем телом. — У тебя кровь. — Это малая плата за то, что Ронни сделал для нас всех, — провел юкс по голове ребенка. — Я в порядке. Все же, я сильнее и жизненных сил и ресурсов у меня в разы больше, чем у человека, пусть и сильного мага, — Ив улыбнулся Ронни, который в упор смотрел на него, не отводя взгляд. — Все хорошо, ребенок, — обратился к нему юкс, — я в порядке. Но вот поесть не помешало бы, — усмехнулся он. — Да, ты прав, — произнес Верн. То, какие противоречивые чувства его одолевали, Ив ощущал прекрасно, но, не обращал на них внимания, потому что сделать с этим он все равно ничего бы не смог. Всем оставалось лишь переварить свалившуюся на голову информацию.

***

— Господин, — служанка подошла к Иву, пока тот сидел в библиотеке, обложившись старыми книгами и делая пометки в блокноте. Малыши спали у себя в комнате, Лир ушел на занятия, которые согласился проводить Неринель, все-таки он был эльфом, а их с детства мучили на занятиях по этикету, Лиру это было полезно. Иву тоже стоило бы поприсутствовать, но сейчас его занимали другие мысли и дела, которые стоило решить в ближайшее время. Корн же, вроде бы должен был быть у Верна, но точного местоположения мужчины Ив не знал. Ронни после завтрака ушел отдыхать, Эливира занялась своими делами, у королевы их было не меньше, чем у мужа. — Его величество зовет? — спросил Ив, оборачиваясь к девушке, которая мелко вздрогнула, встретившись с юксом глазами, но совладала с лицом и просто кивнула на вопрос. Она осталась одной из тех немногих, что все еще был насторожен с ним, но хотя бы девушка не боялась так сильно, как раньше. Ив поднялся из-за стола, захватил свои записи и пошел за служанкой, которая вела его к кабинету короля. Верн ждал Ива там, Корн же был рядом со своим королем, он улыбнулся юксу, когда тот вошел и, подойдя, обнял за талию, поцеловал в висок, смущая служанку. — Спасибо, Дара, — не поднимая лица от бумаг, которые разгребал, произнес король. — Свободна. Присев в книксене, служанка прикрыла за собой дверь и ушла. — Нам нужно поговорить, — сказал первым Ив и, выпутавшись из рук Корна, улыбнувшись мужчине, успокаивая его, присел на диван, кладя записи на край столика, сразу закидывая ногу на ногу и устраивая на колене руки, сцепляя пальцы в замок. — Я поэтому тебя и позвал, — Верн отложил в сторону бумаги и перо, потер переносицу, поднялся и, обойдя свой рабочий стол, пересел на другой диван, напротив Ива. Корн, как тень, встал за спиной у своего правителя, прекрасно зная, какой разговор предстоит его королю и любимому. — Что-то это мне напоминает, — усмехнулся Ив, смотря на них. — Только на этот раз я не трясусь от страха за свою жизнь и жизнь моего ребенка и не пытаюсь убедить вас в том, что не опасен, — юкс улыбнулся чуть свободней и опустил лицо, смотря на руки, что, скреплены в замок, — сейчас я хочу поговорить о будущем, а это, во всяком случае сейчас, немного меня обнадеживает. — В который раз поражаюсь тому, что, кажется, ты знаешь все на свете, — покачал головой Верн. — Повторюсь, — Ив чуть наклонил голову к плечу, — я не знаю всего, во всяком случае об этом мире, но знаю я достаточно. В конце концов, сколько мне лет-то? — юкс усмехнулся, на пару мгновений развел руки, но вновь переплел пальцы на собственной коленке. — Ваше величество, — Ив перестал улыбаться и уверенно, прямо, посмотрел на короля, — как юкс, который является на данный момент единственным представителем своей расы с которым можно вести переговоры, я прошу вашей помощи. Ради всех юксов, которых удастся освободить, я прошу помощи и поддержки, — Ив на мгновение поджал губы, вздохнул, словно собирался с мыслями, — зная то, на что я способен, думаю, вы, как никто другой, понимаете какая ответственность лежит на моих плечах, не только за меня самого, моих детей, но и за других. К сожалению, самостоятельно со всеми проблемами я справиться не смогу. У меня для этого просто нет возможностей. — Я готов оказать вам поддержку во всех делах, — так же официально, понимая, насколько действительно был важен этот разговор, заговорил Вернэрир, мужчина не улыбался, и внутри у него не было ни капли смеха или баловства, которое он частенько себе позволял. Он был, действительно, собран и готов говорить серьезно. — Однако, думаю вы понимаете, что ничего в этом мире не достается просто так, — мужчина чуть улыбнулся уголком губ, не улыбаясь душой и Ив, с подобной, блеклой и не искренней улыбкой покачал головой, ощущая при этом, как негодует у мужчины за спиной Корн, хотя внешне он этого и не показал. — Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Я понимаю это и, клянусь, что окажу вам и вашему королевству посильную поддержку в любых делах, разумеется, если они не будут противоречить моим личным убеждениям. — Я рад, что мы можем договориться обо всем, — Верн слегка склонил голову в ответ на такую же опущенную макушку Ива. — Контракт подпишем позже, когда обговорим все нюансы, — Верн резко вдохнул и выдохнул, улыбаясь уже дружелюбно, как улыбался все время до этого и Ив тоже расслабился. — Теперь, поговорим менее официально и обсудим все необходимое. Ив, я не могу больше держать закрытыми ворота замка, слишком большому количеству людей нужен король и прятаться взаперти больше мы не можем. Я вынужден открыть ворота и с сегодняшнего дня в замке уже не будет так малолюдно, как было до этого. — Я это понимаю, Верн, и препятствовать… не то что не могу, не имею права. Ты и так жертвовал многим ради меня и моих детей, и жертвуешь до сих пор. Я ценю это, правда, — Ив коснулся сердца. — Единственное, о чем прошу, попридержать по мере возможности слухи обо мне и детях, о нас не должны узнать слишком быстро. Я не могу подвергать Лира такой опасности. Его отец придет за ним, Руше сам об этом сказал, а этот гад, каким бы он ни был, не ошибается и зла не желает ни мне, ни детям. Это знание единственное, в чем я могу быть уверен в отношении Руше. — Как когда-то предложил Ронни, все, кто будет вхож в замок, будут давать Вето, это, пусть и не полностью, но приостановит и задержит слухи. К сожалению, это не изменит того факта, что все «новые» разумные будут воспринимать тебя и детей как монстров. С этим я сделать ничего не смогу. — Понимаю, но, за это не переживай, — Ив качнул головой. — Я поговорю с Лиром. Будет сложно, но, я надеюсь, что с этим мы справимся. С малышами будет проще, потому что им я могу «приказать» не обращать внимания, это на время поможет. Лиру тоже мог бы, но он уже слишком взрослый и, боюсь, что он может меня возненавидеть за это. Разберусь, — тряхнул Ив головой. — Пусть с помощью сил Ронни, но практически вся прислуга в замке приняла меня и детей, значит и другие смогут, хоть для этого и понадобится гораздо больше времени и сил. То, что в замке появится много народу, которые будут ненавидеть меня и детей просто за факт нашего существования — меньшая из проблем. — Да, ты прав, — Верн кивнул. — Большая проблема заключается в других юксах. — Да. Не было новостей от группы, что дежурит на территории поместья? — Нет. Пока нет. — Это ненадолго, — выдохнул Ив. — Рано или поздно они появятся и с этим надо будет что-то делать. С юксами может справиться либо юкс, либо группа воинов, Корн знает это как никто другой. — Так и есть, — воин покачал головой, подтверждая слова любимого. — К сожалению, даже несмотря на наличие у меня силы богов, использование этой силы слишком опасно как для меня, так и для других. Поэтому на нее не имеет смысла полагаться. Однако, я и без силы богов в одиночку смогу зачистить поместье, потому что, несмотря на количество юксов, что находятся в заточении, большинство из них не так опасны, как может показаться и, — Ив поджал