Мин Юнги - купидон университета "Хванён"

      У До Юон маленькая проблемка. Молния сумки нагло зажевала её волосы, и она никак не может освободиться. Мин Юнги замечает это, когда все студенты уже исчезают за дверью, а она одна остаётся и жалобно пыхтит над своими кудряшками. Профессор Мин вздыхает, проклиная свою внутреннюю мягкость, и идёт помогать. У него достать непослушные вьющиеся пряди получается лучше, а студентка До заливается краской и бормочет благодарности напополам с извинениями. Он отмахивается и мягко выгоняет её на следующую пару. А ещё замечает студента Чона с факультета стоматологии. Он стоит на небольшом расстоянии от дверей в аудиторию — у них сейчас тут пара — и тяжёлым взглядом тёмных глаз недовольно сверлит Мин Юнги. И тот сразу же всё понимает, чуть слышно обречённо бормочет себе под нос, что отзывчивое сердце до добра его не доведёт. Похоже, Чон Чонгук неравнодушен к До Юон. Вот так сюрприз. Может, показалось?       Нет, не показалось. Студент Чон и в кафетерии наблюдает за студенткой До, пока та виновато улыбается своей громкой подруге Кан Тэри, которая возмущается тому, что До Юон слишком много сидит за учебниками. И Мин Юнги с почти удивлением отмечает, что за упаковкой бананового молока Чон Чонгук прячет улыбку. Похоже, всё очень серьёзно. Профессор Мин со вздохом решает сделать одну вещь — вывести студента Чона из себя. Только так и только тогда он решится на действия. Разумеется, на До Юон у Мин Юнги нет ни одного плана, ему пока и одному хорошо, а вот бедному студенту Чону надо дать хорошего пинка. В руках удачно лежат тесты по органической химии. Он откапывает среди них листок До Юон, кладёт его показательно сверху и направляется к цели.       Он в лучших традициях самого себя ненавязчиво нависает над столиком двух девушек с факультета фармации и улыбается своей самой прелестно-жутковатой улыбочкой. Обе студентки ёжатся, робко шепчут ему приветствия. Даже шумная Кан Тэри сникает под его взглядом.       — Студентка До, как хорошо, что тебя здесь встретил, — обманчиво мягко сообщает Мин Юнги, а сам краем глаза косит на Чон Чонгука. — Раздай остальным тесты.       — Хорошо, — бормочет До Юон и принимает из его рук пачку листов, а затем обращает внимание на самый верхний тест. — Профессор Мин, но почему тут ошибка? — уже смелее спрашивает она, вскидывая на него голову.       Он видит в этом шанс. Он ловко отодвигает себе стул рядом со студенткой До и принимается объяснять. Задание сложное и надо много пояснить, поэтому он надеется, что это подтолкнёт Чон Чонгука хоть к чему-нибудь. Желательно, хорошему. До Юон внимательно слушает, даже её соседка по столу склоняется к ним ближе. Мин Юнги нравится эта тема, и он всё доходчиво рассказывает. А затем ловит на себе прожигающий взгляд. О, студент Чон отставляет пустую пачку из-под молока, и на той следы от его пальцев, сжавших несчастную картонку до деформации. Ух, а с этим парнем лучше не шутить. Мин Юнги плавно закругляется, вспоминая о желанном кофе, ставит точку в своей краткой повести и покидает столик загруженных информацией студенток. Чон Чонгук чуть расслабляется и откидывается на спинку стула. Профессор Мин готов ему по голове настучать за тугоумие, но берёт себя в руки и уверяет, что не всё сразу, надо постепенно.       