Великая Академия Искусств

Следующие несколько часов полета прошли довольно гладко, и к тому моменту небо уже догорало алым закатом. Миха даже вздремнул на плече заклинателя, уткнувшись куда-то в шею и щекоча своим дыханием бедного Сюй Сяомина. Последний отчаянно концентрировался на мече и циркуляции Ци, стараясь максимально абстрагироваться, но, когда попаданец уютно засопел у него под ухом, смирился и даже почувствовал себя вполне комфортно от окружающего его тепла. У второго дуэта дела обстояли чуть менее радужно, ибо у Шэнли быстро онемели все конечности из-за пребывания в одной позе, поэтому он попытался немного поерзать, чтобы хоть чуть-чуть облегчить свое положение. Но его попытки быстро пресекли, прижав посильнее к груди. Такой расклад китайцу не понравился, и он аккуратно приподнял рукой край накидки, взглянув на своего сопровождающего. Хе Цзинсун скосил на него несколько недовольный взгляд с немым вопросом. Шэнли требовательно ткнул пальцем вниз, намекая на приземление, на что заклинатель устало закатил глаза. — Держись за мою шею! — проорал он сквозь шум ветра и кивнул на свое плечо. Китаец скептически посмотрел на него, но все же вытащил свои пакли из нагретого гнездышка и несколько неловко обнял чужую шею. Внезапно Хе Цзинсун отпустил его ноги и удобнее сгреб за талию другой рукой, слегка подкидывая и крепко прижимая к плечу. Китаец, резко почувствовавший невесомость на хуй пойми какой высоте, построил кирпичный завод, вцепляясь в шею проклятого заклинателя, словно кот, которого пытались искупать в реке, и обвивая того обеими ногами. Ощутив железную хватку и нервное дыхание под ухом, Хе Цзинсун самодовольно улыбнулся — увидел бы Шэнли, загрыз бы этого ебучего волкодава — и коснулся двумя пальцами свободной руки виска, связываясь с Сюй Сяомином по духовной связи. Мечи плавно пошли на снижение. Приземлившись в широком и темном лесу, Заклинатели спрыгнули на землю, придерживая попаданцев, убрали мечи и зажгли талисманы. Мягкий золотой свет озарил темные стволы деревьев. Хе Цзинсун нагнулся и поставил китайца на ноги. Почувствовав некоторые изменения, тот опасливо приоткрыл глаза, а затем медленно расцепил кольцо рук, шагнув назад. Недалеко Миха разминал затекшую шею. — Стоит развести костер и передохнуть, — сказал Сюй Сяомин, оглядываясь. — Я поищу что-нибудь. — Помочь? — отозвался Миха, уперев одну руку в бок, а второй потирая заспанные глаза. — Не стоит. Я быстро, — улыбнулся заклинатель и тенью скользнул в темноту, показавшись уже через минуту с кипой сухих веток. — Наверное, пока что мы можем снять эти тяжелые штуки? — спросил Шэнли, оттягивая тугой ворот. — Да, но, правда, мороки потом с ними будет, — Миха скинул несколько слоев плотных одежд и вздохнул с облегчением. Будь воля китайца, он бы остался только в одних нижних одеждах, но Хе Цзинсун назвал его дешевой куртизанкой и заставил надеть еще один халат сверху короткого ханьфу. Шэнли только отвернулся и громко фыркнул, оставляя пояс назло не завязанным. Четверка расселась вокруг костра. Шэнли и Миха жевали сухие пайки Лин СуЮн, Хе Цзинсун прикрыл глаза, облокотившись о дерево, а Сюй Сяомин вновь достал откуда-то чайный сервиз. — Сколько мы будем лететь такими темпами? — задумчиво поинтересовался Шэнли. — Мы могли бы добраться за пару дней, но с учетом ваших потребностей на это уйдет, по меньшей мере, четверо суток, — любезно ответил Сюй Сяомин. — Что насчет Ци? — подал голос Миха, повернув голову к заклинателю. — Я могу передать тебе еще только следующим днем, — покачал головой Сюй Сяомин, затем повернулся к Шэнли. — Могу я проверить твой пульс? — Пульс? Зачем? — удивился китаец. — Он проверит, сколько маны можно впихнуть в твою тушку, — разъяснил ему Миха. Шэнли прозрел и подошел к заклинателю, протягивая руку. На несколько секунд повисла тишина, нарушаемая только треском костра. Затем Сюй Сяомин