губы, — не многие из них согласятся покинуть поместье и жить свободно. Далеко не многие. Большинство выберут смерть и я понимаю их и не буду препятствовать, способов убеждения у меня не очень-то и много. — Но ведь будут и те, кто согласится. — Будут, — Ив был уверен, — и, именно ради них я прошу помощи. Нам нужно место, уединенное, вдали от всего мира, такое, куда не смогут проникнуть чужие, где юксы будут жить спокойно, не беспокоясь ни о чем. Будут нужны учителя, воспитатели, няньки, если будет так угодно, потому что даже несмотря на возраст, даже взрослые юксы, хотя старше меня вряд ли будут, но тут это не имеет значения, будут сравни детям во всех вещах. И мне нужны такие люди, с которыми они будут чувствовать себя спокойно и которые смогут научить их жить, а не быть животными в клетке. Психика юксов разрушена, просто раскрошена в пыль, и для ее восстановления понадобится много времени и сил. Верн на время задумался над словами Ива, что-то прикидывая в уме. — Место я знаю, в ближайшее время я позабочусь о том, чтобы там началось строительство деревни. А вот с людьми уже сложнее. Пара человек у меня есть на примете, ты с ними уже знаком, две милые дамы, что присматривают за твоими малышами, думаю, они не откажут. Я поговорю с ними позже. — Может они смогут подсказать еще людей? — Думаю, стоит рискнуть, — покивал Верн. — Ив, я вижу, как ты беспокоишься, — начал мужчина и усмехнулся, когда к Иву подошел Корн и, присев рядом, сжал его ладонь, — но, обещаю, мы разберемся со всем. В том, что подобные бесчинства уже, только боги знают, сколько лет происходят на моей территории, виноват и я в том числе. Как король, я должен знать обо всем, но я не знал. И, обещаю, мы все исправим и, когда-нибудь, юксы вновь станут отдельной расой, такой же, как и все остальные. Такие же как другие — равные. — Спасибо, — Ив склонил голову, — я благодарен от всей души за эти слова. И я верю, что когда-нибудь это действительно произойдет. После этого разговора, через день, был подписан официальный договор о сотрудничестве и разработан план деревни, который Ив лично утвердил, обговорив достаточно много деталей с Верном. Практически сразу началось строительство, но Ива туда временно не пускали, Корн взял на себя все обязанности и отмахивался от Ива, когда тот пытался хоть что-то узнать. Корн давал понять не только словами, но и чувствами, что все идет так, как планировалось и, немного, но Ива это успокаивало. Только благодаря поддержке воина он мог со спокойной душой заниматься детьми, не оглядываясь ни на что, ведь проблемы только прибавлялись. В замке стало мелькать намного больше народу, вернулась отосланная на время прислуга, вернулись воины, стража, появилось много разумных, которые до этого жили во дворце: послы других государств со своей свитой, советники и другая знать. Их лица мелькали в коридорах и далеко не все были настроены доброжелательно, и даже не все были в состоянии скрыть свои эмоции внутри и не дать им отразиться на лицах. Иву было тяжело, но не настолько, чтобы об этом можно было беспокоиться, намного тяжелее было Лиру и малышам и, если с двойняшками можно было спрятаться в покоях и не вылезать, то с Лиром было сложнее. Мальчику необходимо было учиться и, каждый раз, когда он уходил, Ив был рядом, даже просто своим присутствием он поддерживал ребенка и помогал ему справиться с давлением окружающих. Вместе с ним он присутствовал на некоторых занятиях, потому что, пусть Ив и был взрослым, многого он не знал и занятия помогали ему восполнить отсутствие знаний. — Доброе утро, — Эливира заглянула в комнату Ива, где уже прятался от советников Верн и в очередной раз, расхаживая по комнате в одну сторону и другую, рассказывал о происходящем. Последние пару недель, как эти самые советники вернулись, они давили на Верна за каждое принятое им решение в момент их отсутствия и вообще давили тем, что «как он мог отослать их всех в такой ответственный момент». — Задолбали! — кричал мужчина, уже в который раз перемывая кости старикам, что отказались покидать своих покоев, пока по коридорам разгуливает «опасное чудовище». Кто-то из советников присылал магических вестников, а кто-то ночами долбил ему в двери кабинета, надеясь, что ночью опасный зверь, как положено всем животным спит. Ив это слышал далеко не в первый раз, и только и мог, что качать головой на каждую реплику и параллельно играть с двойняшками, отвлекая их от взрывов эмоций короля. — Они не думают, что есть ночные животные?! — взмахнул он руками и уткнулся жене в плечо, пока та тихо гладила его по спине, успокаивая. Стыдно было признаться, но и она сбегала к Иву в любой возможный момент, ибо и ее подчиненные давили на нее. Особенно упорствовали вернувшиеся фрейлины, даже разумные доводы старшей фрейлины, которая не покидала замка на время присутствия Ива, никого не убеждали. И, переглядываясь с королевой, они вдвоем сбегали, но, если старшая фрейлина Рибия пряталась в своих покоях, то Эливира убегала к Иву, здраво понимая, что у него ее никто искать не будет. Женщина виновато улыбалась Иву, поглаживая тихо подвывающего мужа по спине. Ив ее понимал, да и не только ее, всех их он понимал, ему тоже было тяжело. Ему с разговорами никто не докучал, во всяком случае открыто, но о нем шептались по углам, на него смотрели с неприязнью, а некоторые мужчины, которым было позволительно носить с собой оружие, хватались за него, стоило только завидеть фигуру Ива на пути. Они не доставали его, нет, но держали так крепко, что Ив слышал как кожа скрипит на рукоятях мечей и ножей от того, как крепко их сжимали хозяева. — Ив! — резко вскинулся Верн, напугав жену, — сегодня ты нужен мне на собрании. — Зачем это? — сразу вскинулся юкс, отрывая глаза от Мэя, прыгавшего у него на коленях. — Проконтролируешь Седрика. — Твоему секретарю не нужен мой контроль, он и так справляется, — Ив покачал головой, тем не менее не сильно упорствуя, потому что уже понимал, что Верн, мало того, что не отступится, так еще и силком затянет Ива на собрание, если понадобится. — Не скажи, — широко улыбаясь воспылал мужчина энтузиазмом, — тот способ записи чисел, что ты ему показал, конечно хорош, не чета нашей, но он еще не в совершенстве владеет вычислением в столбик, которому ты его обучил в последний раз. Проконтролируешь его. — Верн… — Ив вздохнул, но спорить с мужчиной не стал. Тот и сам понимал, что Седрику никакой контроль не был нужен. Иву стоило показать всего один раз как считать, и мужчина до всего дошел самостоятельно, а решение затащить юкса на собрание была лишь попытка показать всем, что Ив не так уж и отличается от других. С Седриком у Ива отношения выстраивались довольно ровно, не сразу конечно, но все же, он эмоционально не сильно реагировал на юкса, в отличие от других. Седрик Прир был одним из первых вернувшихся в замок служащих и, он же первым столкнулся с Ивом, который, пусть и не в совершенстве, но уже достаточно знающий письменный язык, разгребал бумаги и помогал Верну справляться с работой. Вместе с Корном Ив часто засиживался в приемной и вместе, по ходу дела обучая Ива, они разгребали всю работу, которую пришлось бросить Седрику, потому что напуганный Верн в срочном порядке вывел из замка почти всех, кто в нем жил и работал. Юкс как раз сводил смету за прошедший месяц, когда дверь в приемную вдруг распахнулась и звонко ударилась о стену. Парень только и успел, что отвести от губ кружку с горячим кофе, когда увидел в проеме высокого мужчину в черном, на удивление простом, похожим на привычный классический костюм, одеянии. Ворота замка открылись только сегодня, поэтому Ив не ждал никого, спокойно работал, он не думал, что в первый