Kawasaki

      Юнги никогда бы не подумал, что оказаться на работе, раскладывая очередные пачки рамёна по прилавку, будет для него облегчением. После того взгляда ему не по себе, поскольку Хосок явно же не просто так решил внезапно переехать в Сеул, на вид он примерно такого же возраста, как и сам Юнги. Теперь уже для последнего страшная начальница не кажется источником всех проблем, потому что им является Чон Хосок.       Обыграть Чонгука, заставив того слететь со своего байка, получается не у каждого, точнее, почти ни у кого. Даже сам Юнги с трудом в последний раз подрезал парня, чтобы Чон слетел с мотоцикла, лишь больно проехавшись задницей по песчаной дороге. Следующая гонка обещает быть самой легендарной, ведь за всё время Гука обгонял и приходил на финиш первым только Мин. С появлением нового гонщика первое место может легко потеряться, чего Юнги не допустит. — Юнги, — слышит парень женский голос, когда раскладывает снеки по нужным полкам, сразу заостряя своё внимание на своей коллеге. Сыльги не так давно устроилась к ним в круглосуточный, да и она была единственной, кто симпатизировал Юнги, наверное, именно поэтому он никогда не отказывал ей в помощи. — Ты повыше, можешь помочь поставить банки с этой коробки на ту верхнюю полку? — Разве тебе не дали стремянку? — спрашивает Юнги. — Я, конечно, помогу, но тогда займись этими коробками, совсем свежие пачки снеков и лапши пихай далеко, помнишь? Удачи.       Мин устало забирает коробки с банками пива и энергетиками, идя в нужный отдел с алкоголем и прочими напитками. В самом деле, странно, что девушка согласилась взять работу побольше, лишь бы не шататься на этой почти сломанной стремянке. Парень ставит ящик на пол, оглядывая почти пустые полки, сразу видно, что некоторые снова собираются на вечеринку и скупают слабый алкоголь, чтобы веселиться куда дольше, чем в отрубе лежать где-то под диваном.       Работа не такая сложная, но не когда торчишь здесь по шесть часов, получая копейки и питаясь либо за счёт друзей, либо покупая коробки лапши. Юнги не любит готовить, живёт один в однокомнатной квартире на окраине, откуда добирается до гоночной трассы на своём мотоцикле. Повезло, что она находится не так далеко, примерно в двадцати минутах ходьбы и двух минутах езды на байке. Людей почти нет, машины ездят редко, поэтому Мин не чувствует себя не в своей тарелке, даже наоборот.       Юноша расставляет банки, поправив свою кепку, которая немного слезает из-за маленького размера, даже не обращая внимания на нового посетителя, коих не так много. Юнги привык не обращать внимания на покупателей, но почему-то именно сейчас решил отвести взгляд на парня и почти не выронил все пять банок пива, которые расставлял по стеллажу. Это был тот самый гонщик, который узнал в лице работника магазина своего соперника на предстоящем соревновании. — Ого, Мин Юнги, какая встреча, — усмехается Хосок, подходя к парню, — так ты здесь работаешь? Думал, ты безработный, похвально. — Чего тебе надо? — спрашивает Юнги, расставляя последние банки и оттряхивается, устало глядя на Хосока. — Если ты пришёл что-то купить, то бери и проваливай, я на работе, мне нельзя отвлекаться. — Ну, вообще я пришёл сюда по объявлению о поиске работников, мне временно тоже нужна копеечка, не подскажешь, где твоя начальница? — Что? Нет, у нас полный штаб работников, уходи отсюда, без тебя справимся отлично, — цокает Мин, поднимая с пола коробку, — лучше иди и готовься к нашему заезду, ибо я не Чонгук, так быстро сдаться тебе не намерен. — Ты боишься также позорно проиграть мне? Слышал, что тебя только недавно совсем на мотоцикл выпустили кататься после серьёзного перелома. Думаю, обойти тебя на моём монстре не составит труда, Юнги. — Хён, — поправляет того старший, — я тебе хён, сопляк. — Ты всего на год старше меня, к чему такие придирки? — Потому что мы даже не знакомые, я тебе чужой человек, поэтому уважай меня, пусть ты и одолел Гука, то о победе надо мной даже не мечтай, ты не такой крутой, чтобы сейчас стоять и выпендриваться, я много раз побеждал того парня, поэтому твоя победа — не показатель. Начальница там, — Юнги кивает в сторону двери, к лестнице, которая ведёт к кабинету женщины, где и решится судьба Мина, ведь работать со своим врагом он не хочет.       