По ту сторону сна

— У тебя точно не было на примете ни одной девчонки, которую ты мечтал пригласить на подобное мероприятие, но по дружбе был вынужден пойти со мной? У тебя ещё есть время, чтобы броситься ей в ноги, а я молча отойду в сторону и не буду мешать, — тараторила Остин, держа своего кавалера под руку. — Мелс, ты прекрасно выглядишь, но прошу, замолчи, — взмолился Джордж. Амелия действительно постаралась над своим образом, всё же подхватив от других девушек этот мандраж за неделю до Бала. Она даже пару раз убегала по тайному проходу в Хогсмид, чтобы купить себе новое платье, благо в Хогвартс она взяла с собой немаленькую сумму из блэковского сейфа, на всякий случай. Во дворе замка растянули шатер, наложив всевозможные согревающие заклинания, пригласили настоящий оркестр и тщательно следили за соблюдением дисциплины среди школьников, чтобы те не позволили себе ничего кроме танцев и легких закусок. — Анджелине настолько хотелось Уизли, что ей уже было всё равно какого, — презрительно заметила Остин, рассматривая пару неподалеку от них. — Не только Анджелина не смогла выбрать себе одного, — холодно ответил Джордж и от его слов Амелия чуть не подавилась своим пуншем. Она будто впервые видела его, не ожидая такой резкой смены настроения. — Повтори ещё раз, Джорджи, я явно тебя плохо расслышала, — с издевкой произнесла она. Он вздохнул и удалился в сторону компании шестикурсников, оставив девушку в полном одиночестве. — Мы что даже не потанцуем? — язвительно бросила она ему вслед, но Джордж не услышал её, или сделал вид, что не услышал. Рассматривая лица пришедших, Амелия думала, с кем же ей скоротать своё время, чтобы не умереть тут от скуки. Взгляд Остин упал на Драко Малфоя. После того, как парень перестал зализывать волосы на манер своего отца, у него появились свои поклонницы даже среди львиного факультета. Человечеству хватило одной истории с запретным плодом, поэтому гриффиндорки молча проглатывали своё восхищение слизеринским принцем. Не в этой жизни и не в этой реальности, подумала Остин и отвернулась от платинового блондина. В конце концов, они были родственниками, причем не самыми дальними. Седрик Диггори наслаждался компанией Чжоу Чанг. Амелия невольно залюбовалась, с какой легкостью пуффендуец вальсировал с девушкой и насколько искренне он ей улыбался. Синяя ткань его парадной мантии заставила его голубые глаза по-новому заиграть в свете софитов, а слегка взлохмаченные от долгих танцев волосы только придавали шарма юноше. Платье когтевранки, явно подобранное в одной цветовой гамме к костюму парня, шлейфом развивалось за девушкой. Эта пара безусловно выделялась на фоне других. Гермиона Грейнджер тоже удивила всех сегодня не только своей красотой, но и своим кавалером. Виктор Крам держался гордо и уверенно, как подобает Чемпиону, ни на миг не сомневаясь в выборе своей спутницы. Флер Делакур сопровождал когтевранец Роджер Дэвис, с которым Амелия имела честь просиживать ЗоТИ. Легкий румянец выдавал его волнение, поэтому парень пару раз ошибся в движениях танца, но полувейле хватило одного нежного взгляда, чтобы привести его в чувства. Гарри Поттер пару раз отдавил ноги своей бедной партнерше, имени которой Амелия не знала, но, судя по непроницаемому лицу девушки, это было не самым худшим за сегодняшний вечер с Поттером. Фред кружил свою спутницу в танце, но его взгляд постоянно цеплялся за фигуру подруги около фуршетного стола. Амелия держала в руке бокал и качала головой в такт песне. Создавалось ощущение, что она присутствовала на рок концерте, а не на торжественном мероприятии. Анджелина заметила повышенное внимание Уизли чему-то за её спиной. Девушка обернулась и, увидев Остин, оттолкнула Фреда. В слезах Джонсон покинула парня, скрывшись в толпе, а он и не попытался догнать её. — Кажется, Энджи не понравилось быть запасным вариантом своего запасного варианта, — ухмыльнулась Амелия, когда Фред остановился рядом с ней, чтобы налить себе пунша. — А Джордж где? — поинтересовался он, пропустив мимо ушей её упрек. — Угадай. — Мы оба такие бессердечные, Мелс. Ты-то уже явно