же день кто-то придет. Отставив кружку на подставку и, положив бумаги на стол, он поднялся и, выйдя из-за стола, поклонился обескураженному человеку. Судя по эмоциям он не ожидал увидеть в приемной хоть кого-то и слегка опешил, замер в дверях, растерявшись. — Добрый день, — произнес Ив, распрямляясь, складывая руки на животе, — я могу вам чем-то помочь? Мужчина стушевался еще сильнее, сделал шаг назад, вглядываясь в молодого парня, что видел перед собой. Его внешность была исключительно занимательной. Черные выпущенные на висках пряди стелились по плечам тугими волнами, остальная часть волос была завязана в высокий хвост, длиной который был парню до талии, белые глаза, за которыми почти не было видно зрачков, смотрели внимательно и безразлично, что было для Седрика удивительным, потому что на него всегда обращали внимания, ведь он знал, что был очень красив, но этому парню было все равно. Чуть приглядевшись, он увидел множество шрамов на тонком лице и на секунду ужаснулся, представив, что могло случиться, что осталось столько следов. Молодой человек был хрупким, это было видно с первого взгляда, хотя он и прятался за черной кофтой крупной вязки, но тонкие запястья и пальцы, затянутые в черную ткань длинных перчаток, не могли скрыть ничего. Парень чуть склонил голову к плечу, смотря на мужчину в дверях. Казалось, что он читает мысли, потому что вдруг прикрыл глаза, улыбаясь, но тут распахнулась дверь в кабинет Верна. — Что тут за шум? — взвился король, но, увидев в дверях Седрика, тут же благодушно улыбнулся мужчине и, раскинув в стороны руки, с громким вскриком «Седрик» направился к подчиненному и сжал его в объятиях. — Не ждал тебя так скоро, дружище. — Верн, ты его раздавишь, — прошептал неизвестный парень и улыбнулся скривившемуся от боли Седрику, когда король выпустил высокого, но жилистого мужчину из объятий. — Не переживай, Ив, — король хлопнул секретаря по плечу с такой силой, что у того подкосились на секунду ноги, — Седрик крепкий. Седрик, это Ив, он помогал мне с бумагами, пока тебя не было. Ив, это Седрик — мой секретарь. — Рад познакомиться, — улыбнулся Ив, лишь на мгновение задержав взгляд на лице секретаря. — Верн, я как раз хотел с тобой поговорить по поводу оплаты труда твоего секретаря, — нахмурился юкс. — Я тут по смете глянул… — он упер в бока кулаки, — тебе не кажется что его зарплата неприлично маленькая, а? — Ив… — Что, Ив? Три золотых в месяц, Верн… Это чертовски мало. Я уже сколько времени его работу выполняю? Мы с Корном кое-как разобрали все, что накопилось с того момента, как ты выставил всех работников, а за те дни, что меня не было, это всего-то пара недель, работы вновь столько накопилось, что я до сих пор не разобрал половину. Если Седрику приходится с этим разбираться день ото дня, то я не понимаю, как он еще не сбежал от тебя, ведь, судя по тому, чем я уже успел заняться, тут работы минимум на команду из пяти-шести человек. Тебе не кажется что это как-то… по-свински? — Обижаешь, дружище… — качнул головой Верн и покосился на молчащего Седрика, ища поддержки, но тот спрятал глаза под белобрысой челкой, потому что, как ему представили парня, Ив, был в чем-то прав. — Седрик, я мало тебе плачу? — Чертовски мало, — закивал Ив. — Он тут тебе и за мамку и за няньку и за принеси-подай. Верн, за такую нагрузку бесчеловечно платить так мало. — Без ножа меня режешь, — всплеснул король руками, при этом веселясь. Они не первый раз поднимали вопрос о зарплате для Седрика, так что Верн был привычен к такому. С подачи Ива король уже поднял зарплату, просто пока не успел подписать бумаги. Они лежали у Ива, потому что он знал, они потеряются в куче макулатуры, что у мужчины покоится на столе. — Ладно. Придумал тоже, короля отчитывать, и за что я тебе плачу, спрашивается? — Ну, во-первых, я твой друг и попытки указать тебе на ошибки, это не отчитывать, — закатил глаза Ив. — А, во-вторых, ты мне не платишь, — парень показательно усмехнулся, разводя руки в стороны, — я тут на вольных хлебах горбачусь. Скажи «спасибо», что не загрыз тебя еще, — он клацнул зубами, и король даже вздрогнул, но быстро взял себя в руки и засмеялся. — Ладно, ладно, — примирительно поднял мужчина руки, показывая ладони. — Я пошел дальше работать. Оставлю его на тебя? — Верн выразительно поднял бровь, и Ив лишь кивнул. — Тогда, Седрик, вникай, Ив тебе расскажет что да как. А я пошел работать, — вздохнул мужчина и демонстративно насупившись, направился к себе в кабинет и тихо закрыл дверь. Наблюдая за таким непривычно смирным королем, Седрик все больше впадал в подобие ступора. — Познакомимся? — парень возник рядом слишком уж внезапно, ходил он без единого звука и от этого Седрик шарахнулся в сторону, оступился, но не упал. Его так крепко схватили за руку и перехватили за талию, что он только и успел подумать о том, как такой хрупкий парень сумел удержать его и даже не шелохнулся от тяжести, которая явно превышала его в два раза. — Осторожней, — улыбнулся Ив и, поставив мужчину ровно, отошел на пару шагов назад, словно ощутил чужой дискомфорт. Седрик мотнул головой, сбрасывая охватившие его чувства и уверенно прошел до своего стола, который, как и всегда, был завален бумагами. Ив только на это улыбнулся и, дойдя до угла приемной, где стояли несколько в ряд кресел, словно пушинку, поднял одно и поднес ближе к столу, явно не собираясь возвращаться за стол и, когда они расселись, Ив начал рассказывать о том, что уже успел разобрать, чем стоило заняться в первую очередь, а что можно было отложить. Седрика поражало то, как грамотно и доступно разговаривал с ним этот парень, внешне казалось, что он только недавно вышел из подросткового возраста, но по его словам явно можно было понять, что он значительно старше, чем выглядит и это в водило мужчину в ступор и вносило в душу некую неразбериху. А когда он еще показал ему отличную от привычной запись цифр, показал как удобно было ей оперировать, как удобно было считать, Седрик проникся к чужим знаниям безграничным уважением. — Где вы учились, Ив? — задал он вопрос, когда под внимательным присмотром парня производил вычисления в своем личном блокноте для записей. Его удивило вновь то, что парень замялся и довольно долго молчал. — Здесь… — произнес Ив, но вновь замолк, — нигде, — все-таки выдавил он. — У меня не было возможности. — Вот как… — только и сумел произнести мужчина, смотря в такие необычные, казалось бы, «слепые» глаза, но такие умные и до удивления понимающие. — Я мало что знаю об этом мире. Поэтому мои знания далеки от нормальных и принятых. Стыдно признаваться но в свои года я сижу со своим старшим сыном на уроках и, как и он, учу язык, письмо, историю и вообще восполняю огромные пробелы во всех доступных предметах. — Простите, но сколько вам лет? — Седрик резко понял, что спросил и смутился, но Ив только понимающе посмеялся, не злобно, не грубо, даже скорее грустно и опустил глаза в записи мужчины, ткнул аккуратным, затянутым в перчатки пальцем в записи и тихо произнес: — Здесь ошибка. Мне около сорока, — словно невзначай добавил он и улыбнулся печально, когда эмоции Седрика переменились, и мужчина заметил эту резкую перемену в парне вслед за своим настроением. — Вы эмпат? — тут же задал он очередной вопрос. Просто не сумел смолчать. Обычно эмпатами были эльфы, а тут, парень явно не относился к ушастому народу. — Да, — Ив не отпирался. — И это, с одной стороны дар, а с другой проклятие. Не переживайте, — тут же встрепенулся Ив, — я не читаю мысли, просто чувствую чужие эмоции, возможно, через чур отчетливо. Но я стараюсь не реагировать на них, так что… Тело парня вдруг дернулось, словно от удара и он резко выпрямился, но