Хосок уходит, оставляя Юнги стоять на месте и ещё долго смотреть на закрытую за ним дверь, словно застряв где-то в прострации. Парня отвлекает только разобравшаяся со снеками и лапшой Сыльги, отдав ему пустые коробки и попросив отнести на склад. — Ты знаком с ним? — спрашивает девушка. — Отчасти, — кидает коротко Юнги, поворачиваясь на девушку. — А что? Понравился? — Симпатичный. Он будет работать с нами? — Не знаю, надеюсь, что нет, — грубо бросает Мин, уходя на склад с пустыми коробками.       Больше Юнги не видел Хосока ровно до того момента, пока не решил выйти на улицу в два часа ночи, действительно, с кем не бывает. Курить глубокой ночью для Мина является какой-то традицией, ведь рано утром он поедет кататься, а только после, снова на работу, пусть и не должен был, но злая начальница попросила выйти его именно в этот день, когда парень собирался, как бы, кататься.       Встретить Хосока, курящим возле собственного подъезда, Юнги никак не ожидал. Либо его он преследует, либо, судьба хочет чтобы парни сдружились. Однако, одна после ухмылки новенького гонщика Мин остаётся при мнении, что таких людей стоит избегать, а лучше вообще даже не знать, выкинуть из головы, словно и не было ничего. — Ты преследуешь меня? — спрашивает Юнги. — Я вызову полицию. — Ого, опять мы встретились, — усмехается Хосок, — ну, вообще, я здесь живу. Временно. Ты в домашних шортах и толстовке даже мило выглядишь, никогда не думал, что скажу это, но прими как комплимент. — Иди нахуй, — сухо отвечает старший, зажимая между зубов сигарету и щёлкая зажигалкой, — из-за тебя мальчишка теперь в больнице лежит, а ты только и делаешь, что радуешься своей победе. — Думаешь, я сам никогда руки и ноги не ломал? — хмыкает Хосок. — Да и вообще, к чему такая агрессия? Я что, победил тебя уже? Нет, да и есть шанс, что ты одолеешь меня, уж я-то проигрыш принять способен, ибо проигрывал в своей жизни, в отличии от тебя. Видимо, тебя морально сломает поражение, да? — Если ты начнёшь прокалывать колёса моего байка, я переломаю тебе ноги, — угрожает Мин, выдыхая клубы табачного дыма, — мы из разных миров, Хосок, а я ненавижу, когда кто-то внезапно появляется в моей жизни без предупреждений, выигрывает моего хорошего соперника и кичится этим теперь везде. — Да кто тебе сказал, что я кичусь этим? Слушай, я правда не настроен на войну с тобой, поэтому было бы неплохо, если бы ты согласился на моё предложение пойти завтра в бар, посидеть, рассказать что-то о себе, хорошо выпить и в общем весело провести время. До нашей гонки осталась неделя. — Если ты так намекаешь на то, что тебе приглянулась моя задница — лучше заткнись, вот правда, просто заткнись и не смей открывать свой рот про нашу возможную дружбу, я никогда не поддамся тебе, ясно? И своего Чимина заткни, чтобы пиздел поменьше про тебя, возможно, тогда я ещё смягчусь к тебе.       Юнги выбрасывает недокуренную сигарету в мусорку и возвращается обратно в квартиру, где до самого утра не может уснуть. Его голова просто забита мыслями о Хосоке, о том, что этот парень слишком странный, не ясно, чего именно он хочет и каковы его мотивы. Если бы он был уродцем, может быть, Юнги даже не обратил на него внимание, игнорировал все вопросы, словно не слышит, но здесь совсем иная картина. Чон симпатичный, его ухмылка или оскал зачаровывают, заставляют постоянно прогонять у себя в голове все моменты, связанные с его вниманием к Мину.

