Преданный

Наши дни:       Тэффи сидела в своем кабинете и барабанила кончиками пальцев по краю рабочего стола. Безусловно она понимала, что когда-нибудь этот день настанет и её размеренная, наполненная светом и покорным смирением жизнь полетит ко всем чертям, с оглушительным всплеском утопая в раскаленном котле преисподней. На самом деле, она боялась этого каждое свое перерождение, но видимо, судьба благоволила бывшей демонице и поэтому благородно посылала ей сотни лет нерушимого спокойствия, чтобы потом вот так вот взять и обрушить на голову девушки бесчеловечное проклятие, будто бы застывшее во временах Серебряного Тысячелетия.       Участившийся пульс отражался болью в окаменевших висках и громким стуком разливался по венам. Страшно. Сейчас Тэффи действительно было страшно, но этот страх не ограничивался лишь карой небесной или презрительными плевками от непосредственных участников событий прошлого. Нет. Больше всего на свете она боялась вновь встретить его и увидеть в любимых глазах волну ненависти и справедливых упрёков. — Дрянь! — фыркнула девушка, бросая на стол толстую папку с аккуратно выведенными на ней буквами: «КАЙЯ».       Откинув пластиковую обложку, Кумада пронзила жёстким взглядом фото своей давней знакомой. Годами она собирала досье на эту девчонку и с особой тщательностью продумывала план мести, который обязательно должен был уничтожить отступницу и заставить ее пройти по бесконечным лабиринтам своего внутреннего ада, сгубившего когда-то и Тетис. О, пресвятые угодники, как искренне она желала убить эту мерзавку всякий раз, когда та приходила в клинику на очередной сеанс психотерапии…       Кайя… Грязная шлюха, потонувшая в водовороте похоти и разврата, изгой, променявший нормальную жизнь на алкоголь и дозу дешевых наркотиков. Молодая девчонка, за пару лет превратившаяся в беспринципную, потасканную клиентами блудницу, к которой и прикасаться то было противно. Гадость! Неожиданно у Тетис скривилось лицо, а тело сковало болезненной судорогой.       Когда она впервые увидела Кайю, ее будто вывернуло наизнанку. Ненависть, веками хранившаяся глубоко внутри, вдруг вспыхнула с новой силой и озарила жалкое существование Тэффи в различные оттенки багрового цвета. Какая же всё-таки жестокая насмешка судьбы… Нет, это ведь уму непостижимо! Как можно было встретить эту дрянь спустя тысячи лет и стать её личным, самым дорогущим в городе психотерапевтом… Молчаливым свидетелем ее раскаяния, черт возьми, святым отцом, присутствующим на исповеди главной грешницы преисподней…       Девушка глубоко вдохнула и сдавила виски, напрасно стараясь заглушить боль, жгучей волной подступавшей к затылку. Наверное, единственным, что удерживало ее от сиюминутного порыва придушить Кайю или ещё лучше, разорвать в клочья её излишне слащавую мордашку, было осознание незримого присутствия рядом третьего лорда. Конечно, Рэн сообщил о его возвращении ещё неделю назад, но Тетис и сама чувствовала, что это перерождение они проведут вместе под эгидой отчаяния и жестокого отмщения. По крайней мере, она. Даже если Цоизит целиком и полностью переключится на поиски своего драгоценного наставника… Но и тут ей снова повезло, Кунцит нашелся сам, облегчая жизнь не только себе, но и остальным служителям Темного Королевства. — Глупенькая, — хищно растягивая губы в улыбке, прохрипела Тетис и яростно перечеркнула фотографию своей жертвы острым, как лезвие, ноготком.       Конечно, нынешняя история прошлой отступницы была печальна и, в то же время, стара как мир: юношеская влюбленность, окончившаяся слезами, разбитым сердцем и бездумным переездом в Токио, который принял глупую малолетку в распростёртые объятия, принадлежавшие стайке наркоманов, вскоре променявшей новую знакомую на пару пакетиков порошка и ночлег на задворках дешёвого борделя.       Наверняка, если бы эта участь настигла кого-то другого, Тэффи бы искренне пожалела несчастную и совершенно точно попыталась помочь, но… Гадкая личность девчонки уверенно перечеркнула все добрые помыслы доктора Кумада и вернула ее на тысячи лет назад, вновь превратив в одну из самых жестоких и безжалостных демониц Темного Королевства.       