отпустил китайца, легонько кивнув. — Та же картина. Каналы ужасно забиты застоявшейся Ци, поэтому она не может функционировать как надо. — Это смертельно? Как это исправить? — тут же выпалил Шэнли. — Нет, это не смертельно, — мягко улыбнулся заклинатель. — Вы никогда ею не пользовались, поэтому духовные вены остались запечатаны. Как только вы начнете совершенствоваться, Ци придет в движение. — То есть мы сможем иметь такие же суперспособности, как у вас? — глаза китайца заблестели в предвкушении. И когда заклинатель кивнул, он обернулся к Михе с выражением легкого неверия и откровенного охуевания. — Охеренно, Мих, мы станем супергероями! Миха также удивленно посмотрел на заклинателя. — Вы не нуждаетесь в пище? — Нет, после определенного этапа пост является обязательным испытанием. Но потом заклинатель сам решает, будет он есть или нет. — Что насчет продолжительности жизни? — Если заклинатель достигает ранга Просвещения, то он становится бессмертным. — Ого, а какой ранг у тебя, Сюй Гэ? — с интересом подался вперед Шэнли. — У нас с Хе-шиди Серебряный ранг. — Ничего не понятно, но звучит впечатляюще, — усмехнулся китаец. — Сколько ты сможешь прожить с этим рангом? — Ну, еще, может, лет тридцать или сорок, — задумчиво прикинул Сюй Сяомин. Парни нахмурились. — А затем я должен перейти на ранг Белого Нефрита, но не будем заглядывать вперед. — А, так ты просто сменишь ранг? — выдохнул китаец. — Тогда сколько тебе лет сейчас? — Двести пятьдесят шесть, — улыбнулся Сюй Сяомин двум попаданцам, тупо уставившимся на него. Где-то сбоку низко хмыкнул Хе Цзинсун. — Вау. А тебе и не дашь, — только и смог хрипло сказать Шэнли. Затем он тыкнул большим пальцем в сторону Хе Цзинсуна. — А-а сколько этому вот? — Двести сорок семь. — Ха, да ты мелкий пиздюк, оказывается, да, Хе-хехе? — хлопнул себя по ноге китаец и тут же словил гневный взгляд. — Завались, Сяо Ли, — хмыкнул Миха. — Ты в его глазах и до сперматозоида не дорос. — Как ты меня назвал? И вообще, от кого я это слышу? — фыркнул Шэнли, пихая друга под бок. — Строит тут из себя невесть что. Куда делась твоя патологическая ненависть к старикам? — Ненависть к старикам? — с интересом спросил Сюй Сяомин. — А что с ними не так? — Да ничего, просто любовь всей его жизни променяла его на какого-то старпера при бабках! — тут же радостно выпалил китаец, за что поплатился. — Бабках? — удивился заклинатель, игнорируя откровенное избиение, происходящее прямо у него перед носом. — Присоединился к гарему? Услышав его слова, Шэнли захохотал сквозь боль в ребрах. — Хаха, может, и в гарем, кто знает? Но вообще я имел ввиду при деньгахАЙ! ДА ХАРЕ! — китаец откатился подальше от метающего гром и молнии Михи. — Так, значит, поэтому разведенка? — заключил заклинатель, а Шэнли засмеялся еще сильнее, хватаясь за живот. — Давайте сменим тему, — с потемневшим лицом Миха последний раз пнул китайца и сел на место. Сюй Сяомин кивнул и протянул попаданцам по чашке чая. Шэнли утер слезы и разом осушил чашку, возвращая ее владельцу. Затем привалился под деревом, теребя в руках кулончик-переводчик. Миха успокоился очень быстро и спустя пару мгновений уже умиротворенно попивал чаек. На пару минут вновь повисла тишина. Где-то в глубине чащи гулко клокотали птицы, и с треском ломались сухие ветки под неосторожными шагами диких обитателей. — Миха, а когда ты успел его на меня нацепить? — вновь прервал молчание китаец, очерчивая пальцем острые грани камня, и повернулся посмотреть на друга. — Ты что, лапал меня, пока я спал?! — Это не я, — ответил Миха, даже не взглянув на него. — Чего? А кто тогда? — не понял Шэнли, приподнимаясь на локтях. И когда Миха кивнул в сторону Хе Цзинсуна, китаец резко сел, обнимая себя за плечи. — Что?! Ты позволил кому-то лапать меня, пока я сплю?!! Представитель семьи Хе молча зафейспамил. Спустя полчаса они затушили огонь и вновь поднялись в небо.