Им надо быть вместе. ( полностью ванильная стори)

Когда Коул и Зейн вернулись в съемную квартиру, и то единственное на что у них хватило сил - это завалиться в свою комнату и лечь на кровати. Они жили в одной комнате, так же, как Ллойд с Джеем и Кай с Нией. Мастер Огня не хотел оставлять свою сестру с Уолкером, поэтому, никого не спрашивая, занял комнату и сам разложил их вещи по полкам. Ния не стала перечить брату, а просто смирилась с тем, что Кай хочет уберечь её от всех опасностей и от Джея в том числе. Коулу нравилось жить с Зейном в одной комнате. Во-первых, его каждое утро будил самый прекрасный ниндроид на свете. Во-вторых, можно было наблюдать за самым прекрасным ниндроидом на свете и не быть осужденным. В-третьих, можно было провести немного времени с самым прекрасным ниндроидом на свете. И сейчас, лежа на животе в кофте Зейна, он одним глазом наблюдал, как ниндроид переодевался. Коул еще раз вдохнул запах Зейна, который оставался на кофте, и совершенно не хотел её снимать. Поэтому, когда Жульен подошёл с намерением забрать её, Мастер Земли притворился спящим, надеясь на доброту друга. Он услышал, как Зейн по-доброму вздохнул сквозь улыбку и не стал "будить" брюнета. *** Коул проснулся от упавшей на пол вешалки. Открыв глаза, он посмотрел на часы, что стояли на тумбочке рядом с кроватью. На часах было четыре утра. Баккет посмотрел в сторону источника звука. Возле шкафа стоял Зейн, который развешивал одежду и куда-то собирался. – Ты куда? – сказал охрипшим голосом Коул. Зейн вздрогнул и посмотрел на него: – Ох, Коул, прости я тебя разбудил. – Нет, все нормально, так куда ты? – К Пиксл. Баккет лишь кивнул. Он сел на кровать, пытаясь собраться с мыслями. Уже на автомате, он протянул правую руку за голову, чтобы снять белый бант, который завязала Ния, но вместо этого стукнул себя гипсом по затылку. Сон сменился легкой болью и окончательным пробуждением. Зейн издал легкий смешок и подошел к Коулу. – Давай я тебе помогу, – брюнет не стал перечить и позволил другу помочь. – Можешь за одно меня расчесать? – этот вопрос ввел Зейна в краску. Коул мало кому разрешал трогать его волосы. Единственный, кто мог к ним прикасаться и остаться с целыми руками, - это Ния. Жульен был рад, что друг "разрешил" ему. – Конечно же. Ниндроид взял расческу с тумбочки и аккуратно, чтобы не сделать больно, стал его расплетать. Волосы были мягкими, густыми и длинными. – А почему ты собрался к ней посреди ночи? – руки Жульена были холодными, они нежно перебирали прядки волос, начиная расчесывать с кончиков. – Пиксл нужна моя помощь. Я не могу ей отказать, – под тактичными движениями Зейна Коул снова начал засыпать, но осознание того, что Жульен в три часа ночи собрался до Пиксл, не дало заснуть. В голову начали лезть неприятные мысли : "Что за помощь? Он ее любит? Скорее всего." Когда густые волосы уже не путались и легко проходили сквозь расческу, Зейн провел ладонью по гладким прядкам, не желая их отпускать. – Ладно, я пойду, я ненадолго, – сказал Зейн и вышел из комнаты. Когда дверь закрылась, Баккет посильнее укутался в бежевую кофту Жульена и уткнулся лицом в подушку, мечтая о том, чтобы Зейн снова его обнял. *** Квартира Пиксл была маленькой, но за счет светлых стен и потолков казалось, что квартира достаточно просторная. Они снова сидели на кухне. Пиксл что-то готовила для своего большого серого пушистого кота; как и у всех персидских кошек, у него была приплюснута мордочка. Маркиз – именно так звали кота – удобно разместился на столе и мурлыкал под рукой Зейна, который его гладил. – Зейн, что за важная причина, по которой ты пришел ко мне в 3:36:45? – Пиксл поставила перед Маркизом миску с едой. Единственный, кому нужна была еда, поэтому она позволяла есть коту на столе. – Ния сказала, что Коул меня любит, – вздохнул Жульен, переставая гладить кота и позволяя ему поесть. – Ты ему признался? – Пиксл погладила Маркиза, не отрывая взгляда от друга. – Нет. – Почему? – Пиксл не была удивлена, она возмущена тем, что у друга есть шанс признаться в любви Коулу, а он медлит. – Я же не могу подойти и в лоб сказать:"Коул, я люблю тебя. Будешь моим парнем?" – возмутился Зейн. – Можешь! – зеленоглазая ударила кулаком по столу. Маркиз удивленно посмотрел на свою хозяйку, – Зейн, ты должен действовать: если ты не сделаешь первый шаг, то его может сделать кто-нибудь другой. От этих слов глаза Жульена засветились красным. – Успокойся, нельзя исключать эту вероятность, – она села рядом и положила руку на плечо ниндроида. – Ты права, – Зейн понурил голову. – Может испечь ему торт? Пиксл непонимающе посмотрела на Жульена. – Коул любит торт, – пояснил Мастер Льда. – Если я сделаю торт только для него, то это может стать подводкой к признанию. – Это странно, но романтично. Маркиз, схомячив свой поздний ужин, сладко потянулся и