привыкла к этому, а я не знаю, как теперь буду спать по ночам, — беспечно произнес Уизли и ушел. Он не забыл своих обещаний больше не лезть к ней. Остин не хотелось больше находиться здесь совсем одной в этой праздничной атмосфере наступающего Рождества, поэтому девушка, никем незамеченной, направилась в замок. Джонсон нашлась в их общей спальне. Девушка, до сих пор одетая в свое великолепное платье, рыдала в подушку, словно героиня магловской мелодрамы. — Анджелина, дорогая, предлагаю перемирие, — нарушила тишину Остин. Её соседка подскочила на кровати, обвиняющее прожигая девушку взглядом. — Я тебя видеть не хочу, — бросила Джонсон, рухнув обратно на свою постель. — Помнишь, на третьем курсе, когда у нас только-только начались Прорицания, в качестве одного из домашних заданий мы делали свои натальные карты по звездному небу в день своего рождения. Так вот, мне так понравилась эта идея, что я постоянно выстраивала свои гороскопы, в том числе и на этот вечер. Мне было суждено по-крупному напортачить, а потом вытравлять из головы свои грехи, благодаря задушевному разговору с человеком, который меня ненавидит. — Ты же врешь сейчас? — Безбожно, — усмехнулась девушка, присаживаясь рядом с Анджелиной. — Лин, ну не рыдай. Фред всегда был полным идиотом. Знаешь, что? Иди к нему прямо сейчас, поцелуй и пусть он только попробует после этого не встречаться с тобой. — Правда? Ты уверена, что это хорошая идея? — приободрилась девушка, с надеждой глядя на свою новую подругу. Флаг в руки, пронеслось в голове Остин, когда за Джонсон закрылась дверь. Сириус так и не соизволил ответить на её письма или как-то связаться с ней, чтобы проверить, жива ли его дочь. Амелия могла бы поинтересоваться у Гарри, присылал ли он ему весточку, но не делала этого, боясь услышать утвердительный ответ. Девушка не особо понимала, откуда у неё взялся ещё и комплекс недолюбленного ребенка, но он был словно песчинка в море всех её проблем и страхов, которые она заработала за последнее время. Восприняв молчание отца, как однозначный намек, она конечно же осталась на все каникулы в Хогвартсе, мысленно обещая ему припомнить это летом. Она ненавидела себя в этот момент, закинув ноги на спинку кровати и рассматривая потолок. Остин не стала устраивать истерики, оставив свои последние слёзы ещё на мантии Диггори. Амелия крутила в руках фамильное кольцо, на которым гравировкой был высечен девиз Блэков на французском. Она не позволяла себе носить такую опасную для своей тайны вещь, но, когда никого не было рядом, девушка доставала из шкатулки перстень, рассматривая каждую букву на нём в отдельности. Этот маленький ритуал вселял Амелии спокойствие, напоминая, что, несмотря на тяжелые воспоминания, возникающие перед глазами при одном взгляде на эту вещицу, у неё всё же есть своя история в этом мире. Сириус не знал, что она забрала кольцо с собой, как и то, что она вообще его нашла. Это было собственностью его брата, Регулуса, и по совместительству являлось единственной вещью, которую она смогла вынести из комнаты Блэка младшего прежде, чем отец запретил даже переступать её порог. Амелия до сих пор иногда видела в своих снах дневники в кожаном переплете, которые стояли там на полке над письменным столом. Её собственный дневник лежал рядом с ней. Задумавшись, она выронила кольцо. Оно соскользнуло под кровать, пару раз подпрыгнув, и со звоном покружилось на месте, прежде чем упасть и затихнуть. В комнате было так темно, что Амелии пришлось потянуться за палочкой, чтобы что-то увидеть во мраке под кроватью. Перстень быстро нашелся среди клубов пыли, отзеркалив исходящий свет люмоса. Неожиданная мигрень обещала взорвать её голову изнутри. Девушке стало не хватать воздуха, чтобы сделать новый вздох. Кожа покрылась испариной. Без зеркала было понятно, что она покраснела — одного прикосновения к горящим щекам было достаточно. Остин рухнула на пол, со всей силы сжимая ладонями виски, не представляя, как унять боль. Мелс, это снова я. Мы давно не болтали, прости за это, — будто сквозь толщу воды услышала она прежде чем потерять сознание.