На следующий день он с самого утра выжат, как лимон. У самого входа университета в семь утра его вылавливает одна двухцветная парочка и заваливает сотней с горкой вопросов. Мин Юнги честно старается выполнить свой учительский долг, отвечая на все слова любознательных студентов. Но за собой замечает небывалую усталость. Эти двое и по одиночке кого угодно способны вымотать, что уж говорить, когда они вместе. А ведь ещё и улыбаются, таинственно переглядываясь. Уже чуть позже он замечает их в коридоре. Мун Раён сидит на подоконнике, а Ким Тэхён прижимается к нему бедром. Их лица очень близко, и они о чём-то шепчутся без остановки, то и дело хихикая в плечи друг друга. Кажется, у этих всё хорошо, отмечает Мин Юнги, проходя мимо под их пристальными взглядами. Он на мгновение кривит им строптивую рожицу и шустро проскакивает дальше, слыша за спиной сдавленный смех. У Мин Юнги тоже внутри всё расплывается в лужицу от умиления, но он держит это глубоко в себе, внешне продолжая выглядеть сухарь сухарём, ледник ледником. Имидж, он такой.       Проходит неделя, а профессор Мин никак не может добиться от Чон Чонгука каких-либо действий. Он лишь буравит его взглядом, когда Мин Юнги приближается к До Юон. Профессору Мину это не нравится и начинает поднадоедать. Или студент Чон не видит в нём угрозы, или слишком трусит. Мин Юнги ловит себя на том, что надеется на первый вариант. Не хотелось бы отдавать До Юон тому, кто не сможет о ней позаботиться. Чон Чонгук — парень хмурый и нелюдимый, но вроде бы неплохой. И профессор Мин правда хочет, чтобы всё у них было замечательно. Поэтому он тянет студентку До за собой в библиотеку, чтобы дать ей пару книг. Там он настойчиво проходит мимо зоны столов, где сидит и Чон Чонгук, пару раз, чтобы обязательно попасться ему на глаза. Мин Юнги талантливо делает вид, что слегка потерялся среди стеллажей. До Юон берёт в руки их маршрут и указывает нужный путь. Он очень надеется, что его актёрская игра хоть как-то поможет делу.       Он нагружает студентку До несколькими объёмными книгами и спешно бросает её на поле боя, смываясь прочь. Он уповает на то, что в Чон Чонгуке взыграет рыцарь и он поможет хрупкой До Юон с книгами. Трюк не срабатывает, и студентка До сама находит стол, кладёт на него книги и садится заниматься. Мин Юнги решает пока пустить эту ситуацию по течению и уползает окончательно, переставая светить своей подозрительной физиономией перед библиотекарем Чхве.       Юон тоскливо думает, что попала. Книги жуть огромные, благо хоть не мелким шрифтом напечатаны. Она достаёт тетрадь и карандаш, кладёт их на колени и, водя грифелем над страницами, периодически записывает важную информацию. Юон уже сидит больше часа и страшно хочет какао. Она тянется за термокружкой в сумку, но не находит её там. Юон испуганно склоняется над сумкой и роется среди тетрадок и учебников, но спасительного сосуда там на оказывается. А затем она со стоном огорчения вспоминает, как спешно собиралась утром в университет и напрочь забыла стоявшую на столе термокружку. Юон падает головой на скрещенные руки, закрываясь рыжими прядями и расстроенно трясь лбом о рукава блузки. Вот невезение. Сумасшедший день. Какао забыто, Тэри опять пытается затащить её на вечеринку, книги огромные, профессор Мин странный.       — Извините, — говорит кто-то, и Юон вскидывает голову, руками убирая рассыпавшиеся волосы с лица. — Вам тут попросили передать.       Смущённый парень — абсолютный незнакомец — поставил перед ней термокружку чёрного цвета.       — От кого это? — удивляется Юон.       — Да вон от того парня, — посланник оборачивается, взмахивая рукой в сторону одного из пустых столов. — Странно, уже ушёл.       — А как он выглядел? — осторожно спрашивает Юон, беря тёплую вещицу в руки.       — Чёрные волосы, тёмные глаза, высокий, — пожимает плечами незнакомый парень. — Обычный парень в чёрной кенгурухе.       — Спасибо, — бормочет она, и парень уходит.       Она рассматривает термокружку со всех сторон. Полностью чёрная, только со стороны отверстия для питья приклеен чиби — Железный Человек, летящий вверх. Юон рассматривает во все глаза маленькую наклейку, на которой переливаются немногочисленные блёстки, а затем расплывается в улыбке. Она отодвигает в сторону крышку и ловит знакомый запах какао. Она растерянно принюхивается, после чего аккуратно отпивает чуть-чуть. И жмурится от восторга. Напиток идеально выдержан, чуть терпко и не очень сладко — идеально. Юон не может опустить уголки губ, прижимая термокружку к груди. Она не знает, чья она, но ей очень хочется увидеть тёмные глаза таинственного дарителя.       