Машинально заполнив рецепт, до абсурда похожий на тот, что она вручила Рио каких-то пару часов назад, брюнетка поднялась из-за стола и направилась к выходу. Глубоко внутри, Кумада была уверена, что ее терапия хотя бы временно сдержит ненужные воспоминания Кайи, и блокирует неосознанное возвращение прошлой личности Куна. Хотя, откровенно говоря, девушка была удивлена насколько сильным оказалось желание и стремление первого лорда вернуться и исправить случившееся, даже несмотря на все старания и ухищрения его вечного возлюбленного, положившего жизнь на алтарь своей безумной любви. Что ж, наверное, она слишком хорошо понимала Цоизита и потому не спешила его осуждать. Да и кому бы ещё она могла довериться, кроме своего огненно-рыжего Серафима? Пожалуй, только бесстрашному выскочке Рэну, так бессовестно пользующемуся своим положением. — Доктор Кумада, Вы уходите? — за ее спиной раздался звонкий голосок секретарши. — Да, передай это… Ей. У меня появился важный пациент.       Практически швырнув нужный рецепт на стол, отрезала Тэффи и скрылась в лифте. На душе было неспокойно, хотя… Справедливым ли было подобное выражение по отношению к существу, которое само тысячелетиями поглощало эти самые души, ни секунды не заботясь о своей? Вряд ли…       Оказавшись на улице, Тетис глубоко вдохнула, впуская в лёгкие потоки свежего воздуха и, потеряв на миг равновесие, отшатнулась назад. В спину тут же влетело что-то твердое, заметно толкнув брюнетку вперёд и выбив из рук сумочку, доверху набитую всяким хламом, начиная от пузырьков с лекарствами и заканчивая ненужной мелочью, накопившейся в кошельке за пару недель. Оглушающий звон потёртых монеток тут же распространился по улице, обращая на Кумада внимание десятков прохожих. — Извините, я немного отвлекся и не заметил как Вы остановились, — глубокие нотки знакомого баритона больно ударили по сознанию девушки и она застыла на тротуаре, не смея даже взглянуть на нарушителя собственного спокойствия.       Сердце стучало как ненормальное и уже в сотый раз совершало кульбит, а затем замирало, резко падая вниз. Дрожащие пальцы неловко порхали по раскалённому асфальту, создавая видимость острой необходимости брюнетки в этих злосчастных монетах. — Ничего страшного, я сама виновата, — также не отрывая от тротуара потухших глаз, отмахнулась Тетис. — Я помогу… — Не стоит! — испуганно вырывая ладонь из знакомых до каждой чёрточки рук, вскрикнула девушка. — Но… — Всё хорошо. Мне пора, извините.       Кажется Тетис уже и сама не знала как оказалась у припаркованной у офиса машины и теперь задеревеневшими пальцами пыталась открыть дверь. — Нет-нет-нет. Только не сейчас, пожалуйста… — словно стараясь договориться с собственным телом, хрипела она.       Вот уж действительно бред, но великий психотерапевт, главный основоположник нового веяния в лекарственной терапии многих психических патологий, сама долгие годы страдала от жутких панических атак, накрывающих ее каждый раз, когда в жизни появлялось даже мимолётное упоминание о существовании неподалеку благородного лорда.       Быстро скинув сумочку на соседнее сиденье, брюнетка нащупала блистер с необходимым для себя ксанаксом и бессильно уткнулась в запястья, сложенные поверх кожаного руля. Минута, две, три… Время словно остановилось или же вовсе не собиралось отсчитывать секунды, отделяющие девушку от встречи с любимым мужчиной. Хвала небесам, что дыхание стало приходить в норму, унося с собой головокружение, сопровождающееся противной тошнотой и липким потом, покрывшим слишком бледное лицо Тэффи. — Вот и всё. Всё прошло… — бессвязно шептала она, пытаясь унять дрожь в скованном теле. — Простите, но вы кажется обронили! — барабаня пальцами по стеклу, произнес блондин и забавно зазвенел связкой серебристых ключей.       Его лицо… Оно по-прежнему было настолько беззлобным и родным, что девушка невольно залюбовалась холодной бирюзой его глаз, которая уже практически стерлась из её памяти. Она и сейчас всё также ощущала как ее пальцы касались нежного изгиба его губ, высоких скул, ямочки на правой щеке… Видимо, время было не властно над его красотой, такой сдержанной и открытой. Милорд… Да, сейчас совершенно точно перед ней стоял он, целеустремлённый, преданный и бесконечно справедливый воин, которому жестокая демоница отдала своё сердце целые тысячи лет назад. — Черт бы тебя побрал, Жадеит… — взвыла она, давясь подступившими к горлу слезами.       Медленно опустив стекло, она забрала связку и как можно спокойнее произнесла: — Спасибо Вам и извините, но мне действительно пора.       Парень едва успел отскочить в сторону, когда мотор дорогого автомобиля взревел подобно разъяренному зверю, и быстро скрылся из виду, оставив после себя лишь темные полосы от раскаленных шин и густые клубы выхлопных газов. — Пожалуйста, Тэффи, — прошептал Джед, сжимая в руках визитку, невольно выпавшую из сумочки психотерапевта…