Преданный

Наши дни:       Звонкая пощёчина обожгла лицо третьего лорда. — Ами, стой!       Крик молодого человека растворился в квартире, но было уже поздно, Мицуно скрылась в темных лабиринтах собственного подъезда. Она бежала с такой скоростью, что возникшая из ниоткуда консьержка, едва успела отскочить в сторону и скрыться за светлым полотном рабочего стола. — Не нужно, — глухо произнес Рэн, касаясь пальцами плеча своего наставника. — Рано или поздно она должна была узнать обо всём. — Знаю, но от этого не легче.       Симидзу медленно сполз по стене. На его душе вдруг заскребли кошки и как-то странно заныло под ребрами. Он был виноват, он знал это, но ведь данное обстоятельство никак не могло изменить ситуацию… — Позвони Нефриту. Кажется, до моего возвращения они неплохо общались.       Это было последним, что сказал лорд перед тем как окончательно скрыться от внешнего мира, спрятав лицо в ворохе своих медных, непослушных волос.

***

      Боль… Сколько боли и отчаяния томилось на хрупких задворках души бывшей принцессы… Ее словно раздирало на части, заполняя нежное существо вспышками страха и унизительной жалости… Тревога, взбунтовавшееся непринятие и ядовитые полосы гнева разрывали грудь молчаливой Ами, впуская в лёгкие пары нависшей опасности. Девушка шла по улице задыхаясь, и почти выплевывая изнутри остатки давно иссякших сил. — Как ты мог, Зой? Почему? Для чего?       Вопросов было куда больше необходимых Мицуно ответов. Вот только хотела ли она в действительности узнать правду? Хотела ли вновь довериться человеку, уже однажды превратившему ее жизнь в ад? Господи, как же наверное глупо, но Ами не ожидала от своего лорда очередных, брошенных в её спину ножей. Ей казалось, что он изменился, забыл о мрачном крахе Серебряного Тысячелетия и вновь вернулся к ней, чтобы начать жизнь с чистого листа. Ну или хотя бы просто попытаться… … — Пообещай мне, что больше никогда не станешь подвергать свою жизнь опасности, пообещай, Цоизит! — зарываясь лицом в копну огненных волос третьего лорда, хрипела меркурианка. — Поклянись, что когда эта битва закончится, ты забудешь о мести и просто уйдешь! Даже спустя годы, сотни и тысячи перерождений, поклянись, что не пойдешь на поводу у собственных чувств!       Парень стоял рядом с ней, но в ядовито-зеленых глазах сверкали языки темного пламени. Он был одержим своей ненавистью к отупевшему от страха Альянсу. К чему был этот второсортный спектакль, когда впереди его ждала невероятная картина утопающих в собственной крови противников? Нет… Он не простит ни одному из них жутких страданий своего лорда, никогда! Никогда, даже спустя множество гнусных столетий…       Стоило ли оно того? Смогла ли жизнь измученного Кунцита заменить Цоизиту десятки погибших в той битве солдат? Вряд ли... Сердце Ами дрогнуло. — Почему Зой сдался? Почему он стал таким? Почему бездумно потратил столько времени на достижение собственной цели? Неужели его обида была настолько глубокой, что он пронес её сквозь века? И почему Рэн с такой готовностью ступил на его сторону? Что вообще, черт возьми, происходило в их головах, когда они разрабатывали этот злосчастный план?! Неужели в каждом из своих перерождений парни неукоснительно встречали друг друга и заполняли пустоту внутри себя одержимой ненавистью к прошлому? Сердце вновь затрепетало в груди. — Зой…       Кажется, сейчас он страдал. Нет, Ами была уверена, что парень плакал, стирая пальцами слезы с резко побледневшего лица. Вдруг лёгкое ощущение чего-то забытого приятно распространилось по телу Мицуно и она машинально притянула ладошку к груди. Сквозь тонкое платье забрезжило едва уловимое голубое свечение, от которого бедной меркурианке стало до противного больно. Печать… Их души соединялись невидимой нитью даже сейчас, спустя столько времени, упрямо минуя бесконечное количество жизненных циклов…       На миг Мицуно застыла, едко ухмыляясь собственным чувствам, но вскоре ее тело сжалось от боли, той самой, которую испытывал лорд в последние секунды своей жизни. Девушка взвыла, а после, ее хрупкое запястье прожгло алым светом, оставив на бледной коже Ами два уродливых шрама. Какая жуткая насмешка судьбы... Прошло две тысячи лет и вот, они снова были на ней — две царапины, две обугленные, ядовито-чёрные полосы, подаренные им в прошлой жизни мико. Память принцессы пронзил ряд мрачных воспоминаний и, наконец, всё встало на свои места… — Ами, вот ты где? — неожиданно крикнул Санджойн, перебегая улицу прямо посреди перекрестка. — Куда же ты исчезла? Я так волновался…       Девушка вздрогнула, словно появление мужчины заставило ее вернуться назад. В очередной раз позабыв обо всём, она мягко прижалась к нему лицом и тихо прошептала: — Неф… Я не хочу умирать… Слышишь? Мне страшно... Несколькими часами ранее:       Любовь... Это красивое слово всё ещё что-то значит для вас? Неужели? Конечно, кто-то скажет, что она бесконечна, временами безудержна, порой безмятежна. Точно так же, как найдутся и те, кто не станет отрицать никчемность своих былых ощущений и примет проигрыш как вполне закономерную данность... Возможно, именно они и окажутся правы. Не знаю... Хотя каюсь, пару столетий назад и я принадлежал к их числу...       