в следующую секунду расслабился и улыбнулся, поднимаясь с кресла, в котором сидел и сложил руки на спинку, явно кого-то ожидая. Через пару минут дверь в приемную распахнулась и вошел Корн. — Господин де Тарейра, — Седрик подскочил и поклонился мужчине. — Седрик? — удивился воин, но кивнул. Секретарь вновь склонил голову и в очередной раз его парализовало, когда вечно хмурый, не улыбающийся никому мужчина, которого уважали именно за его малоэмоциональность и четкость действий, вдруг улыбнулся так мягко, так по-домашнему и, в пару широких шагов преодолев расстояние от двери до стола, сгреб в охапку хрупкое тело Ива, пряча его за широкими руками, обнимая, прижимая бережно, но крепко и поцеловал черную макушку. — Здравствуй, — прошептал он в черные волосы. — Виделись уже, — усмехнулся парень куда-то мужчине в камзол. — Это все равно было давно, — также тихо усмехнулся воин и, чуть отстранившись, безобидно, словно школьник, клюнул покрытую шрамами щеку. — Верн у себя? — Где же еще ему быть? — И то верно, — выдохнул он и, вновь резко поцеловав, но уже на этот раз в губы, отпустил, с явной неохотой, худую фигуру Ива, быстро развернулся и скрылся в кабинете его величества. Седрик проводил его непонимающим, шокированным взглядом и простоял еще добрых пару минут, гипнотизируя дверь. — Седрик? — Ив осторожно тронул мужчину за плечо и тот резко перевел взгляд на парня. — Кто вы? — В каком смысле? — сперва спросил парень, а потом, так, словно это само собой разумеющееся, сказал. — Юкс. — Ага… — прошептал Седрик, а потом до него дошел смысл чужих слов и, не скрывая ужаса и мурашек, что поднялись от самых пяток к макушке, повалился на свой стул, чуть не падая вместе с ним. — Что?.. — пропищал он, неверующе уставившись на Ива. — Да, — он спокойно улыбнулся и медленно опустился в кресло, сложил руки на коленях и, чуть наклонив голову к плечу, немигающим взглядом уставился на секретаря. — Меня зовут Ив и я юкс, — парень усмехнулся, — словно общество не анонимных алкоголиков, — добавил он улыбаясь и вновь наклонил голову к плечу, но потом выпрямился и, чуть подвинувшись на стуле, заставив при этом Седрика шарахнуться в сторону, отодвинул один из нижних ящиков стола и достал копию договора, которая по «правилам» теперь хранилась и у секретаря и положил бумаги на стол перед мужчиной. — Ознакомьтесь, Седрик, это копия моего договора с его величеством, оригинал подшит в «дело» и хранится в кабинете в сейфе с важными документами, а копия хранится у вас. Я не знал, куда вы складываете подобные документы, поэтому временно держал их в столе, в дальнейшем с этим будете разбираться вы. Не тряситесь так, — вздохнул юкс, грустно улыбаясь, — я не собираюсь кидаться на вас или еще что-то. Если бы хотел, уже бы сделал. Если вам так неприятно мое общество, я вас покину, но разбираться со всеми документами вам тогда придется самому. Вздохнув, поняв, что Седрик более не настроен на рабочий лад, Ив поднялся и с явной досадой прикрыл глаза, когда увидел, как мужчина дернулся при этом и, подняв кресло, вернул его на место. — Если вам будет нужно, спросите у слуг где меня искать, они вам подскажут, — обмолвился юкс и улыбнулся, когда дверь в кабинет короля открылась и Корн вышел в приемную. Воин сразу смекнул, что произошло и, только покачав головой, бросив мимолетный, недовольный и даже скорее свирепый взгляд на секретаря, подошел к юксу и обнял его за талию. — Ты закончил? — только спросил он, уточняя. — Видимо, — печально улыбнулся Ив. — Тогда идем, дети уже заждались. Я обещал им, что мы пообедаем все вместе. Надо их забрать. — До свидания, Седрик, — Ив махнул рукой секретарю и тот молча, нечитаемым взглядом проводил пару до дверей приемной. Прежде чем закрылась дверь, секретарь увидел, как Корн чуть крепче обнимает юкса за плечи, а тот скорбно кривит губы, что-то тихо-тихо отвечает, подняв голову. Вздрогнув от хлопка двери, Седрик сорвался с места и без стука ворвался в кабинет короля. — Ваше величество! — воскликнул он. — Что такое, Седрик? — с порога примерно понимая, что случилось, начал Верн, не отрываясь от бумаг. Всегда спокойного и собранного Седрика мало что могло так взбудоражить, не считая новости о том, что в замке появился юкс и он с ним даже разговаривал, и мужчина понимал это как никто. — Ваше величество! — Что, Седрик? — терпеливо повторил он на очередной возглас секретаря и уже поднял недовольный взгляд. — Что ты разорался? — Но… Ю… — Седрик не знал, что сказать, он лишь беспомощно водил руками из стороны в сторону, показывая то на дверь, то на себя, то на короля. — Да, и что? — все также спокойно, но с уже явно проглядывающим в тоне голоса раздражением, произнес Верн. — Что, Седрик? Понимаю, юкса в первый раз в жизни увидел, и что с того? — Но… — снова пикнул ошарашенный мужчина. — «Но» что? Он тебя укусил? Он тебя разорвал? Убил? Что сделал, Седрик? Секретарь стушевался, опустил лицо. — Вот именно, — ткнул в его сторону Верн ручкой. — Так что ни слова не хочу слышать о том, что в замке завелся монстр. Понятно? Ив не монстр, как бы его там ни называли. Он такое же живое существо, как и мы с тобой. Так что, рот прикрыл и работать. И перед Ивом извиниться не забудь, хотя, скорее всего, ему будет все равно, потому что он «привык», — изобразил мужчина кавычки, выхватив этот жест у юкса, — к такому отношению и принимает его как должное. Постарайся взглянуть на него другими глазами, Седрик. Прежде чем ты разобрался с тем, кто такой Ив, ты довольно долго с ним общался. Я думал ты достаточно проницательный, — Верн покачал головой. — Не разочаровывай меня. Седрик не стал отвечать, лишь опусти голову, разглядывая пол под ногами. Было ли ему некомфортно? Нет. Было ли страшно? Тоже нет. Пугал ли его юкс до того, как сказал кто он есть? Нет… Мужчина глубоко вздохнул. — Я вернусь к работе, Ваше величество, — поклонился мужчина, взяв себя в руки достаточно быстро. — Иди, — махнул рукой король, даже не поднимая головы, пряча довольную улыбку. — Где я смогу найти господина Ива, если мне понадобится его помощь? — Он обычно в библиотеке отсиживается, по утрам на занятиях с сыном, а после ужина в своих комнатах. А вообще, можешь спросить у прислуги, они обычно в курсе. Я только благодаря им и могу Ива найти, — усмехнулся мужчина. — Благодарю, — поклонился Седрик и вышел из кабинета, вернулся за свой стол. Пока он разбирал бумаги и перебирал шкафы тумбы, все больше поражался тому, что, наконец-то в его пространстве все было организованно, пусть, не так как он привык, но тем не менее, все вещи, все бумаги словно находились на своих местах. Оглядывая вещи, он представлял, как этот хрупкий парень перемещался по кабинету, как перебирал бумаги, раскладывал из по местам и его съедала тихая злость. На самого себя за свою реакцию. Ив ведь ему понравился, а он испугался его. Единственное оправдание было лишь то, что как и любого другого, Седрика с самого детства пугали юксами, рассказывали какие те страшные и опасные. В голове не укладывалось то, что хрупкий паренек Ив и юкс — одно и то же существо. Хлопнув по столу руками так громко, что загорели огнем ладони, Седрик подскочил. — Ваше величество, — парень ворвался в кабинет Верна, — я отлучусь на некоторое время? Правитель усмехнулся и кивнул, смотря, как подчиненный почти бегом покидает приемную. Мужчина знал Седрика уже достаточно давно, знал о его гипертрофированном чувстве справедливости и понимал, куда вдруг понесся секретарь. Когда-то сам Седрик был на месте Ива и сейчас он, пусть не полностью, но все же понимает юкса. Седрик когда-то был подданным соседнего государства. Государства-агрессора, из-за которого почти тринадцать лет велась ожесточенная