***

Пробуждение однозначно было для Амелии не из легких. — Сообщу её друзьям, что она очнулась, — произнесла Макгонагалл, прежде чем скрылась из поля зрения девушки. — У тебя золотые друзья, моя девочка, они дежурили под дверьми Больничного крыла до самого утра, — успокаивающе пролепетала Мадам Помфри, моментально сменяя её повязки. Ткань приятно холодила кожу. — Мелс, слава Мерлину, что ты пришла в себя, — раздался звонкий голос Ли Джордана и парень плюхнулся на кровать рядом с подругой. Перед ней сразу собралась небольшая толпа всё ещё одетых в свои парадные мантии учеников. Амелия слабо улыбнулась. — Ни на минуту нельзя тебя оставить без присмотра, — усмехнулась Спиннет, взяв девушку за руку. Остин окинула взглядом каждого пришедшего, удивляясь приходу Джонсон, но Анджелина кивнула ей и искренне улыбнулась. Амелия не смогла сдержать слез под общее улюлюканье гриффиндорцев. Они какое-то время наперебой рассказывали ей, что произошло. В основном, свои пять копеек вставлял развеселившийся Джордан, близнецы, наоборот, были притихшими. Вскоре Мадам Помфри попросила всех разойтись. — Вы идите, я посижу тут ещё немного, — Джордж пододвинул стоящий рядом стул ближе к её кровати. Ребята, настороженно переглянувшись, ушли. — Это ты нашёл меня? — прохрипела Амелия, когда за ними закрылась дверь. Поджатые губы и закрытая поза Уизли сразу бросалась в глаза. Джордж кивнул. — Значит, ты видел. — Видел, — ответил парень, вытаскивая из сумки тетрадку. — Какого черта, Амелия? Что это? — Ты сам знаешь ответ на этот вопрос. Тебе никогда не хватало такта не лезть не в своё дело, — бросила она, пытаясь подняться, чтобы сесть на кровати, подмяв под спину подушку. — Я думал, твои бредни закончились, когда ты нашла отца, — вздохнул он. — А потом я нахожу тебя, бьющейся в конвульсиях, на полу твоей спальни с дверью нараспашку, и даже не могу войти из-за этого тупого заклинания, запрещающего парням находиться в женских комнатах. Пришлось поднимать шум, пытаться найти хоть кого-нибудь, кто мог бы тебе помочь. Потом уже пришла Макгонагалл и соизволила снять защиту. — Просто чудо, что я не окочурилась за это время, — усмехнулась она. — Вот именно, — выпалил парень, сжав дневник в своих руках. — А потом я вижу эту тетрадку, едва успеваю подобрать её с пола, пока она не привлекла внимания МакКошки. И что я вижу? — он открыл первую страницу и прочел вслух. — «Всё ощущается слишком реально. События идут линейно, без перемоток, что даже непривычно.» — А кольцо? Ты унес его? — не обращая внимания на тон друга, спросила Амелия. — Мелс, там не было никакого кольца, — после небольшой паузы ответил ей Джордж. — Что за кольцо? — Сущая мелочь. Безделушка с девизом Блэков, — нервно пробормотала она, вскакивая в кровати. — О Мерлин, пусть оно будет лежать у меня под кроватью. На Амелию, ставшую той самой девушкой, которая подняла на уши весь Хогвартс своим предсмертным состоянием, смотрели косо. Среди младшекурсников вовсю расползалась сплетня, что на девушку наслали бубонную чуму — страшный сглаз, сводящий с ума. Найти магглокровку, который внушил эту бредню народу, так и не удалось. Накинутая наспех школьная мантия на больничную сорочку не добавляла ей популярности, лишь подтверждая эту детскую сказку, но Остин было совсем не до сохранения её репутации. Пароль за то время, что она валялась без сознания, поменялся, и Полная дама наотрез отказалась пускать её в гостиную Гриффиндора. Остин принялась орать на весь коридор, ссорясь с портретом. — Мисс Остин, что вы здесь делаете? — растерянно спросила проходящая мимо профессор Макгонагалл. Джордж безнадежно отстал. — Вы должны быть в Больничном крыле. — Профессор, я вернусь, как только удостоверюсь в одной очень важной вещи, — чуть ли не плакала девушка. — Мне нужен новый пароль. — Храброе сердце, — произнесла МакГонагалл и Остин пулей полетела в сторону женских спален мимо удивленных гриффиндорцев. — Пожалуйста, пожалуйста, — без конца повторяла она, влетая в свою комнату. Раскрытая шкатулка лежала на тумбочке там же, где она её оставила. Амелия упала на пол, принявшись шарить рукой под кроватью, но там ничего не было. Остин схватилась за покрывало, стягивая его вниз вместе с постельным бельем, и подняла матрас. — Мисс Остин, успокойтесь, — повысила голос её декан, которая последовала за своей ученицей. — Мне нужно найти кольцо, мне очень нужно его найти, понимаете? — будто