Вернуть любовь

«Жизнь, подобно шторму, постоянно смывает то, что было явью всего мгновение назад, и являет миру нечто опустошенное и неузнаваемое».

Артур Голден

Новый день еще не озарил пустую гостиную, не прекратил это одиночество, посилившееся в душе. Рассвет наступит через два часа – так гласила молчаливая стрелка электронных часов. Это была тихая ночь. Бушующий весь день ветер исчез, оставив кроны почерневших деревьев в покое. Вернувшись на потертое кресло несколько минут назад, Сергей, находясь еще в трансе от произошедших событий, уставился в окно, где все было также как тогда, когда он отсюда уходил. Единственным, что изменилось, и, что было так незначительно для общей картины, был его взгляд — два черных уголька, растворившихся в окружающей его темноте. Их некогда яркий свет, льющийся от сердца, померк. Теперь его лицо стало гармоничным: в уставшее тело вернулась разбитая душа. Очутившись словно не в своем доме и не в себе, Сергей в замешательстве перевел свое внимание на интерьер комнаты. Для него все в округе казалось прежним: тот же цвет стен, те же шкафы, те же цветы, сорванные утром в саду – он все это уже видел. Но в сердце поселилась тревога, кричащая об изменениях. Не в силах оставаться в этом «незнакомом месте», Сергей поднялся на ноги, хоть тело и ныло от долгого дня. Сам того не понимая, он двинулся к лестнице, аккуратно ступая по половицам, как минутами ранее, так же тихо прошел по коридору, мельком просматривая двери детских комнат, остановился затаив дыхание перед своей спальной. И прежде чем ее открыть закрыл свои глаза, собираясь с духом. Сердце начало бешено колотиться, отдаваясь звоном в ушах. И прежде чем он дал ему успокоится, прийти в себя, дотронулся до ручки и опустил ее. Легкий ветерок вырвался наружу и скользнул мимо его тела, в глубь дома. Он вошел не торопясь, еще ощущая, как вески сдавливает боль, и увидел её — мирно спящую на кровати, свернувшись калачиком. Ее плечо равномерно приподнималось на вдохе и также плавно опускалось спустя мгновение. Сергей видел только ее тело, поскольку лежала Каролина спиной к нему. Но и одного взгляда на ее раскинутые веером по простыни каштановые волосы, хватило, чтобы ощутить эту горькую боль, сковавшую сердце за доли секунд. Отвернувшись от Каролины, он спокойно прошел в гардеробную и включил свет, прикрыв за собой дверь, опасаясь, что он сможет ее разбудить. Осмотрев комнатку, он среди своих вещей нашел оставленную на полу сумку Каролины, а прямо над ней шкаф, «отданный» им ей, чтобы она смогла разместить немного своих вещей. И даже не подходя вплотную, он ощутил этот манящий сладкий запах, который принадлежал ей, окутывая все пространство. Такая легкая и в тоже время весомая частичка, напоминающая о Каролине. И блаженно прикрыв глаза, Сергей ощутил более трепетные чувства к ее вещам, чем к ней самой, мирно спящей в соседней комнате. Осознание этого вызвало на его лице грустную дрожащую улыбку. Сам того не понимая, вместо домашней одежды, он подошел к спортивному костюму, лежащему «не на своём» месте из-за появившихся женских вещей. Переодевшись, Сергей, полностью опустошенный, вышел, больше не взглянув на Каролину. И так странно ему было осознавать с каждым новым шагом по пустому коридору, что он умерил свой пыл к жизни, к своей драгоценной свободе, избавившись от цепей, приковавших себя к одиночеству, и все ради того, чтобы видеть, как ночью она спокойно засыпает, а утром распахивает свои яркие глаза на встречу новому счастливому дню, который он готов был ей дарить до конца жизни, а сейчас же не мог смотреть даже в ее сторону. Он вспоминал ее безмятежное лицо, под теплыми лучами солнца, а по телу прокатывалась дрожь. Эта мелочь и миллион других, казалась Сергею важной и необходимой, без которой он не смог бы спокойно жить. А сейчас? А сейчас в его кровати лежала чужая ему женщина. И когда он вышел на улицу, холодный воздух окутал его тело, убрав запах ее духов, основательно стерев их с него. Он был рад вдохнуть полной грудью и несколько минут просто стоял, наслаждаясь свежестью морозной ночи. Надо было отпустить, оставить всю боль в душном доме, в той самой спальной и двигаться дальше. Распахнув свои безжизненные глаза, он двинулся в сторону ворот, покидая свой дом. И как только они закрылись с приглушенным щелчком, Сергей побежал. Сорвавшись с места, словно по сигналу, он побежал по дороге, вдоль уютных домов, в которых спали его соседи. Холодный воздух обжигал кожу, а мышцы – горячая кровь. И чем больше он отдалялся от дома, тем быстрее начинал двигаться. Не обращая внимания на проносящиеся мимо столбы, заглушенные машины, маленькие пихты и массивные сосны, он бежал, прицепив свой усталый взгляд в точку на горизонте. Он делает вдох и прикрывает глаза, воспоминания врезаются в память не хуже пули в тело. А перед глазами опухшее кровавое лицо, вдавленное в тяжелый мокрый песок. Он ускоряется, мотает головой, лишь бы выбросить это воспоминание из головы. Тяжело дышит и чувствует металлический привкус на губах, смешанный с соленым воздухом. Бежит еще быстрее. И снова прикрывает на мгновение глаза. И тут её лицо. Болезненно белое, залитое слезами. Такое родное, такое любимое и ненавистное ему сейчас. Ненавидел ее за то, что готов был ради нее одной перевернуть этот чертов мир. Ненавидел ее слезы, ее сдавленный шепот на манящих пухлых губах. Он ненавидел ее почти также сильно как любил. И эти два чувства, разрывающие его сердце, перетягивающие его сломленную душу, заставляли тело изнывать от самого своего существования в этом мире. Хочется кричать. Хочется бежать еще сильнее. И он упрямо двигается дальше, не обращая внимания на то как сильно начинают болеть ноги, как сбивается его дыхание, сдавливая грудь. И одурманенный собственными мыслями, борясь с самим же собой, он не обращает внимания на яркий свет, ударивший прямо в него. Сергей перестает бежать и резко останавливается, когда до него доходит громкий скрип резины, сцепившейся намертво с асфальтом. — Мужик! — Кричит кто-то за горящими фарами в темноте, — Тебе блять жить надоело?! Ты рехнулся? Он высовывается из машины и смотрит красными от гнева глазами на остановившегося артиста. Прищурившись, узнает в этом потерянном незнакомце певца и обескураженный трогает машину с места. Сергей растерянно моргает и тяжело сглатывает, чувствуя, как холодный пот льется по горячей спине. Он наблюдает как машина с ошарашенным водителем объезжает его, а после едет дальше по дороге. Еще не отдышавшись, он пытается понять, что произошло и оглядывается. Сергей стоял посреди двухполосной дороги, ведущей на трассу. Рассвет забрезжил на темно-синем горизонте спустя несколько часов. Черное некогда небо окрасилось в нежный лиловый, а затем озарилось ярко красным светом. В доме Лазаревых первой проснулась домработница Оксана. Нежно потягиваясь, она спускалась вниз, чтобы приготовить семье завтрак. Проходя мимо гостиной, она заметила оставленный стакан с виски, который блестел под лучами солнца. Следом, чуть не снеся женщину спустились Никита с Соней, которые встретившись в коридоре, решили устроить утреннее соревнование «Кто первый добежит до кухни». Неугомонный, полные сил, дети заставили Оксану позабыть об оставленном стакане и устремить все свое беспокойство на их пустые желудки. Каролина проснулась намного позже детей, когда яркий луч солнца, светившего из-за пестрых облаков, осветил белоснежный потолок над кроватью. Одурманенная после тяжелой ночи и беспокойного сна, она потерла глаза, пытаясь убрать сонную дымку. Веки казались залитыми свинцом и жутко болели. Каролина медленно повернулась на правый бок, чтобы осмотреть свободную сторону кровати, на которой обычно спал Сергей и тяжело выдохнула. По тихонько события вчерашнего приема, а после и ночи начали проецироваться в еще неокрепшей голове, как по нажатию кнопки. Она лениво вытянула своею руку и схватила одиноко лежащую подушку, чтобы притянуть ее к себе. Уткнувшись лицом в шелковую наволочку, она сделала глубокий вдох. Пахло свежим кондиционером для белья, смешанным с густым древесным оттенком и яркими нотами цитруса. Такой знакомы мягкий и в тоже время резкий аромат, по которому Каролина так сильно скучала, заполнил собой ее легкие. Она сделала еще два жадных вздоха, пытаясь окунуться в ворох приятных воспоминаний. Откинуть то, что было сейчас ненавистно и притянуть то, что еще каким-то чудом согревало сердце. Эти духи. Она помнила их с того вечера, когда Сергей последний раз устало прильнул к ее щеке, одаривая ее нежным поцелуем. И зарывшись в эти воспоминания, Каролина прикусила нижнюю губу, которая по всей видимости, помнила это чувственное прикосновение и начала жалобно пульсировать. Услышав сквозь манящую пелену воспоминаний веселый звонкий голос своей дочери, она открыла глаза и нехотя положила подушку на место. Женщина приподнялась с простыней и взглянула в окно. Солнце уже находилось в зените и проглядывалось сквозь тюль, задевая своими лучами небольшие участки мебели в комнате. Скользнув взглядом по направлению этой светлой полосы, Каролина заметила ноутбук Сергея. Он непримечательно лежал на низкой тумбочке. Взглянув на него несколько раз, она попыталась — на сколько это возможно — унять свое любопытство, но не успев и моргнуть, уже держала его в руках и нетерпеливо садилась обратно на кровать. Открыв его, она удивилась, что он был в спящем режиме, да и еще и не запаролен. Слишком неслыханная удача для сгорающей от любопытства взволнованной женщины. Как только экран загрузился, то ее лицо озарил яркий холодный белый свет открывшейся страницы в браузере. Перед ней открылся сайт с недвижимостью. Ошарашенная своим открытием, Каролина засмотрелась на фотографии дома, мелькающие перед ней. — Не может быть, — приятно удивилась она и на лице расплылась довольная улыбка.