Разумеется, она допивает какао до конца. Уже в общежитии она тщательно отмывает термокружку, сушит и убирает в красивый подарочный пакет. В университете её охватывает сомнение, ей немного неловко, а ещё она не знает, как искать этого парня. Тэри обращает внимание на необычную вещь в руках подруги и засыпает вопросами. Юон рассказывает ей всё, что с ней произошло вчера. Кан Тэри готова петь и кричать о том, что кому-то — видимо, этому парню, — очень-преочень нравится До Юон. А та лишь смущённо одёргивает развеселившуюся Тэри и виновато поглядывает на оборачивающихся профессоров и студентов.       — Дай взглянуть, — вдруг требует Тэри, засовывая руку в пакет и извлекая на свет термокружку. Она хмурится, разглядывая предмет в своих руках, и явно пытается что-то вспомнить. — Как странно.       — Что, что странно? — робко спрашивает Юон.       — Я уже видела эту штуку раньше, — отзывается Тэри, продолжая и так, и эдак вертеть термокружку. — Да, точно, — щёлкает она пальцами. — Я видела её у Чонгука.       — У какого Чонгука? — уточняет Юон.       — У Чон Чонгука, — поясняет Тэри. — Да, определённо это она. Видела её на одной из тусовок. Он там тоже был, со своей термокружкой. Вот с этой. По наклейке узнала, — заметив на лице подруги недопонимание, она цокает языком и добавляет: — Чон Чонгук, второй курс стоматологического. Ну, тот парень, который тебе помог с украшением зала в прошлом году на Чусок. Он тебе ещё…       — Да-да, я поняла, — спешно обрывает речь Тэри Юон и засовывает термокружку в пакет. Её щёки пылают, красноречивее всех слов выдавая её. — Ты точно уверена?       — На все двести процентов, — Тэри прикладывает руку в сердцу. — Хочешь, посмотрю, где у них сейчас пара?       — А ты можешь? — удивляется Юон.       — Ещё как, — гордо говорит Тэри, доставая телефон. Она начинает копаться в своей безразмерной галерее и в какой-то момент мельком глядит перед собой, а потом выдаёт: — Так вон он стоит.       Следя за траекторией взгляда подруги, Юон оборачивается и натыкается на этого самого Чон Чонгука. Да, она его хорошо помнит. Хмурый недовольный парень, который повесил ту мишуру вместо неё, потому что она ростом не вышла. Он быстро разобрался с её проблемой и тут же ушёл, даже взглядом не одарив. А Юон он понравился, несмотря на свою холодность. Стал бы человек, который так усердно изображает равнодушие, помогать незнакомой девушке? Юон редко вспоминает его, но недавнее событие дёргает внутри какие-то ниточки, и все прежние чувства с грохотом и свистом выкатываются из подсобки. У Юон неистово горит лицо, однако отвернуться она не может.       — Что ты стоишь? — подначивает её Тэри. — Давай, сделай это.       — Не, что ты, я не могу, — шепчет Юон, теребя пальцами лямку сумки.       — Ещё как можешь, — безапелляционно заявляет Тэри. — Или ты собираешься всю жизнь хранить у себя его термокружку?       Эти слова приводят Юон в чувства. Она берёт себя руки, кидает подруге просьбу занять ей место и смело шагает вперёд. Потом ещё и ещё, приближаясь к цели. Она старается смотреть прямо и твёрдо, а не судорожно прятать взгляд в самом любимом месте — на полу. Юон наконец подходит к Чон Чонгуку. Он стоит с закрытыми глазами и слушает музыку в наушниках. Он совершенно не подозревает, что она тут присутствует. Поэтому она аккуратно трогает кончиками пальцев ткань серой толстовки на его плече. И вызывает этим раздражённый взгляд тёмных глаз. Ну что, посмотрела, До Юон? Она бормочет извинения и быстренько вытаскивает термокружку.       — Это твоё? — она упрямо смотрит в район грудной клетки Чон Чонгука, потому что выше поднять глаза сил просто нет. Молчание над её головой убивает, и она аккуратно приподнимает голову. На его лице она застаёт выражение явного неодобрения — сжатую челюсть, хмурые брови и недобрые глаза. Юон моментально тушуется и жалобно шепчет: — Прости, пожалуйста, что отвлекла.       Она не глядя пихает термокружку в пакет и на третьей космической спешит в аудиторию. Ей стыдно, безумно неловко и очень страшно. Она плюхается рядом с Тэри, сжимается и прячется лицо в локтях, склоняясь ближе к коленкам. Тэри пытается её растормошить, но потом оставляет эту идею. Юон продолжает убиваться из-за собственной глупости. Её лицо не перестаёт бледнеть, а зубы уже не единожды проходятся по нижней губе.       — Студентка До, — слышит она голос преподавателя.       Она торопливо вскакивает. Пакет с термокружкой падает на пол, слышится характерный громкий стук. Чёрная кружка выпадает из своего хранилища и коварно катится вниз по ступенькам, провожаемая взглядами нескольких десятков студентов. И останавливается, уперевшись в подставленную подошву ботинка профессора Мина. Он поднимает термокружку с пола и, чуть хмурясь, отдаёт Юон. Та поспешно прячет её в пакет и отправляет висеть на крючке стола.       — Чем ты так занята, студентка До, что не слушаешь меня? — профессор Мин продолжает стоять рядом и сверлить взглядом сжавшуюся Юон.       — Извините, — сипло просит она, сгорая со стыда вдвойне.       — Ладно, садись, — хмурится Мин Юнги. Он отлично помнит эту термокружку. И она принадлежала Чон Чонгуку ещё вчера, когда он привёл До Юон в библиотеку. Он сам видел её на столе студента Чона. Возможно, вчера всё же что-то произошло. Только что?       Юон старается изо всех выбросить из головы Чон Чонгука и заняться химией. У неё получается, но ненадолго. Пара заканчивается, и она спешит избежать встречи с выходящим из соседней аудитории Чон Чонгуком. У неё это блестяще выходит. В спину ей летят крики Тэри, а ещё провожают два взгляда: удивлённый от Мин Юнги и настороженный — Чон Чонгука.       В кафетерии До Юон умело и почти успешно прячется за упаковкой йогурта, однако Кан Тэри на то и Кан Тэри, чтобы с лёгкостью находить свою непутёвую подругу. Она приваливается к боку Юон своим, обнимая рукой за шею, и шепчет на ухо:       — Ну и что это было?       Юон совершает ловкий манёвр: затыкает рот трубочкой и делает самые честные глаза, мол, ответила бы, да только не могу — ем. Тэри закатывает глаза, бросает сумку на противоположный стул и плетётся за обедом. Уж тогда-то она вытрясет из подруги всю правду. Юон это понимает с кристальной ясностью и спешит решить проблему. Она старательно раздумывает над способами отступления, когда слышит за своей спиной голос:       — Ну и оставил я свою термокружку, чего уж там.       Юон неверяще оборачивается на эти слова, так и не вынув трубочку изо рта. За соседним столиком сидит какой-то парень, ей незнакомый, но очень подходящий под описание, данное ей «посланником». Только вот ей не нравится его лицо — у хмурого Чон Чонгука было лучше, в разы. Юон отгоняет эту мысль прочь. И что, что лицом не вышел, зато сердце у него доброе. И Юон понимает, что вот он — свет в конце туннеля. Она поднимается, берёт пакет с термокружкой в руки и почти плетётся навстречу своей судьбе.       — Извините, — довольно спокойно — вот удивительно — начинает Юон, привлекая внимание парней за столиком, в том числе и внимание возможного дарителя. — Вы что-то говорили о термокружке. Это случайно не?..       