в бреду шептала она. — Отец убьет меня. — Амелия, я прошу вас, ради Мерлина. Мы найдем ваше кольцо, только успокойтесь. — Я не могла его потерять. Я не могла, — девушка осела на пол и заплакала. Этим же вечером, когда Амелию отвели обратно в Больничное крыло, к ней пришел еще один посетитель. — Слышал о твоем героическом побеге. У тебя правда бубонная чума? — на лице Седрика сияла улыбка, но, наткнувшись на злой взгляд подруги, она несколько померкла. — Ладно-ладно. Я вот принес тебе булочек с корицей, только из духовки. Велли передает тебе большой привет, — он поднял с пола небольшую корзинку, показывая девушке сочную сдобу, и она сразу схватила одну из пышек. — Объедение, — промычала она с набитым ртом. — Согласен. Я успел съесть пару штук, пока добирался сюда, — довольно кивнул пуффендуец. — Так ты тут надолго? — он покрутил головой по сторонам, осматривая помещение. — До конца каникул, кажется, — пожала плечами Остин, беря еще одну булочку. — Так как никто не понял, что со мной произошло, то в Хогвартс должна заглянуть делегация из Мунго. Хоть посмотрю на работу тех, в чьи ряды хочу попасть. Везде есть свои плюсы. — Ходят слухи, что ты потеряла какое-то кольцо. Это правда? — Да, но это мелочь, — Амелия отвела глаза в сторону. — Ради мелочи не бегают по замку в одной сорочке, — усмехнулся парень, заметив этот жест. — На мне была мантия, — моментально возразила она, посмотрев парню в глаза. — В общем, всё сложно. Спустя пару дней Хогвартс действительно посетил один известных колдомедиков Британии, заинтересовавшийся случаем Амелии. Девушке от такой чести стало только страшнее. — У вас были такие приступы раньше? — спросил мужчина и получил отрицательный ответ от своей пациентки. — Вы знаете, что могло бы вызвать приступ? — вновь негромкое «нет». — Вы пробовали колдовать после того, как очнулись? — обратился к Амелии мужчина. — Н-не приходилось. Я даже не знаю, где моя палочка. — Мадам Помфри? — колдомедик посмотрел на женщину и та принесла палочку Остин из соседней комнаты, протянув её девушке. — Сотворите любое заклинание. — Люмос, — произнесла она. Её рука рассекла воздух, совершая нужную комбинацию, и ничего не произошло. Тогда она попробовала применить акцио к лежащему на тумбочке апельсину, но он не двинулся с места. — Мисс Остин, вы замечали за собой проблемы со сном? Временную потерю памяти? Повышенную тревожность? — спокойным тоном спросил колдомедик, наблюдая как девушка продолжает безрезультатно взмахивать палочкой. — Возможно, — сглотнула Остин, оставив свои попытки. Она затравленным зверем смотрела на мужчину, ожидая свой диагноз словно смертного приговора. — Амелия, никто не сможет сказать наверняка, но все симптомы сходятся с побочными действиями от одного редкого зелья Perffaith cof, варка которого стала запрещена после Первой Магической войны. — Я помню, как на втором курсе у меня случился приступ. Хотелось вырвать собственное горло от боли, — Амелия сглотнула, прежде чем продолжить, — и всё же сейчас в голове пустота. Кто мне его дал? Когда? Я не знаю. — Выяснять подробности, при которых такая вещь могла попасть в руки маленькой девочки, будет поручено Аврорату, но а касемо вашего здоровья, вам придется выпить это зелье ещё раз. И возвращаться к нему каждый раз, когда будут происходить приступы, а они, уверяю вас, точно будут. — Вы хотите сказать, что мне нужно постоянно пить эту бойду? — язвительно бросила она, начиная сомневаться в компетенции этого светила науки. — Эта вещь – единственное, что способно вернуть вам магию, также как и отнять её. Perffaith cof вызывает привыкание, и с каждым приемом эффект от него становится всё более кратковременным, заставляя только увеличивать дозу, но обратной дороги уже нет, — не обращая внимания на её тон, продолжил он, — но удивительно, что в вашем случае побочный эффект появился спустя целый годы. — Поверьте, последнее, чего я хотела жизни, так это подсаживаться на какую-то магическую дрянь будто на магловские наркотики, — разнервничалась девушка. — Я понимаю ваш гнев, — ответил ей мужчина, — но это зелье имеет широкий спектр действия и даже считалось достаточно безобидным, несмотря на его вкус. Никто не мог предсказать, что оно будет иметь такие последствия. Особенно тот, кто всё же позволил вам его выпить, — он встал. — На этом мы закончим. Амелия, вам нужно будет пару раз в год проходить обследование в Мунго, чтобы мы могли