«Почему же ты мне ничего не сказал?»,

— проносился в мыслях вопрос, заглушая все ранние встревоженные размышления. И воодушевленная находкой, Каролина судорожно листала сайт, рассматривая все новые и новые дома. И каждый раз, когда она находила новые изображения, в ее мыслях проецировался момент, как она вместе с Сергеем и детьми входит в то или иное здание. В одном варианте ей нравились большие окна, в другом расположение комнат. Увлекшись, она провела почти час за рассматриванием домов, и прервать ее смог только голод. А в след за ликованием, которое придало ей неслыханную порцию адреналина, как после удара током, пришло осознание того, что несмотря на все, что происходило ее Сережа искал им дом. В этот момент, тучи, нависшие над ней и не покидавшие ее мысли столько дней, вмиг разошлись. Это было странное ощущение, которое сравнимо разве что с пробуждением от долгого сна. Она спустилась на первый этаж, натянув на себя халат, кинутый около кровати еще вчера ночью. Помимо него на полу она обнаружила еще несколько своих вещей и растерянно нахмурилась, представляя в каком бешенстве Сергей от устроенного беспорядка. И беспокоясь за минное поле из одежды больше, чем из-за вчерашних событий, она вышла в просторный коридор. Не успела она сделать шаг, как легкие пронзил манящий запах свежей выпечки, доносившийся с первого этажа. Желудок предательски заурчал и ноги сами понесли ее сонное тело вниз. И хоть часть мыслей была прикована к еде, другая половина сознания девушки, еще пыталась придумать план на сегодняшний день. Мысли то и дело путались в ее голове, от чего она уже начала побаливать. День предстоял тяжелый. Несмотря на вечернее выступление, к которому она начала готовится задолго до вчерашнего дня, предстоял еще саундчек и что еще более важное для нее — серьезный разговор с Сергеем. К нему она подготовится никак не могла. Хоть она и начала обдумывать, как его начнет, но слова то и дело путались, застревали в мыслях, никак не хотели вставать в четкую линию. И попытавшись еще несколько раз, она раздражённо выдохнула, окончательно сдавшись.

