Что-то не так

      Туманный Шанхай навевал воспоминания, которые прятались глубоко внутри сотни лет, нечеткими образами проскальзывающие в ночных кошмарах долгими годами. Вроде бы ничего не изменилось — высотки, уходящие в серое небо, толпы людей на узких улочках, но Сюэ Ян теперь смотрел глазами человека, который прожил десять неудачных жизней: ни в одной из них он так и не дожил до старости; он не удивился, не расстроился — все было ожидаемо. Хотелось укрыться от густого, влажного тумана, мерзко покрывающего кожу, спрятаться от проснувшейся памяти — ненужной, нежеланной, тяготящей якорем на плечах.       Когда он уходил, А-Цин только просыпалась, ворочалась, потягивалась, и ему пришлось стиснуть зубы, глядя на её сонное лицо — в голове только и вертелось «мелкая паршивка, которая разрушила нашу жизнь с даочжаном», и ладони рефлекторно сжались в кулаки. Даже в этой жизни она свалилась ему на голову одной сплошной проблемой еще много лет назад. Одному ему было бы куда легче выживать. Стойкое желание придушить её прямо сейчас не покидало его ни на секунду — никто даже не заметит пропажи, она никому не нужна; единственный, кто заботился о ней когда-либо — только он, а теперь, может быть, человека, который назвался её братом, тоже нет.       Но А-Цин была все та же, что вчера, смотрела на него так же, как и десять лет до этого, вела себя так же, как и всегда по утрам — недовольно бормотала, глядя в окно, и задергивала шторы, — звала его ласково, как давно привыкла. Сюэ Ян прикрыл глаза — глубокий вдох, медленный выдох. В прошлый раз она готова была сделать что угодно для даочжана, который приручил её, как дикую кошку, подарив немного ласки, а в этот раз вместо него был Сюэ Ян, и теперь она будет так же заботиться о нем. Это может сыграть ему на руку. Вместо того, чтобы свернуть ей шею, на прощание он невесомо коснулся ладонью её макушки.       Недалеко от их дома была кофейня, куда Сюэ Ян иногда заглядывал. По утрам здесь всегда было немноголюдно, едва пара столиков была занята. Вэй Ин привычно облокотился на барную стойку, подперев одной рукой голову, а второй держа телефон. При виде Сюэ Яна он не встрепенулся, только махнул ладонью вместо приветствия. И снова Сюэ Ян выдохнул — значит, не вспомнил. От Вэй Ина были бы большие проблемы. Сейчас они не были близкими друзьями, но достаточно хорошо общались, чтобы посмеяться, поболтать о глупостях: Вэй Ина никогда не интересовало кто он и чем занимается.       — Новый рецепт, — подмигнул Вэй Ин, — бери бесплатно, это на пробу.       Сюэ Ян лукаво прищурился.       — Делаешь ставки, выживу или не выживу?       — Эй, не принижай мои способности, еще никто не жаловался, ну кроме тех… — Вэй Ин махнул рукой. — Ай ладно, все-все, бери, уходи, хорошего дня и всего прочего.       Его внимание привлек вошедший Лань Чжань, и он моментально потерял интерес к Сюэ Яну. Достаточно было только одного его мимолетного взгляда, чтобы руку пронзило болью, и Сюэ Ян отшатнулся. По спине пробежали мурашки, на лице выступил холодный пот. Он хотел было вытереть лицо, но тело не желало слушаться, будто бы он снова оказался обессиленным на поле боя в городе И. Лань Чжань прошел мимо, и Сюэ Ян быстро скрылся за дверью. От злости он схватился за плечо, сжимая его так сильно, что костяшки побелели. Либо ему нужно забыть об этом месте раз и навсегда, либо готовиться вернуть Лань Чжаню долг. Он еще не определился – его мысли были заняты совсем другим.       