Мин Юнги - купидон университета "Хванён"

      Кан Тэри весело цокает каблучками по плитке на дороге, размахивает новой — «совершенно прелестной, Юон!» — сумочкой и щебечет по телефону. Ей недавно сделали прекрасный маникюр, у неё нет неприятных циферок в зачётке, и Тэри этого достаточно, чтобы быть абсолютно счастливой. Но радость решает нагло повернуться к ней нехорошей частью тела, потому что из ниоткуда выскакивает некто во всём чёрном, выхватывает «совершенно прелестную» сумочку из рук Тэри и несётся во все лопатки прочь. И тут уже не до разговоров о новинках в глянцевых журнальчиках. Тут натуральная трагедь! И Тэри кричит, довольно громко благодаря отличному от природы голосу:       — Чёрт возьми, у меня украли сумочку!       Из толпы внезапно отделяется какой-то парень, который самоотверженно бросается следом за похитителем. Тэри старается как может поспеть за «бегунами» на своих шпильках, ведь ей совсем не хочется потерять свою прелесть. Рыцарь современности догоняет жалкого вора, хорошенько прикладывает того об асфальт и отнимает сумочку. Воришка корчится и пытается отползти и слиться с землёй, но рыцарь хватает его за капюшон и сильной рукой держит на месте. А второй протягивает Тэри её радость. Та с удовольствием забирает лаковую чёрную вещицу — «совершенно модную в этом сезоне, Юон-а!» — и с ужасом замечает на её крышке складку. Похоже, вор неудачно схватил её во время бега и помял тонкую кожу. В Тэри просыпается ведьма. Она ненавидит тех, кто портит вещи — намеренно или ненамеренно. Первых она не выносит, конечно, всё же больше, но и последних не прощает и постоянно напоминает им о их злодеяниях.       — Это что?! — кричит она, тряся складкой перед глазами напуганного вора. — Да как ты мог?! Это же Гуччи!       — Да знаю я, что Гуччи! — истерично вскрикивает вор, и Тэри даже отстраняется от удивления. — Это не я, а этот твой прынц так схватился!       Кан Тэри переводит взгляд на «прынца» и отмечает, что из хорошего у него только рост. А лицо его ей не нравится, как и эти ямочки на щеках. Он виновато трёт затылок, поглядывая на неё исподлобья.       — Да, возможно, это моих рук дело, — признаёт он. Ладно, два плюса, решает Тэри, потому что голос у него очень даже ничего. Но это не отменяет того факта, что этот самый новоиспечённый «прынц» совершенно не умеет обращаться бережно в дорогими вещами.       — Прекрасно! — возмущается Тэри, всплёскивая руками. — Просто отлично! Только купила, а уже вид у неё, как из одного места!       Вор почему-то начинает усиленно кивать на её слова.       — Да, кто так вообще обращается с вещами? — почти повторяет он её мысли. — Вот я бы так никогда не поступил.       — Единственный хороший человек здесь, — с чувством заверяет его Тэри.       — Этот единственный хороший человек только что пытался украсть у вас сумку, — добавляет «прынц», цепко придерживая вора за капюшон. — Ладно, я понял, «спасибо» я не дождусь, так что поведу-ка я лучше этого «хорошего человека» в полицию. Впредь следите за своими вещами лучше.       И «прынц» направляется прочь, волоча за собой ругающегося воришку. А Тэри так и остаётся стоять на месте, дуя в негодовании губы и стараясь разгладить складку пальцами.       Она во всех мелочах расписывает этот случай своей соседке по общежитию — До Юон. Та воспринимает историю довольно спокойно, лишь уточняет, точно ли ей тот её Прынц — они зовут его только так — не понравился. Тэри готова поклясться всей своей коллекцией украшений, что нет, нисколько. Характер ужасный, с вещами неосторожен, на лицо вообще никакой. И волосы зачем-то высветлены и наверх зачёсаны. Нет, точно не её тип. Юон на это заявление лишь тихо смеётся и возвращается к переписке с Чонгуком. А Тэри падает на кровать и ноет, что тоже хочет очень большой любви. В итоге, вечер они проводят за просмотром романтической комедии и поеданием мороженого. Настроение Кан Тэри скачет до высшей отметки.       