Что-то не так

      Воспоминания, покрытые пылью прожитых в забвении лет, вновь стали яркими, будто бы это было вчера. Вместо классического приветствия — легкие объятия, вместо пожелания на ночь — поцелуй в лоб. Можно сказать, Сюэ Ян добился прогресса, маленький выполненный подпункт в его плане, который несказанно радовал его, оставалось только одно «но», мешающее наслаждаться спокойными днями — Сун Лань. Одним своим появлением он может разрушить всю его только что начавшуюся жизнь и великие планы на будущее, он же, в отличие от Сяо Синчэня, любит задавать десятки вопросов и ни капли не верит в лживые истории. Сун Ланя будто бы создали ему в наказание — такого досконально правильного, неприступного, добропорядочного, прямолинейного, проще говоря — сплошной сборник триггеров.       Дело оставалось за малым — всего-то дождаться возвращения. Не то чтобы Сюэ Ян хотел его видеть, совсем нет, но закончить дело было необходимо. Он думал об этом постоянно, вечерами играя с А-Цин на приставке, сидя с Сяо Синчэнем за одним столом; думал, как много зависит от одного человека; думал — вот еще чуть-чуть, и он станет свободным от страха потерять это все (он все же должен был признать, что это чувство было отвратительное), ведь Сун Лань — единственная проблема.       Знаменательный день, может быть, сегодня вечером он уже отметит его праздничным красным в календаре.       Вечерний ветер трепал волосы, пробирался под короткую куртку, неприятно обдавая кожу холодом. Он уже несколько дней приходил сюда — глухой район, где после девяти часов на улицу никто не рискует выходить. Идеальное место. Может быть, Сун Лань даже пригласит его в дом, и тогда все будет намного проще.       Несколько часов пришлось просто ждать — Сюэ Ян хорошо умел это делать, но ненавидел до глубины души: слишком уж часто ему приходилось это делать. Наконец-то подъехала машина, из которой вышел человек. Дверь хлопнула, и Сюэ Ян уже открыл было рот, чтобы поздороваться, но замер, когда тот повернулся.       В легком пальто, наброшенном на плечи, стоял Сяо Синчэнь. Он долго смотрел ему в глаза, после чего улыбнулся так безрадостно и пусто, будто бы на него разом свалились проблемы всего мира. На его лице ни капли удивления, только толика разочарования.       — Можешь не ждать, Цзыченя здесь не будет, — произнес он и повторил эхом: — Можешь не ждать.       В горле у Сюэ Яна стало сухо, и выдавить хотя бы одно слово казалось неимоверно сложным. Его не должно было быть тут!       — Ты… — только и смог выдохнуть он.       — Снова солгал, — закончил за него Сяо Синчэнь и повел плечом. — С твоим появлением это приходится делать намного чаще, — выдох. — Ты, Сюэ Ян, совсем не изменился, поверь, я наблюдал за тобой достаточно долго, уже больше двух недель, — он прикрыл глаза, словно окунаясь в воспоминания.  — Смотрел на тебя, вспоминал, каким ты был тогда: веселым, отзывчивым, заботливым, таким другом, о котором мог бы мечтать каждый. И я искренне не понимал, почему ты остаешься рядом, хотя старался не думать об этом, мне ведь было так хорошо.       Сознание прояснилось словно по щелчку, все встало на свои места. Он знал! От этой мысли Сюэ Яна будто бы прошибло током, и он поморщился, дернулся.       — И ты пришел сюда, чтобы сказать мне об этом? Зачем ждал-то? — затараторил он, слова вырывались сами по себе — он говорил первое, что приходило в голову.  — Тебе заняться нечем, даочжан?       Сяо Синчэнь задумчиво вращал в руках ключи от машины, и в тишине их звон казался по особенному громкими, раздражающими. Он медлил перед ответом, словно думая о чем-то совсем другом.       — Я пришел сюда, чтобы проверить, действительно ли ты решишься на это, я ведь до последнего надеялся, что нет.       Такая дешевая проверка, словно из бульварного романа. Такая глупая, такая простая, такая действенная. Сюэ Ян хмыкнул:       — Твой дорогой друг уже однажды помешал нам, разве я мог позволить ему сделать это снова? Я лишь позаботился о нашем будущем, вот зачем он тебе нужен? Вот почему у вас такая дурная привычка лезть в дела, которые вас не касаются?       Сяо Синчэнь покачал головой.       — Единственный, кто мог разрушить выдуманное тобой будущее — ты сам, и ты это сделал. Тебе всегда удавалось разрушать что-то очень легко, и это по-настоящему страшно, — он выдохнул на замерзшие пальцы. — Когда тебя нет рядом, я хочу, чтобы ты был рядом, и ты приходишь, берешь меня за руку, раскрываешь рот, и каждое твое слово — ложь. Все, что ты мне говорил, только ложь, поэтому можешь больше ничего не говорить, в этом нет никого смысла.       — Даже слова мне не дашь сказать? — съязвил Сюэ Ян. — Где же здесь справедливость? Может, ты не заметил…       — Сюэ Ян, — оборвал его Сяо Синчэнь, — нам не нужно было встречаться ни в этой жизни, ни в какой-либо еще, поэтому, пожалуйста, давай больше никогда этого не делать?       Где-то внутри Сюэ Яна что-то оборвалось так резко, словно кто-то перерезал нить. Он мотнул головой, будто бы пытаясь выбросить из неё услышанное, но слова четко засели в памяти.       Может, показалось?       — Что?       — С тобой больно, Сюэ Ян, — Сяо Синчэнь наконец-то вновь посмотрел ему в глаза. — А я больше не хочу, чтобы мы причиняли друг другу боль. Разве ты уже не понял, что все повторяется? Я не хочу, чтобы все кончилось как в прошлый раз.       Ах вот! Губы Сюэ Яна сами по себе скривились в улыбку.       — Может быть, я сделал что-то не так, не уверен, но одно я знаю точно, — облокотившись на крышу машины, он продолжил: — Ты слабак, даочжан, всегда таким был, ищешь самый легкий способ. В прошлый раз ты сделал тоже самое, не захотел меня услышать и сбежал. Может быть, тебе стоит начать слушать людей?       Сяо Синчэнь поморщился.       — Я не хочу.       В порыве злости Сюэ Ян ударил рукой по капоту, но Сяо Синчэнь совершенно спокойно добавил:       — Не нужно меня заставлять.       Смех накатил внезапно, словно штормовая волна на спокойной глади воды. «Да, –мысленно согласился Сюэ Ян. Не сейчас.»       Они ехали в тишине, не в той привычной теплой, окружающей их по вечерам, когда они занимались своими делами, лишь перекидываясь взглядами и улыбкам, а в непривычной, холодной, тягучей, словно болотная жижа.       Когда Сюэ Ян переступил порог дома, то первым делом постучал в запертую комнату и громко произнес:       — Давай, мелочь, собирайся, нам нужно срочно ехать, мои вещи закинь в сумку и поторопись.       Находясь в коридоре, он внимательно осматривал квартиру. Здесь не было его вещей — привычка не оставлять следов работала как всегда идеально. Сяо Синчэнь, скорее всего, надеется, что через пару лет сможет его забыть, выкинуть из головы, как неприятный инцидент, через который можно переступить.       Нет-нет-нет. Так не должно быть.       — Даочжан, — позвал Сюэ Ян, и Сяо Синчэнь обернулся. — Я сделал так много для того, чтобы мы были вместе, чтобы у нас все было хорошо, а ты все испортил и теперь будешь с этим жить.       Сяо Синчэнь ничего не ответил, лишь коснулся виска, словно у него заболела голова.       Минут через десять вышла А-Цин и поставила перед ним их старую спортивную сумку, и Сюэ Ян, подхватив её, повесил на плечо.       — Пошли уже, — буркнул он. — Попрощаться не забудь и поблагодарить дорогого господина полицейского за доброту.       Звука шагов не было слышно, и Сюэ Ян развернулся, чтобы поругаться на неё, но не смог выдавить ни звука. Бледная, не выспавшаяся, испуганная, будто бы только что очнувшаяся от кошмара А-Цин пряталась за спиной Сяо Синчэня, держа его за ткань рубашки на локте.       — Прости, — только лишь сказала она.       В её глазах страх — и ничего больше.       Она. Она!       Сюэ Яну захотелось кричать. Только не она — А-Цин должна была быть рядом, она всегда была, по-другому не могло быть. Она ведь была давно обязана ему. Она была нужна.       На секунду внутри него что-то сжалось от ужаса — она была нужна. От этой мысли злость хлынула с новой силой и так сильно, что перед глазами все поплыло, а ладони сжались в кулаки. Порой он забывал о ней, на день на два, не потому что она ему не нравилась, а лишь потому что слишком привык, что она всегда рядом. Это было естественно, нормально, правильно, так и должно быть и никак иначе, она была как животное, которое всегда встречает на пороге.       Сюэ Ян сделал шаг вперед, собираясь схватить её за воротник, но она отступила, и Сяо Синчэнь закрыл её собой.       — Ты… — прошипел он, и А-Цин закрыла лицо руками, словно пытаясь спрятаться.       — Тебе пора, Сюэ Ян, — коротко произнес Сяо Синчэнь, — уходи.       Сегодня его имя звучало совсем по другому, тяжело, глухо, будто бы оно разило болью, хотя вчера Сяо Синчэнь произносил на выдохе, ласково.       — Да будьте вы прокляты, — выплюнул Сюэ Ян.       — Кажется, мы уже, — Сяо Синчэнь покачал головой.       — Опять жалеешь? А толку от твоей жалости? Она, похоже, тоже работает локально и на меня не распространяется. Или мой баланс уже израсходован?       — Ты очень умен, Сюэ Ян, — кивнул Сяо Синчэнь. — Действительно, очень, только используешь неправильно.       Холодный ветер улиц теперь приятно гладил лицо. Сюэ Ян глубоко выдохнул. Раз, два, три и — рассмеялся.