***

      Намджун громко смеётся, когда слышит рассказ Юнги про его встречи с Хосоком за очередной банкой пива в каком-то баре. Тэхён сидит рядом, стараясь сдержать смех, в отличии от своего возлюбленного, но вот лицо их общего друга прямо намекает на то, что кому-то сейчас прилетит. И прилетает. — Да за что? — возмущается Ким, потирая ушиб. — Мне кажется, что вы правда связаны судьбой, раз вы дважды встретились, а ещё теперь и коллеги! — Да иди ты нахуй, Намджун! Друг ещё называется, — кричит Юнги, вставая из-за барной стойки и направляется в туалет, чтобы умыться и привести себя в порядок.       В таких заведениях туалет пуст, если в кабинке кто-нибудь не трахается, да и, как понял Юнги, это крайне неудобно, особенно когда кто-то входит и приходится вести себя максимально тихо. И всё-таки, у Мина назревает вопрос, откуда такой дорогой мотоцикл у Хосока, если он устроился работать в круглосуточный? Неужто взял кредит или вообще своровал? Юнги бы поверил во вторую легенду, ведь кто такому же раздолбаю в банке даст кредит на такого монстра, который стоит почти целую почку.       Холодная вода смывает все ненужные мысли, помогает прийти в себя и остыть после всего, что произошло с парнем пять минут назад. Его друг буквально высмеял его, сказав, что было бы неплохо, если бы они с Хосоком начали встречаться, прикрываясь тем, что вообще-то являются врагами. Может быть, Чон и настроен на дружбу, а вот Юнги нет, пока не победит его. Он будет дружить с тем, кто одолеет его, ведь такого опытного мотокроссера действительно сложно победить, не зная гоночную трассу, как свои пять пальцев.       Юнги смотрит на раковину, опустив голову, но когда слышит позади себя звук хлопающей кабинки туалета, резко поднимает её. Кажется, всё-таки Намджун был в чём-то прав, либо же тот факт, что Хосок — ебучий сталкер — правда. — Что ты вечно вокруг меня ошиваешься? — возмущается Мин, оборачиваясь испуганно на Хосока. — Тебе своей жизнью не живётся, поэтому преследуешь меня? — Я здесь с Чимином, — хмыкает Хосок, — успокойся, я понял, что на дружбу ты не нацелен, поэтому больше даже пытаться не буду подобраться к тебе, пока ты сам не проявишь инициативу. — Слушай, может, ты не будешь строить из себя хер пойми кого? Здесь только я местная знаменитость. — Чонгук говорил Чимину то же самое, — ухмыляется Хосок, — а теперь посмотри где этот мальчишка находится.       Юнги выходит из себя, хватает Хосока за воротник его ветровки и прижимает к холодной стене, начиная больно придавливать. Чон накрывает руки Мина своими, старается как-то ослабить хватку, но старший не в себе, его бесит даже один факт того, что с этим парнем ему придётся соревноваться. Больше всего он ненавидит тех, кто считает себя лучше кого-либо, пусть отчасти и сам таким является. Возможно, Юнги просто боится признать тот факт, что есть кто-то лучше него. — Заключим пари? — усмехается Хосок, глядя на разозлённого Юнги, который точно сможет вспороть ему брюхо прямо тут. — Если выигрываю я, то ты будешь лично моим, не важно в каком плане, механик, помощник или секс-игрушка, просто тот факт, что не имеешь права избегать меня. Если же победа будет твоей — я свалю с города навсегда. — Тогда можешь уже готовить вещи, совсем скоро ты уедешь отсюда нахуй, — шипит Юнги, хватая Хосока за руку и осуществляя рукопожатие, которое означает то, что пари заключено. Об этом совсем скоро Мин пожалеет. — Тогда можешь готовить ошейник со своим именем, познакомлю тебя со своим котом Шуки и псом Цербером, — усмехается Хосок. — Размечтался, уж поверь, ту дорогу я знаю лучше, чем Чонгук, поэтому посмотрим, как ты будешь избегать препятствия, не знав, когда стоит сбавить скорость, а когда увеличить, даже твой дорогостоящий Кавасаки не поможет одолеть меня, ясно? Так что мечтай, пока можешь, могу даже уже купить билет до Кванджу. — Ну мы это ещё посмотрим, хах.

