Право мести остается за мной или Элион идет убивать

Я открываю глаза. А зачем? Боже, какой глупый вопрос. Вставай, лентяйка, нас ждут великие дела... *** Первым делом после пробуждения я ощутила ноющее удушье в груди, словно что-то мешает, давит, не дает свободно вздохнуть, причем хрипов в горле не было. Очень странно, раньше со мной такого не было... Ох, черт, вероятно это от стресса. Да, скорее всего от него. Моя попытка встать с кровати потерпела неудачу: стоило мне на миг подняться в вертикальное положение, удушье в груди моментально усилилось. Ну, отлично, значит весь день придется провести горизонтально... Интересно, и что я скажу маме? "Мам, меня бросил очередной мудак и я вновь не вижу смысла в жизни?" Да ну нахер, у нее и без меня сейчас проблем хватает. Ашлинг Хартман Мои отношения с мамой всегда были натянутыми. Мы часто ругаемся, орем друг на друга, она даже может отвесить мне подзатыльник, и честно сказать, я всю жизнь злилась на нее из-за этого... мне казалось, что мама меня не любит, особенно когда она вышла замуж взаимопонимание между нами стало крошиться как известняк. Я винила мать в том, что она вырастила меня закомплексованным, неуверенным в себе ребенком с низкой самооценкой. Хотела поскорее закончить школу и съехать от нее нахер. НО... Сейчас я понимаю, что ближе матери у меня никого нет, и возможно, не будет. И мне стыдно, от одной только мысли о том, что когда-то я была готова бросить ее и умчаться на крыльях любви к мудаку, которому была не особо и нужна по всей видимости. Когда я попала в больницу единственный, кто меня поддерживал это моя семья. К слову под семьей я подразумеваю маму, тетю и младшего брата Олава. Мамин мужик в это понятие не входит. Нет. Когда-то я думала, что мама - тиран, только и может, что издеваться надо мной, но я совсем не задумывалась, что у нее тоже есть чувства, она тоже ощущает, воспринимает этот мир так же как и я, как и все мы. Моя мать не умеет плакать, наверное поэтому я и решила, что она не может испытывать боль. Но оказалось это не так. Совсем не так. У мамы по-просту не было модели поведения: она воспитывала меня так, как бабушка воспитывала ее, и эту цепочку можно продолжать бесконечно, пытаясь найти виноватых, но... виноватых здесь нет. Это жизнь. Когда мама спалила своего мужа на измене у нее сильно подпортилось здоровье. Кстати, его зовут Логан, но мы будем звать его Хреном. Не знаю, как она в принципе живет с ним после этого. И уж тем более не хочу представлять, что она испытывала, поймав Хрена с поличным. Это какой-то кошмар. Не ушла от него она только потому, что решила, мол не потянет нас с Олавом двоих... ну, типичная ситуация знаете. Лучше бы мы ушли. Рано или поздно мы уйдем, втроем, я это знаю. Я постараюсь сделать максимум для того, чтобы моя любимая и единственная матушка была здорова и счастлива. Уже 2 месяца мама ходит по врачам, надо же, как быстро летит время... Но они так не могут поставить ей точный диагноз. Кто-то говорит что это от нервов, кто-то: что нужно лечить пищевую систему, а кто-то грешит на поджелудочную. Мама бегает, сдает анализы, молится, пьет лекарства горстями, но все равно ее состояние не стабильно... У нее часто болит сердце, она не может есть грубую пищу, а давление временами скачет как лошади на родео. Со своей болезнью, мама еще больше углубилась в христианскую веру. Она уповает на Бога, а я... а я теперь атеистка. Уж, извиняйте, но у каждого свой жизненный опыт. У меня действительно много причин не любить религию, и одна их них заключается в том, что мама уделяет Богу больше времени, чем мне. Хотя, ее можно понять. Остальное вы узнаете позже. Мама, пожалуй, единственный человек, которого я по-настоящему простила за сотворенное со мной. Теперь в одном я уверена точно: если мне придется выбирать между "любовью" и матерью, я выберу мать. *** Удушье никак не отпускало меня, и Диас весь день молчал. Что это? Он меня бросил? Ну и мудак же ты, Диас. Мама вошла ко мне в комнату с встревоженным лицом. Единственная, кто заботится обо мне и переживает. Люблю ее. Нужно говорить ей это вживую. - Все еще болит? - она положила руку мне на лоб. - Температуры нет? - Нет, все еще больно. - Может поедем в больницу? Я не знаю, что с тобой такое, я боюсь... - мама тяжело вздохнула. - Не надо, - всхлипнула я. Да-да, дурочка Элион рыдает весь день, еще чуть-чуть и я буду плавать в своих слезах. - Почему ты плачешь? Ну расскажи мне... Душа болит? Ее слова ударяют пулей в мою ноющую грудь. - Я не знаю, я уже просто не понимаю, где болит... - в моей глотке образуется очередной комок. - Ты выпила антидепрессанты? - Нет - Выпей, может, станет легче. Принести таблетки? - Я хочу спать. - Эли, я боюсь оставлять тебя одну... - Все будет нормально, я высплюсь и все будет нормально. Ты сама-то веришь, в то, что несешь, Элион? Гребаная пессимистка... Когда я проснулась, тетя уже была у