Демон, научивший меня любить

Я смотрю в потолок. Сколько уже времени? Я тянусь к телефону, яркий свет которого сразу же ослепляет меня. Два часа ночи? Как же так? Боже, перестань о нем думать... И даже сейчас я думаю о том, чтобы не думать о нем. - Черт! - Шепчу я, закрывая пунцовое лицо руками. Это же невозможно. Это же глупо. Это же немыслимо. Я и не догадывалась, что девушки так быстро могут влюбляться... Дура, Рита, дура ты. Твои сверстницы бегают за парнями из параллели, а ты находишь в своем учителе с высокомерным характером миллионы достоинств. Я не должна это чувствовать, это неправильно. У него уже и девушка, вероятно, есть, а может и жена. И даже ребёнок. Или дети. - Что же это такое? - От безысходности хочется рвать волосы, плакать и кричать во все горло. Это нечестно. Возможно, он мне нравится лишь потому, что я никогда и не общалась с противоположным полом? Я обязана избавиться от этого странного ощущения, что разливается теплом в моей груди. Если я попробую заговорить с мальчишками из нашего класса? Но мне никто не приходит на ум. Конечно же, единственный, на кого я могла бы запасть или привязаться, это мой препод по предмету, который я ненавижу. Наверное, к списку моих проблем прибавилась ещё одна, самая страшная, непреодолимая и неотложная – Константин Дмитриевич. На следующее утро я выглядела разбитой и подавленной. Я уступила Лере ванную, направляясь на кухню. - Доброе утро, Рита. - Папа обнял меня, когда я вошла в комнату. - Привет. Он отстранился, заглядывая мне в глаза. - У тебя все хорошо? - Вкрадчиво поинтересовался папа, хмурясь. Ну, родителей я в это впутывать не собираюсь. - Да, конечно. - В подтверждение своим словам я киваю. Пусть и не очень убедительно, но и так сойдёт. Они всегда в такой спешке, что даже и внимания не обратят на то, как сгорает моя душа от губительных чар моего мучителя. - Ну и хорошо. К нам присоединилась мама, разогревая приготовленную ей вчера кашу. - Всем привет. - Бодро приветствует нас она, с удовольствием приступая к еде. Так хочется увидеть его... Снова дотронуться до него... Его прикосновения на моей коже... Это плохо. Я не могу себе позволить забыться из-за этого мужчины. Из-за ещё одной проблемы, возникшей на моем пути и преграждающей дорогу. Когда я пришла в кабинет алгебры, очень удивилась тому, что в классе было пусто. Пожалуй, слишком рано пришла, но хотя бы ознакомлюсь с параграфом. - Доброе утро, Громова. О, боги, почему в этот момент здесь никого нет? Я заставляю себя взглянуть на преподавателя, который тоже пролистывал учебник, вдруг останавливаясь на определенной странице. - Здравствуйте. - Что повторяешь? - С легкой улыбкой спрашивает он, приближаясь ко мне. - Арксинус, арккосинус. Блондин присаживается на край моей парты, выхватывая у меня книжку прямо из рук, с огоньком, вспыхнувшим в его взгляде лишь на мгновение, оглядывая меня. - Что же такое арктангенс? Я открываю и закрываю рот, как рыбка, не зная, что ответить. - Я поздно легла сегодня, ничего не помню. - Неохотно оправдываюсь я, пытаясь забрать справочник с нужными мне терминами. Но мне это не удаётся. - По какой, интересно, причине? - Продолжает настаивать на своем светловолосый, видимо, был недоволен моим объяснением. Я осмеливаюсь посмотреть на него вновь. - Почему? - Я выдерживаю долгую паузу, подавляя в себе желание врезать этому бесцеремонному человеку, - Это не Ваша забота, Константин Дмитриевич. Изумленный моим резким высказыванием, он холодно хмыкает, будто усмехаясь украдкой, чтобы я не услышала. - Учи, Громова, - Парень прогуливается до своего рабочего стола, - Какие все детки деловые. Я не комментирую сказанное, да и не успеваю: забегает Вика, за ней следует Аня. Они обмениваются со мной "приветливыми" улыбками, я же просто игнорирую, принимаясь за изучение арктангенса. Девушки подходят к молодому педагогу, весьма непринуждённо задавая вопросы о том, как его дела, на что он только благодарит их и отправляет по местам. Они разочарованно отступают. Очень любопытно... Все представители мужского пола обычно подчиняются очаровательной ухмылочке Поташкиной. И тогда, в магазине... Кажется, он совершенно не заинтересован в женском флирте. И почему-то от этого мне становится легче.