И стремительно летит на всех скоростях вниз, когда она ловит на себе взгляд Прынца. Прямо в стенах университета, даже больше — в стенах одного коридора. Она одна, Юон где-то бродит за ручку с Чонгуком, и Тэри в распоряжении имеет только свой собственный язык. Чтобы послать этого парня ко всем чертям, если он заговорит с ней. Ей предоставляется такая возможность — Прынц внезапно начинает движение в её сторону и даже улыбается. Тэри вдыхает побольше воздуха, готовая отражать атаку, но Прынц просто проходит мимо неё и говорит:       — Профессор Мин, доброе утро, я хотел поговорить с вами о той теме об альдегидах.       — Да, студент Ким, сейчас, — отвечает ему спокойный голос преподавателя, а затем Тэри замечает перед собой нависающую тень и спешно оборачивается. — О, как хорошо, что я тебя встретил. Вот, отопри аудиторию и подсобку. Студент Ким, иди с ней, я скоро подойду.       Мин Юнги движется дальше по коридору, в сторону кабинета ректора, и чувствует на спине два взгляда — обиженный и недовольный. У кого какой, он искренне не знает. Ему надо отнести отчёты к ректору Бану и сбежать оттуда до того, как тот пустится в пространные рассуждения об экологии. А ещё одна настойчивая мысль пихается в его голове. Ему на секундочку показалось, что Кан Тэри и Ким Намджун очень даже неплохо смотрятся вместе. Но, памятуя о силе своих мыслей, отработанным приёмом вышвыривает за шкирку этот образ и заходит к ректору с лицом, с каким не восходили во Франции на эшафот.       А Кан Тэри очень грустно и обидно. Она плетётся в сторону аудитории профессора Мина, слыша за спиной тяжёлые шаги Прынца Кима. Совершенно банальная фамилия, с непонятным злобным самодовольством думает она, пытаясь попасть ключом в скважину. Не получается. Страшная сонливость берёт своё, фокус теряется, и заветная извилистая щель на двери предательски исчезает с того места, где, по мнению Тэри, беспрекословно должна быть. За спиной слышится хмык, а затем тёплые длинные пальцы отбирают несчастный ключ у несчастной Тэри и совершенно легко укрощают строптивую замочную скважину.       Широкая спина ловко возникает перед Тэри, попытавшейся первой войти в аудиторию навстречу неудобным, но надёжным скамьям. Поэтому она смачно врезается носом в белую рубашку и совершенно случайно улавливает запах. Очень вкусный запах. Сладковатый и чуть-чуть терпкий. Очень приятный. А ещё спина у Прынца тёплая, и сонная Кан Тэри потихоньку начинает терять связь с реальностью.       — Тебе удобно? — насмешка в его голосе, как удар хлыста, выдёргивает Тэри из минутного забвения.       Она тут же с гордым хмыканьем отстраняется от всё ещё манящей, тёплой, мягкой и надёжной — прямо как скамейки в лекционных кабинетах, только удобнее в разы — спины. И тут же ловит на себе насмешливый взгляд из-за круглых стёкол очков без оправы. Вчера их не было, ловит себя на этой мысли Тэри и тут же трясёт головой.       — Неудобно? — студент Ким продолжает издеваться. — Ну что поделать, не для тебя эта спина, значит, росла и качалась.       — Да какое там «качалась»? — возмущается Тэри. — Я не почувствовала ни одного рельефа.       — Плохо, значит, прижалась, — отбивает Прынц, невозмутимо открывая подсобку. — Хочешь ещё раз?       — А тебе что, невмоготу? — язвит Тэри.       — А тебе что, интересно моё мнение? — в той же манере отзывается Прынц.       — Нисколько, студент Ким, — в лучших традициях профессора Мин Юнги цедит Тэри и занимает привычное место за партой. И где её одногруппников носит?       — Тогда зачем спрашиваешь? — уточняет Прынц.       — Да я вежливая просто, — фыркает Тэри.       — Очень вежливая, — соглашается он. — Такая вежливая, что забыла поблагодарить за помощь.       — Ты помял мою сумочку, — напоминает она.       — Ты бы предпочла лишиться своей сумки, зная, что она цела, чем получить её обратно, пусть и с небольшим дефектом? — вскидывает брови студент Ким.       — Я сразу это поняла, но твои слова окончательно убедили меня, — заявляет Тэри. — Ты совершенно ничего не смыслишь в моде!       Это было, конечно, не совсем так. Несмотря на внешнюю простоту, сегодняшний наряд Прынца был очень стильно и гармонично подобран, все вещи были тщательно выглажены, придраться не к чему. Ага, свои вещи бережёт, а чужие мнёт, обиженно думает Тэри, с облегчением замечая наконец своих запаздывающих сокурсников. Студент Ким тоже видит их и, не говоря больше ни слова, просто уходит из аудитории прочь. Тэри вдруг вспоминает, что он хотел поговорить с профессором Мином. И сама себе готова по голове настучать: зачем она это помнит? Этот Прынц ей же ни чуточки не нравится. И что, что у него рост, голос, спина и аромат? Он грубый, невоспитанный и язвительный придурок, вот! От таких мыслей к Тэри возвращается боевое настроение, и она готова покорить любые вершины, на пути к которым она переступит не одного Прынца Кима и даже не поморщится. Да, вот так, Кан Тэри!       Или не так? Подготовка к Рождеству идёт полным ходом, зал надо срочно украсить, Тэри отвечает за это головой — спасибо профессору Мину, скинувшему на неё эту ношу. Снаряжённая ей бригада включает в себя, на счастье, Юон и Чонгука, что весело щебечут о чём-то своём, и, к несчастью, опять же студента Кима. Ну что за напасть! Куда ни глянь, куда ни ступи — везде этот Прынц. Преследует он её, что ли? О да, Кан Тэри негодует, и она желает повесить на этого парня самое сложное задание — настройку колонок. Те построптивее замочных скважин в период недостатка сна, так что включить их может только лучший из лучших и достойнейший из достойнейших. И Тэри совсем Прынца не жалко, пусть мучается, ему полезно.       И она, сопровождаемая собственным злобным хихиканьем в голове, идёт за ним, готовясь насмехаться над ним. Но происходит нечто, явно не входящее ни в чьи планы и её планы — тем более. Пытаясь что-то подсоединить к чему-то, Прынц опрокидывает локтем стакан воды прямо на клавиатуру. А оттуда коварная жидкость, подвергаемая законам злостной физики, стекает на процессор. Внутри него что-то шипит, трещит, и начинает валить дым. Все в зале кричат и выбегают прочь. Тэри растерянно застывает прямо в эпицентре проблемы, и Прынц, полностью оправдывая своё прозвище, о котором даже не подозревал, хватает её поперёк туловища и тащит к выходу. По дороге он обо что-то спотыкается и падает на спину — Тэри вместе с ним.       Словно из воздуха возникает какой-то парень с рыжими волосами и с огнетушителем, и вскоре едва не начавшийся пожар затухает. Какая-то девушка с мятными волосами распахивает окна, чтобы дым вышел наружу. Тэри неловко садится и чувствует за своей спиной чужое тело, плотно к ней прижимающееся. А потом слышит вздох и зачем-то опускает глаза вниз. И почти истерично визжит, потому что юбка задирается максимально некультурно и неприлично. Она пытается прикрыться ладонями, но тут ей на ноги падает тяжёлая огромная джинсовка. Тэри останавливает внутреннюю панику и чуть поворачивает голову. Прынц хмыкает неопределённо и первым поднимается на ноги.       — Омо, Намджун, какой идиот отправил тебя к технике? — мятноволосая девушка словно трансгрессирует к ним из другого конца зала, а затем, не дождавшись ответа, снова левитируется в неизвестность.       Тэри опускает голову, перебирая в пальцах ткань джинсовки, под которой уже всё поправила. Над её головой Прынц опять хмыкает, а затем протягивает ей руку и говорит:       — Давай помогу, ты на своих каблучищах ни за что сама не встанешь.       