война, а когда оно пало, все, даже невиновные, кто был простым заложником ситуации, подвергались гонениям. Их убивали просто за то, что они существовали, что родились не в том месте и не в то время. Седрик был ребенком и его однажды чуть не казнили на площади. Верн вытащил его из петли собственными руками. И с тех пор парень следовал за будущим королем хвостом, пережил он достаточно боли достаточно препятствий перешагнул, чтобы достичь того, чего достиг. И, возможно он один из тех немногих, кто хоть как-то способен понять Ива. Седрик мчался по пустым коридорам, удивляясь, насколько в замке было пустынно, первую же попавшуюся служанку он схватил за руку, пропустил слабый магический импульс, но сразу отпустил, извинился, поднял пару каких-то тряпок, что упала из рук девушки и спросил где найти Ива. Служанка удивилась, переглянулась с подругой, такой же как она служанкой и, повернувшись в сторону коридора, кивнула туда головой. — Не так давно господин де Тарейра отвел его в библиотеку и ушел, — сказала она и слабо улыбнулась, подпихнула подругу под локоть. — Я приносила господину Иву чай, — ответила вторая, забирая у секретаря поднятые с пола вещи, сразу закидывая их на плечо и забирая все-таки у подруги часть тряпок из стопки, что та несла. — Как он выглядел? — Господин Ив? — удивилась служанка, но под воздействием магии не смогла не ответить. — Да. — Как обычно, господин, — пожала одна из девушек плечом, быстро моргая, словно пыталась скинуть с себя морок. — Он всегда выглядит немного отстраненным, особенно когда остается один и рядом нет господина де Тарейра или детишек. Девушки переглянулись и их взгляды стали немного печальными. — В чем дело? — оглядывая обеих, спросил Седрик. — Господин всегда выглядит так, словно на его плечах находится бремя всего мира. — Да-да, — закивала вторая, — ему хочется помочь. Но боюсь, что это практически невозможно, — вздохнула она. — Вы только не подумайте господин! — воскликнула служанка. — Мы не боимся его, просто немного… — служанка замолчала, думая. — Нам не всегда комфортно рядом с ним, но это не потому что он юкс, а потому что мы… — девушка замялась. — Чувствуем вину, — закончила другая и кивнула своим словам. Да, она нашла нужные. — Мы просто понимаем, что не можем помочь. — Но он ведь юкс… — произнес Седрик и вздрогнул, когда обе девушки взглянули на него злобно. — Не надо, господин. Кем бы Ив ни был, он самый добрый и светлый разумный, которого мы знаем. Девушки вновь переглянулись и Седрик понял, что его слабая магия подчинения, которой он владел, развеялась под воздействием эмоций. Откровенничать с ним больше никто не будет. — Просим прощения, — они присели в книксене. — Нам надо идти, господин, — служанки вновь быстро присели и обогнули мужчину, скрылись в первой попавшейся комнате. Он проводил их взглядом и, тряхнув головой быстрым шагом направился к библиотеке. Двери открылись бесшумно, но Седрик знал, что его услышали. Пройдя вдоль столов, что были расставлены специально для читателей, он прошел дальше вглубь библиотеки к большим окнам, где издалека видел фигуру. Хрупкую, маленькую, сжавшуюся в углу подоконника. Он сидел прижав к животу колени и сложив на них голову, от чего казался только меньше. Только когда секретарь приблизился, Ив словно лениво приподнял голову и повернул в его сторону. Глаза были пусты, как у куклы, он медленно сморгнул, словно в полусне и, также медленно отвернулся, вновь смотря в окно, положив голову виском на колено, позволив волосам скользнуть с плеча. — Зачем вы здесь? — тихо, почти безжизненно спросил юкс, мерно водя пальцем по краю кружки, наполовину полной чая, что стояла перед ним на подоконнике. — Хотите что-то спросить? — Нет, — выдохнул Седрик и, глубоко вдохнул, открыл рот, но не смог сказать и слова. Его одолевала такая гамма мыслей, что он не мог ухватиться ни за одну. — Черт… — прошептал он себе под нос и услышал смешок от юкса. Когда поднял голову, увидел блеклый взор, направленный на него. — Не надо, — начал тихо юкс, прикрывая глаза. — С меня уже достаточно чувства вины. Вы не первый, кто испытывает подобное находясь рядом со мной и, честно признаться, мне это надоело, — хмыкнул он. — Никогда бы не подумал, что стану ненавидеть также сильно, как жажду убийства, еще какие-то эмоции. Я устал, поэтому, хватит себя винить. В том, что вас учили жить так, как вы живете, нет ничего плохого. И ненависть и страх ко мне оправданы как ни что другое. Я все понимаю. — Все равно простите, — склонил голову Седрик. — Ммм, — тихо промычал Ив и выпрямился, — ощутив знакомые эмоции, подобные тем, что часто испытывал сам юкс. — Я не должен был так реагировать на вас. Я понимаю ваши чувства и прошу прощения за свою реакцию. Мне стоило подумать, а не действовать на эмоциях и глупых страхах. Не стоило верить в сказки. — Кто сказал, что ваши страхи глупы? От этого вопроса Седрик замер, поднял лицо на юкса. — Кто сказал, что все слухи и рассказы — выдумка? — парень уже сидел на подоконнике лицом к мужчине, опустив вниз одну ногу, покачивая ей, не доставая носком до пола, склонив к плечу голову. Через пару мгновений, он отвернулся, вновь смотря в окно, на тихо кружащий там снег. — Скоро начнутся холода, — произнес вдруг юкс и слабо улыбнулся. — Не так давно, я и представить не мог, что проведу зиму в подобном месте. Здесь тепло, — прошептал он и провел по запотевшему стеклу рукой, оставляя смазанный влажный след. — Я понимаю, — произнес в ответ Седрик и Ив в ту же секунду, чуть удивленно, на него посмотрел, затем улыбнулся. Тепло. Потому что да, они понимали друг друга. Мужчина улыбнулся в ответ. Поверить в то, что юкс из легенд, которого описывали как убийцу, как неуправляемого монстра, что не щадил никого, ни единого живого существа, сейчас находится прямо перед глазами и мягко улыбается, чуть щуря блеклые глаза, было сложно, но Седрик поверил, потому что видел. И видел не монстра, а простого живого парня, который, даже судя по внешнему виду, по шрамам, что украшали лицо, пережил много плохого, но при этом все равно был способен на улыбку и простое, человеческое общение. — Пообедаете с нами? — спросил вдруг Ив и мягко спрыгнул с подоконника. Осторожно он направился к секретарю, чутко улавливая эмоции, чтобы лишний раз не вспугнуть. Одно дело понимать чужие чувства, другое — действительно понять что все, что ты знал до этого — частично, но все же лож. Юкс не ждал того, что ему ответят, он обошел ближайший стол и на его спокойном лице вдруг расцвела улыбка. Двери библиотеки распахнулись и словно маленький ураган между столами пронесся ребенок. Понять его пол у Седрика не получилось, ребенок был странным. Закутанный подобно родителю в глухие одежды, с большим объемным капюшоном на голове, из-за которого практически не было видно лица. — Здравствуй, Кроха, — прошептал юкс, ловя ребенка и поднимая на руки, обнимая так, словно не видел его очень давно. — Где папа? — Он с двойняшками в столовую пошел, — ответил ребенок. — Я попросился тебя встретить. Седрик ощутил на себе взгляд из-под капюшона и в этот же момент мальчик резко замолчал и замкнулся. Обхватив шею родителя худыми ручками. — Кто это? — тихо задал он вопрос. — Это друг дяди Верна, Золотце. Работает с ним. Поздоровайся. — Здравствуйте, — буркнул мальчик и тут же спрятался в плече родителя. — Это мой сын, Лир, — чуть повернулся к Седрику Ив, поддерживая мальчика под ягодицы. — Лир, это дядя Седрик. Ты не против? — на мгновение замерев, уточнил юкс, повернувшись к мужчине. — Нет, — качнул тот головой. — Рад познакомиться, — склонился секретарь к ребенку, улыбаясь, ловя на себе взгляд его ярких светлых глаз. — Надеюсь, мы подружимся, Лир.

