Как я свёл своих друзей

— Как спалось, ребят? — обыкновенно спросил Эдвард, присаживаясь за стол с кружкой кофе. Да, на этот раз кофе, а не кола. — Как обычно хорошо, — не отвлекаясь от еды ответил Мэтью. — Да, сойдёт… — глухо отозвался норвежец. — Угу, — коротко и хмуро подал голос черноглазый. — Ясненько, какие планы на сегодня? — не отставал шатен. — Никаких. — Нету. — Свободен. Раз уж ответ единогласен, это только на руку кареглазому своднику. Сегодня он начнёт свои действия. — Тогда почему бы нам, к примеру, не сходить в кино всем вместе? — предложил парень. — Ну… Кино это как-то обычно, — несогласился рыжеволосый. — Может, съездим куда-нибудь на природу? Например, к реке. Нарцисс и художник быстро переглянулись, на лице последнего промелькнула улыбка. — Согласен, это было бы куда лучше… — он загадочно обвел взглядом друзей, — Кто за? — Мы, типо, на рыбалку поедем? — уточнил гитарист. — Можно и так. А вообще, просто ночь в палатках под звёздами… — Эдвард мечтательно прикрыл глаза. — Я уже ходил так в поход с друзьями, когда был подростком. Это было чудесное время, — и он пустился в долгий рассказ о том времени, когда ещё учился в средней школе. Прошло некоторое время перед тем, как он закончил говорить. А слушали его друзья или нет — этого мы не узнаем. — Ничего себе! — выдохнул восхищённый Харгривз, когда парень в зелёной худи закончил рассказ. — Мы обязаны сходить в поход! — А приготовления никого не волнуют? — напомнил уже лежащий щекой на столе Ларссон. — Так это пустяк! Да и палатка у меня, вроде как, есть, — отмахнулся Гоулд. — Ладно, другой вопрос, — завёл до этого молчавший черноглазый. — Куда именно мы едем? «Он сказал «мы», то есть, имел ввиду нас всех. Это хороший знак» — подумал Эдд, а вслух сказал: — Это тоже не проблема. Я знаю одно хорошее местечко, был там разок. Все вопросы, вроде как, решены, все согласны. После завтрака парни разошлись по своим комнатам. А вскоре Мэтт тихо ушёл в комнату к шатену. Постучавшись, он приоткрыл дверь и заглянул. — Эдд, можно к тебе? — вполголоса спросил он. — М? Да, проходи, — пригласил художник. Парнишка сидел на кровати, уже ожидая друга. Мэтью зашёл, закрыв за собой дверь и присел рядом с ним. — Пока всё идёт по плану, — карие глаза обвели комнату, будто в очередной раз убеждаясь в чистоте спокойствия. — Ты придумал, куда именно мы едем? — решил уточнить рыжеволосый. — Да, есть одно место. Я знаю дорогу, поэтому машину поведу я. — Погоди, может лучше я? — тут же обеспокоился рыжик. — Я сдавал на права, Мэтт. Хоть это и было лет 7 назад, — заверил он друга. — Ну-ну, посмотрим. — Хей, ты мне не доверяешь? — парень пристально посмотрел в голубые глаза. — Ну… Э… Ладно, ты ведёшь, — нехотя согласился голубоглазый, отведя взгляд. — Отлично, — улыбнулся довольный Эдд. Долго их разговор не продлился, парни обсудили ещё пару других вопросов перед тем, как Мэтт ушёл к себе в комнату. Парнишка в зелёной худи ещё около минуты посидел на своей кровати, пялясь перед собой и что-то обдумывая, после чего решительно встал. Пора навестить Ларссона. Тихо пройдя по коридору, он постучал в комнату карамельноволосого, ожидая ответа. Хотя, впрочем, зачем ждать, если можно просто войти? Парень приоткрыл дверь, заглянув. Норвежец сидел у себя на кровати, обняв колени и наполовину спрятав в них лицо. Он коротко взглянул на парня в зелёной худи и едва