Love - as а war

«Мне страшно с Тобой встречаться. Страшнее Тебя не встречать.» А. А. Блок

Зал поприветствовал аплодисментами двух молодых актёров, которые уже вошли в образ и шли под ручку, мило беседуя о чём-то. Спустя ещё несколько шагов, началась не быстрая, но ритмичная мелодия. Пара двигалась плавно, в ритм медленной музыки. То, с какой лёгкостью Кол поднимал, кружил и переворачивал Давину, впечатлило многих находящихся в зале зрителей. А натянутую стопу гимнастки было видно даже в кроссовках. Грациозное скольжение по сцене поразило всех. Не успев отойти от красоты и изящности танца, сидящие смогли лицезреть перед собой новую пару героев, во взаимодействии между которыми была неимоверная химия, а вскоре и появившуюся Ребекку, которая активно жестикулировала руками, войдя в свою роль. Следующий музыкальный номер принадлежал Клаусу и Кэролайн, которые по сценарию впервые после их разлуки поцеловались. Блондинка вновь почувствовала мурашки по своей коже. Правильно говорят, что танцует не тело, танцует душа. Но, взяв во внимание тот факт, что они на сцене перед зрителями, попыталась быстро собраться. Концом спектакля, когда все герои наладили между собой отношения, послужил последний танцевальный номер с песней, в исполнении мисс Форбс. «Не посмела держать, И лучший друг делает худший расклад; И, как на зло, в городе не снегопад; И все увидят соль по дороге домой. Она стала дрожать, а лучший друг Не знает куда себя деть, меняет планы, Пытаясь никак не задеть больную тему. Даже за руку страшно держать. Мир вокруг неё крутил, называл странной. Выхода не находила, пряталась в ванной. Плакать будет долго ли? Гадали да думали. Мир гладок, да гадок и они сходят с ума от догадок. И почему по вкусу сладок осадок от града; И почему проходит время и новому рада. Что это, блин, за правда, если вечной не стала баллада? Как могла, так и берегла. Говорила, без него умрёт, но жива. Так, получается, врала — она тоже врала. И без ответа это всё. Такие вот дела.» Закончив песню и танец, а вместе с ними и всё представление, студенты получили шквал оваций. После поклона, занавес опустился, а Кол так и не заметил своей грубой ошибки. Оглядевшись и не увидев Давины поблизости, Майклсон сначала хотел было догнать её, но потом решил дать девушке время прийти в норму после выступления. Пока будущие деятели сферы искусства ждали своего преподавателя с его оценкой спектаклю, к ним подошёл оператор. — С девушкой всё в порядке? — спросил мужчина лет тридцати со штативом в одной руке, и с камерой в другой. — С какой? — Актриса, брюнетка. — А что с ней должно быть не так? — грубо спросил Кол, из-за чего Кэролайн положила руку ему на плечо, стараясь успокоить парня, чтобы тот не натворил с горяча опасных действий. — Я думал, она могла повредить ногу во время последнего танца. Вы разве не заметили? — обращаясь к шатену, удивился мужчина. Но увидев в ответ короткий отрицательный кивок, быстро перемотал видео на конец, где и был этот момент. «Майклсон, подняв Давину, сделал несколько оборотов. Но что-то пошло не так, и хорошо отточенная поддержка прошла неудачно. Мужчина не подрасчитал силу, из-за чего брюнетка резко встала на травмированную ногу, и на её лице отразилась боль. Было видно, насколько тяжело ей опираться на эту ногу, но она сделала всё от начала до конца. Сделав небольшой поклон, Клэр отвернулась от сцены.» — Чёрт! Только не это! — и шатен рванул за кулисы, обогнав Кэролайн, которая уже собралась к подруге. Остальная часть Майклсонов тоже отправилась за ушедшими, но чуть медленнее. Найдя брюнетку со слезами на глазах, которая держалась за стопу, в гримёрке, Майклсон подбежал к ней. — Давина, прости, — с нескрываемой жалостью в голосе прошептал Кол и, взяв девушку на руки, направился