С чистого листа.

      Дазай сейчас находился в полнейшем недоумении: выбрать ему плащ темно-коричневого цвета или темно-синего. Первый вариант определенно подходил больше, но ужасно походил на подаренный Мори; второй же выглядел довольно просто и незамысловато. Осаму тяжело вздохнул. Решив начать новую жизнь с чистого листа, он подумал, что было бы классно избавиться от своего черного плаща. Да и вообще сменить стиль бы не помешало, потому что сейчас Дазай своим видом только отталкивал, так как чересчур был похож на мафиози. Это, конечно, круто, но не в нынешней ситуации. Ему надо бы помогать людям, а не пугать их. Поэтому его и занесло за час до встречи с Танеда в ближайший магазинчик, название которого он даже не запомнил. Там было много всего интересного, но по факту его привлекли только несколько вещей. Надо было кардинально изменить свой внешний вид. А это было слишком тяжело, для ничего в этом не понимающего Осаму. Все казалось каким-то чужим и не подходящим. Нет - правда с трудом - ему удалось всё-таки выбрать новые брюки, рубашку и пиджак, но вот плащ… этот предмет одежды стал уже неотъемлемой частью бродячего пса, что он, с одной стороны, не мог оставить старый, а с другой ему не нравился ни один из предложенных в магазине. И как теперь быть? Кто бы мог подумать, что лучший исполнитель Портовой Мафии сейчас стоит и с серьезным видом выбирает себе одежду. Увидела бы Чуя, точно потом ещё долго над ним издевалась. Хотя, впрочем, ей скоро будет и так очень весело. — Вам помочь? — учтиво и любезно произнесла милая девушка, подошедшая к нему.       Дазай окинул ее незаинтересованным взглядом и пробурчал: — Если вы мне найдете красивый плащ, я так и быть совершу с вами двойное самоубийство, хотя у меня есть кандидатура получше вашей.       Консультант испуганно посмотрела на странного парня, остановив свой взгляд на перебинтованных руках, и поспешила ответить, чтобы поскорее убраться подальше. — Плащи у нас находятся слева. То, что вы сейчас смотрите — это ограниченная коллекция.       Дазай кивнул и снова тяжело вздохнул, понимая, что с общением ему тоже нужно будет поработать. Вот у этой аж голос дрожал. И как с людьми теперь общаться? Осаму в этом не особо хорошо разбирался. Раньше было плевать, как на него реагируют окружающие, но сейчас-то все изменилось.       Посмотрев в сторону, указанную работницей, Осаму немного опешил. Там было столько всего интересного. Прям очень много. Окрыленный этой находкой, с радостной улыбкой на пол-лица, Дазай поспешил в заветное место и спустя минут пять мучительных поисков нашел то, что искал. Восхищение так и виднелось в его глазах, а слов, чтобы описать это великолепие не было совершенно. Шикарный плащ был красивого кофейного цвета, сделанный из какой-то мягкой ткани - настолько приятной, что хотелось постоянно трогать; спереди была пара довольно глубоких карманов, а сзади длинный пояс, который Дазай (он уже несколько раз в голове представил, как именно будет выглядеть в этом предмете одежды) не собирался завязывать.       Полностью довольный своими обновками, Осаму отправился на кассу, а после любезно попросил надеть все здесь. Новая одежда была непривычной, но зато кардинально меняла его. Он стал более… обычным? Да, это слово подходило больше всего. Такое Дазай чувствовал впервые. И, черт, ему понравилось, однако.       С лёгкой улыбкой выйдя из магазина, Осаму глубоко вздохнул с облегчением и посмотрел на потемневшее небо. Заходящее солнце освещало Йокогаму в своих лучах, придавая городу особое очарование. Дазай ещё шире улыбнулся, предчувствуя, что ему в ближайшее время, вероятно, придется покинуть это место, что, несомненно, огорчало. Но все только впереди. Он был уверен, что даже если и уедет, то обязательно рано или поздно вернётся. Это же Йокогама. Его город.       Ресторанчик «Kawamurayu» был, мягко говоря, простеньким. Ничего особенного, обычная планировка для японского ресторана, но цены… цены! Дазая всегда возмущало, что в некоторых заведениях обычная лапша стоила в три раза дороже. И это было именно таким. Пофыркав от возмущения, Осаму прошел за дальний столик за небольшой ширмой, что создавала некую атмосферу секретности. Танеда, к слову, уже был там. — Эй, тут не занято? — весело спросил Дазай и, не дождавшись приглашения, сел. Трудно было сказать, удивлен ли руководитель Особого отдела по делам одаренных Министерства внутренних дел. По крайней мере, внешне он это никак не продемонстрировал, лишь оторвал свой взгляд от газеты, которую читал за столом. Рядом с ним стояла небольшая плошка с, очевидно, сакэ, а чуть правее тарелка с лапшой; в одной руке мужчина держал китайские палочки, а в другой новостную