Преданный

Наши дни:       Тэффи уверенно шла по коридору больницы, стараясь обращать как можно меньше внимания на окружающих, ведь она была уверена, что среди этой толпы может появиться и Рэн, которого видеть она сейчас точно не хотела. Хотя бы просто потому что он бы сразу раскусил ее волнение, не скрываемое даже за превышенной дозой ксанакса. — Доктор Кумада, — послышалось откуда-то сзади и девушка обернулась. — Вас ожидают в платной палате, а пока можете ознакомиться с анамнезом пациентки.       Медсестра, так ловко перехватившая Тетис посреди коридора, оказалась на редкость дружелюбной и в то же время, абсолютно не навязчивой, что уже само по себе вызывало некую долю уважения. Обычно все, кто хоть немного следил за реабилитацией эмоционально неустойчивых пациентов после выписки из отделения, сразу же обрушивали на психотерапевта целый поток из лицемерных высказываний и довольно сомнительных комплиментов, которые, в большинстве своем, касались ее внешнего вида. Ну что ж, наверное, оно и к лучшему, ведь сейчас отбиваться от назойливых фанатов было совсем не в силах измученной брюнетки. Правда радость Тетис оказалось недолгой…       Скользнув взглядом по эпикризу, девушка истерически захохотала, вызвав при этом откровенное удивление своей коллеги. — Минако Миядзаки, — на первой же строчке значилось имя пациентки.       Конечно, что ещё могло сделать этот день хуже? Казалось, бы вселенная уже выложила перед Кумада все карты, объявив о возвращении недостающего лорда, воскрешении разбитого сердца Цоизита, возрождении давней любви жесточайшей демоницы, и вроде бы вот оно, долгожданное завершение этого вечера, но нет… С каждым разом судьба ударяла больнее, загоняя свою любимицу в угол. Откуда у нее вообще взялись силы сталкивать лбами бывших соперниц и запирать их в одной комнате на самой окраине Токио? — С Вами все в порядке? — спросила сопровождающая Тетис девушка. — Да, всё чудесно. Не обращайте внимания, просто сегодняшний день был слишком… Насыщенным. — Хорошо, Вам сюда, — толкнув дверь, возвестила незнакомка и глазам психотерапевта предстала она, бывшая Верховная, всегда улыбчивая и лучезарная принцесса Венеры, так ловко обманутая своим нареченным, решившим перейти сторону зла. Вот тебе и долг, вот и нерушимые узы брака…       Вдруг сбоку что-то зашевелилось и из-за ширмы появился он, лорд Кунцит собственной персоной. — Здравствуйте, я Тэффи Кумада, врач-психотерапевт, мне сказали… — Не нужно, — отрезал Кунсайт, холодно полоснув взглядом по лицу Тетис. — Это Мина, моя жена. Всё чего я хочу, это чтобы Вы помогли ей, остальное меня мало волнует.       Брюнетка изумлённо посмотрела на парня, но ничего не сказала, лишь быстро кивнула и подошла к сидящей на кровати клиентке. — Вы извините за прямоту, но у меня совсем не осталось сил на прелюдии, — видимо, почувствовав вину за свое поведение, прохрипел Миядзаки.       На самом деле, Кунсайт никогда никому не грубил, не ввязывался в бесполезные споры, да и в принципе не проявлял агрессии к окружающим. Он просто молчал. Возможно, ему нечего было ответить, а может и просто было плевать… Тэффи машинально кивнула, словно прощая мужчине придуманные им же грехи, хотя она даже не думала заострять внимание на его выражениях. Девушка слишком хорошо знала его характер, пусть даже во времена Серебряного Тысячелетия она и пересекалась с ним всего пару-тройку раз. К тому же, ей искренне стало жаль первого лорда, которому итак сейчас приходилось непросто…       Даже по меркам практикующего психотерапевта, которому приходилось видеть людей в самых различных своих состояниях, блондин выглядел изможденным. Его длинные пепельные волосы, наспех собранные в небрежный пучок, пряди из которого уже выбивались по бокам, закрывали часть уставшего, загорелого профиля. Серые глаза казались на редкость пустыми и тусклыми, словно из них кто-то выкачал жизнь, да и голос мужчины больше походил на скрип, нежели на командный тон, так хорошо поставленный при служении Терре. — Госпожа Миядзаки… — Всё хорошо, мы уже собирались домой. Всё, что произошло сегодня было ужасной ошибкой. Вы не думайте, я не… — миловидное личико блондинки скривилось от неприятных воспоминаний. — Мне просто стало не по себе. Голова закружилась, а потом… Я собиралась зайти в душ и больше ничего не помню. Это ведь не значит, что я сумасшедшая, правда?       Большие голубые глаза с надеждой уставились на Тетис. Кумада улыбнулась. Сколько раз ее пытались обвести вокруг пальца, закосив под дурачка, и искренне надеясь на то, что брюнетка поверит в их откровенно паршивую актерскую игру. Сначала ей даже казалось забавным это странное стремление пациентов обелить своё имя и оставить позади неудачную попытку свести счёты с жизнью, но со временем, когда подобные постановки стали скорее правилом, чем исключением, она и вовсе перестала обращать на них внимание. Правда в случае с Верховной дела обстояли иначе… — Конечно нет. К тому же, Минако… Могу я Вас так называть? — Да, пожалуйста, — согласилась блондинка. — Хорошо, — ещё мягче улыбнулась Кумада и тихо продолжила: — Я ведь психотерапевт и не имею права ставить подобные диагнозы. Моя задача понять первопричину вашего дурного самочувствия и помочь предотвратить рецидивы. Воспринимайте наше общение как обычный разговор со старой знакомой. К тому же, у вас наверняка накопилась целая куча историй по поводу новых моделей колясок и чертовски неудобных туфель, в которых стало невыносимо жарко этим летом. — Правда? — Ну конечно, — аккуратно поглаживая девушку по волосам, прошептала брюнетка.       И это действительно подействовало. Даже кончиками собственных пальцев Тетис ощутила как Миядзаки расслабилась, едва заметно впуская её в свой мир. Само собой, что Кумада не собиралась заниматься данной ерундой и обсуждать с пациенткой последние распродажи, но сейчас у нее просто не было иного выхода, ведь девушка могла бы вышвырнуть ее за дверь, отказавшись от предоставляемых услуг. Да и Кунсайта было действительно жаль. Хотя… В первые секунды брюнетке и хотелось сбежать от этой ненормальной парочки, которая могла раскрыть ее сущность и глазом не моргнув, но потом она поняла, что это даже теоретически невозможно, ведь Минако никогда не видела ее в человеческом обличии, а воспоминания первого лорда хранились под натиском приличной дозы лекарств, успешно испытанных на Кайе. — Встретимся завтра? — заботливо обводя взглядом побледневшее лицо Верховной, спросила Кумада. — Хорошо, буду ждать Вас после обеда. — Вот и отлично. Минако, Господин Миядзаки, — вежливо кивнув каждому из супругов, попрощалась брюнетка и медленно скрылась за дверью.

