Великая Академия Искусств

Ночь накрыла небольшой город, пробравшись в квартиру одного одинокого художника, сидящего в темноте перед монитором. Его плечи были напряжены: казалось, он из последних сил держался, чтобы не швырнуть стилус в стену. Еще два резких штриха завершили рисунок. Он немедленно отправил законченную работу заказчику, подождал пару минут и, когда на телефон пришло уведомление о пополнении счета, наконец громко выдохнул, с силой отталкиваясь от стола и уезжая на стуле в другую часть комнаты. Откинувшись на мягкую спинку, горе-художник уставился пустым взглядом в потолок, приводя в порядок мысли. Городской шум проникал сквозь приоткрытое окно и сливался с мерным гудением компьютера. Уютная тишина повисла в полумраке комнаты. Парень еще раз громко вздохнул и потянулся за телефоном. Пролистав телефонную книгу, он нашел контакт "Хитрая Китайская Задница" и выбрал его. Послышались гудки. — Я только что закончил тот всратый заказ, — сразу и без приветствий начал молодой человек уставшим, чуть хрипловатым голосом. — Оуууу, чувааак, — максимально сочувственно произнесли на той стороне линии. — Только не выпрыгивай из окна, окей? Мы уже заканчиваем, так что через минут двадцать я освобожусь. Привезти чего-нибудь? — Давай без крепкого, у меня с утра курсы. — Без проблем, скоро буду. — Отключаюсь. Снова тишина. Хотелось бы закрыть глаза, да только сразу перед глазами предстает только что нарисованная елда…

***

— Миииихуииил, явись! — черноволосый паренек застыл на пороге, держа в обеих руках по пакету всякой вредной ерунды, и щурился, вглядываясь в темноту коридора. — О, Владыка Тьмы, где же ты? Он еще не закрыл дверь, и его вопли слышала вся лестничная площадка, так что, когда он поставил пакеты на пол и обернулся, дабы исправить эту досадную оплошность, спускающаяся вниз женщина наградила его подозрительным взглядом. Парень лишь улыбнулся ей, захлопнул дверь и повернул ключ, лишая квартиру последнего источника света. В этот момент из глубин комнат послышались шаги. Щелкнул выключатель, и свет упал на недовольную усталую физиономию "Михуила". — Че орешь, супостат? — парень поднял пакеты, заглянул в один и цыкнул языком. — Чачу бы сразу купил. Полегче не было? — Не скрипи уже, а? Я торопился, — Гун Шэнли, а по совместительству Хитрая Китайская Задница, уже успел скинуть кроссовки, прошествовать дальше и включить свет везде, где только можно. — Мы наконец-то закончили этот двухнедельный пиздец. Поздравь меня! — Поздравляю. Залили уже? — несколько удивленно откликнулся Миха. Он не ожидал, что они закончат с этим видео так скоро. Дело в том, что эта Китайская Задница — с которой он познакомился на третьем курсе универа, когда учился в Китае по обмену — по окончанию высшего заведения не пошла работать по специальности в какую-нибудь IT—компанию, а навязалась к нему в поездку в Великую Державу, да там и осталась до сего дня. Ну не мазохист ли? Теперь Шэнли успешный китаец на русском Ютубе. — Залили, щас посмотрим. Они оперативненько оборудовали себе местечко с едой у телика и воздвигли великую крепость из бутылок. Они пересмотрели несколько раз свеженький проект Шэнли, проанализировали великолепно исполненную операторскую работу и отправились дальше блуждать по просторам видеохоста. Спустя неопределенное количество времени одной наглой китайской морде надоело, и он стал упрашивать Мишу показать тот рисунок, искусно пропуская мимо ушей отборную нецензурщину. В итоге, он получил свое, но в скором времени сильно пожалел об этом. — Я не понимаю! Кто эти извращенцы?! Да у кого на такое встанет вообще?? Миша поднял упаковку от чипсов, высыпал последние крошки себе в рот, смял ее и отправил в полет. — Ну, фурри еще понятно, но… — продолжал сокрушаться китаец, слегка заплетаясь в словах, но увидел, как его сосед поднимается, держа курс на кухню. — Эй, ты куда? Ответа не последовало. Вместо этого перед ним поставили бутылочку коньяка. Глаза паренька блеснули, но он нерешительно обернулся на друга. — Ты уверен? У тебя же завтра курсы? Думаешь, они не запалят, что ты бухой? — Нахой курсы. Гун Шэнли воодушевленно вернулся обратно с выражением лица: "А я че? Я ниче!" — Ну, нахуй, так нахуй!