отслеживать изменения в вашем организме, но в остальном, колдомедицина бессильна. — Вот блеск, — пробурчала себе под нос она, когда врач уже собирался уходить, но у неё оставался не заданным главный вопрос. — А со своим диагнозом я смогу работать у вас, когда успешно сдам все необходимые ЖАБА? — Смело спрашивать такое у ведущего колдомедика Мунго, — он смерил её оценивающим взглядом. — Если побочные действия не будут прогрессировать, то колдомедицина примет вас с распростертыми объятиями. — А вы можете письменно оформить то, что сказали сейчас? Приложу в качестве рекомендации, когда буду подавать документы, — выпалила она, вызвав улыбку у мужчины. Он пожелал ей скорейшего выздоровления и удалился вместе с Мадам Помфри из Крыла. — Вы уже знаете, что вас ждёт, Амелия, поэтому выпейте, когда будете готовы. Перед самым сном, — проинструктировала её медсестра, поставив склянку на тумбочку. — Спасибо вам, мадам Помфи. — Добрый вечер, мисс Остин, — послышался чей-то голос около двери. Обернувшись, Амелия меньше всего ожидала увидеть директора. — З-здравствуйте, профессор, — заикаясь, поприветствовала его девушка, вжавшись в матрас. Он кивнул медсестре, и она незамедлительно оставила их наедине. — Будьте аккуратны в следующий раз, мисс Остин, — произнес Дамблдор, подойдя к её кровати, и положил перед ней на одеяло её потерянную вещицу. — Мы ведь не хотим, чтобы оно попало не в те руки, — улыбнувшись, он уже хотел уйти. — Профессор, — окликнула его девушка, — где вы его нашли? — Если меня не подводит память, то мистер Малфой очень увлекся, рассказывая свои друзьям о том, что наткнулся в школьном коридоре на это кольцо и, поведав о странной находке своей матери, получил от неё просьбу отослать его в Мэнор. Получилась бы очень неприятная ситуация, если бы это произошло, вы согласны? — его голос как всегда звучал тихо и размеренно. — Да, профессор, — выдавила из себя Амелия. — Но, к вашу счастью, на следующее утро Драко так и не смог найти кольцо в своей комнате. Миссис Малфой была очень расстроена. — Они теперь знают обо мне? — Нет, но, если вы будете также опрометчиво таскать в Хогвартс столь опасные вещи, то я не могу обещать, что ваш секрет не раскроют, — подмигнул он ей. — Профессор, раз уж вы всё знаете, то, возможно, вам известно, где мой отец сейчас? Почему он не отвечает мне на письма? — с надеждой спросила она. — Кто знает, Амелия, Сириус всегда был достаточно сумасбродным, но он неизменно возвращался к тем, кого любил. Помните об этом, — Дамблдор оставил её в одиночестве, давая переварить услышанное. Теперь в её распоряжении были и кольцо, и дневник. Девушка пожалела, что у неё нет сейчас магии, чтобы трансфигурировать что-то в обычную маггловскую ручку, поэтому пришлось возиться с чернильницей и пером. Открыв тетрадь на новой странице, она с минуту размышляла, чем же хочет её заполнить, но слова сами полились из-под её руки. «31 декабря 1994 года. Колдомедик из Мунго поставил мне диагноз – передозировка зельем со странным названием, которым напоила меня Мадам Помфи в начале третьего курса. Перечисленные им симптомы идеально подходили мне, но я не стала говорить, что все странности со мной начались задолго до принятия этого злополучного зелья. Сейчас, прожив в этом мире больше полугода, я не могу точно сказать, какой из них сон, а какой — реальность. Мне страшно от мысли, что они оба достаточно реальны в моих глазах. По ночам я всё также вижу сны, но они уже не перемещают меня из одного мира в другой. Я засыпаю и просыпаюсь в Хогвартсе…» Расписав ещё пару предложений, Амелия отложила раскрытый дневник в сторону, давая чернилам высохнуть, а после отправила его в своё излюбленное место — под перину к основанию кровати. Приготовившись ко сну, она взяла зелье с тумбочки. Из-за полумрака и так темная жидкость сливалась с окружающим миром, но всё же можно было рассмотреть её плотную вязкую текстуру даже через стекло пробирки. Остин сглотнула. Внутренний голос просил её выбросить его в окно, но Амелия не имела права пасовать. Ей со многим требовалось разобраться, поэтому девушка откупорила крышку и залпом выпила содержимое склянки. Сдерживая рвотный позыв и не прекращая кашлять, она легла на кровать, пытаясь успокоиться. Быстрый стук её сердца раздавался в ушах. Глаза лихорадочно бегали по помещению в поисках помощи, но вскоре закрылись, не в силах сопротивляться резко появившейся усталости.