***

Ива парализовало недалеко от дверей, где должно было происходить заседание совета, на которое его в срочном порядке обязал прийти Верн. — Ив? — Седрик подошел к парню со спины и осторожно коснулся его ладонью, не подталкивая, скорее просто поддерживая. — Что произошло? За последние пару недель Седрик с Ивом общались достаточно близко, чтобы позволить друг другу такие прикосновения и это не воспринималось ни одним, ни другим в штыки. — Я не хочу туда… — еле слышно прошептал юкс, поднимая глаза на мужчину. — Я отсюда чувствую, как они ненавидят меня. Я не хочу там быть… — Понимаю, что ты чувствуешь, — кивнул Седрик, выпрямляясь, потому что до этого он стоял почти пополам согнувшись, ведь юкс был ниже на добрую пару голов. — Зачем я вообще там нужен? — тихо возмущался молодой человек. — Что я могу там сделать? — Даже если тебе не хочется, тебе так или иначе придется контактировать с этими стариками. Лучше начать это делать как можно раньше, чтобы не было проблем в будущем. Не знаю, правда, будет ли легче это сделать сейчас, но все же, мне кажется, что стоит попытаться. Во всяком случае, попробовать поставить этих гадов на место. Потому что, поверь, я за все время, что вернулся на пост секретаря от них уже тоже наслушался достаточно. Переубедить их у меня не получилось, они и сами ко мне относятся настороженно. — Я помню, — кивнул юкс и глубоко вдохнул, на выдохе расправляя плечи, одергивая черную кофту вниз. — Пойдем, — сказал он и первым сделал шаг к дверям. Седрик тихо присвистнул, ведь, за все время общения, он впервые увидел, как у Ива резко меняется лицо. Еще секунду назад он выглядел как щенок, который погрыз любимые тапочки хозяина и пытается своей милой мордашкой смягчит наказание, и вот, за считанные секунды, «детское» лицо преобращается и в нем уже нет ничего от ребенка, только пугающая решимость в белых глазах, и бесстрастное выражение лица. Ив толкнул двери от себя и прошел в зал где тут же стихли все разговоры. С ним никто даже не подумал здороваться, пока, сохраняя выражение лица, юкс шел мимо. Сам же Ив и не собирался открывать рот, просто мальком оглядел людей, собравшихся в зале и, увидев во главе стола Верэрира и Корна, целенаправленно пошел к ним, не забыв оглянуться на секунду, чтобы проверить, идет ли за ним Седрик, который, как и сам Ив, должен был находиться рядом со своим правителем. Корн ступил юксу навстречу, протянул руку и Ив сразу в нее вцепился, сжимая пальцы так, что, если б не военная выдержка, мужчина бы не сумел удержать лицо. На секунду в глазах юкса, когда он поднял их, промелькнул страх, но сразу угас. Корн сжал ладошку парня, источая волны поддержки, которые Ив чувствовал из-за близкого контакта только лучше и осторожно поцеловал затянутые в перчатку пальцы. — Проходи, ДРУЖИЩЕ, — специально выделил Верн, подзывая юкса сесть рядом с собой. — Мы вас с Седриком заждались. — Я же не опоздал? — показательно удивился Ив, опускаясь в кресло рядом с Верном. Эливира, к сожалению, а может и к счастью, не присутствовала. — Не опоздал, не переживай, — улыбнулся Вернэрир и ободряюще кивнул, но легче Иву от этого не стало. Сам Верн это тоже понимал. — Итак, предлагаю начать наше собрание. Первое, что необходимо обсудить: выделение средств на перестройки района для бедных на окраине города. Вы каждый раз откладываете принятие решения, на носу зима, а люди живут хуже собак в будках. Как предлагаете решать данный вопрос? Ив особо не вслушивался в то, о чем говорили все люди за столом, по большей части его мало касалось то, что происходило. Обсуждая темы собрания с Верном, Ив уже достаточно навозмущался бесчеловечности некоторых личностей, присутствовавших на собрании, возмущаться снова у него не было сил. Что самое печальное, именно распределением королевского бюджета единолично король не мог заниматься, все решалось совместно с советом. А совет, как на зло, сколько мог, столько и тянул. Верна это начало невероятно бесить еще пару месяцев назад. — Насколько я знаю, его величество начали строительство деревни где-то глубоко в лесах, — возмутился вдруг один из советников. — Обвиняете нас в бездействии, а сами используя бюджет, строите деревню. — Так, — хлопнул Верн по столу руками, злясь. — К вашему сведению, строительство «этой» деревни, происходит на пособие, специально выделенное из личного бюджета моей жены, брата и капитана нашей армии, с полного их согласия. Ни монеты не было потрачено из казны. — Почему же тогда ее величество не может проспонсировать район для бедных. — А вы не охренели… — не выдержал Ив, скрипнув зубами, сдерживаться он уже не мог. — К вашему сведению, — начал громко он, хотя, даже если б он шептал, его бы все равно услышали, такая тишина повисла в зале, — ее величество и так каждый месяц выделяет из своего личного бюджет деньги и производит еженедельную раздачу продуктов первой необходимости. Раз такие умные, так может ваш личный бюджет и пустим на реконструкцию района, раз вам так не хочется взять пару тысяч золотых из ее закромов. — Кто дал монстру слово… — выплюнул кто-то из мужчин. — Кто дал, тот дал, — подобной же манере ответил ему юкс. — Прежде чем на меня наезжать из-за того, что рот открыл, на себя взгляните, на кого вы варежку раскрываете. Перед вами не мальчишка с обочины сидит, — Ив кивнул головой в сторону Верна, — а ваш правитель. Прежде чем что-то говорить, не пробовали думать? Меня можете оскорблять сколько душе вашей угодно, но не смейте наезжать на королевскую семью. — Спокойнее, дружище, — довольно произнес Верн, сжимая пальцы на коленке юкса под столом. — Все хорошо. После собрания ряды советников будут прорежены. Корн, займешься этим? — обратился мужчина себе за спину, где как раз стоял глава стражи. — С удовольствием, — улыбнулся мужчина и стрельнул глазами в потенциальных жертв, а тех сразу пробрал собачий холод от взгляда королевского «цепного пса», как Корна называли за глаза старикашки из совета. Они тихо зароптали, но Ив прекрасно слышал слова каждого из присутствующих и вычленял, на кого в первую очередь стоит обратить внимание, анализируя как слова, так и эмоции. — Поразительно, насколько жестокими бывают люди… — прошептал Ив, наслушавшись достаточно. Казалось, что это было тихо, но услышали его все. — Порой совсем об этом забываю, — как бы невзначай добавил он, отворачиваясь со скучающим видом к окну. Он сам не понял, когда появилась эта привычка, в любой удобный момент выглядывать в окно. — Хотя, не мне об этом говорить я и сам не Ангел воплоти, — мягко улыбнулся он, ощущая как начало меняться настроение стариков из совета. — Когда-то один человек сказал мне такие слова: «Все в этом мире возвращается. Добро-добром, а зло — злом». Я всегда считал, что она права и всегда в это верил, но, за все годы, что я провел в заточении, я