«Вот когда его увижу, тогда все придет само»,

— пришла она к выводу и успокоившись завернула на белоснежную кухню. Оксана уже давно занималась готовкой. Это было заметно по творившемуся рядом с ее небольшой фигуркой, легкому беспорядку. Вокруг стояли миски, плошки, тарелки, подносы, раскатанное тесто и тарелки с приготовленной начинкой. Осмотрев все это убранство, Каролина невольно прикусила губу, почувствовав насколько сильно голод сковал ее желудок. — О, Каролина! — Воскликнула радостная Оксана, потирая руки о фартук, — С добрым утром! А мы думали все, когда же Вы спуститесь. — Доброе утро, — застенчиво ответила она, поправив несколько прядей, которые после ее спешного спуска выбились из хвостика. — Что хотите на завтрак? Блинчики, омлет или может быть что-нибудь другое? — Оксан, я в состоянии и сама приготовить себе завтрак, не обязательно… — Обязательно! — Прервала ее блондинка и смерила шуточным суровым взглядом. — Ну ладно, — выдохнула Каролина и присела на высокий стул, за небольшим островком служившим и кухонной тумбой и барной стойкой, — Давайте…омлет. — Так-то лучше, — довольно отозвалась Оксана, — кофе? — Да, спасибо! Оторвавшись от выпечки, радостная женщина начала готовить завтрак для хозяйки дома. Каролина ей понравилась при первой же встрече. И найдя с ней больше общего, чем различий, женщина прониклась к ней теплотой. Она была счастлива, что спустя столько лет в доме появилась полноценная хозяйка. О прошлой, она предпочла забыть. — Дети уже позавтракали? — Робко спросила Каролина, заглядывая в духовку. На противне под золотистым светом маняще стояли корзинки с яблоками. Запах корицы приятно доносился до нее, окутывая домашней уютной атмосферой. — Давным-давно! — Усмехнулась домработница, — Они уже несколько часов носятся по двору. Я удивлена, как только они не разбудили Вас! Каролина улыбнулась, прежде чем встретилась взглядом с женщиной. Она заботливо поставила перед ней чашку с нарисованными большими буквами, сложившимся в ее имя «КаРОлИНА». Буквы были немного разного размера и нарисованы детской рукой. Это был подарок Никиты на второй день, как они с Софией поселились в доме Лазаревых. Такую же кружку мальчик сделал и для Софии, но помимо имени добавил еще и цветочек внизу. Неожиданное внимание со стороны сына Сережи очень тронуло Каролину и, начиная давиться радостными слезами с широкой улыбкой на лице, она приняла этот замечательный подарок. В последующие дни она долго думала, что можно сделать для детей Сережи и пришла к выводу, что неплохо было бы всем вместе сходить на аттракционы, благо погода позволяла. Но кататься на каруселях им пришлось без Сергея, которого снова вызвали в участок. Однако, несмотря на это, Каролина приложила все усилия, чтобы дети вдоволь наелись мороженным, сахарной ватой и яблоками в карамели, накатались на большинстве аттракционах и забыли о взрослых проблемах. — А Сергей? — Робко спросила Каролина, вырвавшись из воспоминаний. — Если честно, — осторожно начала блондинка, поворачиваясь к ней, — я надеялась узнать это от Вас. По телу Каролины прошлась неприятная дрожь и сжавшись, словно ёжик, она опустила взгляд в чашку. — Я не знаю…Он мне не сказал. Я думала, что он…, — начала она бормотать, как по первому этажу пронесся щелчок замка входной двери. Обе женщины тут же перевели свои обеспокоенные взгляды на проход. Сергей молча вошел в дом. К телу прилипла мокрая от пота футболка с огромным пятном на спине, а влажные темные волосы на голове торчали на голове, словно на улице начался ураган. Захлопнув входную дверь, он оперся рукой на нее и стянул кроссовки с изнывающих пульсирующей болью ног, понурив взгляд. Так и не обратив внимание на двух обеспокоенных женщин, видневшихся из кухни, Сергей поднялся на второй этаж. На первом этаже тем временем повисла гробовая тишина и только работающая вытяжка, легонько втягивая воздух, тихо подавала сигналы о «жизни» в этом помещении. — Слава Богу, — шепот Оксаны эхом прошелся по помещению. И прежде чем снова заговорить, она закончила с завтраком для Каролины. Выложив омлет на белую тарелку, она поставила ее перед ней со словами «Приятного аппетита». Но Каролина, находившаяся еще в легком ступоре, не смогла ответно ее поблагодарить, а только перевела свой встревоженный взгляд на еду. Он вернулся к ним через десять минут, а Каролина все не могла притронуться к ней. — Доброе утро, — спокойным голосом произнес Сергей, одарив Оксану сухой улыбкой. — Доброе, — замешкавшись ответила она, поглядывая на застывшую Каролину, — Вас не было утром. Дети пошли играть во двор и Вам звонили из… — Я решил подышать свежим воздухом, ночь была беспокойная, — перебил он ее, доставая холодную бутылку воды. — Вы рано отправились на пробежку, — сделала заключение женщина и осмотрела хозяина дома. Вид у Сергея был помятый, даже не смотря на принятый душ. На порозовевшем от горячей воды лице она увидела разросшуюся щетину, которая вот-вот превратится в небольшую бороду. Два опухших красных глаза смотрели на нее безжизненным взглядом. — Да, решил, что пора приходить в форму, — попытался он отшутится и сделал два больших глотка, опустошив бутылку на половину. — Вы встали даже