Love - as а war

Тут бы я, конечно, вспомнила о тебе, Если бы когда-нибудь забывала. В.Полозкова.

      Практически всю ночь Кэролайн думала о словах Кола, вспоминала все моменты с Майклсонами. Заснув под утро, когда уже начинало рассветать, девушка проспала до обеда. Проснувшись и открыв глаза, Форбс посмотрела на часы и замерла в шоке. Они показывали 2 часа дня. После принятия водных процедур, блондинка зашла на кухню, где Давина смотрела телевизор. — Доброе утро! — Добрый день. Тяжелая ночка? — Немного. — Извини, я не дождалась тебя вчера, заснула, сама того не заметив. — Всё нормально.       После завтрака Кэр помогала подруге выбрать наряд для свидания с её молодым человеком. В какой-то момент задумавшись над словами Кола про темноволосую, Форбс рассуждала над этим. А будет ли хорошо, если Давина начнёт встречаться с Майклсоном? С одной стороны, Брендон, нынешний парень Клэр, ужасно не нравился Кэролайн, и она будет только рада, если подруга избавится от его общества. С другой же стороны, светловолосая прекрасно знает бабника Кола, у которого никогда не было длинных, серьёзных отношений. Он разбил сердце далеко не одной девушки. И такой судьбы она бы точно не хотела для брюнетки.       Проводив Давину, Форбс решила подобрать одежду себе на первую, ознакомительную пару в университете, которая должна состоятся завтра. Закончив со всеми своими делами, Кэролайн хотела было проверить свой клатч, но не смогла его найти. Вспомнив, что в последний раз она была с ним у Майклсона, девушка обречённо вздохнула. После раздумий блондинка наизусть набрала знакомые цифры.       В этот момент в соседней квартире только что заехавший сожитель Кола раскладывал свои вещи. Сам же шатен отошёл в магазин. Услышав знакомую мелодию, парень не удивился, что сосед снова забыл свой телефон. Но увидев номер, он чуть было не отшатнулся от стола. Студент взял себя в руки и нажал «Принять». — Привет, дорогуша. —…Кто это?... — насторожилась Кэр, хотя глубоко внутри уже знала ответ. — Оу, неужели забыла?! — любопытно и деланно разочарованно спросил собеседник на другом конце провода. — Клаус… — растерянно произнесла Форбс. Она знала, что когда-нибудь это случится, но не была готова, — Подожди. Почему я говорю с тобой? Где Кол? — Ты ещё не забыла, чей он брат? Так, между прочем, а для чего он тебе? — глубоко вздохнув, девушка попыталась успокоиться и продолжить разговор. — Кажется, я забыла у него свою сумочку. Пусть он мне перезвонит. — Где ты живёшь? — По соседству с Колом, а что? — Жди, любимая, — с акцентом проговорил Майклсон и скинул звонок.       Медленно убрав телефон от уха, блондинка нервно посмотрела на него. Не успев до конца понять слов парня, Кэр услышала стук в дверь. На ватных ногах она подошла к двери, открыла и увидела его. Клауса. — Никлаус, проходи, — растерянно произнесла Форбс, после небольшого молчания. Теперь уже замешкался Майклсон: полным именем Кэролайн называла его только когда была зла. Да и он сомневался, стоит ли заходить. Но подумав, что отказываться будет не красиво и странно, принял приглашение, — Чай будешь? — из вежливости предложила голубоглазая. Увидев в ответ согласный кивок, блондинка подошла к чайнику, — Полторы ложки сахара? — тихо спросила девушка. — До сих пор помнишь… — с грустной улыбкой сказал Ник. — У меня хорошая память, — то ли ответила она, то ли упрекнула парня. После этого наступила тишина. — Ты одна живёшь? — попытался завязать разговор парень, когда Кэролайн поставила чай и пирожные на стол. — Нет, с подругой, но её сейчас нет. А ты…в гости к Колу приехал? — Я здесь буду учиться, дорогуша, — самодовольно улыбнувшись, ответил Клаус. — Всё-таки передай Колу, чтобы он мне перезвонил, — раздражённо кинула блондинка. — Кэр, я хотел извиниться, — по телу девушки прошли мурашки от этой формы имени. Так называли девушку только Майклсоны. И с этим связаны самые хорошие воспоминания Кэролайн, но с тем же самые плохие. — За что? — Ты же прекрасно знаешь за что. За предательство. Я не должен был оставлять тебя в неведении, но теперь уже, если хочешь, я тебе всё расскажу. — А знаешь, что, Клаус? Я уже знаю нужную мне информацию, большего мне не надо. Ты ужасный человек. Ты сделал мне больно! Больше, чем это делал кто-либо другой. Я любила тебя!.. А ты меня бросил. Но это в прошлом. Я уже давно простила и тебя, и Кола. И отпустила вас. А теперь вы снова вваливаетесь в мою жизнь, когда она, казалось бы, только наладилась. Я прошу тебя, давай просто сделаем вид, что ничего не было. Я не хочу снова вспоминать это. — Хорошо, Кэр. Сможем остаться друзьями? — неуверенно произнёс парень. — Не думаю, что это хорошая идея. — Зря ты так, ты не сможешь вычеркнуть 16 лет из своей жизни. Хочу напомнить, тебе 18. — Тебе не мешал возраст сделать мне предложение ещё тогда. Но ты не прав, я уже смогла вычеркнуть, — увидев в ответ взгляд, наполненный грустью, отчаянием и болью, Форбс немного успокоилась и взяла себя в руки, — Что по поводу клатча? — молча достав из большого кармана невеликую вещь, он положил её на стол. — Спасибо. Видимо строки из той песни всё-таки правдивые, — задумчиво сказала блондинка. Увидев вопросителный взгляд собеседника, она произнесла, — Если наш роман игра, мы проиграли, — тихо произнесла студентка, отведя глаза. — Я помню, любимая, помню Сиянье твоих волос. Не радостно и не легко мне Покинуть тебя привелось, — не остался в долгу Майклсон и пылко процитировал великого поэта, зная, что это найдёт отклик в душе Форбс, — Прощай, Кэролайн, — сделав акцент на полной форме имени, попрощался парень и ушёл.       Девушка же, и правда, не осталась равнодушной. Литература и любовь у этой пары всегда были переплетены. Они вместе читали книги, обсуждали героев и спорили насчёт финалов. Читали наизусть отрывки из пьес, стихотворений и поэм. Цитировали поэтов и писателей. Этих моментов очень не хватало светловолосой, ведь после отъезда семьи Майклсон, она отстранилась от мира поэзии и переключилась на музыку, что отлично описывали строчки из песни, которую можно было часто услышать в плей-листе голубоглазой.