***

Воздух полнился мягкими ароматами цветов и душистой, по-летнему прелой травы. Ветер шумел листьями высоких деревьев, и птицы весело метались в небе. Так тепло… Вот только это солнце злоебучее в глаза долбит, аж башка раскалывается. Стоп. Солнце? Миха медленно разлепил глаза и тут же сильно зажмурил, скривившись от жуткой боли. — Сууукаааа, — к нему потихоньку возвращались чувства: помимо мигрени, по всему телу разливалась боль от затекших мышц. Рядом приглушенно раздалось похожее мучительное мычание: — Выключите свет, заебали. Через силу приподнявшись, Миха все же с некоторым усилием открыл глаза и, сильно хмурясь, огляделся. Деревья. Много высоких, широких и безумно зеленых деревьев. А парни развалились аккурат посреди небольшой круглой полянки с яркими цветочками и парящими вокруг бабочками. — Ебать, реально лес. — Ммм?.. Миха обернулся на друга и не удержал смешок. Китаец был погребен под кучей трепещущих крылышек и вполне умиротворенно посапывал, лежа на животе и уткнувшись лицом в изгиб локтя. Должно быть, его желтая толстовка была спутана с большим цветком. Оторвав взгляд от этой картины маслом и относительно придя в себя, Миха посмотрел на лес, темнеющий в тени листьев. Он отчаянно пытался вспомнить, каким образом они могли оказаться в этих ебенях, но все, что хранилось в его голове о вчерашнем вечере, — квартира и бухло. Ничего о том, что они покидали квартиру, не говоря уже о том, что уехать из города! Что-то здесь не так. — Эй, барашка Шэн, вставай, тебя бабочки обосрали, — парень слегка подтолкнул этот рассадник насекомых. Никто не двинулся с места. Ни бабочки, ни китаец. — … Они ручные что ли? Откуда тут вообще бабочки? Внезапно Миха замер и со смесью эмоций в глазах вперился взглядом в невинных существ. На дворе глубокая осень. Какие. К черту. Бабочки?! — Шэнли, — напряженно позвал парень, все еще не сводя глаз с насекомых, как будто те могли в любой момент кинуться на них. — Шэнли, вставай быстро! Где твои деньги и телефон? — На тумбочке в коридоре, че ты разо… — китаец поднял голову и на мгновение замер. — Че это за хуйня? Мы где? — Если б я знал, думаешь, молчал бы? Поднимайся быстро, надо уходить отсюда. Миха вскочил, чуть морщась от боли, и принялся отряхиваться, пока Шэнли хмуро втыкал куда-то в пространство. Когда он сел и похлопал себя по карманам, бабочки взлетели, а потом снова примостились на его тушке. Парень только сейчас обратил на них внимание и попытался стряхнуть, но у него ничего не получилось, и, с минуту промучавшись, он решил забить на них, отдав предпочтение более насущным проблемам. — Так, — начал Шэнли, хмурясь и периодически сдувая бабочек с лица. Его голос слегка подрагивал, выдавая волнение. Миха помог ему подняться. — У нас нет телефонов, денег и документов. Мы в какой-то жопе и не помним, как сюда попали. — Ага, а еще сейчас лето, — угрюмо заметил Миха. — Что? Но сейчас же конец сентября! Как так можно? Только если… — невероятное потрясение от внезапной догадки скользнуло по его лицу и тут же сменилось волнением. Он впился взглядом в друга. — Мы даже не в черте города! — Именно, — серьезно ответил Миха. — А теперь вспомни, видел ли ты в России где-нибудь такие деревья? Гун Шэнли скользнул взглядом в указанную сторону и всмотрелся в необычайно темную древесину, в пышные ярко-зеленые кроны. Миха протянул ему древесный лист, по форме напоминающий дубовый, но с одним отличием. — Это что, синие прожилки? Они… пульсируют? — Валим отсюда, — Миха отбросил лист. — Ты не слышал звук машин? Может, недалеко есть трасса? — Нет, ничего. Можно