раньше меня, — заметила Оксана. — Оксан, мне допросов хватает в другом месте, — серьезным холодным тоном ответил он, от чего она извиняющее потупила взгляд в пол, словно нашкодивший ребенок. — Простите, — прошептала она, — Я посмотрю, как там дети. Сняв передник, она поспешно вышла из кухни, мельком еще раз взглянув на Каролину, которая слилась с мебелью во время их разговора и просто слушала. Сергей проводил взглядом спешно удалявшуюся от них женщину и прошел на место, где она стояла несколько секунд назад, прямо напротив своей побледневшей невесты. — Сереж, — выдавила через несколько секунд из себя Каролина, — прости меня за вчерашнее. — За что именно? За то, что мне пришлось наблюдать как тебя лапают мужики или за твою попытку извиниться? Сергей издал смешок, подняв на нее свои темные глаза. В отличие от нее, он смог взглянуть на ее лицо без каких-либо угрызений совести. Он внимательно изучил изгиб ее губ, которые немного подрагивали, трепет ее длинных ресниц на опущенных глазах. А ее бархатная кожа по цвету приближавшаяся к снегу, покрылась небольшим румянцем на скулах. Такой розовый оттенок, как у маленьких бутонов герани, растущих у него в саду. — За все. Он тяжело выдохнул, обдумывая свой ответ. После изнурительной ночи его голову до сих терзали гневные мысли, но все силы ушли в бег, поэтому выливать его на нее было сейчас бессмысленно. Он это уже сделал. — Хорошо, — с легкостью ответил Сергей, закручивая крышку на бутылке, — Ешь свой завтрак. Ты вчера не ела, наверное, ужасно голодная. Цепляясь мыслями за его слова, Каролина подняла на него свой взгляд впервые за утро и пыталась переварить так легко сорвавшийся с его губ ответ. — Правда? — Не проверила она ему, но послушно взяла вилку в руку. — Да. Поверь, у меня нет сил злиться на тебя сейчас. Да и…, — он сделал паузу, пытаясь глубоко вдохнуть, —мне этого никогда не удавалось. — Странно, — задумчиво протянула Каролина, — мне всегда казалось наоборот, потому что ты сразу исчезал из моей жизни, словно тебя и не было в ней никогда. — Ты права! Но тогда я пытался залечить свои сердечные раны, для того чтобы снова вернуться к тебе. — И снова спасти…, — она грустно улыбнулась. — В какой-то момент я понял, — вывел Сергей ее из раздумий, — что разбей ты мне сердце хоть миллиард раз, я все равно найду причину и способ влюбиться в тебя снова. Этот процесс необратим, к великому сожалению для моей гордости. — Даже после всего, что произошло? — Хриплым от напряжения голосом прошептала она, выдавливая каждый звук. На лице Сергея появилась кривая улыбка, которая в купе с безжизненным взглядом заставила Каролину начать молиться на положительный ответ. А он просто смотрел на нее, думая о том, что даже сейчас, находясь в одной комнате, они далеки друг от друга. Он не может подойти к ней, дотронутся до ее нежных плеч, прервать поток, съедающих ее изнутри, мыслей простым поцелуем. "Неужели я так много хочу", — думал он, — "хочу, чтобы ты принадлежала мне и телом, и душой, как я тебе несмотря ни на что". Но по иронии судьбы, которая с каждым днем преподносила им новые сомнения на дальнейшее совместное будущее, в дверь позвонили. — Кому-то утром не сидится дома, — пробормотал Сергей вместо ответа и пошел, не спеша открывать дверь, оставив Каролину со смешанными чувствами и не тронутым омлетом. — Черт возьми, — услышала она и сорвалась с места, опасаясь самого худшего. В ее воображении уже рисовалась картина с полицией около дома, и она почти бежала, считая, что Сережу сейчас непременно у нее заберут. Но подойдя к двери, Каролина увидела совсем не мужчин в форме. На пороге вместе с чемоданом стояла высокая блондинка, с которой они уже успели познакомиться. — Ого! — Воскликнула Анна, выдавая на лице все признаки удивления, — ты еще здесь! — А ты почему здесь? — Спокойно спросил Сергей, смерив ее непроницаемым взглядом, — В Италии скучно стало? — Ну…, — протянула она, — по сравнению с тем, что здесь происходит, там скука смертная. Ты впустишь меня в дом? — Знаешь, не хочу показаться грубым, но после того как ты уехала, здесь не стало свободных мест. А мы сейчас не на войне, предоставить свой дом в качестве убежища не могу. Тем более на свои деньги ты сможешь поселиться хоть на против красной площади. — Угу, судя по новостям, здесь останется только твоя драгоценная дива, — зло прошипела Аня и метнула на девушку презренный взгляд. — По каким новостям? — Тихо спросила Каролина, переводя свой взгляд на Сережу. — А ты ей не сказал? Господи, Лазарев…какой же ты. — Ань, — перебил он ее, делая глубокий вдох., — уходи, пожалуйста. На его лице появилась хмурая морщинка между бровей, а голос предательски сошел на шепот, но он так и не удосужился ответить Каролине, считая, что сделает это не при своей бывшей. И все его надежды на спокойное объяснение испарились в миг, когда Аня, не желая поддаваться ему, продолжила говорить. — Они хотят забрать детей, считают, что он психически не здоров и может причинить им вред. Лазарев, я для этого и приехала, чтобы помочь тебе, а ты меня выставляешь! — Я справлюсь один! — Да ты себя видел вообще? Господи! Выглядишь еще хуже, чем после больницы, а все такой же упрямый баран!