***

Серебряное Тысячелетие:       После случившегося в тронном зале, Кунцит буквально за руку притащил третьего лорда в свою комнату и с силой прижал его к стене. — Даже не думай… — хрип наставника прозвучал в паре сантиметров от волос Цоизита. — Но… — Даже не думай я сказал! Тебе совсем жить надоело?! Ты вообще в своем уме?!       Казалось, в блондина вселился сам дьявол и он был готов порвать на кусочки своего неразумного любовника. Странно, ведь Кунцит редко выходил из себя, а тут его буквально трясло, разгоняя кровь по набухшим венам. Да в общем-то, первый лорд и сам не ожидал, что поведение воспитанника покроет его душу почти осязаемым страхом. И ведь самым противным в этой ситуации было то, что Цоизит от рождения являлся законченным эгоистом, насквозь пропитанным невероятной самоуверенностью и совсем уж безумным юношеским максимализмом. Мало того, что он ни за что не послушает Куна, так ещё чего доброго и один бросится в бой, полагая что без труда справится с неизвестным противником. — Да ты хоть понимаешь, что эта тварь убьет тебя и глазом не моргнув?! Ты глупый мальчишка! Безумец! — Милорд…       Рыжие волосы третьего лорда красиво заструились по узким плечам, прикрывая прядями и холодные изумруды широко распахнутых глаз. Пухлые губы обиженно сомкнулись в струну, окончательно сводя с ума разъяренного наставника. — Почему ты не веришь в меня? Я ведь не такой отчаянный, как ты думаешь…       Теплые пальцы мальчишки коснулись щеки первого лорда, а после неуверенно развернули мужчину к себе. Да, он был зол, но в податливом как ртутные капельки взгляде, явно читалось что-то ещё. — Я люблю тебя и никогда не сделаю того, что сможет причинить тебе вред, слышишь?       Лёгкие поцелуи посыпались на лицо наставника, обжигая его кожу мягким теплом. Едва касаясь бровей, кончика носа, точеных скул, Цоизит уверенно спускался к губам, покрывая любовника влажными дорожками из собственных ласк. Нежно захватив Кунцита в свой плен, он подарил блондину жаркий поцелуй, заставивший того инстинктивно податься вперёд. — Если с тобой что-то случится… — рвано проскулил лорд, лишь на мгновение отстраняясь от чарующих губ своего фаворита, — …если произойдет что-то ужасное…       Сердце мужчины начало кровоточить от одной мысли о невосполнимой потере. Мощная гамма чувств разлилась по его груди, раздирая когтями и без того догорающую душу. Страшная боль, первобытный страх, всепоглощающая любовь и безмерное желание быть рядом…       Последнее буквально сводило с ума, поэтому Кунцит подчинился, вонзаясь губами в молочно-белую шею воспитанника. Цоизит тут же вспыхнул, молчаливо принимая на себя очередную отметку любимого лорда. Его тело, его нежная мраморная кожа давно были усыпаны алыми пятнами, оставленными разгоряченным блондином в порыве утренней страсти. Всё, начиная от выемок у острых ключиц и заканчивая тонкими лодыжками. Каждый сантиметр его тела, каждая крохотная клеточка находилась в неоспоримой власти молодого наставника, который будто специально причинял своими действиями боль, чтобы потом утопить юношу в ещё большем потоке чарующих ласк. — Не думай об этом, — рыкнул подросток, резко переворачиваясь в воздухе и за доли секунды оказываясь поверх напряжённого наставника. Его пальцы плотно сомкнулись на ладони любовника, образуя уже знакомый им обоим замок, и с силой припечатали костяшками к двери. — Я не оставлю тебя, никогда. Никогда, Кунцит, слышишь…