попробовать залезть на дерево и осмотреться с высоты, но не внушают мне доверия эти листья. — Пойдем напролом? — Придется. Вот черт! — Эй, чел, в небе! Не великовато ли для птицы? — Что? Миха задрал в голову и пораженно выдохнул. На горизонте маячил силуэт, выглядящий и перемещающийся совершенно неестественно. Как будто кинули палку, а она залагала и просто полетела, не совершая никаких оборотов, вызывая инстинктивную панику. Эта хуйня не поддается законам физики, алло! Объект приближался очень быстро и спустя небольшое количество времени стало ясно, что это…человек. Человек, ровно летящий по воздуху. Без снаряжения. Без страховки. Никакой вертушки рядом. Это просто летающий человек. — Ч-че за хуйня, чувак?! — и глаза Шэнли, без того необычайно большие для обычного китайца, в ужасе раскрылись еще больше и, казалось, в любой момент могли просто выпасть. Его тихий голос истерично дрожал. Парни замерли на месте, поддавшись страху и тупо пялились на объект. И когда уже можно было различить белый цвет развевающейся на ветру одежды человека, Миха будто отмер. — Бежим, чувак, — тихо произнес он. А затем резко сорвался, хватая за рукав китайца. — БЕЖИМ НАХУЙ!!! Парни рванули в лес, сквозь кусты и высокую траву, запинаясь о коряги и срывая паутину руками и лицом. Чувство преследования не затихало ни на миг, подгоняя прибавить скорость. Ноги уже начинали заплетаться, дыхание заканчиваться, а голова кружиться. Убежав примерно на полкилометра от поляны, они выдохлись и остановились, тяжело дыша. — Че…за…поебень...только что…произошла? — задыхаясь, вопрошал Миха в никуда, естественно, не получив ответа. Вместо этого китаец его окликнул. — Эй, Мих, — Шэнли, точно так же согнувшись в три погибели, никак не мог отдышаться. — Это че, тропа? — Где? — Миха перевел взгляд на указанное место и пригляделся к стоптанной тысячью парами ног земле. — Да, реально тропа. Ха. Ха-ха, Шэн, сука, ты чертов гений! Ха-ха! Мы бы щас мимо ушли и не заметили! — Ага, лишь бы не козья была. — Скрестим пальчики, — Миха уселся под дерево и облокотился о ствол. Его руки подрагивали от адреналина в крови. — Щас отдохнуть надо, потом дальше пойдем. — Ага, — Шэнли последовал его примеру и тоже бессильно съехал вдоль дерева на землю. Они сидели в тишине, ибо сил не было даже поговорить. Каждый погрузился в свои мысли. Но некоторое время спустя Миха поднял голову и с вопросом посмотрел на Шэнли. Тот тоже вскинул на него взгляд и кивнул. Достигнув молчаливого соглашения, парни тяжело оторвались от земли и отряхнули одежду. — Хей, бабочки-то отстали, — сухо усмехнулся китаец, вытаскивая паутину из волос. — Не совсем. На правой лопатке одна сидит, — поспешил уведомить его Миха, вытряхивая мелкий сор из кроссовок. — Ну и хуй с ней. Пошли? — Ага, — Миха выпрямился и окинул взглядом друга. — Тебе не жарко? — Пойдет, — отмахнулся тот. — Идем. Парни вышли на тропу и, обыскав на предмет козьих следов и не обнаружив таковых, все же сошлись во мнении, что тропа человеческая, и двинулись уже по ней. — Как ты думаешь, мы действительно это видели? — все же прервал тишину Миха. — Я честно не ебу, чувак, — хмыкнул Шэнли. — Может, это наркотический эффект от тех деревьев? — Уж если бы так. Кстати, тропа расширяется, — заметил Миха. Теперь парни могли свободно уместиться вдвоем. И дорожка продолжала расти вширь. Вскоре она стала размером с типичную сельскую дорогу. Весь путь парни также провели в молчании, прекрасно понимая друг друга и без слов. А что тут говорить? Они в жопе! Но примерно через час занимательной