***

Маленькая стрелка на круглых часах миновала строго написанную цифру 3, когда в кабинет вошла администратор. Девушка, выглядевшая на 20 с небольшим, с большими голубыми глазами, внимательно изучавшими пациентку, поставила на журнальный столик две чашки с горячим чаем. Спросив не нужно ли что-то еще, она немедленно покинула женщин, получив отрицательный ответ. Они снова остались вдвоем. Сидящие друг на против друга. Лицо Каролины было повернуто все так же к окну. Она внимательно изучала как тяжелые капли скатываются по стеклу, образуя хаотичные и все новые извилистые влажные следы. И глядя на них, она вспоминала тот путь, который пришлось преодолеть от Егора до номера отеля. Тогда тоже лил дождь, падал грузными каплями, утопающими в темном песке. И за этой пеленой, мешающей разглядеть не только идущего впереди Сережу, но и весь пляж, она видела только темные волны, которые все с новой силой бились об берег. Почему-то именно это она запомнила лучше всего. Не то, как добралась до номера, не то, как встретила уборщицу и даже не то, какой температуры были руки Сергея, заботливо сжимающие ее плечи. Все это стерлось из памяти точно кто-то разлил чернила, на всей этой истории. И что же было такого притягательного в воде, которая поблескивала на горизонте, смешиваясь с чернотой неба? Каролина, которая зачаровано сейчас думала об этом всем легко бы сравнила свою настоящую жизнь с таким явлением, как волна. Смешиваясь с потоками воздуха, вода приходит в движение и образуется волна. В этом сравнении спокойная гладь воды была ее прежняя жизнь до тех событий. И вот появилось такого рода несчастье, как ветер. Покушение - первый порыв, борьба за жизнь - второй и добивающий все - сведение счет. Вода уже не может быть спокойной, она понимается и мчится вперед. Теперь остается гадать, что ждет ее в конце пути: разобьется ли она о скалы или же окутает мягкий песок. — Каролина, я очень благодарна Вам, за то, что осмелились все мне рассказать. Помните, что Ваш рассказ не будет бесполезен. Мы пытаемся найти причину того, что сейчас с Вами происходит, - женщина поправила очки и взяла наконец чашку со стола. - У меня есть предположения, но хотелось бы услышать, что было дальше. Так мы с Вами лучше разберемся в проблеме и найдем выход. — Да, я понимаю, что это важно, - робко произнесла артистка, мельком взглянув на столик. На стеклянной столешнице помимо чашки с блюдцами стояла ваза с маленькими желтыми бутонами. Кустовые розы сорта Шани дарили этому место немного теплоты, являясь маленьким ярким всплеском красок в этой серой обстановке. Заметив их наконец, Каролина улыбнулась, словно благодарила их за свое существование здесь и сейчас. — Вам нравятся цветы, - заметила женщина, делая глоток из чашки, - какие любите больше всего? — Розы, - тепло ответила она, - только белые. — Часто Вам их дарят? Каролина усмехнулась и перевела свой взгляд на своего психотерапевта, пытаясь уловить настроение ее вопроса. — Конечно, я же выступаю и… — Нет, - перебила она ее, - я спрашиваю о повседневной жизни. Часто ли Вам их дарят не за благодарность, а просто так? — Я думаю, дарить их часто было бы расточительством. — Почему? — Я и так постоянно в цветах. А когда чего-то в жизни много, мы перестаем ценить их истинную красоту. — Но они же Вам нравятся, и Вы их любите до сих пор? — Да. — Тогда задам вопрос иначе: кто чаще всего Вам их дарил? — Ох, — вырвалось из груди Каролины. Она все больше начина нервничать, пытаясь заговорить, хотя ответ пришел сразу, — ну точно не мой бывший муж. Она издала смешок и быстро осеклась. — Я думаю он и не запомнил, что я их люблю. Дарил все время красные. А я к красным была безразлична. Но самое забавное, что чаще всего мне их и дарили. Считали, что этот благородный багровый оттенок раскроет мою красоту еще ярче и подчеркнет самые лучшие стороны. По крайне мере так мне сказал мой коллега, — Каролина засмеялась, вспомнив тираду пьяного Баскова на ее концерте, — именно с ними я всегда ассоциировалась для всех. Я же всегда считала иначе. Смотрела на раскрывшиеся алые бутоны и замечала пустую красоту, что нельзя сказать про белые. И только один мужчина, я не говорю про подруг, — она остановилась, чтобы перевести дух, — в моей жизни запомнил. Он сказал мне однажды: «Только ты можешь становиться такой счастливой рядом с ними и делать так, что ты их украшаешь, а не они тебя». Он мог просто оставить этот шикарный букет белых роз у меня в гримерке, и я точно знала, что он от него…

***

Из зала послышались возгласы, гул аплодисментов дошел до артистки, стоявшей рядом с небольшой лестницей. Она ждала около сцены момента, когда сможет подняться на нее, подарить зрителям свой голос, свои чувства. Но как она могла это сделать, если вся ее душа металась как птица, загнанная в клетку. Не ощущалась привычная свобода, не было возбуждения перед выступлением. Что-то темное томилось в груди Каролины, заставляя сердце предательски сжиматься. Пару минут назад, переполняемая волнением и тревогой, она мчалась в уборную комнату, прилепив руку к своим накрашенным губам. И вот она снова стоит здесь — на подмостках сцены — и ждет начала своего шоу. А внутри вихрь. Внутри хаос. Свет погас, на экране появились изображения, звуки толпы в зале стали громче. — Каролин, через минуту на сцену, — прокричал рядом стоявший Артем и подбадривая похлопал девушку по спине, — удачи, милая! — Он пришел? — С опаской спросила певица и схватила своего менеджера за руку, требуя ответа. — Не думай сейчас о нем, думай о своих зрителях! — Ты смеешься надо мной? — Зло прокричала брюнетка в ответ, отпуская его ладонь, — он здесь или нет? От такого яркого порыва артистки, Артем сжался как мальчишка, пытаясь не выдать своей растерянности. Но ответ сразу появился на побледневшем лице. — Еще нет! Ну же, давай на сцену! Мужчина подтолкнул девушку прямо к музыкантам и зал взорвался. С первого ряда на нее смотрели восхищенные зрители. Они сидели и ждали реакции артистки, а она лишь растеряно окинула их взглядом, натянув на лицо широкую улыбку. Она начала петь чуть позже, но никто и не обратил внимания - все были заворожены ею. Первые несколько песен Каролина пропела, находясь в безумном состоянии, не осознавая, что находится перед многотысячной толпой. Но все прошло гладко, она растворилась в музыке и не прилагала особых усилий, слова лились из нее словно по волшебству. Заиграли первые аккорды песни «Сопрано», и она сдавшись посмотрела на балкон, где находилось место Сергея. Прищурившись, она подошла чуть ближе к левому краю, чтобы рассмотреть сидящих там людей. Большая фигура Филиппа сразу бросилась в глаза, а рядом с ним, к ее сожалению, она увидела свободное место. И все оборвалось. Голос дрогнул. Сердце упало, как и первые ноты. Она отвернулась, пытаясь унять обиду, вырвавшуюся слезами, даже не подозревая о том, что происходит вне этого концертного зала. Москва гудела. За пеленой шума намертво стояли автомобили, отчего дороги напоминали больше стоянку. В белом Ровере устало развалился на сидении мужчина, то и дело нервно поглядывая на циферблат своих часов каждые пять минут. Сергей шумно выдохнул, понимая, что сильно опаздывал. Постукивая пальцами по рулю, он уже думал над тем, чтобы оставить автомобиль на дороге и пойти пешком. До концертного зала оставалось каких-то полтора километра, а пробка даже и не собиралась рассасываться. В этой какофонии звуков сигналов, скрипов покрышек и барабанящего по капоту дождя, Сергей провалился в свежие воспоминания, в момент, когда оставлял Каролину на лестнице прежде чем отвести Анну до отеля. Она стояла расстроенная, до сих пор сонная, держалась своей бледной рукой за перила и пробивала своими зелеными глазами мужчину насквозь. «Ты же придешь сегодня?», — спросила она Сергея, когда тот собирался выйти за дверь. И ответить «Нет» он попросту не мог, не позволил бы себе такой роскоши, смотря в ее горящие с надеждой глаза. И хоть они жили вместе, виделись каждый день, почему-то присутствие его на этом концерте было для нее таким важным, чего Сергей еще не до конца понимал. Вернее сказать – не понимал совсем. Не понимал ее просьбы, ее желания, ее действий и, главное, ее саму. Каролина стала для него загадкой, которую не было сил разгадывать. А сейчас, чувствуя себя последним идиотом, он сверлил взглядом впереди стоящую машину и молился, чтобы добраться до концертного зала прежде чем сам концерт закончится.