***

      Все мысли Юнги в последнее время забиты гонкой, потому что парень в самом деле пожалел о том споре, но получил невероятный шанс отправить Хосока обратно в Кванджу. Каждый день торчать на площадке со своей Хондой Мин уже устал, но продолжает стараться набрать максимальную скорость, использовать дрифт на поворотах, взлетать на высоких подъёмах, делая обороты на 360 градусов, тренироваться настолько много, словно его ждут национальные соревнования, которые смогут обогатить его сполна.       Намджун и Тэхён с волнением относятся к непонятному рвению Юнги победить, ведь последний даже читает про уловки, которые помогут незаметно сжульничать и сбить соперника с дороги, чтобы прийти слишком быстро на финиш с большим отрывом. Друзья рекомендуют не рисковать ради какого-то парня, который просто будет просить возиться с его байком за него, таскать продукты и прочее, да и если Хосок в самом деле хотел дружбы, то не заставит делать что-то плохое. Ага, конечно, думает Юнги, нихуя подобного. — Я могу сильно попасться, если проиграю ему, поэтому у меня есть небольшой план, — сообщает Юнги, после очередного заезда останавливаясь возле Намджуна с Тэхёном и снимая шлем, — мне нужно подложить то, что может проколоть колесо и именно так, чтобы именно Хосок наткнулся на это. Можно потом списать просто за неисправность его мотоцикла, думаю, а я приеду на финиш первым. — Юнги, это слишком рисково, — отвечает Намджун, — твоя мания победить уже пересекает границы дозволенного, ведь даже Хосок сутками тут не торчит, стараясь дотренироваться до твоего уровня, лучше бы пошёл работать, твой мотоцикл никуда не убежит. — Ты не понимаешь, Намджун! — вскрикивает Юнги. — От этой победы зависит моё будущее, я не хочу быть его подстилкой! — Ты не уверен в своей победе? — спрашивает неожиданно Тэхён, из-за чего Юнги сразу тормозит и понимает, что так оно и есть. Он далеко не уверен в том, что сможет победить Хосока, не уверен в том, что его не обгонят сразу же, ведь по мощности новый Кавасаки, который у того засранца, не уступает практически пересобранной Хонде Юнги. — Даже если так, то ты должен показать всем то, что даже короли способны принять поражение. — Мне уже всё равно, хоть шины ему проколоть, хоть вместо бензина яблочный сок налить, лишь бы этот хуесос не победил, — грубо ругается Юнги, в самом деле переживая за своё поражение перед Хосоком, перед тем, кого хотел унизить, поставить на место, а в итоге сам же может в любой момент пасть, встать на колени и отсосать, как последняя шлюха. — Послушай, лучше правда принять поражение, чем вот так гадить парню, который оказался чуть лучше тебя, Юн, — вздыхает тяжело Намджун, — завтра вечером ваша гонка, отправляйся сейчас на работу, потом выспись и пригоняй сюда на всё готовый, ладно? Ты не подумай, мы верим в твою победу, просто сам поверь в себя и покажи ему, где раки зимуют. — Хоть за это спасибо, — цокает Юнги напоследок.       Юнги теперь не любит появляться на работе только по той причине, что в зале с ним работает и Хосок, такой улыбчивый и добрый на глазах, а в баре точно был готов покрыть своего соперника отборным дерьмом. Если же старший грубый и не особо общительный, то и на работе он такой же, однако той же Сыльги как-то всё-таки удалось усмирить Юнги и произвести впечатление достаточно хорошей девушки. Только она и встретила его улыбкой и лёгкими объятиями. — Начальница ругалась вчера на тебя, — взволнованно сказала Сыльги, идя вместе с Юнги к двери, где они обычно переодеваются в рабочую форму, — я заступилась, сказала, что у тебя учёба или что-то типа того, повезло, что она поверила. — Ты слишком много для меня делаешь, — слегка улыбается Юнги, — всё равно спасибо, но не стоило, я привык, что ей вечно что-то не нравится во мне. — Я бы посоветовала извиниться перед ней, всё-таки ей тоже не так просто приходится, она недавно развелась с мужем, а дети на одну неё остались. — Сегодня много работы? — Достаточно, но благодаря Хосоку мы сможем разобраться побыстрее с новым завозом, так что переодевайся и на складе твои коробки тебя уже ждут, — прежде чем девушка уходит, она неуверенно поднимает взгляд на парня, боясь что-то спросить, — Ю-Юнги… Может быть куда-то сходим вместе после работы? — А… А-а-а-а! Слушай, я сегодня не могу, можем в другой раз? Ты не подумай, я не против, просто сегодня у меня плохое настроение. Может, в субботу? — А… Хорошо, давай, — кивает Сыльги, возвращаясь к своей работе.       