газету. — Что же нужно от меня бешеному псу Портовой Мафии в таком-то месте? — спросил Танеда, выгнув бровь. — Решил переодеться? А где же бинты на лице и пластырь на щеке? — Ох, Господин Танеда, вы меня прям оскорбили сейчас. Я бешеный пёс? Я? Господи, да я сама невинность, уверяю вас, — притворно возмутившись, чуть ли не прокричал Осаму, благополучно проигнорировав слова о его внешнем виде. — Тогда зачем ты здесь? Ты же знаешь, кто я. Давай не будем шутить, ладно? — Да ни в коем случае, Танеда-сан. Я, знаете ли, решил сменить профессию и найти новую работу. Понимаете, терпеть постоянные унижения, вставать в пять утра, а-то, поспешу заметить, вообще не ложиться! Меня там ни во что не ставят! Мои права, которые мне даны от рождения, никто не уважает и даже не учитывает! А ещё эта Чуя Накахара… — Напарница? — Танеда-сан, не перебивайте! Так вот - это недоразумение, ошибка природы, меня избивает. Пос-то-ян-но. Вопиющее неуважение! Конечно я мечтаю от них уйти и прошу вас, ради спасения заблудшей бедной души, оказать мне эту услугу.       Жаловаться на жизнь Осаму понравилось. Интересно, что было бы, если бы он устроил нечто подобное перед Мори? Даже трудно представить, как бы он отреагировал. Танеду, впрочем, эта тирада никак не зацепила. Он как смотрел на него со смесью лёгкого интереса, опасения и небольшого удивления, так и продолжил на него взирать, ничуть не смутившись того факта, что, кажется, их слышали почти все, кто был в ресторане в данный момент. Все знали о непредсказуемом характере Демонического вундеркинда, поэтому для Танеда это не было чем-то особенным. Только предстояло ещё выяснить: правду ли он сказал или нет. — Я, конечно, услышал тебя, Дазай. Но ты же понимаешь, что не можешь так просто уйти. На твоём счету 138 убийств в сговоре, 312 вымогательств и 625 других мошеннических действий - и это только из известного. Ты же осознаешь, что спокойно жить не сможешь? — Как много вы, однако, знаете, господин Танеда. Глупо отрицать мое прошлое, но, понимаете, это - именно прошлое. Вам выгодно мне помочь, как никак я один самых опасных членов мафии. И если я буду на вашей стороне… Сами понимаете, польза там, сотрудничество и все такое. Да и, когда я под контролем, тоже удобно. Сплошные плюсы. Я просто подарок для вас. — Мне выгоднее тебя убить, Дазай, — Танеда тяжело вздохнул, — но настраивать против себя мафию тоже не особо хочется. Прольётся много крови. Ты все рассчитал, да, Демонический вундеркинд? — У вас есть выбор. Причем три варианта решения проблемы, но только один, на мой взгляд, дает столько преимуществ.       Танеда немного подумал, прищуренными глазами посмотрев на Дазая. А после повторно тяжело вздохнул и ответил: — Твоя взяла. Есть у меня один вариант. Знакомый друг открывает контору одну. Вооруженное детективное агентство. Думаю, самое то для тебя. Но есть условие. Ты уезжаешь из Йокогамы на два года, Дазай. Столько времени мне надо, чтобы скрыть твои преступления. — Два года жить непонятно на что и непонятно где? Трудная ситуация, но я люблю трудности. Спасибо, Танеда-сан. Я вам благодарен, обращайтесь если что, — Дазай встал и, оставив пару купюр непонятно за что, а после улыбнувшись Танеда, пошел на выход. Возле двери лежала до боли знакомая трёхцветная кошка, лениво приоткрыв один глаз. Осаму зацепился за нее взглядом и ещё шире улыбнулся. Он уже привык ничему не удивляться. — Стой. Почему ты решил уйти из мафии? — прокричал руководитель особого отдела.       Он очень хотел знать, правда ли то, что Дазай Осаму решил навсегда покончить с мафией или это очередная его безумная игра по правилам, известным лишь ему одному?       Только Дазай хотел ответить, как раздался тихий звук телефона. С улыбкой достав предмет, Осаму нажал на кнопку вызова и поспешил выбросить телефон в урну, стоящую на выходе из ресторана. — Сюрприз, малышка Чуя, — тихо сказал Осаму, а после уже гораздо громче прокричал. — Я хочу помогать людям, Танеда-сан. Просто помогать людям.       Дазай, помахав рукой, вышел из ресторанчика, немного досадуя, что так и не выпил в этом заведении. Здесь была дорогая лапша, но просто великолепный алкоголь. Сплошное наслаждение. Осаму вздохнул - ему предстояло найти место, где он будет жить ближайшие два года. Место достаточно отдаленное, чтобы Накахара его не отыскала (Танеда же не предложил помощь). Но, как и сказал он, ему нравятся трудности.       А в ресторане так и остался сидеть один из самых важных людей Йокогамы в полнейшем недоумении. Слова, сказанные Дазаем, его удивили, мало того, они просто шокировали. Но, как ни странно, Танеда был уверен, что это правда. Странное ощущение. Что ж, посмотрим, что из этого выйдет интересного.