к выходу, но в дверях столкнулся с Форбс. — Майклсон, оставь Давину, посмотри до чего ты довёл. Я тебя предупреждала! — Я отвезу её в больницу, — властным, не терпящим возражений голосом сказал Кол. Такой тон был свойственен Майклсонам, когда они в ярости. И Кэр прекрасно это знала, поэтому без слов направилась за мужчиной. Бекка, наблюдая за братом и подругой, которые были сами не свои, обратилась к Нику. — Езжай с ними. Там нужен кто-то здравомыслящий. Я останусь здесь, ещё надо перед преподом объясниться. Мужчина согласился без слов и скрылся за поворотом, куда несколько секунд назад ушли его однокурсники. Во время поездки Форбс пришлось отвечать на сообщение Тайлера, который хотел увидеть её и лично поздравить с премьерой спектакля. Находясь на нервах, блондинка удивлялась настойчивости этого парня, ведь за три недели он уже мог забить на попытки завоевать девушку. Но Локвуд был настойчив и слишком мил с ней. Доехав до нужного места, Кол бережно вытащил брюнетку с заднего сидения машины и направился в регистратуру, затем добрался до нужного кабинета, по пути извинившись ещё много раз. Доктор, который после слов медсестры уже ждал их в кабинете, попросил остаться с Давиной кому-нибудь одному, а остальным выйти в коридор. Зло посмотрев на Майклсонов, Кэролайн указала пальцем на дверь. Оказавшись снаружи, шатен обессиленно рухнул на стул, стоящий под таблицей с фамилией врача. На его лице не было совершенно никаких эмоций. Казалось, что за секунду он забыл всё происходящее до этого и отключился. Клаус насторожился, ведь знал, что спокойный брат — это повод для тревоги. Лучше бы он начал крушить всё, что попадётся под руку. Никлаус, решив вернуть эмоциональное состояние брата, задал интересующий его вопрос. — Почему вы подняли такую панику? Я посмотрел видео, такое не должно сильно навредить здоровью, — Кол тяжело вздохнул, как будто обдумывая, стоит ли рассказывать, и начал отвечать, смотря куда-то вдаль. — У неё была травма, и теперь любое повреждение может привести к серьёзным последствиям… И виноват буду я! Она только решилась дать мне шанс, а я всё испортил. Когда шатен поднял голову, и Клаус смог наконец взглянуть тому в глаза, где плескались боль, разочарование, злость и, самое главное, переживание. Он открыл для себя новый факт о брате. Такого Кола он встречал только, когда его близким грозила опасность. Они были самыми важными людьми в его жизни. Но сейчас студент сидел здесь, под дверью кабинета, в котором над Клэр, которая пока что даже не была ему любимой девушкой, нависла угроза, и испытывал те же эмоции. Эта девчонка смогла очаровать самого Кола Майклсона. Может быть, именно такая представительница женского пола и нужна парню. — Брат, может обойдётся, — попытался успокоить своего родственника Клаус. Как только он договорился, раздался звонок его телефона, но так как связь здесь была ужасной, ему пришлось спуститься вниз. Из мыслей Майклсона младшего вывела открывшаяся дверь, из которой вышла светловолосая. Почувствовав на себе взгляд с немым вопросом, она перевела взгляд на друга. — Давине сейчас будут делать рентген и введут обезболивающее. После скажут диагноз. Кол, спасибо, что помог ей сюда добраться, но езжай домой. Сейчас ты здесь лишний. — Я никуда не уеду! — Ты ничего не знаешь. Ты не понимаешь, каково ей сейчас. — Я знаю достаточно. И про спорт в том числе. — А про травму? — неуверенно спросила Кэролайн, ведь знала, какую боль и дискомфорт приносил брюнетке один разговор на эту тему, поэтому была удивлена познаниям друга. — Более чем. — И всё же, ей сейчас и так плохо, ты хочешь добить её? — секунду подумав над вопросом, мужчина ответил. — Я буду на первом этаже. Не бросив ни одного взгляда на Форбс, он развернулся и направился к лестнице.