прогулки они подошли к повороту, скрытому за старыми разросшимися деревьями. И когда из-за деревьев выглянули строения, оба вскинули брови. — Ты видишь то же, что вижу я? — осторожно спросил китаец. — Ага, деревня. Широкая лесная дорога плавно спускалась с небольшого пригорка и скрывалась за деревянными домами, которые двумя рядами тянулись вдоль нее до ближайшего перекрестка. Изогнутые крыши, бумажные окна, фигурная черепица, морды мифических существ, всевозможные узоры, опоясывающие столбы, и подвешенные красные фонарики в форме цветков физалиса, мягко покачивающиеся от легкого ветерка. Вся эта картина, насквозь пропитанная атмосферой Древнего Востока, завораживала и пугала одновременно. Парни переглянулись с потемневшими лицами. Сейчас они сильно напоминали потерявшихся туристов. На высоком пороге одного из домов сидел спиной к ним мужчина с собранными в пучок волосами и одетый в темно-синюю одежду, напоминающую об исторических драмах. Он облокотился о дверной проем, согнув ногу в колене, и был на данный момент первым и единственным человеком, попавшимся друзьям за это безбожное утро. С высоты холма, на границе леса, Шэнли и Миха наблюдали за ним, совершенно не понимая происходящего. Голову каждого переполняли тяжелые мысли. — Мы попали на какое-то косплей-пати? — осторожно поинтересовался Шэнли. — Какое косплей-пати в России? Максимум тусовка на фестивале, — Миха нахмурился. — Китайская деревня посреди России? Это какое-то шоу? Хотя, если фестиваль?... — Вполне может быть, — Шэнли воспрянул духом и посмотрел на друга. — Ролевки, наверное, устраивают и дерутся деревянными мечами. Хах, а мы бы ничего не узнали и так бы и просидели у тебя в квартире! — голос китайца чуть подрагивал. В нем смешивалось облегчение и нарастающее волнение. Было непонятно, кого из них двоих он пытался убедить. — А тебя не смущает погода? Не? А деревья? Они же не будут высаживать новый вид деревьев или раскрашивать каждый листочек, — у Михи тоже каждая клетка была на пределе, и мысли путались, но нужно было что-то предпринять, составить план и унять, наконец, эту отвратительную тревогу. Он вскинул бровь и сжал губы, с вызовом отвечая на вспыхнувший раздражением взгляд.       — Да?! Не смущает?? А, нахуй, то, что мы пьяные в зюзю уебали из квартиры и вообще нахуй из города, тебя не смущает?! — да, Шэнли старательно строил плотину из оптимизма и спокойствия, но этот говнюк сам нарвался. Кто его, блять, просил? — А летающая хуйня нам приснилась?! Убегали мы, сука, тоже чисто, блять, по приколу?! Я, между прочим, без ботинок, если ты не заметил! Знаешь, какую боль я сейчас испытываю?! Не мешай! Сука! Мне! Успокаиваться! — пока китаец орал в лицо Михе, он так тыкал в него пальцем, что последний вовсе не удивился бы, обнаружив синяк. Высказав все свои мысли по этому поводу и взбешенно пыхтя, Шэнли отвернулся, держась за переносицу. Оглушенный Миха поморщился, но промолчал, все же это был и его промах. Они вновь уставились на того мужика. В этот момент мужчина почувствовал на себе чей-то взгляд и обернулся. Два человека в странной одежде истуканами стояли в тени деревьев и пристально смотрели на него. Один в желтом мешке, другой в черном. На ткани последнего красовался белый череп, нарисованным так правдоподобно, что в дрожь бросало. Мужчина замер. Это призраки или заклинатели??? Парни не догадывались о мыслях мужчины и лишь видели, как его брови медленно ползут вверх. — Похоже, он рад нас видеть, — пробормотал Шэнли, шагнул вперед и махнул рукой, сразу переключаясь на китайский. Если эти ебланы