«Я разлюбила стихи и романы. Мне тишиной бы залечивать раны. Я молчу аккордами.»

      Так перед глазами возникла картина событий, произошедших 3 года назад.       «Светловолосая девушка 15 лет сидела на качелях около своего дома в объятиях любимого человека. Неожиданно она перевела свой взгляд на глаза парня и принялась читать наизусть строчки, которые были ему знакомы. — Серые глаза… И вот — Доски мокрого причала. Дождь ли? Слёзы ли? Прощанье. И отходит пароход. Нашей юности года… Вера и надежда? Да: Пой молитву всех влюблённых: «Любим? Значит — навсегда!»       Клаус не оставил её равнодушной, и ответил другим отрывком из того же лирического произведения. — Синие глаза… Холмы Серебрятся лунным светом, И дрожит индийским летом Вальс, манящий в гущу тьмы… — Офицеры… Мэйбл… когда?.. Колдовство. Вино. Молчанье… Эта искренность признанья: «Любим? Значит — навсегда!»       После чего Клаус поцеловал свою возлюбленную. Кэролайн ответила взаимностью и углубила поцелуй. В тот момент парень с девушкой чувствовали себя самыми счастливыми на свете.»       Стерев дорожку из слёз с щеки, Форбс хотела отбросить грустные мысли, но не смогла. Так она и провела весь вечер будучи разбитой, находясь в своих воспоминаниях.

***

«Так хочу забыть тебя, Но нам напомнит музыка Мир, где только ты и я, Мир, где только ты и я. Как же сложно, что ты рядом. Мы уже не те, но с тем же взглядом. Сердце режет эта правда. Как тебя забыть? Я и ты, как Mr. & Mrs. Smith»

***