кивнул, показывая, что тот может войти. Эдвард это и сделал, закрыв за собой дверь, и, осторожно пройдя к кровати сероглазого, присел на её край. — Ты как? — начал он. — Не знаю… — подавленно отозвался «рогатый». — Чувствую себя отстойно. — Ты будешь шоколадку? — сразу же предложил Гоулд. — Ты же знаешь… От сладкого лучше не станет. Но спасибо, что предложил. — Вот, — кареглазый протянул ему плитку вышеупомянутого шоколада в упаковке. — Возьми, может, надумаешь. — Эдд… — Ларссон перевел на него взгляд серых глаз. — Ты не обязан ради меня так… — Да ну, что ты, я ж твой друг, — отмахнулся тот. — Мне не сложно. Я только рад помочь. — Тогда… Могу я остаться дома? — поинтересовался коммунист, всё же принимая сладость. — Уж извини, но нет. Мы едем все, и ты в том числе. Тем более, тебе сейчас не помешает освежить голову. Всё будет в порядке, я тебе обещаю. — Выбора у меня нет, да? — Ну почему же: ты можешь ехать с нами или ехать с нами. Что выбираешь? — каштановолосый ободряюще приулыбнулся. — М… — отвергнутый снова отвел взгляд, очевидно, есть проблемы. — Понимаешь, мне очень трудно находиться рядом с Томом после вчерашнего… Да и вообще. Это становится невыносимым… — Торд, всё будет в порядке, слышишь? — Эдд положил руку на плечо Ларссона. — Всё не так плохо. Не съест же он тебя. — Угум… — Ладно, оставлю тебя, пойду вещи собирать. Да и тебе советую, — проговорил в заключение кололюб, встав с кровати друга, на что тот лишь кивнул. Отлично, Торду, вроде, становится легче. Теперь осталось проверить второго и можно действительно собирать вещи. А вот этот самый второй сейчас тоже оказался у себя. Шатен коротко постучал к нему, после чего, опять же, заглянул. Не поверите, но Томас сидел на своей кровати, как и норвежец, приобняв колени и наполовину спрятав в них лицо. Да, хоть у нас и без суисайдов, у недо-влюбленных страдательные мысли друг о друге никто не отменял. И чтобы это как-то сгладить, хитрая булочка Эдд и успокаивает их по очереди, между тем подумывая над своим сводническим планом. Осторожно пройдя в комнату, кареглазый присел на край кровати друга. — Ты как? — опять же спросил он. — Чувствую себя мразью, — негромко ответил черноглазый, не смотря на кололюба. — Это из-за Торда? Риджуэлл наконец посмотрел на парня, коротко кивнув. — Чтож… Он действительно в тебя влюблен. Так что же насчет твоих чувств? — продолжил темноволосый. — Я не знаю… Но я точно не хочу, чтобы мы и дальше были врагами. Я не хочу, чтобы мы были порознь… И при этом я не могу сказать, что люблю его. Мы оба парни, и это как-то… — Неправильно? — вставил шатен. — Том, любовь не может быть неправильной, что бы там не говорили люди. Если любишь — люби, это только твоё право и только твой выбор. Только ты решаешь, с кем проведешь жизнь. Ну так, что ты об этом думаешь? — Я… — гитарист уставился прямо перед собой, видимо, обдумывая услышанное. — Пожалуй, ты прав. Мне стоит разобраться в себе и объясниться с Тордом, тогда я буду спокоен, — решил он. — Отлично! — улыбнулся Гоулд. — И у тебя как раз будет на это шанс, и не один, в нашей и поездке. И, да, собирайся. — Хорошо… И спасибо, — уже спокойней и уверенней проговорил Томас. — Всегда пожалуйста, друг! — ещё раз улыбнулся художник, выходя из комнаты. Как только дверь за ним закрылась, сводник направился в свою комнату с довольной полуулыбкой на лице. Теперь можно и вещи собирать.