Что-то не так

      В комнате для допросов, куда Сюэ Яна по привычке отвели, нет ни одного окна, зато есть извечный запах дешевой краски, который, казалось бы, никогда не выветрится отсюда, а ещё два стула, дряхлый стол, голые стены. Более унылого пейзажа и вовсе не найти.       — О, — выдохнул он, когда дверь открылась, — наконец-то.       Молодой следователь поздоровался, опустился на стул напротив него, улыбнулся, положив на стол папку с бумагами, и коротко отдал приказы сопровождающим. Он вел себя спокойно, излишне спокойно, будто бы он сидел за столом у себя дома, попивая кофе из пластикового стаканчика и изредка поправляя выбившуюся прядь длинных волос из туго стянутого хвоста на затылке. Пиджак он повесил на спинку стула, оставшись в выглаженной белой рубашке. Сюэ Ян только фыркнул — он уже привык к Сун Ланю, с которым частенько виделся тут. Привычно раздражающий, давно надоевший. В следующий раз, когда они будут переезжать из Шанхая, он сделает себе подарок — наконец-то прирежет этого надоевшего блюстителя закона, который сует свой нос куда не просят. Но чуть позже, сейчас у него еще есть тут дела.       А этот следователь был новый — он точно его никогда не видел тут и, если честно, не хотел бы с ним встречаться. С ним было что-то. С ним было что-то не так настолько сильно, что чутье Сюэ Яна било тревогу.       — Пара вопросов, и ты будешь свободен, — снова улыбка, а голос мягкий-мягкий, словно говорит с ребенком, — но познакомимся для начала. Я совсем недавно перевелся в этот район, меня зовут Сяо Синчэнь, и я рад, что у нас есть свидетель по делу.       — Да-да-да, — Сюэ Ян закатил глаза — сколько бессмысленной болтовни! — В ваших руках бумажечка, на которой написано, кто я, так что давайте побыстрее закончим, у меня очень много дел, знаете, я занятой человек.       Сегодня он свидетель, именно так. Просто так нужно было Мэн Яо, а ему за это хорошо заплатят. Пожалуй, это была одна из самых простых работ, которые ему приходилось выполнять.       — Двадцать лет… Студент? — будто бы не услышав его, продолжал Сяо Синчэнь.       — Нет, — нехотя ответил Сюэ Ян.       — Работаешь?       — Иногда, — брякнул Сюэ Ян и ухмыльнулся. — А может, ты займешься своей работой? Или тебе зря платят? Даже стакан воды не удосужился принести. Что за обращения с ценными свидетелями, после такого я могу просто уйти.       — Ты хочешь пить? — только лишь спросил Сяо Синчэнь.       — Нет, не хочу.       Ему стало душно и тошно. Холодный пот скатился по виску. Кончиками пальцев он оттянул ворот водолазки, смахнул волосы назад, и откинулся на стуле. Сяо Синчэнь не отводил от него взгляда.       Спустя несколько минут воды ему, конечно же, принесли, но пить он её не стал. Сяо Синчэнь все смотрел на него, наблюдал, будто бы изучал, ненавязчиво, но с открытым интересом, который читался на его лице через хмурые складки на лбу, поджатые губы. Что-то в нем было знакомым, но каждый раз, когда Сюэ Ян пытался вспомнить, где он его видел, воспоминание выскальзывало, словно воды меж пальцев. Где-то, но не здесь. В нем было слишком много неопределенности: непонятных движений, непонятных взглядов, которые Сюэ Ян не мог прочитать. С ним что-то не так. Не так. Сюэ Ян прикусил губу — нужно заканчивать тут побыстрей.       — Ты, — наконец-то начал он, но Сюэ Ян оборвал его.       — Не надо мне твоих лекций и жалости, — озлобился он. — Думаешь, меня нужно жалеть? Нет, не нужно, пожалей себя, каждый день приходишь сюда сидеть на дешевом стуле по восемь часов и только и думаешь, когда наконец-то вновь вернешься домой, чтобы лечь на диван. Кто у тебя дома, заботливая жена и приплодок? Ты просто один из того миллиона, кто считает, что его жизнь удалась только потому, что живет так, как положено. Ты лишь неудачник, который сейчас увиливает от своей работы, — рассмеялся. — Тебе что, скучно и ты решил поболтать со мной, чтобы повеселиться? Ай-ай, господин полицейский как-вас-там, вы плохо себя ведете. Написать на вас жалобу?       