понял, что от части, это неправда. Бывают такие существа, которые, как бы ты ни старался, никогда не увидят в тебе ничего хорошего, будут всегда смотреть на тебя свысока, насмехаться и критиковать каждое твое действие и сейчас, — Ив поднялся с места и медленно двинулся к окну, словно завороженный наблюдая за начавшимся снегопадом, — вы лишь подтверждаете мое убеждение. Человеческая жадность границ не знает, как и самомнение. Вы считаете, что лучше других? — он обернулся, смотря на стариков, хотя, по сути, он с ними был плюс-минус одного возраста, если считать еще и прошлую жизнь. — Лучше только потому что сидите сейчас здесь? — Ив усмехнулся. — А где бы вы были, сложись в вашей жизни хоть что-то не так? Возможно кто-то из вас, не повернись судьба таким образом, как это произошло, сейчас находился бы в тех же трущобах, собирал последние крошки лишь бы прокормиться самому и дать хоть что-то своим детям, если они, конечно же есть, либо, кто-то мог бы быть в такой же ситуации как я. Не задумывались об этом? Что было бы, если?.. Чем люди в трущобах от вас отличаются? Наличием денег? Не будь их, что было бы с вами? — Ив медленно вернулся к столу. — Происхождение? — он усмехнулся. — Думаете среди тех, кого вы считаете отбросами нет бывших дворян? — Ив вздохнул и покачал головой, смуту в разумах мужчин он поселил, но, судя по эмоциям, так, как надо до них слова все еще не добрались, лишь ненависть крепла в их сердцах. — Что вы за советники, которые ненавидят собственный народ? — бросил он последнюю фразу и, взглянув на Верна, Седрика и Корна, вновь закачал головой. — Я пойду, — произнес он тихо и, добавив, — больше не могу. Там, где начинается равнодушие, недалеко и гибель, — покинул зал. Все это время Ив был как на иголках из-за предстоящего совета, а, побывав там, ощутив на себе волны негатива он словно вернулся в такое недалекое прошлое, которое до сих пор его не отпускало. В ушате с грязной водой было бы приятнее искупаться, чем то, через что он прошел только что. Заглушив эмоции глубоко внутри, юкс скрыл свое присутствие ото всех и растворившись прямо посреди коридора, чем напугал до икоты служанок, выбрался из замка. Проверив, чем занимаются дети, он, расправив крылья, устремился к горизонту, куда глядят глаза. Знал, что не стоило так сбегать, но ничего не мог с собой поделать. Хотелось хоть на какое-то время, чтобы все вокруг пропало, чтобы не осталось ничего больше, ни единой души. Хотелось забыться. Раствориться. От усиленной работы крыльями Ив устал, но не настолько, чтобы останавливаться на передышку, однако он замер в воздухе, оглянулся, проверяя, насколько далеко забрался и, увидев сквозь хлопья снега замок на горизонте, успокоился и, приглядевшись к тому, что было внизу, осторожно приземлился между деревьев на небольшой полянке, уже достаточно припорошенной белым снегом. Громким и грозным рыком он распугал круживших поблизости зверьков и, когда все удалились на достаточно далекое расстояние, Юкс просто упал на колени, сел на пятки, поднял лицо к небу, которое было уже сероватым от облаков и при этом ярким, сверкающим от крупных хлопьев. Черные штаны быстро пропитались растаявшим от температуры тела снегом, а от ветерка, уже холодного, начало потряхивать. Ив ведь, дурак, сбежал в чем был. В легкой кофте с высоким воротом, простой рубашке, накинутой сверху, легких брюках и домашних ботинках. — Дурак, — усмехнулся он, прикрывая глаза, мелко подрагивая не то от холода, не то от накатывающей истерики, выдыхая клубы пара. В одно мгновение лицо юкса изменилось. Улыбка потухла, белые глаза приоткрылись и в их уголках скопились слезы. Они покатились по вискам, Ив громко всхлипнул, лицо исказило как от боли и, резко, словно получил удар в живот, согнувшись, почти касаясь лбом снежной поляны, парень закрыл лицо ладонями и всхлипнул. Он устал. От всего устал. Корн еле нашел его. Если бы не Лир, чувствовавший мами даже на таком огромном расстоянии, он бы его не отыскал. А под шапкой снега, что занесла юкса, даже не собирающегося шевелиться при появлении любимого и сына из портала, вообще бы пропустил. — Мами! — воскликнул вдруг ребенок, стоило только Корну ступить в сугроб и провалиться по колено. Мальчик вырвался из рук и, спрыгнув, поскакал по снегу в большому сугробу, по шевелению которого Корн и узнал, что там кто-то был. — Ив! — тоже крикнул он и быстро перебирая ногами, разгребая снег, направился к юксу, подхватил его на руки, сразу окружая всех теплым барьером, от которого начал плавиться снег и дрожащий от холода парень быстро начал отогреваться и приходить в себя. — Мами! — позвал вновь Лир и на этот раз Ив отреагировал как положено. Он сгреб сына в охапку и сжал в объятиях. — Прости, — прошептал юкс. — Прости, родной. Я… — Ив замолк и поджал губы, спрятал лицо в плече ребенка, подрагивая от холода. — Что произошло? — осторожно произнес Корн, сжимая пальцы чуть сильнее на плечах любимого. — Простите… Я просто так устал. От всего устал, что даже не понял, как сбежал. Прости… — поднял он лицо на мужчину, и в его белых глазах было столько сожаления и непролитых слез, что Корн только головой покачал и коснулся губами покрытого шрамами виска, выдыхая. — Ничего, — прошептал юксу в висок воин, — главное, что мы тебя нашли прежде чем ты успел насмерть тут замерзнуть. Я сейчас перенесу нас домой, хорошо? — уточнил он у юксов и, увидев слабые кивки обоих, открыл портал на месте, прямо под ногами, ухая в него и сразу же оказываясь в комнате Ива возле кровати. Корн без особых усилий поднял и Ива и Лира, что был у мами на руках и водрузил обоих на кровать. — Лир, следи внимательно, чтобы Ив никуда не делся. А я принесу ему что-нибудь горячее. Мальчик кивнул и, резко подавшись к родителю, сжал его шею так крепко, насколько силы позволяли, а Ив осторожно улыбнулся, прикрывая глаза, проводил взглядом из-под ресниц воина. К появлению Корна, Лир уже начал засыпать прямо у Ива на руках и, когда мужчина появился с огромной дымящейся кружкой, практически не отреагировал, лишь крепче сжал пальчиками одежду на груди Ива. — Спасибо, — прошептал юкс, забирая из рук мужчины кружку, опуская лицо. Ему было стыдно за то, что он сбежал и заставил беспокоиться за себя. Лир быстро уснул и достаточно крепко, его ладошки разжались, и мальчик уже кутался в покрывало лежа головой на подушке. — Ив, — Корн провел по щеке юкса, поднимая голову, заглядывая ему в глаза, — ты очень напугал меня. Очень. — Ты злишься… — не спрашивая, утверждая, произнес Ив, потянувшись за рукой, что грела щеку. — Злюсь, — кивнул Корн. — Но еще… — мужчина замолк, пытаясь подобрать слова, смотря на такую простую ласку от юкса. — Беспокоишься, — прошептал Ив. — Да. Я прошу тебя, на будущее, не делай так больше, никогда. Если что-то произойдет, иди ко