Первым же делом он отправился к тому, кто точно должен был знать намного больше, чем он — в вычищенный до блеска офис, где всегда кипела жизнь: круговорот акций в мире требовал большого внимания. Мэн Яо редко покидал это место, или же делал это незаметно, из-за чего создавалось ощущение, что он живет тут. Теперь Сюэ Ян хорошо помнил — из десяти прожитых жизней половину он провел с Мэн Яо. Ухань, Пекин, Тяньцзинь, Шанхай  — они знакомились при разных обстоятельствах, сближались до роли якобы друзей, помощников, расходились. Самое главное — с Сяо Синчэнем не встретился ни разу, будто бы кто-то уберегал его от этого знакомства, держа как можно дальше.       Быстро закрыв дверь в кабинет, Сюэ Ян сел в кресло и вальяжно запрокинул ногу на ногу, выдохнув:       — Какая же ты сука, Мэн Яо.       Мэн Яо тоже откинулся в кресле и, не переставая вращать шариковую ручку, хмыкнул, осматривая его с ног до головы.       — А я-то думал, когда уже ты вспомнишь, а то, видишь ли, одному знать все было не так забавно, — в его глазах ни намека на страх. — Не сказал бы, что я скучал, но рад, что ты вернулся. Кстати, ты опять не изменился, это какое-то особое заклинание? Хотя с твоим-то характером, скорее всего, это проклятие.       — Вспомнил, но только я, — вяло буркнул Сюэ Ян. — Даочжан, Сун Лань, А-Цин, учитель Вэй, Ханьгуан-цзюнь, кто там ещё был… а, не важно, мы собрались в одном городе, странно, да? — прищурился. — Ну и кто же нас мог собрать и помог нам вспомнить, кто же, кто же.       Главное, зачем, но произносить это не имеет смысла.       — Хочешь его поблагодарить?       Сюэ Ян только усмехнулся, Мэн Яо ответил тем же: каждый из них понимал — не нужно было этого делать. Им не нужно было вспоминать ничего. Тогда бы в этот раз, может быть, получилось бы прожить чуть за тридцать.       — Будто бы я знаю, — Мэн Яо развел руки в стороны. — Поверь, я знаю не больше твоего.       В нем не было прежней лисьей хитрости — он выглядел вымученно, устало, выдохшимся, словно не спал уже неделю, даже чистая рубашка и высоко забранные волосы не спасали его. Скопившиеся воспоминание свалились таким же холодным водопадом смертей — никто не хотел бы получить такое, и он — тоже.       — Да не поверю я тебе никогда, — отмахнулся Сюэ Ян. — Что с тобой?       Ответ был ясен, но он не смог сдержаться. У Мэн Яо было много проблем, но одна из них преследовала его в каждой жизни раз за разом — проклятие, не иначе. Может быть, поэтому он встречался с Мэн Яо так часто — они оба были прокляты, но по-разному, хотя каждому доставалось сполна. Их судьба повторялась, менялись лишь незначительные обстоятельства. Мэн Яо посмотрел в окно, прикрыл глаза, задумчиво коснулся шариковой ручкой губ.       — Не Минцзюэ, — выдох, — снова.       — И кто он теперь тебе опять?       — Следователь из восточного участка, который копает под меня уже второй месяц, — поморщился. — Приходил один раз, расспрашивал. Я ему не понравился. Впрочем, как всегда.       Ещё одна проблема из прошлой жизни — Сюэ Ян тоже не был в любимчиках у него, и это сулило неприятности.       — Может, проще убрать его сейчас, чем тогда, когда он вспомнит, кто убил его как минимум пять раз?       — Опять связываться с полицией не стоит, — Мэн Яо улыбнулся ужасно устало. — Ты ведь помнишь, что было в прошлый раз?       Теперь их любимые слова были «опять» и «снова», все строилось на прошлом — сбежать от него было невозможно. Сюэ Ян покрутился на стуле, прошелся по бумагам на столе, которые Мэн Яо моментально выхватил у него из рук.       — Мне нужно подумать над этим, но пока нужно заняться важным. Кто-то высвобождает духовную энергию в местах её скопления, — задумчиво проговорил он. — Нужно найти его и избавиться от него, пока никто ничего не узнал. Нельзя, чтобы остальные вспомнили прошлое, будет слишком много проблем.       — Их уже слишком много, — буркнул Сюэ Ян. — Я проверю все места скопления духовной энергии, пришли мне все, которые уже нашел, а еще я хочу вернуть свой меч, так что наконец-то будь полезен и мне, найди его.       Мэн Яо покачал головой.       — Наши мечи в национальном музее, забрать их невозможно. Тем более, как только будет заявлено, какой именно меч пропал, будет ясно, что ты вернул воспоминания, и ты откроешь на себя сезон охоты. Пользуйся тем, что пока никто ничего не знает. Если мы не поймем, кто и зачем это делает, то нашей жизни будет конец. Моя голова снова покатится с лестницы, а тебя прирежут в подворотне, — быстро выговорил он. — Что ты будешь делать с Сяо Синчэнем?       Без меча Сюэ Ян чувствовал себя непривычно, словно лишившись рук, но Мэн Яо был прав — привлекать внимания сейчас, когда все зависло в шатком положении, явно не стоило.       — Не твое дело, — огрызнулся он, — твое дело найти того, кто все это начал, и сказать мне его имя.       — Будь осторожен, Чэнмэй-сюн…       — До того момента, пока я тебе нужен, — оборвал Сюэ Ян, закатив глаза, — я слишком хорошо тебя знаю, заткнись.

***

      Вернувшись домой, Сюэ Ян скомандовал А-Цин собираться, больше не было смысла ждать — их встреча с Сяо Синчэнем была знаком судьбы, которая сотни лет не давала им даже шанса увидеться, а теперь словно решила наградить Сюэ Яна подарком.       — Прямо сейчас? Зачем? Куда ты торопишься?       А-Цин всегда задавала слишком много вопросов, но за годы, проведенные вместе, научилась слушаться, только делала это крайне редко и если Сюэ Ян говорил «нужно».       — Мы переезжаем, — он подбирал с пола вещи, которые по виду принадлежали ему, и кидал в сумку. — И выдумай слезливую историю для твоего любимого следователя Синчэня, мы едем к нему, нужно, чтобы он пустил нас, так что история должна быть душещипательная, как ты умеешь.       — Тебе? — она схватила его за руку и посмотрела в глаза. Её взгляд ему всегда не нравился, слишком пристальный, прозорливый. — Это нужно тебе или Мэн Яо?       Мэн Яо она ненавидела. Видела пару раз, говорила с ним — один, но ей будто бы и этого хватило, чтобы понять — от него ждать беды, и она каждый раз повторяла это.       — Мне, конечно, — фыркнул Сюэ Ян.       Секунда и А-Цин как ни в чем не бывало вновь продолжила собирать вещи.       — Только потом я жду подробностей. Надеюсь, у него будет лучше, чем в этом притоне. Хотя, кто знает, что может позволить себе добропорядочный полицейский. О, нужно будет узнать, что такие люди хранят под кроватью…       Главный её плюс — она всегда умела подстраиваться под любую ситуацию, и, пожалуй, это единственное, почему Сюэ Ян терпел её. Хотя иногда она еще и готовила.       Сяо Синчэнь встретил их без каких-либо вопросов, а его квартира, как и следовало ожидать, выглядела донельзя обыденной — светлая, маленькая, чистая, только чашки и книги, разбросанные по столам и подоконникам, создавали ощущение, что здесь все же кто-то живет. Сюэ Ян не стал вникать в подробности, какую чушь А-Цин ему наплела — поверил и хорошо.       Коснувшись корешка одной из книг, он поморщился — Сяо Синчэнь любил читать, но будучи слепым уже не мог себе этого позволить. В этой жизни Сяо Синчэнь мог позволить себе много больше, например, жить спокойно, но, как и в прошлый раз, его доброта стала катализатором надвигающийся беды.        — У меня три комнаты, — как ни в чем не бывало болтал он, будто бы проводил сотую за день экскурсию. — Можете занять общую и левую, ключей две пары.       — Мы займем одну, — отрезал Сюэ Ян и улыбнулся. — Спасибо, господин полицейский, вы слишком добры к незнакомцам, но, видимо, вам не привыкать, да?       А-Цин быстро юркнула в комнату, закрыв за собой дверь.       — Мы уже знакомы, — легко парировал Сяо Синчэнь, приглашая сесть с ним за стол.       По спине пробежали мурашки — воспоминания, спрятанные внутри Сяо Синчэня, подталкивало его говорить так, думать так, память готова вырваться в любую минуту и испортить все. Сюэ Ян улыбнулся еще шире, облокотившись на дверной косяк и наблюдая, как Сяо Синчэнь болтал ложкой в чашке, словно боясь поднять на него взгляд.       — Три дня?       — Это тоже хороший срок.       — Врешь, — хмыкнул Сюэ Ян, присаживаясь на стул.       — А ты вновь задаешь вопросы, на которые я не могу ответить, — улыбнулся Сяо Синчэнь, наконец-то посмотрев ему в глаза. — Почему-то только у тебя получается это сделать, но никак не могу понять, почему.       Он запутался — и Сюэ Яну это было только на руку. Сяо Синчэнь доволен и без них — они были лишние в его жизни. Скорее всего, все десять, которые он прожил без них, были счастливые и долгие. Но, как только он встретил их, в нем проснулось то давно забытое желание, которое стало частью его — позаботиться о них. Сюэ Ян коснулся его плеча, погладив большим пальцем, и Сяо Синчэнь будто бы оцепенел, не отводя взгляда от его руки.       — Ну, теперь у нас есть время поболтать, узнать друг друга получше, — Сюэ Ян поставил на стол локоть и подпер голову. — Знаешь, после нашей последней встречи мне захотелось узнать о тебе побольше, ты забавный, Сяо Синчэнь.       — Не думаю, что расскажу что-то интересно, но попытаюсь.       — Мы попытаемся, — поправил Сюэ Ян. — В конце концов, мы теперь не чужие друг другу люди, нам нужно поладить.       Сяо Синчэнь неловко улыбнулся.       Начало было положено идеально: первый день, второй, третий, неделя, две, можно сказать, прошли прекрасно. Интерес живой, горячий, манящий, заставлял Сяо Синчэня не отходить от Сюэ Яна ни на шаг, и тот был только доволен — приятные посиделки ночью стали почти привычны, почти необходимы: он приходил поздно, Сюэ Ян — тоже. Он больше не был тут гостем, они бы могли назваться друзьями, но Сюэ Ян никогда не считал его другом. Он был кем-то большим, тем человеком, за жизнь с которым можно было сделать что угодно.       Рассказав Сяо Синчэню про особый способ медитации — врать ему всегда получалось легко, — Сюэ Ян мог заниматься формированием ядра, сидя на полу в зале, а Сяо Синчэнь искоса наблюдал за ним поверх книги, делая вид, что совершенно не смотрит. Забавно, нелепо — полностью в стиле даочжана.       Тот, кто недавно очнулся, был в самом начале пути самосовершенствования, с несформировашимся ядром, и даже возращенная память не могла помочь телу приобрести былую мощь, а в нынешнее время духовной энергии на улицах было мало, и даже на самое простое заклинание приходилось искать её ближайшее скопление. Мэн Яо предполагал, ему нужно было провести какой-то обряд, который требовал большой расход энергии, а выброшенная волна пробудила память у тех, кто оказался рядом. Это произошло минимум дважды, а значит — может произойти еще раз.       Больше всего энергии было в храмах, которые Сюэ Ян прочесывал день за днем, но никаких следов так и не удалось найти. Оставалось только ждать, а это ему совсем не нравилось; ждать, когда он сможет убить того, кто рушит его жизнь, которая только что началась.