Закончил работу Юнги с желанием вскрыться прямо в отделе с ножами, потому что Хосок мелькал везде, ни слова не проронил не по работе, такой весь вежливый и до тошноты улыбчивый индюк. Из-за мыслей о нём парень так и не смог нормально поспать, когда пришёл домой почти под утро. У него было десять часов до гонки, пять из которых он проспал, а остальные думал о победе. О его победе.       Юнги собирается лениво, получая кучу сообщений от Намджуна с Тэхёном, что может опоздать, ведь Хосок уже на месте и тренируется перед гонкой, что на парня влияет сильно. Мин хватает всё необходимое и, забрав с гаража свой мотоцикл, едет на место назначения, где постепенно начинает собираться народ. — Чонгук? — спрашивает Юнги, когда встречает парня по дороге к старту. — Ты разве не дома должен быть сейчас? Когда тебя отвезли в больницу, то твои родители меня матом покрыли и сказали, чтобы я даже в твою сторону больше не смотрел. — Не обращай внимания, они всегда такие, — улыбается мальчишка, — я пришёл поддержать тебя, думаю, что ты-то покажешь ему силу настоящего гонщика! Представляешь, тот самый Чимин мне вчера принёс еду, извинился, ведь из-за его слов я пошёл первым и в итоге покалечил себя. Я ахуел. — Кажется, ты ему понравился просто, вот он и искал повод для встречи, — ухмыляется Юнги, хлопая друга по плечу, — но ничего, я отомщу за тебя, Чонгук, не переживай. — Удачи тебе, хён!       На старте всё оказалось куда сложнее. Юнги не знал, что ему предпринять в случае проигрыша, если Хосок сразу разгонится до большой скорости и Мину банально будет его не догнать. Оба парня уже на своих мотоциклах, ждут, пока ведущий гонки начнёт обратный отсчёт. Пять. Они заводят двигатель и принимают нужное положение, чтобы не слететь с мотоциклов. Четыре. Юнги кидает взгляд на Хосока, который, наверное, точно также смотрит на своего соперника, к сожалению, из-за шлема он не может знать точно. Три. Старший тяжело вздыхает, готовясь принять решение о самом быстром разгоне. Два. Хосок сжимает руль крепче, из-за чего слышен звук его кожаных перчаток. Один. Они готовы вот-вот стартануть. — Старт! — кричит громко ведущий, а от двоих осталась лишь пыль от песка.       У Юнги получается лидировать, но только первые пять секунд, после которых Хосок ровняется с ним и идёт на обгон. Мин прибавляет скорости, идя со своим соперником вровень, сердце вот-вот выпрыгнет, ибо каждый сантиметр решает, кто победил. Впереди первый подъём, пару секунд парни находятся в воздухе, после чего сразу же приземляются, продолжая набирать скорость.       На повороте, пока Хосок лидирует на метр впереди, оба парня забираются на склон, едя практически горизонтально на слишком большой скорости, из-за чего все вокруг начинают волноваться. Любое неправильное движение и их может снести и придавить мотоциклом. Однако Юнги не боится, он даже будет счастлив, если кто-то из них навернётся, особенно если это будет Хосок.       На втором повороте Мин пробует дрифт, что вполне удачно, как и Чона, что безумно злит первого. Юнги снова лидирует, но опять же — не долго. Хосок почти что сразу догоняет его. Такое беспрерывное меняющееся первое место держит в волнении всех зрителей, особенно когда оба парня движутся к финишу. — Юнги! Юнги! Юнги! — слышит парень со всех сторон, стараясь как можно быстрее разогнаться до максимально допустимой скорости. Только вот нагоняющий его Хосок портит всё, из-за чего Мин принимает самое опасное решение — подрезать его, чтобы Чон затормозил, побоявшись аварии, но всё разворачивается совсем иначе.       Юнги немного меняет своё положение, из-за чего переднее колесо Хосока касается заднего колеса юнгиевой Хонды. Над обоими мотоциклами теряется контроль, однако Мин восстанавливает его быстро, но Чон поспевает за ним. Финиш в пару метрах, они едут вровень, но в последний момент, когда Хосок выдвигается чуть вперёд, Юнги подрезает его сбоку, в итоге приходя первым, а Чон вторым. — Победа, — усмехается Мин, сбрасывая с себя шлем, — а я говорил тебе, что стоит уже начать собирать вещи, Чон Хосок! — Ты подрезал меня не по правилам, ты нарочно заставил меня коснуться тебя, ты нарушил правило, Юнги! — возмущающе кричит Хосок, также сбрасывая с себя шлем. — Всё честно, вообще-то. — Эм, Юнги? — осторожно подходит к парню один из судей. — Не хочу тебя огорчать, но ты правда нарушил правила, из-за чего первое место переходит к Хосоку, прости… — Наш сегодняшний победитель — Чон Хосок! — кричит ведущий, услышав судью, после чего многие люди радостно начали аплодировать, выкрикивая имя победителя. — Справедливость восторжествовала, — ухмыляется Хосок, глядя на Юнги, — на твоей колымаге никогда не одолеть меня. Готовь ошейник, будешь третьим животным в моей уютной квартирке.