мне, не переживай все в одиночку. А если бы я тебя не нашел? Что тогда бы случилось? Ты забрался так далеко, что я бы в одиночку тебя никогда не отыскал. Слава небесам, есть Лир, который тебя чувствует даже на таком расстоянии, но вдруг… Ив, я не могу потерять тебя снова, — у Корна блестели глаза и от этого Иву стало еще более не по себе. — Прости… — прошептал он и, отставив кружку на тумбочку, взялся ща пальцы что были на щеке, отвел руку в сторону, подался к мужчине, прижался к его груди, крепко обнимая. — Прости… — прошептал вновь в куртку и тихо всхлипнул. — Я так устал… От всего устал. Корн выдохнул Иву в макушку и без предупреждения поднял юкса на руки. Вновь, как в лесу, ухнул вниз в портал, оказываясь уже в своей комнате. Ив в крепких руках сжался, но быстро расслабился и поднял влажное от слез лицо. — Когда ты так на меня смотришь, мне хочется тут все взорвать, — сел мужчина на свою постель, обнимая хрупкое тело любимого. — Весь совет хочется стереть к чертям, всех этих старикашек. — Думаю это будет затруднительно, — усмехнулся юкс и поцеловал в щеку воина, успокаиваясь. — Ради тебя я готов сделать даже это, — сжал Корн пальцы на талии Ива. — И мне плевать на последствия. — Я тоже люблю тебя, родной, — юкс прижался лбом ко лбу мужчины и улыбнулся. — Каждый раз поражаюсь, как эта жизнь свела нас. — До встречи с тобой я считал, что на всю жизнь останусь один. — А что так? Неужели никто не нравился? — Никто, — покачал головой Корн. — От девушек, что все время на меня вешались, хотелось спрятаться куда-подальше, у меня на комнате даже защита от проникновения стоит, потому что как только появлялась возможность ко мне ломилась целая толпа. Когда одна девка, когда несколько. Я не знал куда деваться. — Ты сейчас серьезно? — Ив нахмурился, отстраняясь. — Еще как, — усмехнулся Корн и, приблизившись к шее юкса, поцеловал ямку за ухом, заставив парня вздрогнуть. — Я от них по всему замку прятался. Последнее время проникновений не было, потому что тебя боятся, но как только перестанут, опять повалят. — Ты это специально говоришь, чтобы я разозлился и начал ревновать? — зашипел юкс, начиная возбуждаться от горячего дыхания на своей шее. — Ну, девушки меня не особо привлекали всегда. — А парни? — Ив вцепился отросшими когтями Корну в волосы, потянул за них, заставляя мужчину отлипнуть от своей шеи и запрокинуть голову, открывая полностью шею, в которую Ив почти вцепился клыками, но остановился, чуть царапнув. — А вот парни до меня пока не добегали, — усмехнулся воин, и дернул кадыком, сглатывая. — Хотя, боюсь, что как узнают, что ты парень, и от них отбоя не будет. — Загрызу, — Ив оставил на шее след от клыков, чуть оцарапав кожу и болезненный засос чуть ниже, ближе к плечу. — Всех загрызу и заставляю тебя на это смотреть. — Я тебе помогу, — дернул Корн головой, вырывая волосы и, схватив Ива за затылок, привлек к себе, целуя, словно этот поцелуй был последний. На языке застыл легкий металлический привкус крови Корна, и тот довольно изобретательно отомстил, прикусил до крови губу юкса и слизал ее, оставляя смазанный след в уголке рта парня. — А еще меня вампиром называешь, — прошептал юкс, довольно улыбаясь, дергая купными ушками, вздрагивая от того, как Корн пальцами массирует места под крыльями, которые были такие же чувствительные как кожа на шее. — Ты откуда… — хотел возмутиться юкс, но еле сдержал стон, когда вторая рука вдруг провела по коже на пояснице прямо над хвостом. От прошившего все тело удовольствия, Ив вцепился пальцами в плечи воина. — Я твое тело успел узнать достаточно, — усмехнулся мужчина глядя Иву прямо в глаза, — хотя и не полностью, все же времени было не так много. Но как я о таких местах могу не знать? Ив на секунду прикусил язык и, быстро облизнув пересохшие губы, взмахнул крыльями, соскочил с колен пораженного такими действиями Корна и встал напротив, наклоняясь и сжимая пальцами колени мужчины, опираясь на них. — Ты меня прямо-таки вынуждаешь, Корн, — облизал он губы вновь и, надавив на колени любимого, заставил их развести в стороны, сам опустился на пол, все еще удерживая ноги мужчины в разведенном состоянии. — Ты чего задумал? — пораженно прошептал Корн. — Тебе никогда не делали минет? — одна черная бровь юкса приподнялась в удивлении. — Что? — Ой как все грустно, — драматично усмехнулся Ив и вцепился в завязки на штанах мужчины, локтями давя на колени с внутренней стороны, ибо мужчина упорно пытался ноги хоть немного но сомкнуть. — Ив! — воскликнул Корн и попытался схватить юкса за руки, но проворный хвост оплел запястья и сжал достаточно крепко, приподнимая руки практически над головой, длина позволяла, не вырваться. — Что ты творишь?.. — Закрой рот и смотри, — Ив улыбнулся и, наконец справился с завязками на штанах мужчины. Рвать их не хотелось. — Держи лучше свою рубашку, — вцепился в край юкс, поднимая ее выше и освобождая руки мужчины, — а то останешься без еще одной, порву к чертям, побереги свои вещи, радость моя, — заискивающе улыбался парень, заглядывая в глаза воина, пока освобождал его от штанов. Корн, как завороженный наблюдал за тем, как ловко юкс избавляется от мешавшей тряпки, встав на колени поудобнее, тоже чуть раздвинув ноги, оглядывает член, стоявший в полной боевой готовности. Впервые Корну было даже слегка стыдно. — Ты такой странный, Корн, — произнес Ив, обхватывая довольно крупный ствол ладошкой, чуть наклонившись, он провел по нему языком, обильно смачивая слюной. Корн прикусил язык. — Сейчас ты смущаешься? — Ив хихикнул и, чуть сжав пальцы, провел по стволу вверх. — Кто бы мог подумать. — Ив… Губы юкса сомкнулись на крупной ярко-розовой головке, и воин резко запрокинул голову, жмурясь, шумно выдыхая. Не сказать, что у Ива было много опыта, по большей части этот опыт был печальный, чего только не заставляли его творить в задворках поместья, но все же, то, как даже с его неопытностью мужчина, сидящий на кровати, шумно дышит, еле сдерживая стоны, как он мнет в ладонях край рубашки, почти разрывая пальцами ткань, как пытается сдержаться, чтобы не схватить юкса за затылок, придавало уверенности. Но даже так, ничто не могло сравниться с эмоциями, которые практически разрывали грудную клетку. После очередного движения, Корн схватил Ива за плечи и вздернул его вверх, усаживая на свои колени. Их взгляды встретились. — Я так рад, что ты со мной, — прошептал мужчина, крепко прижимая к себе юкса. — Потому что… — Не язви, — ущипнул Корн парня за поясницу, прекрасно зная, что он хотел сказать и в ответ услышал только тихий смех. — Прости, — Ив оставил легкий поцелуй в уголке губ любимого. — Я не удержался. Я тоже рад. И я тоже тебя люблю. Он улыбнулся чуть склонив голову на бок. — Я рад, что появился здесь, — тихо прошептал юкс, увлекая любимого в очередной поцелуй.