нас. Мелисса Хартман Два года назад, когда я пыталась попасть к психиатру, тетя говорила, что запись в мед книжке от психиатра - это клеймо на всю жизнь, о котором непременно узнает наш маленький городок. После моей травмы тетя стала приходить к нам после работы. Сначала - чтобы помочь встать на ходунки, сделать упражнения, помыть голову и все в этом духе, а потом, это видимо вошло в привычку. В любом случае, я рада что у меня есть близкие люди. Тетя всю жизнь жила ради кого-то, хотя она абсолютно одинока: у нее нет ни мужа, ни детей, парадокс, не так ли? Она всю жизнь метается с места на место: когда-то она ухаживала за нашей больной родственницей и жила, соответственно, у нее, потом вернулась домой, чтобы помогать дедушке, параллельно успевала снимать квартиру, и уделяла мне много внимания. Даже гораздо больше чем я заслуживала. *** - Элион, я принесла твои любимые пончики и булочки с черемухой, будешь? Есть еще бананы, но их нужно помыть. А где Олав, опять за компьютером? Олав, иди сюда, я принесла вкусняшку! Господи, боже мой, уставшая после работы тетя и больная, не спавшая всю ночь мама так заботятся обо мне, а я реву тут из-за какого-то мудака... Так хочется ударить тебя, Элион, сначала в грудь, чтобы выбить оттуда эту ебучую боль, а затем в голову, чтобы вставить мозг на место. - Я не могу есть, меня тошнит, - меня и правда тошнило. - Ох, что с тобой такое? - тетя села рядом. - У тебя конкретно грудь болит? Не горло, не голова, кашля нет, именно грудь? - Наверно, я уже не понимаю, - на мои глаза вновь наворачиваются слезы. - А почему ты плачешь? После этого вопроса я всегда начинаю плакать сильнее, ну йобана!.. - Грудь болит - Действительно, что с тобой такое... Ашли, вы ее в больницу возили? - тетя обратилась к появившейся в дверном проеме маме. - Она не смогла встать. И действительно, стоило мне приподняться хоть на пару градусов, мне становилось хуже: удушье резко усиливалось, и к горлу подступала тошнота. Поэтому когда мама уехала в больницу по своим делам я занялась своими. А именно - поплакала, порыдала, облазила форумы на тему "как вернуть чувства мужчины", пожаловалась всем своим знакомым психологам... вообщем, все в точности как два года назад. Дежавю. *** Я укусила пончик пару раз, выпила чай и съела один банан, после чего мне захотелось опустошить свой мочевой пузырь. Дойти до туалета удалось с горем пополам. Но на этом сюрпризы не закончились. Стоило мне напрячь свое тело, как из горла полилась сладкая жидкость, со вкусом всего, что я недавно съела. Никогда еще рвота не была такой приятной на вкус, и не обжигала так пищевод. - Мама, неужели теперь всегда будет так плохо? - сквозь слезы и горечь во рту произнесла я, пока мама убирала мое дерьмо. *** Я больше не могу находиться дома, смотреть на эти стены, на потерянные лица моих родных... После того, как меня стошнило второй раз, мы поехали в больницу. Мне в вену воткнули толстую иголку, поставили капельницу, от которой кружится голова и неумолимо клонит в сон. "Так, поспи, Элион в чем проблема?" - скажете вы. "Нихуя подобного", - отвечу я. Смотря на эти холодные, безликие больничные стены я начала ловить флэшбэки. Из бездонных глубин памяти всплыли те сцены, которые мне почти удалось забыть. Я вспомнила все: с того самого момента как приземлилась под окном до сегодняшнего дня. Вспомнила адскую боль, которая пронзила мой сломанный позвоночник, вспомнила как не могла набрать в легкие воздуха и выдавить даже слово с мольбой о помощи. Все иголки, которые втыкали в мое тело, все жуткие больничные палаты, шприцы, боль при малейшем движении... Я вспомнила как меня завозили в операционную, первый раз, второй... С какой жаждой в горле я проснулась, а пить было нельзя... Как я кричала от жуткой боли в спине и ногах все восемь гребаных суток до операции, и сколько еще после нее... Как просыпалась каждую ночь от ноющих ног и тихо рыдала, чтобы не разбудить соседей по палате. Как смотрела в окно: видела как оживает природа после зимнего затишья, видела влюбленные пары, видела, как люди спешат по своим делам, а я даже не могу менять положение тела, не говоря уже о более дееспособных вещах. Солнце предательски светило в окно моей палаты, но не светило для меня... Свежий воздух, который я набрала в грудь после выписки и то, на пару секунд, стал для меня настоящим подарком. Именно тогда я ощутила всю ценность свободы. Свобода - это не только вольность в своих действиях, для меня это теперь в первую очередь свобода своих движений, мыслей... Погоди, Элион... Ты прошла такой путь, чтобы сейчас снова сдаться? Из-за человека, которого ты даже не видела??? Элион, я сейчас пущу тебе воздух по венам, чтобы до тебя дошло. Ты - главная героиня своего фильма, под названием жизнь. И только ты пишешь к нему сценарий. Ты подбираешь актеров. Это твой сюжет Элион. Ты встала на ноги не для того, чтобы падать снова, Элион.