Должно быть забавно, но раньше мне часто приходилось наблюдать за тем, как нечто странное толкало влюбленных на необдуманные поступки. Откровенно говоря, я и сам грешил этим, заполняя разум томной иллюзией своих чувств. Тогда мне казалось, что я горел, безудержно изнывая от необходимости общения со своим лордом... Всё, что мне было нужно - это на миг увидеть его лицо, поймать блеклую тень незаметной улыбки, а потом провести пальцами по смуглым щекам и утопить наставника в бесконечном потоке своих поцелуев... Ради него я пожертвовал всем: громким именем, славой и честью... Я предал семью и не раз готов был отдать за него жизнь... Тогда я всё ещё верил, что он тоже питал ко мне похожие чувства... Вот только не было ли это горьким отблеском наивного самообмана? Я уже сомневался.       С последней встречи с Кунцитом прошло уже больше тысячи лет. Я множество раз пытался найти его, растрачивая жизни на поиски хотя бы размытого следа, указавшего бы мне на очевидный факт его возвращения, но его не было. Ни одного крохотного намёка за несколько десятков столетий. Понимаешь? Ни одного... Возможно, отсутствие надежды тогда и стало тем невидимым поводом, послужившим отправной точкой моего слепого отчаяния...       А ведь время шло и жизнь продолжалась несмотря ни на что. Боже, Ами, если бы ты знала как сильно я хотел исчезнуть с просторов Земли, умереть, затеряться в пространстве, но я не мог. Не мог, потому что бесконечные перерождения и являлись моим основным наказанием за крах безоблачной жизни всех жителей Серебряного Тысячелетия... Как бы я ни старался, как не хотел забыть обо всем, воспоминания о тех временах не оставляли меня ни на миг. Иногда мне казалось, что я уже рождался, придавленным этой памятью, хотя, возможно, всё так и было...       Затем, я каждый раз натыкался на остальных лордов и сенши и тихо умирал от навалившейся боли, наблюдая издалека как судьба сводила их вновь, щедро одаривая парочки той самой любовью, от которой у меня начинало сводить зубы, но это не было завистью, нет... Это было чёртовым проклятием, пожирающим меня изнутри... Оно жгло, разъедало и выцарапывало душу, заполняя ее ядовитой горечью от осознания того, что я больше никогда не увижу его...       Все свои возрождения я страдал. Эти чувства затмевали мой разум и вот, в один миг я ощутил, что моя душа умерла. Она словно погибла или же просто перестала существовать. Мне вдруг стало плевать на то, что происходило со мной в Серебряном Тысячелетии, плевать на месть, которую я поклялся осуществить, принеся в жертву своих главных обидчиков... А ведь мстить действительно было кому... Я отступил. Хотя и по сей день напоминание об их предательстве пестрит грубыми шрамами на моей левой руке и отдает зыбкой болью в груди... Удивительно, но я готов был простить даже этих никчемных отступников, их всех, но не Куна... Его отсутствие по-прежнему приводило меня в жуткое отчаяние. Разве мог так поступать любящий человек? Разве мог он быть настолько безжалостным к своему возлюбленному? Нет. Я искренне считал, что нет...       Наверное, тогда я впервые подумал о том, как сильно ненавижу Кунцита... Все свои перерождения я любил его ровно настолько, насколько и ненавидел. Я обожал его, сгорая от нашей любви, желал с каждым разом всё больше, но ему, как и прежде, было плевать... Он словно не слышал мои мольбы, ну или же, просто о них и слышать не хотел... Все эти годы он молча собирал остатки собственной души по частям, жадно пряча их от меня на расстоянии десятков временных лет, а я... Я почти что разуверился в его благородстве...       Еще каких-то пару десятилетий лет назад, я был твердо уверен в том, что магия столь хрупкого и яркого чувства, как наша с Кунцитом любовь испарилась, изжила себя, застыв красивой картинкой на страницах детских сказок и фальшиво написанных дамских романов... Я перестал в неё верить. Перестал надеяться на наше общее счастье. Я был повержен и оттого покорно приклонил колено. Я сдался и именно в этот момент в моей жизни вновь появился он... Как иронично... И знаешь что я почувствовал в тот миг, когда увидел его на фотографиях брата? Я словно умер и тут же возродился из пепла. Моё сердце забилось и я понял, что жив. Моё отчаяние в момент растворилось, вернув душе ту боль и тоску, снедавшую меня эти годы, а затем появилась любовь... Любовь и парализующий страх от того, что однажды я могу потерять его снова.       Прости, Ами. Я должен был признаться тебе раньше, но я не мог. Я был слишком слаб и уязвим, но теперь меня ничто не остановит. Я защищу Куна. Я отомщу всем, кто когда-то предал меня и очернил его честное имя. Я уничтожу всех, кто посмел унизить первого лорда, бездушно убив его и развеяв прах по лунным руинам. Я отомщу им, клянусь! Ради тебя, ради памяти, ради Куна, ради всех нас... Я отомщу им, Ами, чего бы мне это не стоило...