***

      В ожидании Мэн Яо Сюэ Ян вальяжно прогуливался при входе в парк, сцепив руки за спиной. Все же погода была отвратительная — из-за постоянной серости с трудом можно было отличить утро от вечера, и по десять раз за час моросил дождь. Сюэ Ян фыркнул, закутываясь в куртку.       Блистающей своей улыбкой Мэн Яо явился через несколько минут, и при виде него Сюэ Ян охватила злость — он как всегда остался в выигрыше. После выяснения отношений с Не Минцзюэ выжить было уже черезвычайное везение, а так еще теперь от него ни на шаг не отходит средний брат — все как он и хотел. Вот именно поэтому они встречались на улице, а не в теплом офисе.       Сюэ Ян успокоил себя тем, что Мэн Яо заплатит за это сполна.       — Не стоит благодарности, молодой господин, не стоит, — хмыкнул Сюэ Ян. — Всегда рад помочь моему другу.       — Другу? — Мэн Яо улыбнулся, передавая ему стакан кофе, от которого шел пар. — Когда мы успели стать друзьями?       — Разве не так назвал меня твой средний брат, который делает вид, что знает все на свете?       Мэн Яо не стал спорить, только выдохнул:       — Всё равно спасибо, Сюэ Ян.       Он произнес это настороженно, словно пробуя на вкус что-то новое. Может быть, это был первый раз, когда он сказал правду, и он пытался ощутить это.       — Обращайся,  — отмахнулся Сюэ Ян. — Лучше расскажи, как там так получилось, что ты умер на пару со старшим братом и что у вас там с душами.       Рассказ был долгий, но суть оставалась той же, только Мэн Яо рассказал страдательную предысторию, которая наскучила Сюэ Яну, и он лениво смотрел по сторонам.       — Связанные души… — пробормотал Сюэ Ян, не открывая глаз, — как интересно… И сколько вы пробыли в одном гробу?       Начал моросить дождь, и холодные капли приятно заскользили по лицу.       — Долго, думаю, больше сотни лет, — задумчиво произнес Мэн Яо, помешивая пластиковой палочкой кофе. — Защитные заклятия были сильны и едва ли раньше получилось их разрушить. Может быть, даже дольше.       — Долго, не хочу столько ждать, — фыркнул Сюэ Ян.       Я больше не могу столько ждать.       Мэн Яо ничего не ответил, и Сюэ Ян начал рассуждать сам с собой:       — Но если разбить одну из душ и запечатать её со второй душой в мешочек для ловли духов, процесс должен быть быстрее. Да, это должно сработать…       — Даже не думай, — оборвал Мэн Яо.       На его лице мелькнуло что-то отдаленно похожее на испуг, но Сюэ Ян слишком хорошо его знал, чтобы поверить. Возможно, Мэн Яо действительно дорожил им, но только как тем, кого всегда можно было выставить как самого плохого и оставаться на фоне чем-то лучшим.       — Не лезь, я не спрашивал твое мнение, — отрезал Сюэ Ян. — Ты мне должен, думаешь, я просто так тебе помог? Ты мне обязан. Не забывай, мы с тобой встречаемся слишком часто, вдруг в следующей жизни я опять все вспомню, хочешь иметь такого врага как я вечно? — улыбнулся. — Нет, не стоит. Нам лучше быть друзьями.       — Ты разбрасываешься словами так, будто бы у тебя что-то есть. У тебя же ничего нет, но не в моем праве решать за тебя. Тогда нам лучше не быть никем.       Какое сомнительное условие — будто бы их отношения важнее, чем будущие с даочжаном. Эгоистичный ублюдок, который маскирует свои желания под дружескую заботу. Мэн Яо всегда был ничтожеством, которое цеплялось за кого-то, кто должен был делать за него работу или просто быть рядом. Паразит.       — Ты совершенно прав, прав как никогда, — Сюэ Ян прищурился. — Мне совсем нечего терять, прямо совсем ничего, прямо ничего-ничего не осталось, поэтому, я, конечно же, воспользуюсь этим способом. Кстати, никогда не устану это говорить — какая же ты мразь, Мэн Яо, — он зло рассмеялся. — Но как пожелаете, молодой господин Цзинь, как пожелаете, отплатишь свой долг и проваливай куда хочешь.       Быстро поднявшись на ноги, он махнул рукой в знак прощания.       — А вы не пробовали думать, перед тем как что-то делать? — донесся до него голос Мэн Яо, но он не потрудился ответить.       Вообще-то, ничего сложного в его плане не было: всего-то разбить душу Сяо Синчэня и умереть, а потом снова верить в — о! — дорогую судьбу и ждать. Впрочем, хуже все равно быть уже не могло.       Вообще-то, ничего сложного — в этот раз нужно лишь превратить жизнь Сяо Синчэня в ад.