«Почему так нелепо желать то, что от нас отняли и совершенно не ценить, когда это все было в наших руках?»,

— крутилось в его голове, прерывая выкрики с дороги. Но это было не совсем верно. И его мысли были просто на просто импульсивной выходкой, как последствия пережитых событий. Даже сейчас, сидя в салоне автомобиля, постукивая пальцами по рулю, он думал только о том, как раньше ими прикасался к ее нежной коже. — Черт! — Выругался он и устало выдохнул. Схватившись за руль с такой силой, что костяшки в мгновение побелели, он прикрыл глаза, опуская от безнадеги свою голову.

«Ты и раньше ее ценил!»,

— твердило подсознание. И если раньше он, не побоюсь этого слова, боготворил ее, то он просто нуждался в этой самой божественной помощи. И дело было совсем не в том, что Сергей не мог прикоснуться до Каролины, не доставив тем самым ей порцию неизгладимой боли, а в том, что она была его спасением. С головы до пят, от дурманящего запаха до жгучего пронизывающего насквозь взгляда. Она была единственной вакциной от его растущего гнева, беспринципной тревоги и разъедающей душу боли. Стоило ему только уткнуться в ее шею, почувствовав сладостный аромат ванили как все тревоги улетучивались и ощущалось только блаженное состояние гармонии с самим собой. Спустя двадцать семь минут и сорок две секунды Сергей, оставив машину, толком не припарковавшись и проклиная всем своим богатым словарным запасом московские пробки, захлопнул со всей силы дверцу авто. Он наконец-то вышел из Ровера и направился к багажнику, где лежал букет для Каролины. Окинув машину горящими от гнева глазами, он несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, чтобы сбросить с плеч эту неудачную поездку и войти в зал с непринужденным видом. — Можете позвонить менеджменту Ани Лорак, а то у меня руки заняты, — пропыхтел Сергей, едва войдя в холл концертного здания. Две пары женских глаз с любопытством осмотрели мужчину, прежде чем одна из девушек взяла рацию в руки. И в этот самый момент, за сценой, облегченно выдохнул Артем, наконец-то присаживаясь на отведенное ему место. — Пройдемте на балкон, мы приготовили Вам место рядом с Филиппом Бедросовичем, — деловито произнесла молодая девушка, украдкой поглядывая на большой букет в руках мужчины. — Нет, давайте я сяду в зале. Там есть свободное место? — Запротестовал Сергей, окинув ее волнующим взглядом, — не удобно будет с букетом спускаться в зал, — быстро продолжил он, чтобы объяснить свою неожиданную просьбу. — Ах да, конечно! Пустой широкий коридор, некогда заполненный ожидающими концерта зрителями, сменился на небольшой зал с массивными дверьми из-за которых глухо доносилась музыка и возгласы людей. Когда девушка приоткрыла их для Сергея, он сразу увидел силуэт Каролины, блуждающий по сцене. Она исполняла песню «Ты еще любишь» и зал охотно подпевал, местами заглушая артистку. — Проходите сюда, — девушка остановилась около ряда почти в самом конце зала и указала на пустое место рядом с боковым проходом. Сергей поблагодарил ее и послушно присел, вцепившись взглядом в миниатюрную фигурку Каролины, маячившей по сцене как маленький золотистый лучик света. Не замечая ничего вокруг, даже удивленных, пропитанных любопытством, взглядов в близь сидящих людей, он заворожённо смотрел на сцену, где видел ту самую, его любимую Ани Лорак. Он смотрел как золотистое платье, украшенное маленькими блестками, струится по ее утонченной фигуре, как его подол спешит за ее движениями, приковывая восхищенные взгляды людей. Но за этой приятной картинкой, никто не мог заметить насколько она сейчас была подавлена. За этим мерцающим блеском было сложно углядеть поникшие глаза. Каролина начала петь «Я стану твоей» и еще раз взглянула на балкон. Но в этот раз, справившись с болью, давящей на сердце, она подняла свою руку и начала покачивать ею в такт, невзирая на неприятное ноющее ощущение в районе груди.

«Не боюсь в своих желаниях каждый раз тонуть в твоих глазах

В этом нежном, сильном взгляде и в твоих руках

Поцелуями по коже словно яркой молнией раскат…»

И Каролина поет, думая о нем и не замечает поначалу, как по залу к ней идет мужчина с охапкой цветов. Свет от прожекторов застилает весь обзор, лица совсем не видно, но сердце колотится с такой силой. «Это он!» — Кричит оно, — «он пришел к тебе!». И только она опускает свой взгляд, как из тени появляются очертания знакомого лица. Подрагивающая улыбка слетает с лица, также стремительно, как лист с ветки в осеннюю пору. Прямо к ней протягивает свой букет Мурат, в свою очередь натянув на лицо широкую довольную улыбку, улетевшую от Каролины секундой ранее. Наблюдающий за этой картиной, обескураженный Сергей, который приподнялся с места секундами ранее, плюхается на кресло обратно. Все происходит настолько быстро, что несколько роз вырываются из строгой композиции букета и с приглушенным звуком разбитых двойных надежд падают на пол. — Да какого хрена?