В этих словах — довольно правдивых, на самом деле, — Тэри слышит новую издёвку. А она девушка страшно гордая, поэтому первая её идея — это скинуть куртку с ног и уверенно подняться. Но потом она вспоминает, что к вещам надо относиться бережно, поэтому она первым делом протягивает Прынцу его джинсовку. Он не без удивления принимает вещь и снова подаёт ей руку. А Тэри вдруг понимает, что из-за неё едва не начался пожар, поэтому с дрожью вцепляется в предложенную ладонь, что в одно мгновение ставит её на шпильки. Она сильно закусывает губу, чтобы не начать реветь от страха и облегчения одновременно, но всё же не выдерживает, чувствуя слезинки на ресницах и стараясь их сморгнуть.       — Эй, ты чего? — обеспокоенно спрашивает Ким Намджун, сжимая её плечо и наклоняясь, чтобы заглянуть в глаза.       Тэри качает головой и опускает голову ниже. Сверху уже привычно раздаётся вздох, а затем сильные руки — рельеф которых она чувствует благодаря коротким рукавам футболки — обнимают её за плечи и прижимают к грудной клетке. Её рельеф тоже очень хорош. Да и спина у него ничего такая. Тэри даже не пытается постучать себе по хорошенькой головке кулаком — это средство неэффективно, а вот мысли подобного рода очень даже отвлекают от недавних событий. Тэри начинает успокаиваться. Знакомый запах проникает ей в нос, забивая абсолютно всё собой. И она будет трижды лгуньей, если будет отрицать, что она хочет себе такие же духи. И что хочет пропахнуть этим запахом насквозь.       — Какая у тебя марка? — глухо спрашивает она в его плечо.       — Чего? — удивляется Прынц, чуть отодвигаясь от неё.       — Ты пахнешь, — объявляет Тэри. — Чем? Какими духами пользуешься?       — Никакими, — отрицательно машет головой Ким Намджун. — Но спасибо, мне приятно, что тебе нравятся мои «природные» духи.       — Что? — Кан Тэри готова себя растерзать за слабость перед этим самодовольно ухмыляющимся придурком. — Я хотела сказать, что это запах ужасен и что тебе следует сменить духи. Тебе не повезло.       Она показательно морщится, стараясь не вспоминать о своих прежних мыслях, и отстраняется. Что-то не нравится ей реакция её тела на этого Прынца. Потому что это влияет и на мозг, и на сердце. Плохо, очень плохо. Тэри фыркает, задирает нос и, цокая каблучками по ламинату, покидает зал. И уже потом несётся на всей возможной скорости в туалет — приводить себя в порядок. Она впервые краснеет из-за парня, и это ненормально. Так делает только её подруга Юон, да и та уже отвыкает благодаря Чонгуку — «вечно краснеть нельзя, Юон-а!» Это что, болезнь такая? Тэри, не жалея средств университета, плещет в лицо водой. Останавливается лишь через минуты две и хмуро глядит на своё потерянное лицо. Ну всё, пора применять решительные меры!       Она смывает потёкший макияж и делает новый — лучше прошлого. Затем слегка встряхивает причёску, делая её более объёмной, поправляет юбку, приподнимая её повыше, расстёгивает пару пуговиц. Она готова. Решено — сегодня же вечером надо заглянуть в любимый клуб. В прелестно-гордом одиночестве.       Тэри знает, что чувствует себя увереннее, когда делает раскрепощённый образ, ей так правда легче. Ей тогда кажется, что море по колено и все проблемы решаются по щелчку пальцев. И Тэри наконец покидает место своего преображения и движется на следующую лекцию. По дороге она замечает за приоткрытой дверью зала, как Ким Намджун отчитывается перед ректором за ущерб, нанесённый технике. Тэри не волнуется, потому что, во-первых, не море, а во-вторых, их ректор противник техники и её падение его только обрадует. Так что если Прынцу и достанется какое-то наказание, то совершенно безобидное. И Тэри совсем-совсем не стыдно. Возможно, будет, когда она завтра проспится после клуба. Но до этих тяжёлых минут ещё ой как далеко, а пока Кан Тэри готова жить на полную катушку и не грузиться по мелочам.       