Любовь наперегонки

      — Нет, ну ты только посмотри на это! — девушка откатилась на стуле в сторону и указала ладонью на экран монитора. — Это уже беспредел какой то! Сомбра, вальяжно лежавшая на кровати, оторвала глаза от своего телефона и посмотрела на подругу, которая уже в который раз начинала кричать из-за новостей.       — Опять эта новенькая? — девушка устало вздохнула.       — Да ты только послушай! — Амели пододвинулась обратно к столу и начала активно листать страницу в поиске нужной статьи. — Вот!       — «Лена Окстон, которая за столь небольшой промежуток времени выбилась в топ-20 гонщиков Формулы-1 объявила, что будет активно сражаться за первое место на финальном гран-при во Франции», — прочитала отрывок Лакруа. Она вновь повернулась к своей подруге. — Во Франции! На моей территории! — девушка очень сильно зажестикулировала руками. — Она везде! Понимаешь? Просто везде! Куда ни глянь, везде эта чёртова Окстон. Как же я хочу стереть эту самодовольную улыбку с её милого личика, — Амели упала на спинку кресла. — Я не допущу её победы.       — Милого? — механик ухмыльнулась.       — Отстань.       — Ладно, ладно.       — Нет, ну правда. Ей создают отдельные фан-группы, фан-аккаунты, каждая вторая лесбиянка по ней слюни пускает, а ведь это её первый сезон. Ей всего-то лет двадцать пять, а она уже утёрла нос многим гонщикам и пытается дотянуться до моего. А ещё и эти глупые прозвища, — фыркнула Лакруа, — “Тре-е-ейсер”, — коверкая, произнесла она, — “Супервспышка”, чушь какая!       — Дорогая моя, — Коломар отложила телефон в сторону, — ты же знаешь, что тебе нет равных уже несколько сезонов, — девушка привстала. — Мы с тобой уже не один год занимаем первые очковые места почти в каждой гонке, так что какая-то там маленькая американка тебе никак не угрожает.       — Британка, — поправила Амели.       — Да хоть марсианка, всё равно этот Гран-при наш.       — Ну конечно, но как же меня достала эта... — небольшая пауза. — Выскочка!       — Всемирно известную Роковую Вдову на её удивительном “Поцелуе Вдовы” никто и никогда с пьедестала не сдвинет.       — Именно. Гонщица встала со стула, подошла к рядом стоявшей кровати, развернулась и тяжело упала на неё спиной, раскинув руки в разные стороны.       — Поехали завтра на автодром, — тихо предложила Амели.       — Сегодня воскресенье, — Сомбра закатила глаза. — Уже вечер. А значит, что завтра понедельник.       — И что?       — И то. До начала свободных заездов гран-при остаётся четыре дня, а ты хочешь покататься на детской коляске по маленькой площадке?       — Ты же знаешь меня, мне надо снять стресс, — Амели поднялась и села на кровать, сложив под себя ноги. — Мы же всегда так делаем, весело будет. Заодно и разомнёмся перед квалификацией. Сомбра фыркнула.       — Лучший способ снять стресс — это выпить, но не когда ты водитель болида, — Коломар выдохнула. — Ладно, но только один день, не больше, а то привыкнешь к этим велосипедам и на гонке начнёшь педали у машины крутить.       — Что бы я без тебя делала, чудо моё технологическое, — Лакруа заулыбалась.       — Ну не знаю, может быть сидела где-нибудь в коробке из-под холодильника на улице и доедала найденный круассан, — инженер улыбнулась в ответ, — Или что у вас тут во Франции едят, багет?       — А вот за багет было обидно, — Амели слегка нахмурила брови, — Засранка.       — Я тоже тебя люблю.