решили закосить под Китай, то обязаны знать язык. — Извините! Мужчина дернулся, видимо, собираясь бежать, но внезапно нахмурился. Жёлтый мальчишка шел к нему и что-то говорил на очень странном диалекте. — Здравствуйте, дядя, не подскажите нам, что это за место? — спросил Шэнли с беспокойством в глазах. Но мужчина нахмурился еще больше. Что еще за странная речь? — Он тебя не понял, потому что ты тупой или он не китаец? — Миха стоял сзади с скрещенными на груди руками. — Заткнись, — бросил Шэнли, не оборачиваясь, и продолжил, активно жестикулируя. — Скажите, пожалуйста, что это за место? По странной речи второго паренька мужчина понял, что перед ним, скорее всего, иностранцы. На его родном языке они говорили очень плохо. Среди всего он услышал знакомое "пожалуйста" и "место". Они заблудились? — Деревня Шуй Цзин, — коротко бросил он. От его слов Шэнли удивленно моргнул. Но не успел он сказать и слова, как из дома через дорогу послышался зычный женский голос. Дверь отъехала в сторону, и в проеме показалась невысокая, но крепкая женщина. На вид ей было около сорока лет, но, зная натуру китайцев не понаслышке, парни предположили, что ей гораздо больше. Ее голову покрывал платок, и из-под него выбивалось несколько черных прядей. Она внимательно оглядела компанию и что-то спросила, протирая какое-то прозрачное стеклышко краем голубых одежд того же стиля. — С кем это ты болтаешь, Юшенг? — Лин СуЮн только закончила свои дела и решила проведать своего старшего сына, когда услышала незнакомые голоса. — Да вот, матушка, из леса вышли. Если я правильно понял, то спрашивают, где они, — Лин Юшенг, наконец, поднялся, вытянувшись во весь свой немалый рост. Темно-карие глаза серьезно смотрели на парней. Меж бровей у него залегла морщинка. — Заблудились? — Лин СуЮн нахмурилась, подмечая необычную внешность парней. — Мальчики, вы понимаете нас? Осознав, что вопрос был адресован им, парни переглянулись. Шэнли вздохнул. Мысленно он уже перебрал все знакомые ему диалекты и пришел к выводу о сборной солянке. — Здравствуйте, тетушка. Меня зовут Гун Шэнли. Это мой друг Миша. Мы не помним, как именно тут оказались. Помогите, пожалуйста, скажите, где здесь ближайший автовокзал? Лин СуЮн внимательно его выслушала, улавливая лишь часть информации. Они могли понимать друг друга только на основе обрывков фраз. — Откуда вы? И куда вам нужно? Шэнли несколько растерялся, так как ничего не понял. Но решил идти на таран и не прогадал. — Мы не знаем, как попали сюда. Мы уснули у себя дома, а проснулись на поляне в лесу. Лин СуЮн нахмурилась и еще раз оглядела их. Хотя одежда у них была очень странная, они не выглядели как разбойники. Парень в желтом смотрел на нее своими большими глазами и активно махал руками, объясняясь. А тот, что стоял позади него, выглядел несколько отстраненно, но на дне его голубых глаз, резко контрастирующих с темно-каштановыми волосами, плескалось искреннее беспокойство. Оба были довольно симпатичны, что, несомненно, подкупало, но на лицах обоих оставила отпечаток вселенская усталость, в коротких волосах торчали ветки, а один вообще стоял без обуви. — Хорошо, — после паузы произнесла Лин СуЮн. — Юшенг, пусть младшие сегодня переночуют у тебя. Вы двое, заходите. Она отступила на шаг, приглашая ребят в дом, мастерски игнорируя недоумение на лице старшего сына. Парни неуверенно посмотрели на нее. — Она нас приглашает? — Миха удивительно вскинул бровь. — Вы нас приглашаете? — Шэнли не менее удивленно продублировал. Лин СуЮн снова кивнула на вход, и парни больше не смели медлить.

