Больше никогда...

-Что? Где я? – открывший глаза юноша увидел перед собой чёрные скалы, острые вершины которых обрамлял кровавый восход. Услышав позади себя истошные крики, он обернулся и узрел ужасную картину: люди в традиционных китайских одеждах нещадно резали друг друга алыми от крови мечами. Над всем этих побоищем хаотично летали пугающие чёрные облака дыма, а земля от беспрерывно льющейся на неё крови, окрасилась багровым. -Да что здесь происходит? Что с рукой? – почувствовав острую боль в левой руке, он опустил взгляд и ужаснулся. Его ладони и белоснежное ханьфу с узкими рукавами были орошены свежей кровью, а левый рукав был полностью ею пропитана. Юноша, пребывавший в сильнейшем замешательстве, пытался найти объяснение всему, что сейчас происходит перед его глазами: следам крови, людям и странному дыму вокруг. Из бури мыслей молодого человека вывел знакомый голос, который, надрываясь, звал его. -Брат - повернувшись, юноша с облегчением посмотрел на единственного знакомого человека в этом хаосе. Позвавший его человек стоял спиной к монументальной лестнице, которая вела к чёрному двухэтажному китайскому храму, что тёмным силуэтом возвышался над всем этим хаосом. Одет этот человек был в тёмно-голубой ханьфу с накидкой синего цвета, а на лбу у него была повязана бледно-голубая лента. -Брат, знаешь, как мы тут… - юноша уже было хотел устремится к этому человеку, но тот усердно показывал в сторону обрыва – Обрыв? Но зачем мне… И юношу охватил страх, но не тот, из-за которого хочется бежать и прятаться, а скорее страх, возникающий при мысли о потери чего-то драгоценного. Почувствовав его, он, не осознавая причин, рванулся в указанном направлении. -Быстрее – не понимая почему, думал юноша, проходя через лес беснующихся клинков, в конце которого он вскоре увидел на небольшом выступе молодого человека в чёрном ханьфу поверх которого была черного цвета накидка с красными волнами на подоле и рукавах. В длинных воронёных развивающихся на ветру волосах незнакомца виднелась красная лента, а в правой руке этот человек держал чёрную флейту с красной кисточкой. Пока юноша мчался к этому одиноко стоящему человеку, в его голове крутились непонятные даже ему мысли: -Не смей! Прошу тебя! Не оставляй меня! Несмотря ни на что, я буду на твоей стороне! Только прошу обернись! Обернись! Человек в черном ханьфу, будто услышав душевные крики, всё же обернулся. Его пустые серо-фиолетовые глаза были красными от слез и чёлка, закрывавшая лицо по краям, не могла этого скрыть, как не могла скрыть и кровь, текущую из уголков его рта. Увидев, что мольбы были услышаны, юноша в белом ханьфу успокоился и сменил бег на быстрый шаг, но спокойствие длилось не долго. Человек, словно раскрыв чёрные крылья, расставил в стороны руки и наклонился назад. В этот момент у стоявшего, вроде бы, недалеко спасителя, внутри всё оборвалось. Он помчался, что было сил к ускользающему от него человеку. -Почему!? Почему ты улыбаешься столь нежно, смотря на меня такими печальными глазами!? И кто ты!? Кто!? Почему я так боюсь потерять тебя!? – почувствовав на щеках слёзы, юноша закрыл глаза и в то же мгновение услышал мягкий и столь приятный его сердцу голос: -Спасибо тебе, Лань Чжань. -Не смей оставлять меня!!! – подобно стреле, этот крик вырвался из его сердца, после чего юноша резко открыл глаза и, словно потянувшись за чем-то, поднялся, и сел на софу, опустив одну ногу на пол. Через мгновение он понял, что находится в своём кабинете. -Что это было? – прошептал он, потерев переносицу. Подняв голову, он окинул взглядом кабинет, темнота которого освещалась серебром полной луны, смешиваясь с сиянием огней ночного города, затем мужчина направился к панорамному окну, находившемуся за его спиной. -Ван Цзи, ты снова засиделся допоздна и уснул в кабинете – забеспокоился открывший дверь статный мужчина в голубой рубашке и тёмно-синих жилете и брюках. Его чёрные волосы были убраны назад, но несколько выбившихся волосков всё равно нависали над лбом. Не дожидаясь ответа, мужчина подошёл и сел на софу, устремив свой взгляд на черноволосого, стройного и высокого мужчину в белой рубашке и голубых брюках. Не обращая внимания на вошедшего, он смотрел вдаль сквозь огни ночного мегаполиса. -Какие мысли заняли твой разум, что ты не заметил вошедшего к тебе брата? – поинтересовался мужчина, легко улыбаясь – Лань… - он хотел окликнуть брата, но тот обернулся и мужчина, поразившись увиденному, мгновенно онемел. По лицу его вечно серьёзного и невозмутимого младшего брата текли слёзы, отражающие лунный свет. -Ван Цзи, что с тобой? – мужчина с замешательством смотрел на брата своими тёмно-карими глазами. -Я не знаю – слегка дрожащим голосом ответил Лань Ван Цзи, закрыв лицо рукой – Я не понимаю почему мне так больно. Тот юноша, кто он? – Ван Цзи на мгновение притих - А я ведь и лица та вспомнить его не могу. И почему я так боялся потерять его? – весь его вид говорит, что он в смятении. -Ван Цзи - мужчина, ничего не говоря, подошёл к своему младшему брату и, зажав его голову в своих ладонях, прислонился ко лбу – Ты просто переутомился. Тебе надо отдохнуть – посоветовал старший брат младшему, смотря в его растерянные золотые глаза. Лань Чжань думал или же просто пытался успокоиться, но ответил брату он лишь через минуту. -Да, ты прав – выдохнул мужчина. -Ну вот и хорошо. Пошли. Я тебя подвезу. – расслабившись, мужчина направился к двери. -Кто же ты и что для меня значишь? – спросил Лань Чжань у сияющей в небе луны, надеясь, что, хотя бы она ответит на мучающие его вопросы, но ответа, конечно же, не последовало, и мужчина, тяжело вздохнув, направился вслед за братом.