Жизнь довольно услужливо подкидывает ей возможность напиться очень быстро — стрелки часов стремительно летят к позднему времени, и Тэри начинает сборы. Она долго раздумывает над нарядом, косметикой, причёской. Сегодня она хочет быть выше обычной себя на целую голову. В духовном смысле. И в физическом, отмечает она, останавливая свой выбор на тяжёлых ботинках на огромной подошве. Тэри в последний раз окидывает себя довольным взглядом в отражении зеркала, надевает пальто и выскакивает из общежития вместе с приходящим сообщением от таксиста. О да, она готова оторваться сегодня!       Тэри только на разогреве, попивая лёгкий коктейль за стойкой, и ждёт выступления какой-нибудь местной звезды. Ей нужна живая музыка, срочно. Словно слыша её мысли, кто-то из работников выносит на маленькую сцену микрофон на стойке. Своим действием он вызывает гул одобрения со стороны всех пришедших. И голос Тэри среди них. А потом она ошарашенно затыкается, потому что на сцене Ким Намджун, этот чёртов Прынц! Он одет так, что у Тэри всё внутри встряхивается. Что за кожаные штаны, Ким Намджун? А эта рубашка, расстёгнутая так, что виднеются ключицы, и… Это что, корсет?! У Тэри внутренности совершают акробатические трюки без остановки, пока Прынц обхватывает пальцами микрофон и облизывает пухлые губы. Она едва не падает, когда Ким Намджун начинает читать рэп. И это слишком для Тэри, но она сидит, как намертво приклеенная, и смотрит, смотрит на этого невозможного парня с выжженными зачёсанными назад волосами, как никогда отлично смотрящимися на фоне его тёмной одежды.       Выступление заканчивается очень быстро, и Тэри, словно в бреду, выбирается на улицу, почти не помня, как это сделала. Ей нужен воздух, а то внутри уже всё скрутило непонятно от чего. Что успели накурить до её прихода эти идиоты? Тэри очень пугает её реакция. Она долго стоит на улице и начинает замерзать. Короткие джинсовые шорты, колготки в крупную сетку и тонюсенькая кофточка с открытыми плечами и свободными рукавами в три четверти совсем не спасают. За пальто вернутся почему-то дико страшно. А ну как снова попадёт под досадное влияние непонятных испарений в этом клубе? Всё, теперь она сюда ни ногой. Тэри собирает в себе остатки сил, чтобы совершить быстрый манёвр до пальто и обратно на выход, но не успевает сделать и шага, потому что желанная вещь падает на плечи. Вместе с двумя ладонями, сжавшими её плечи.       — Ну и чего мёрзнем? — обыденно спрашивает Ким Намджун.       — Да так, для профилактики, — бурчит Тэри.       — Какой профилактики? — хмурится Прынц.       — Для профилактики болезней головного мозга, — фыркает она, чуть двигая плечами и пытаясь пока ненавязчиво намекнуть, чтобы руки исчезли. Не работает.       — По-моему, болезни головного мозга заморозкой не лечатся, — осторожно говорит он.       — Умный самый нашёлся, — цокает языком Тэри.       — Ну уж поумнее некоторых. Бирочку вон твою подобрал: она выпала из твоей сумки, пальто тебе вынес. Чем не молодец? — опять эта насмешка в его голосе. А Тэри чувствует, что она сейчас — бомба замедленного действия. Одно неосторожное движение — и она взорвётся. А как показывает практика, Ким Намджун довольно неуклюж. Жертв не избежать.       — Знаешь что, умник? — вспыхивает она. — Ты у меня уже вот здесь, — она касается ребром ладони шеи, — так ты меня бесишь. Почему ты вечно попадаешься у меня на пути, а стоит мне решить забыть о твоём существовании, ты возникаешь снова, как чёрт из табакерки?!       — Настолько страшный? — почему-то грустно усмехается Прынц.       — Настолько бесишь, — поправляет его Тэри. — Имей совесть, наконец! Нельзя заставлять кого-то так много думать о себе.       — Я и не заставляю, — возражает повеселевший Ким Намджун.       — Он ещё и отрицает, — возмущённо обращается к неизвестному третьему собеседнику Тэри, а затем снова тычет пальцем в Прынца: — Ты мне все нервы вымотал. Нельзя так поступать с невинными девушками! Ты вообще теперь обязан на мне жениться после того, что увидел сегодня!       — Только хотел предложить, — вполне серьёзно замечает он и отвечает на ошарашенный взгляд Тэри выгнутыми бровями. — Я, как самый настоящий рыцарь, просто обязан жениться на даме, покорившей моё сердце. Пусть и такими способами.       — Какими-такими способами? — ахает Тэри.       — Ну, например, общаясь с почти преступником как с другом, забавно надувая губы, промахиваясь от усталости мимо замка и утыкаясь лицом мне в спину. Или, например, язвительно отвечая мне даже в состоянии полусна, странновато хихикая себе под нос, смущаясь и пугаясь всяких глупостей…       — Эй, это были не глупости! — прерывает его она, стремясь восстановить справедливость. — Там чуть не начался пожар, а у меня задралась юбка.       — Но ведь я тебя спас и от того, и от другого, — мягко добавляет Намджун, стискивая её плечи. — Ты дослушай лучше, на твой же вопрос отвечаю. Так, на чём я остановился?       — На глупостях, — бурчит Тэри, внутренне умирая от желания улыбнуться.       — Да, точно, спасибо, — Прынц чмокает её куда-то в волосы и продолжает как ни в чём не бывало: — Ну вот, ещё что?.. Например, стараясь быть сильной, но всё равно доверчиво утыкаясь в плечо, спрашивая про духи, которых нет, или…       — Ты что, в хронологическом порядке вспоминаешь? — фыркает Тэри.       — Да, — не стесняясь признаёт Намджун. — Вот между прочим, ты не очень-то красиво поступила, бросив меня на произвол судьбы. Я думал, что умру под прожигающим взглядом ректора.       — Не ври, — Тэри улыбается. — Наш ректор и мухи не обидит. Только если эта муха не будет механической.       — Заноза, — Прынц вдруг крепко обнимает её за плечи, и сразу становится тепло-тепло. — И ты ещё спрашиваешь про способы? Да если не по хронологии, то просто собой и покорила. Взяла и покорила — с разгону и без разбега.       — А так можно? — опасливо уточняет Тэри.       — Ещё как, — серьёзно отвечает он. — И ты — живое тому доказательство. Нельзя так на правильных парней накидываться, Кан Тэри!       — Я не накидывалась! — возмущается она. — И как ты узнал моё имя?       — Оказалось, у нас общие знакомые, — поясняет Намджун. — И не отнекивайся, ты просто вцепилась в меня и не дала мне ни единого шанса.       — Неправда, — Тэри, на самом деле, уже хочется бросить этот спор, но это вопрос принципа, так что надо выстоять.       — Правда-правда, — Прынц тоже отказывается сдаваться. — Не пытайся сделать из меня виноватого — я здесь жертва. Твоей красоты и обаяния.       — Ну да, ну да, ври больше, — ворчит Тэри, а сама не замечает, что буквально расцветает от удовольствия под одобрительное хмыканье пристроившегося у неё за спиной Намджуна.       — Ну хорошо, всё, — примирительно говорит он, поворачивая её к себе. — Прекрасная дама позволит своему верному рыцарю проводить её до её замка?       — Безусловно, а то дороги нынче полны разных разбойников, — в той же манере отвечает Тэри.       — Вот и правильно, — довольно тянет Намджун, беря тонкую руку в свою и уводя прочь от здания клуба.       А у того внезапно распахивается дверь, и на улицу вываливается девушка с наспех натянутой на одно плечо курткой. Её всю колотит непонятно от чего, а в глазах ярость. Она пинает мусорный бак с такой силой, что он переворачивается, и несдержанно рычит:       — Да будь ты проклят, Чон Хосок!