***

Друзей покормили, дали постельное и даже выделили комнату. За обедом они пытались поговорить, но тщетно. Когда же Шэнли заикнулся об отсутствии денег, хозяйка лишь махнула рукой, приказав им не заморачиваться. После еды и небольшого отдыха моральный дух компании поднялся, и они не могли ничего не сделать в ответ, поэтому предложили помощь по хозяйству. — Вы к нам со всей душой, а мы что? — сердечно вопрошал Шэнли. Потом он обернулся к Михе и сказал уже на русском. — Миха, ну-ка, кивни. Тот серьезно закивал. Большую часть времени он молчал, так как с китайским у него было все очень плохо, но все равно тенью таскался за Хитрой Задницей и прожигал хозяйку дома праведным взглядом. В итоге Лин СуЮн, конечно же, сдалась. Но сначала настояла на адекватной одежде и всучила парням пару чистых комплектов, указав на комнату. Одежда была мешковатой и на всяких завязочках, так что размер не играл значение. Ткань была довольно мягкой, глубокого синего цвета, и весь комплект состоял из трех слоев. Тонкая рубашка с рядом петель вместо пуговиц заправлялась в штаны свободного кроя, завязывающиеся на талии. Сверху надевались два халата и завязывались широким поясом. Пыхтя, скрипя зубами и не совсем понимая, для чего это все нужно, парни все же переоделись. Сначала Миха хотел остаться в своих кроссовках, но пройдя по комнате понял, что это очень не удобно. Скрытые тканью халатов широкие штаны свободно спадали вдоль ног и сильно затрудняли движение. Пришлось переобуться в длинные кожаные сапоги до колен со шнуровкой по бокам. К подошве крепилась деревянная платформа с небольшим каблуком, а на дно выстилалась мягкая шерстяная стелька. — Странно, но да ладно, — хмыкнул Миха, разглядывая обувь. — Чувствую себя элитной проституткой, — пропыхтел Шэнли, оперев ногу о подоконник, который, к слову, был ему по пояс, и потуже затягивая шнурки, чем вызвал смешок у друга. Закончив с туалетом, парни вышли к хозяйке. Та хлопнула в ладоши с выражением "совсем другое дело!", повела их на задний двор, выдала по ведру и отправила за водой. Лин СуЮн только на первый взгляд казалась суровой. На деле же она оказалась весьма доброй и веселой женщиной. Шуй Цзинь была рыбацкой деревушкой. Семья Лин жила близко к берегу, и нужно было лишь пройти чуть дальше по улице, чтобы дойти до реки, так что поводов для беспокойства быть не должно. Получив указания, парни вышли на улицу и снова встретились с Лин Юшенгом. Тот сидел на том же самом месте и с жутким звуком точил длинную катану. Он окинул друзей безразличным взглядом и вернулся к своему занятию, чем вышеупомянутые немедленно воспользовались и поспешили скрыться, подталкивая друг друга ведрами. Тянувшиеся вдоль дороги дома были построены по одной конструкции и довольно похожи. Вытянутое деревянное здание с фигурной крышей и высоким деревянным порогом с метр в ширину, тянущимся вдоль всего дома. В некоторых домах стены были аккуратно выложены кирпичом, но в основном отличались формы резьбы на крышах и широких столбах, поддерживающих кров, мелочи вроде колокольчиков и фонариков и узоры из деревянных брусков на дверях и окнах, оклеенных с внутренней стороны бумагой. Людей было немного. Они лишь окидывали быстрыми взглядами парней и спешили по своим делам. Но все без исключения носили ту же традиционную одежду, и у всех были длинные собранные волосы. Ни одного мобильника или торчащих проводов от наушников. Осматриваясь по сторонам, парни довольно быстро пришли к реке. И это было действительно потрясающее зрелище! Вода была настолько кристально чистой, что было видно уходящее вглубь каменистое дно. Спокойное течение колыхало небольшие островки лотосов, среди которых то и дело шныряли стайки мелких рыб. — Охренеть! Походу, эти ребята топят за ЗОЖ! Вот почему никаких намеков на цивилизацию. Ты только посмотри на эту реку! — Шэнли восторженно носился вдоль берега и восклицал, когда ему в лицо внезапно прилетели брызги. А потом еще. И еще. — Эй, ты че делаешь? Не брызгайся, падла! Это казённое! — проплывающие мимо рыбаки подозрительно косились на двух ржущих идиотов, плескавшихся на берегу и убегающих друг от друга. Но совесть все же посетила молодые умы, и они решили поторопиться. — Мне жаль того рыбака. Он смотрел на тебя, как на умственно отсталого. Только вспомни его лицо! — Шэнли тихо засмеялся и толкнул друга локтем под бок, когда они дошли до перекрестка. Но неожиданно из-за поворота стремительно вывернула фигура, внезапно столкнувшись лицом к лицу с Михой, и тот с коротким "блять" упал и опрокинул ведро воды на себя. И пока выпавший из реальности Миха корчился на земле, сверху на него обрушилась череда отборного китайского бормотания в самых извинительных тонах. Судя по голосу, это был молодой парень. Перед глазами Михи мелькнули широкие белые рукава; ему помогли приподняться и даже протянули платок, не переставая при этом просить прощения. Но эту череду бесконечного бормотания прервал очень обеспокоенный голос Шэнли, раздавшийся откуда-то сбоку. — Эй, это же ты! Ты тот самый летающий чувак!