Договорить ей не дают. Кто-то вцепляется ей в плечо и с силой поворачивает спиной к тому, с кем она пыталась заговорить. Перед глазами ткань серой толстовки, и Юон с почти ужасом узнаёт эту материю. Которую она буквально полтора часа назад пристально изучала глазами. Юон боится дёрнуться, даже вздохнуть в сторону крепкой смуглой шеи, что впервые так близко. На ней ещё и вены выпирают, и Юон отводит взгляд на безопасную толстовку. Всё, можно дышать и бледнеть.       — Забудьте, — говорит Чон Чонгук. — У неё нет к вам никакого дела.       — Разве? А мне показалось, что она довольно целенаправленно к нам подошла, — отзывается кто-то со столика.       — Нервные нынче люди пошли, — заявляет Чон Чонгук. — Чего только не мерещится.       И с этими словами хватает Юон за запястье и утаскивает за собой. А она и не сопротивляется особо — во-первых, бессмысленно, а во-вторых… зачем? Ей остаётся только стараться поспеть за широкими шагами и виновато улыбаться всем встречным людям. А профессору Мину особенно, потому что его она случайно задевает сумкой, которую не успевает придержать. Тот почти откровенно таращится на них, но затем строит морду кирпичом и потирает бок, куда ему прилетело острым углом сумки. И провожает странную парочку из Чон Чонгука и До Юон взглядом до самого поворота. Неужели библиотечное чудо сработало? Мин Юнги испытывает гордость за себя и с чистой душой идёт за своей дозой кофе. И тишины от двухцветной парочки, что опять пытается оккупировать его подсобку.       А Юон тем временем готовит на всякий случай извинения, потому что по спине Чон Чонгука очень хорошо видно, что он опять не в самом солнечном настроении. Потому что стал бы он лезть, если бы не имел к ней дела? Ответ очевиден, Юон — девушка предусмотрительная, а Чон Чонгук слегка не расчитывает силу, когда вытягивает её из-за спины и прижимает к стене, смеряя неодобрительным взглядом. У Юон побаливает от удара спина, но она стойко держится.       — Какого чёрта ты пыталась отдать термокружку этому придурку? — шипит Чон Чонгук, склоняясь к начинающему вытягиваться лицу Юон.       — Я пыталась вернуть человеку его вещь, — возражает она.       — Да? — он в довольно натуральном удивлении вскидывает брови. — Да вот только это, — он взглядом указывает на пакет в её руке, — моя термокружка.       — Не верю, — внезапно смелеет Юон. — Докажи.       — Чёрная. С наклейкой, — не моргнув глазом, рапортует Чон Чонгук.       — Как выглядит наклейка? — продолжает наседать студентка До. Её с детства приучили возвращать вещи на места и не отдавать неизвестно кому, не убедившись, что эта вещь принадлежит этому человеку.       — С Железным Человеком, — Чон Чонгук чуть скрипит зубами, прежде чем ответить. — С него ещё блёстки стёрлись.       — И правда твоя, — удивлённо бормочет Юон. — Но почему ты сказал, что она не твоя?       — Я и не говорил, — он качает головой. — Я вообще молчал.       — Да по твоему лицу было видно, как ты хотел избавиться от меня поскорее, — возмущается она.       — Я растерялся, — оправдывается он. — Ты так неожиданно подошла, я не успел подготовиться.       — Подготовиться? — у Юон глаза превращаются в две круглые монетки.       Чон Чонгук ловко уводит взгляд куда-то вбок, пользуясь своим ростом и не давая Юон посмотреть. И, кажется, на его скулах начинает проявляться краснота.       — Нравишься ты мне, — бурчит он себе под нос.       — Ты мне тоже.       Эти три слова вырываются быстрее, чем Юон успевает дать себе отчёт. Но слово не воробей, так что ей остаётся только стремительно покрываться боевым камуфляжным раскрасом в попытке слиться с цветом стены. Юон перебарщивает и идёт вообще не в ту сторону цветовой палитры, поэтому её полыхающее лицо видно за километр, что уж говорить о десятке сантиметров до Чон Чонгука. А ему хорошо, и он впервые спокойно улыбается, наблюдая за мечущимися глазами Юон. А потом легонько целует её в щёку и что-то шепчет ей на ухо. И кажется, кто-то сегодня вечером всё же вырвется из плена учебников. Вот Кан Тэри-то будет довольна.