***

Издалека доносятся аплодисменты и последние аккорды. Ноты с сильным опозданием долетают до помещения, залитого белоснежным светом люминесцентных ламп. По атмосфере кажется, что вот-вот прозвучит сухой голос откуда-то из динамиков с фразой «Посетитель с талончиком 01 пройдите в кабинет». Только одинокая темно-серая дверь на ближайшие 300 метров с одной стороны стены и с другой с белой табличкой «АНИ ЛОРАК» возвращала двух уставших мужчин в реальность. Они сидят друг на против друга, как яркое олицетворение прошлого и будущего. Заядлый интерес прошлого к будущего и заметное презрение будущего к прошлому, а между ними пропасть из отсутствующих звуков. Первым сдается прошлое и пытается закончить эту холодную войну, которую даже не видит, но ощущает всем нутром. — Я рад, что вы с Каролиной помирились, — вежливо произнес Мурат, одаривая Сергея милой улыбкой, — Но не ожидал, если честно, увидеть тебя здесь. — Взаимно. Летай, где-нибудь комар в этих пустынных коридорах, они бы услышали этот писк, как над собственным ухом. — А почему белые? — Неожиданно спросил мужчина, указывая рукой на букет, который Сергей так и не выпустил из рук за все это время. Артист нахмурился, ощущая в его словах подвох. «Он шутит или решил поиграть в игру «Хорошо ли ты знаешь мою бывшую жену»? — Всплывает вопрос в голове Сергея, заставляя взгляд намертво вцепится с растерянно бегающими по стенам глазами Мурата. — А вы точно с ней в браке были? — А? — Единственное, что смог выдавить Мурат, отрываясь от самой интересной плитки на этом свете. Не поняв сарказма, мужчина зеркально молодому человеку прищурился, ожидая от него объяснений. Напряженную тишину между ними нарушил хаотичный звук приближающихся шагов. Мурат сразу повернулся направо, ожидая увидеть Каролину, а Сергей продолжил устало смотреть на мужчину. — Вы видите то же, что и я? — Шепотом произнес Артем и обернулся на девушек, которые шли позади него. Обе синхронно подняли свои глаза. В отличие от Наташи, на лице которой появилась вся палитра удивления, Каролина даже не поняла, что именно пронзило ее в это момент больше: удивление, радость, надежда...? Увидев двоих мужчин, она растерянно посмотрела сначала на довольное лицо Мурата, а следом перевела взгляд на Сергея и почувствовала, как ее грудь начинает стягивать. В горле, которое после концерта было и так слишком напряжено, образовался огромный ком. — Привет! Дождались мы тебя все же! — Тепло произнес Артем, протягивая руку Сергею. Тот в свою очередь нехотя отвел свой взгляд с Мурата, который сейчас больше напоминал радостного щеночка, чья хозяйка наконец-то пришла к нему, встал со своего места и пожал руку в ответ. — Цветы тоже мне? — Пошутил Артем, похлопывая Сергея по плечу. Мужчина в ответ лишь грустно усмехнулся и опустил взгляд в пол. — Ууу…, — протянул директор, — кому-то надо срочно поговорить наедине. Обернувшись он увидел Каролину, которая молча разглядывала Сергея, пытаясь уловить его настроение и что ей ожидать дальше. Весь этот вечер, она думала, что жизнь впредь останется серой, что она не сможет, по крайней мере в ближайшее время, радостно взглянуть на уготованную ей судьбу. И вот она видит его: уставшего, заросшего, в помятой одежде, что никогда не было свойственно ему, и мир вокруг как по волшебству преображается. Странные эти неожиданные порывы, готовые поднять нас к небесам. Но стоит ли им доверять, зная, что под тобой все больше и больше высота? Каролина заинтересованно осмотрела его странно неуверенную позу и большой букет, который Сергей прижимал к себе, словно боялся с ним расстаться. «Он пришел» — твердит голос в голове, — «Он останется с тобой». — Идите-ка вы оба в гримерку, а мы пока с Муратом поболтаем! Давно же не виделись, — произнесла Наташа, присаживаясь рядом с мужчиной. Но как только Каролина собиралась пройти к двери, Мурат неожиданно поднялся на ноги и положил свою руку на плечи девушки, пытаясь ее остановить. Девушка вздрогнула от неожиданности застыв на месте. — Каролин, может мы… Он продолжил говорить, но слова никак не хотели задерживаться в ее сознании и не взглянув даже на своего бывшего мужа, она вновь посмотрела на стоявшего по правую руку от нее Сергея. Ее взгляд пропитанный такой юной воодушевленностью, мог тотчас растопить любой лед и сдвинуть с места все в своем поле зрения. Все ее внимание было приковано к его помятому лицу, которое она нашла как некогда раньше красивым. И ее легкое тягучее увлечение затмевает все, что происходит вокруг. Но в отличие от Каролины, Сергей все же обращает внимание на Мурата и внимательно слушает все то, о чем он говорит. И хоть слова отдаются в голове словно через толщу воды, мужские руки на женских плечах он видит отчетливо. Это его нервирует, но он только громко втягивает воздух в легкие, продолжая наблюдать за этой пыткой. — Я скажу Соне, что ты приехал! — Очнувшись пробормотала Каролина, — она будет рада с тобой завтра куда-нибудь сходить. Позвони ей! — Да, хорошо, — растерянно произносит Мурат, убирая свои руки. — Зайдешь? — Почти беззвучно прошептали ее губы, когда она чуть ближе подошла к Сергею. — А что здесь делает твой бывший муж? — Делая сильный акцент на слове «бывший» спросил Сергей, как только дверь гримерки тихо закрылась за ним. В небольшой комнате, освещаемой только светильниками, закрепленными по периметру зеркала, они оказались наконец-то одни спустя несколько секунд после ее почти немого вопроса. Пройдя мимо разбросанных вещей, Каролина скинула туфли и потянулась к застежке на спине, чтобы снять тяжелое платье с уставшего тела. — Я его пригласила. — Егору ты тоже отправила приглашение? — Спросил Сергей, осматривая гримерку артистки. — Я прошу! Не начинай, — взмолилась она, опуская руки, так и не стянув с себя платье, — Что в этом такого? — Спросила она, искренне не понимая его ярко выраженного недовольства, — Мы с ним не чужие люди. У нас есть дочь, если ты забыл. И вообще! Разве Лера не приходит к тебе на концерты? — Раньше приходила. — Ну вот! — Воскликнула Каролина и решила предпринять вторую попытку снять с себя одежду. — Только вот…, — начал Сергей, переминаясь с ноги на ногу, — она приходила из чувства вины. — Это почему? Мужчина легонько усмехнулся и на его лице впервые за долгое время появилась до боли знакомая кривая улыбка. — Читаю