подошел к хозяйке. – Как хорошо, что у меня есть ты, Маркиз: тебе я могу говорить, что люблю тебя, и ты меня не поймешь, – Пиксл погладила кота по головке и поцеловала его в носик. – Если у тебя не получится признаться Коулу, то я подарю тебе кота. – Спасибо, Пиксл. *** Ближе к ночи Ллойд, Джей, Кай и Ния захватили Коула в плен. Взяв фломастеры и маркеры, они на полу в гостиной раскрашивали его гипс. – Когда вы меня отпустите? – жалобно спросил Коул, лежа на полу. – Никогда, – ответил Ллойд, дорисовывая дракона. – Кай, что это? – спросил Джей, указывая на красное пятно, что оставил Мастер Огня на гипсе. – Цветочек, – буркнул Кай. – Кай, я левой рукой могу нарисовать цветочек, и это будет похоже на цветочек, даже при том, что я правша, – Баккет посмотрел на кляксу Смита. – Молчи, художник, иначе у тебя этот цветочек будет на лице. Коул вздохнул и снова уставился в потолок. Он был расстроен, но виду не подавал. Зейна практически не было весь день дома, а когда он пришёл, то заперся на кухне и не выходил оттуда. Баккет снова посмотрел на друзей, когда раздался смешок со стороны Нии и Джея. – Что вы нарисовали? – недовольно спросил Мастер Земли. Каю и Ллойду тоже стало интересно, посмотрев, они рассмеялись в голос. Ния отпустила руку брюнета, чтобы он посмотрел. Коул начал изучать свой гипс. Было много рисунков и надписей. Взгляд прошёлся по зелёному дракону Ллойда, по кривому цветочку Кая, по кораблику Джея и гей-флагу, который явно нарисовала Ния. Посмотрев дальше, на кисти руки, большими серыми аккуратными буквами было написано "Собственность Зейна". – Очень смешно, а теперь можно я пойду? – Коул встал и направился в их с Зейном комнату. Когда Коул пришел в комнату и, не включая свет, упал на кровать и посмотрел в окно, которое выходило на спальный район Нью-Ниндзяго Сити. Он около десяти минут изучал пейзаж города; было острое желание взять карандаш и нарисовать этот район, но сломанная рука не позволяла это запечатлеть. Баккет разочарованно вздохнул. Из раздумий его вывел свет, который проник через открывшуюся дверь. Это был Зейн. Его голубые глаза светились от радости. Он зашел в комнату – его руки были за спиной и что-то держали. Мягко закрыв дверь, Зейн подошёл к кровати Мастера Земли. – Как твоя рука? – Жульен сел на край кровати, стараясь укрыть то, что принёс. – Нормально, – равнодушно ответил Коул и спрятал лицо в подушку. – У меня для тебя сюрприз, – Зейн хитро улыбнулся, ожидая реакции Баккета. Тот показал одну часть лица и посмотрел на ниндроида. – Какой сюрприз? Мастер Льда аккуратно, чтобы не уронить, показал брюнету шоколадный торт в виде сердечка. Коул резко сел на кровать и посмотрел сначала на торт, потом на Зейна. – Это все мне? – Да. – Ох, Зейн, спасибо, – Коул обрадовался тому факту, что Зейн специально для него приготовил торт, и вдобавок к этому смутился. – Ты же разделишь этот сюрприз со мной? – Хорошо. Мастер Льда подал Баккету вилку, и, когда тот хотел отделить маленький кусочек, она предательски вылетела из рук. Коул надулся и кое-как подавил нарастающую раздраженность. – Ничего страшного, – Зейн поднял вилку и положил ее на тумбочку. Коул облокотился о стенки и вздохнул. Жульен поставил торт рядом с вилкой и повторил за другом. – Все в порядке? – Не совсем, чувствую себя беспомощным из-за руки, – Коул снова посмотрел в окно. – Коул, почему каждый раз, когда я отворачиваюсь, у тебя появляются новые раны? – ниндроид посмотрел на друга в ожидании ответа. – Не знаю, не отворачивайся тогда, – брюнет повернул голову в сторону Зейна и улыбнулся. Зейн смутился: даже в темноте Мастер Земли мог увидеть, как на его щеках появился голубой румянец. – Зейн, это просто моя глупость, из-за которой я сижу с забинтованными руками. – Не совершай больше таких глупостей. – Тогда я не смогу учиться на своих ошибках. Глупости часть нас самих. Все их совершают, – Коул не сводил глаз с ниндроида, изучая его серебряное лицо и голубые глаза. – Тогда можно я тоже совершу глупость? – Зейн изучал брюнета. В правом ухе было три черных пирсинга, а из-под розовой легкой майки игриво выглядывал микродермал. Баккет смутился, но не отвел взгляд. Жульен приблизился к Коулу и, чуть наклонившись, поцеловал его. Поцелуй был легким, ненавязчивым, он не должен был продлиться дольше секунды, но руки Баккета на шее ниндроида не дали им разъединиться. Мастер Льда был по-настоящему счастлив в тот момент, поэтому, обвив руками талию Коула, углубил поцелуй. Мальчики в какой-то момент потеряли равновесие и упали на кровать таким образом, что брюнет навис над Зейном. Через мгновение Жульен отстранился от смущенного Мастера Земли. – Я люблю тебя, Коул. – Я тебя тоже люблю, Зейн. Мастер Льда потянул на себя Баккета. Потеряв равновесие, Коул всем телом прижался к Зейну, тот снова поцеловал его, жадно углубляя поцелуй.