Выплеснутая на Сяо Синчэня злость не принесла ему облегчения, только наоборот дала еще больше топлива для злости, и он едва сдерживался, чтобы не разбить ему лицо, а тот откинулся на спину стула, так же как Сюэ Ян. Губы вновь изогнулись в улыбке, не надменной и не злой, а наоборот задумчивой. Он покачал головой, словно решая по про себя.       — Может быть, в чем-то то ты и прав, — выдохнул он. — Но я действительно хотел здесь работать в полиции. Детская мечта, которая так и не исчезла, когда я повзрослел, — тихо усмехнулся. — И мне совсем не скучно, наоборот. И прости, если я обидел тебя, я совсем не смеюсь и не жалею тебя, мне было интересно. Ты был прав, когда сказал, что я лишь обычный человек, но я не вижу в этом ничего обидного. Только ты немного ошибся, дома меня, к сожалению, никто не ждет, хотя было бы, наверное, неплохо.       Будто бы его нужно за это пожалеть! Сяо Синчэнь рассуждал свободно, словно считая это место лучшим для задушевных бесед. Сюэ Ян выплюнул сквозь стиснутые зубы:       — Не тому ты жалуешься на жизнь, придурок. Я не нанимался твоим психологом, мне за это не платят.       — Я совсем не жалуюсь, ты ведь был прав, а я подтвердил это фактами, — вновь улыбнулся Сяо Синчэнь, — а теперь, как ты и хотел, давай перейдем к делу.       Двадцать минут казались пятью часами. Однотипные вопросы — скука, Сюэ Ян извелся, извертелся на стуле, но отвечал быстро, коротко, только по делу. Слишком уж ему хотелось сбежать отсюда; слишком уж его морозил взгляд Сяо Синчэня — такой глубокий, светлый, живой, словно внутри него бушевал ураган, который тот отчаянно скрывал. Запах его одеколона сладкий, но Сюэ Ян при каждом вздохе ощущал, как на языке горчило, будто бы он выпил яд.       На прощание Сяо Синчэнь попросил его зайти через два дня на опознание, а он лишь махнул рукой в ответ. Говорить с ним не хотелось, смотреть на него — тоже.       Зайдя домой и споткнувшись обо что-то при входе, Сюэ Ян проматерился от души, заодно проклянув и Сяо Синчэня, который не выходил у него из головы.       — Опять ты не в настроении, — пробормотала А-Цин, не отрывая взгляда от телефона. Она сидела на диване, уютно укутавшись в тонкое одеяло и быстро-быстро кликала по экрану. — Ну и почему какой-то Сяо Синчэнь стал жертвой твоей ненависти?       — Да урод он, свалился мне на голову, когда не надо, спрашивает много не по делу, — Сюэ Ян лег рядом, продолжая жаловаться. — Новый следователь, напарник Сун Ланя, мерзкий тип, да и, похоже, сбежал из пансиона благородных девиц.       — Понятия не имею кто это.        А-Цин бросила в него яблоком, и он по привычке поймал.

***

      На опознание он, конечно же, пришел, и три часа в душном кабинете вымотали его хуже, чем две бессонные ночи: однотипные тупые вопросы, уставшие лица, запах пота и дешевого одеколона. Сопровождающий рядом Сяо Синчэнь выглядел свежим, выспавшимся, в чистой, белоснежной накрахмаленной рубашке, с идеально подобранными волосами. Что-то в нем пугало его так сильно, что хотелось сбежать подальше, что-то — манило, интересовало, привлекало, чтобы поддразнить его, но Сюэ Ян сдерживался — он хотел попрощаться с ним раз и навсегда. При виде него злость кипела, бурлила внутри него, обжигая до боли, и даже челюсть сводило до скрипа зубов.       Управившись со всеми делами, они вышли на улицу, где гулял холодный осенний ветер, приятно окутывая их свежей влагой недавно прошедшего дождя.       — В благодарность я хотел бы пригласить тебя на обед,  — произнес Сяо Синчэнь, — два часа, самое время.       — Нет, — поморщился Сюэ Ян, — тебе нужно работать, нельзя отвлекаться. Думаешь, раскрыл одно дело и всё? Иди помогай миру и отстань от меня. Отстань от меня.       Последние прозвучало как пожалуйста, отстань от меня.       На крыльце его уже ждала насупившаяся А-Цин, которая, высоко подняв ворот куртки, прятала в него лицо и, увидев его, подбежала, сразу злобно бормоча:       — Я замерзла, пока ждала тебя, нельзя было побыстрей? Опять воздух попусту гонял, препираясь с Сун Ланем? — она перевела взгляд и с опасливой настороженностью посмотрела на Сяо Синчэня.       — Ваш друг очень помог нам, и я хотел отблагодарить его, но … — начал он.       — Брат, — прервала А-Цин, — Сюэ Ян мой брат.       Сяо Синчэнь внимательно посмотрел на них — и сразу ясно, что в них ни капли сходства, но лишь вежливо произнес:       — Этого не было в его досье, прости, — протянул ей визитку. — Меня зовут Сяо Синчэнь, я следователь, который ведет дело, в котором твой брат был главным свидетелем, я хотел отблагодарить его обедом, но он отказался. Может быть…       Бумажку она сунула в карман, даже не взглянув на неё, и затараторила:       — Я уже слышала о вас, Сяо Синчэнь, — подмигнула. — Мы согласны, всё равно никуда не спешим, а раз нас приглашает следователь полиции, то как тут отказать, конечно, мы пойдем с вами.       — Да сколько можно вестись на бесплатную еду? — Сюэ Ян закатил глаза. — Как ты вообще еще меня не продала-то?       — Да кому ты нужен-то? Тебя никто покупать не хочет, максимум с доплатой только возьмут, а потом обратно вернут, — А-Цин ткнула его в бок. — Не будь занудой, еда не бесплатная, ты уже её отработал своей болтовней, так что просто заткнись и иди, пока добрый человек не передумал.       Неумело сделав вид, что кашляет, Сяо Синчэнь усмехнулся в кулак.       — Как ты меня достала, — цокнул Сюэ Ян, пропуская их.       До ближайшей кофейни он плелся позади, стараясь не вслушиваться в их оживленную болтовню, но вглядываясь в спину Сяо Синчэня. Идеально ровная осанка, высоко поднятая голова, широкие плечи — прямо можно фотографировать на стену почета и вешать в участке как эталон полицейского. Из движений А-Цин исчезла настороженность, она говорила много, слушала внимательно, возмущалась, соглашалась, смеялась, кривлялась, будто бы они были давно знакомы. Что-то внутри вспыхнуло от обиды — и почему за его улыбку она продалась так быстро? И о чем же с ним можно было говорить? С ним?       В обеденное время в зале было мало людей, и они заняли стол в углу. Сюэ Ян смотрел в окно — с ним никто не говорил, эти двое прекрасно были заняты друг другом, — и пил кофе. Как только А-Цин уткнулась в телефон, наступила тишина.       — Вы с ней очень похожи, — неожиданно обратился к нему Сяо Синчэнь. — Даже очень сильно.       От природы А-Цин была хрупкой, миниатюрной девушкой, которая в свои девятнадцать все ещё выглядела как подросток, которой едва исполнилось пятнадцать. Любившая всё яркое и броское — сотни дешевых серег, подвесок, десятки цветных колец, глупые подвески-кошки на телефон, объемные свитера — она олицетворяла собой слово легкомыслие во всей красе, а Сюэ Ян же, в отличии от неё, категорически ненавидел безвкусную аляповатость и ни капли не походил на хрупкого юношу.       — Ты слепой? — огрызнулся он. — Чем я с ней похож? Ты сначала глаза раскрой, а потом уже рот открывай.       — Не внешне, конечно же, — быстро согласился Сяо Синчэнь. — Разговоры, манеры, слова. По вам сразу понятно, что вы долго и много проводите время вместе.       Сюэ Ян устал от него и его вшивой внимательности.       — Зачем ты позвал нас сюда?       — Я хотел тебя отблагодарить.       — Зачем? — с нажимом повторил Сюэ Ян, вглядываясь ему в глаза.       Даже смотреть на него было больно, сердце заходилось как барабан. Тем временем, Сяо Синчэнь был все так же расслаблен. Он повел плечом, убрал прядь волос за ухо, поболтал ложкой в чашке.       — Захотел.       — Ты даже ответить не можешь нормально, хватит прикидываться идиотом.       — Я не знаю, почему мне захотелось угостить тебя, — он покачал головой. — Нет, не так, я увидел тебя и А-Цин, и мне захотелось пообедать с вами. Не думаю, что в этом есть что-то плохое. Я всего лишь поблагодарил тебя, ничего больше. Ты мне ничего не должен.       Сюэ Ян холодно усмехнулся.       — Неужели тебе так одиноко? Или, может быть, ты обиделся, что я назвал тебя скучным человеком, который проживает свою скучную жизнь, и ты решил, что, таскаясь с нами, ты что-то изменишь? Или мечтаешь, чтобы мы были тебе друзьями. Так что из этого?       — Сюэ Ян, — тон Сяо Синчэня стал тверже, — с тобой сложно разговаривать, ты требуешь четких ответов на вопросы, на которые невозможно ответить да или нет, при этом ты сам только огрызаешься, будто бы я твой заклятый враг. Что я сделал тебе?       — Ты разве не понял? — Сюэ Ян хмыкнул и поднял на него взгляд, снисходительно осматривая его, — Ты и такие, как ты, просто меня бесят.       — Обычные люди?       — Бесполезные идиоты, которые приносят мне неприятности.       Сяо Синчэнь совсем не походил на него или А-Цин, они будто бы жили в разных мирах. Едва ли он был намного старше его — на пару лет, не больше, — но он уже выглядел как уверенный в себе человек, который стал тем, кем хотел, и будет идти этой дорогой до конца жизни; Сюэ Ян едва ли знал, кто он и что будет завтра. Только сейчас он понял, что заставляло его злиться рядом с ним — он впервые чувствовал себя виноватым: может быть, за то, что на фоне Сяо Синчэня он выглядел как эгоистичный неудачник, может быть, по сотне других причин, например, что его подноготная вбирала в себя все виды грехов от краж до убийств. Но плевать он на это хотел.       Коротко сказав «понятно», Сяо Синчэнь больше ничего не стал спрашивать, только на прощание сказал:       — Буду рад увидеться с вами не при таких обстоятельствах.       В его словах только вежливое дружелюбие и ничего больше. Сюэ Ян поморщился — его улыбка, его запах, его движения, буквально все, что он делал, вызывало у него неприятное жжение внутри, будто бы что-то внутри пыталось выбраться наружу, пробив грудную клетку. Ощущение, словно он сделал что-то не так, давящее на него камнем; казалось, каждый его вздох был неправильным, ненужным. Вкус вины ему совсем не понравился.       — Меня от тебя тошнит, — выплюнул Сюэ Ян, — надеюсь, мы больше никогда не увидимся.

***

      В их комнате почти ничего не было, только немного вещей и посуда — ровно столько, сколько можно закинуть в небольшую спортивную сумку и уйти отсюда, будто бы их никогда и не было. Одна из ночлежек от Мэн Яо, которую тот по доброте им предоставил на ближайшие пару недель.       Сюэ Ян насыпал кофе в чашку, понюхал, поморщился.       — И что он тебе ещё рассказал?       — Дал свой адрес, — А-Цин положила перед ним бумажку с парой иероглифов. Даже они были идеально ровные, красивые.       — Тебе еще рано спать с полицейским, у нас еще не все так плохо, хотя, может быть, Мэн Яо такая идея понравится, да и если он будет покрывать нас, чтобы я лишний раз не сидел в этом клоповнике, то почему бы и нет…       От удара по плечу Сюэ Ян зашипел, кофе пролилось на и так грязный стол.       — Да какой же ты придурок, А-Ян, — продолжала бить его А-Цин, а от возмущения щеки её вспыхнули розовым. — О чем ты, мать его, думаешь только? Сам с ним спи!       Впервые за день он наконец-то рассмеялся.       Под ночь ему совсем не спалось — в комнате душно, будто бы из воздуха исчез весь кислород. Непривычное покалывание в груди заставило его ворочаться со стороны в сторону. Он пытался найти удобную позу, но так и не получилось. Дышать становилось все трудней, и он толкнул спящую рядом А-Цин в плечо.       — Ты ничего не чувствуешь?       — Я чувствую, как ты мешаешь мне спать, — огрызнулась она, закутываясь в одеяло с головой. — А если еще раз это почувствую — я буду очень зла.       От нехватки воздуха у него закружилась голова, но он смог подняться на ноги и, держась за стену, дойти до окна, распахнув его настежь. Вдалеке бушевала гроза — черное небо рассекали золотые росчерки, ветер с той стороны был ненормально холодный, морозил до костей, которые будто бы трескались, покрываясь льдом       Сюэ Ян закрыл глаза: его будто бы переполняла энергия, которая текла по венам вместо крови, заставляя сердце биться о грудную клетку. В голове мелькали образы — сотни тысяч, и каждое новое воспоминание как глоток раскаленного свинца заставляло задыхаться от боли, свалившись на пол.