***

      Чуя находилась в бешенстве. Она только вернулась с операции, которая столько крови ей попортила, а тут ещё одна проблема нарисовалась. Ублюдок Дазай дезертировал с последнего своего дела. И кому это разгребать? Конечно же, ей, черт бы его побрал. Она дико устала, настолько, что хотелось только спать, несмотря на то, что за последние два дня Чуя толком ничего не ела. Но на отдых у нее одна ночь, да и то с половиной, - а потом надо искать своего напарника (лучше бы он сдох) и после разгребать его проблемы. Да на кой черт он ей сдался? Сволочь он, не более.       Пристукивая небольшими каблуками, Накахара шла к парковке, едва сдерживаясь от желания раскрошить все вокруг. Пальцы подрагивали от с трудом сдерживаемой гравитации, а Чуе ужасно хотелось выпить. А потом разбить бутылку о голову Дазая, с наслаждением смотря, как красные капли будут стекать по его темным волосам и бледному лицу, попадая на бинты, окрашивая их в кровавый цвет. Шикарное зрелище. Жалко, что лишь вино, а не кровь.       Машина Осаму стояла рядом с ее любимицей, захотелось ударить по ней со всей силы гравитацией, чтобы ничего не осталось, даже пыли. Но Накахара слишком сильно устала. Проведя рукой в черной кружевной перчатке по рыжим волосам, Чуя откинула их назад, поправляя старую шляпу. Подойдя к машине, исполнитель немного удивилась. Чувство опасности, которое у нее было натренировано до идеала, так и кричало, что пора сматываться. Но в чем проблема? Это личная парковка мафии, к тому же, ее машина стояла на специальном месте Двойного черного, где даже рядом боялись проходить, чего уж говорить о засаде. Опасности быть не должно. Или вероятность все же есть?       С опаской Чуя подошла немного ближе, слегка прищурившись. Взгляд голубых глаз зацепился за белоснежный листок, ярким пятном выделяющийся на фоне тёмно-коричневого Ягуара Дазая, красноватые буквы резали глаза. Это было необычно. Неужели поклонница этого суицидника решила оставить письмо с признанием в любви? Или это новый изысканный способ убрать ее напарника?       Все же любопытство иногда брало верх над разумом Накахары и, заглушив ещё громче кричащее чувство опасности, Чуя подошла ближе, чтобы через несколько секунд впасть в ступор. На конверте было написано ее имя, а почерк принадлежал явно владельцу джипа. Но, стоп, неужели это ее помада? Сначала на лице девушки отразилось удивление, которое резко сменилось осознанием вперемешку с яростью. Этот придурок Дазай использовал ее любимую помаду. За это она готова хоть сейчас, несмотря на дикую усталость, уничтожить его машину. Осаму слишком многое себе позволяет.       Только Накахара хотела воспользоваться гравитацией, как ее отменная реакция заставила резко отскочить от машины и использовать силу уже не для уничтожения, а для защиты. А потом раздался взрыв. Не особо сильный, но достаточно мощный для того, чтобы Чуя испугалась. Ещё чуть-чуть и она бы точно попала под него. Проведя ошарашенным взглядом по периметру, исполнитель пыталась сообразить для чего было устроено все это. До нее дошло только тогда, когда сквозь дым и несметное количество пыли она разглядела свою красавицу, расплющенную и горящую в остатках пламени. И Чуя поняла сразу же, кем и для чего все это было сделано. — Дазай, мать твою! Из-под земли достану! — злобно прорычала Чуя и пошла обратно в здание к Огаю Мори.