это по ее взгляду. Да и приходила она только на премьеры, как ни странно. А с какой целью здесь все же Мурат? — Без понятия, Сереж, — нервно ответила Каролина, продолжая дергать молнию, — ты можешь? Ну…помочь мне? Сергей посмотрел прямо, заметив ее красное от стараний лицо, наконец-то расстался с букетом и положив его на столик и подошел к девушке. — А почему ты спрашиваешь? — Не скрывая своего любопытства кротко произнесла Каролина, ощущая, как его горячее дыхание обжигает ее шею. Сергей осторожно прикоснулся одной рукой до спины, а второй до молнии, которая находилась чуть выше лопаток. Электричество, разлитое в воздухе вокруг них, было настоль ощутимо, что у обоих синхронно ускорился пульс. Сергей тяжело сглотнул и прикрыв глаза, аккуратно потянул застежку вниз, освобождая напряженное тело девушки из оков. — Потому что он мне все карты спутал, — выполнив свою работу, он сразу сделал шаг назад, — поэтому и пытаюсь выяснить, что это за причина, благодаря которой я его теперь недолюбливаю. Если быть честным, я его не особо-то и любил, больше терпел, потому что он был твоим выбором. — Но мой выбор сейчас — это ты. — Ты уверена? — Опуская взгляд произнес Сергей, увидев, как Каролина опускает плечики платья. — Что это значит? — Взволнованно спросила она, поворачиваясь к нему всем телом. И невзирая на то, что лямки предательски тут же упали, обнажив тело наполовину, девушка начала сверлить мужчину своими яркими от злости глазами. — Да я уже не уверен, что твой выбор это я, а не кто-то другой, — хрипло произнес он, рассматривая темный пол. — Я не понимаю! — Ну, например, Эмин. — О, Господи! — Выкрикнула Каролина. — Не перебивай, вот вчера… — Я же извинилась! — Сгорая от гнева вновь перебила его девушка, продолжая упрямо стоять на месте. — Вот вчера, — снова начал Сергей, — Ты так свободно вела себя с ним. Тебе нравилось, когда он тебя обнимал, смеялась над его шутками. Потом Коля, — мужчина тяжело выдохнул, — Там уж я не вытерпел, извини. Теперь Мурат, который появляется посреди концерта с букетом цветов, которые ты даже блин не любишь, и дарит его на глазах у всех под чертовски романтичную и трогательную песню! — Я ждала тебя! — Я не властен над пробками, прости. Вертолета у меня тоже нет, — Сергей сомкнул губы в тонкую линию и упрямо отвернулся к двери, сильно зажмурившись. — Да к черту! Где ты был? — Сидел в зале в последнем ряду, — спокойно ответил он, — Ждал, когда смогу выйти и подарить твои любимые цветы, чтобы порадовать тебя. — Я была рада ровно десять минут назад, когда увидела тебя там в коридоре, а ты все испортил этим бессмысленным разговором! — Взорвалась Каролина, чувствуя, как волна обиды окатывает ее с ног до головы. — Он не бессмысленный! — Упрямо произносит Сергей и поворачивается к ней. Увидев ее обнаженное тело, он срывается с места и подходит к двери, — И, прошу тебя, оденься! Девушка смущенно опускает взгляд и натягивает платье обратно. — Просто, — не выдохе продолжает Сергей, — Я пытаюсь понять с кем ты сейчас хочешь быть? Со мной или с кем-то из них. — Я оделась, — прошептала Каролина, пытаясь вернуть взгляд Сергея, — если ты задаешь мне этот вопрос, значит ты ничего не понял. — Это сложно сделать, Каро, — он снова повернулся к ней, — ты всегда молчишь, из тебя порой и слова не вытянешь. А потом… ты даже не даешь прикоснуться к тебе нормально. — Не даю? — Кричит она, срываясь с места, что уйти за ширму, — Ты же знаешь, что я пытаюсь… Я пытаюсь решить эту проблему! Я искренне стараюсь. — Вот именно, — подытоживает Сергей и подходит к букету. Взяв его в руки, он оглядывается, чтобы найти вазу, — Ты прикладываешь неимоверные усилия к тому, что должно быть естественно. — Я очень хочу вернуть все как было, — борясь со слезами произносит Каролина, снимая с себя платье. В комнате на несколько секунд повисает тишина. Сергей находит вазу в углу комнаты и молча ставит букет в нее. — Рад услышать это, — наконец произносит он и присаживается на небольшой диван, стоявший напротив ширмы, за которой переодевалась Каролина. — Ты ничего не знаешь, — тихо доносится из-за нее. — Так расскажи, — умоляет Сергей, — поговори со мной, а не со своим психологом. Я тебе на кой черт вообще сдался тогда? — У тебя и так куча проблем. — Это не причина! — Настала очередь Сергея взрываться. — Я не хочу наваливаться на тебя новой лавиной! Ты же не выберешься из-под нее! — Каролина делает паузу, чтобы найти в куче вещей нужную одежду, — Анна была права. Посмотри на себя! — Каждое утро смотрюсь в зеркало, не поверишь! Что, я уже не так красив? — Прекрати язвить! — Выкрикивает девушка, но переведя дух, продолжает уже более спокойно, — это все тебя убивает, милый. Ты не замечаешь сейчас ничего вокруг и меня тоже…даже не смотришь на меня. — Вот здесь ты не права! Все что я делаю — это смотрю на тебя, думаю о тебе… — Я не об этом! — Переживает она его, надевая на себя толстовку, — ты не смотришь на меня как раньше. Я смотрю на тебя и вижу только боль и груз ответственности, которая давит на тебя. Я не вижу того веселого парня, в которого когда-то влюбилась. Каролина застенчиво выходит из-за ширмы, чтобы посмотреть на Сергея. — А ты думаешь, что я вижу ту девушку, в которую был влюблен? — Холодно задает он вопрос в никуда. — Но ведь утром ты сказал… — Я не отказываюсь от своих слов, — он поднимает руки, изображая барьер между ними, — мне сейчас трудно любить ту, которая не хочет этой любви. — Я не просто хочу ее, я в ней нуждаюсь, — тихо отвечает она и подходит ближе к нему. — Так сделай для нее что-нибудь, — Сергей шумно опускает руки и взволнованно смотрит на ее поникшее лицо. — Ты знаешь, что я делаю все, что могу. Я даже пошла к психологу. — И к чему вы пришли? — Без интереса выдавливает он себя вопрос, потупив взгляд на своих руках. — Мы еще ищем причину. — Ммм.., — протянул он и на выдохе поднимается на ноги, — а хочешь я тебе скажу? И избавлю от дальнейших копаний у себя в голове. — Сереж… Он делает несколько шагов к ней, а Каролина, чувствуя тревогу, решает обойти мужчину, прежде чем он подойдет совсем близко. Но не успев отойти к стене, рядом с которой стоял букет так и не подаренных роз, она слышит горькие слова, которые он произносит, слегка наклонившись. — Ты меня боишься, — шепчет Сергей, а по телу Каролины проносится холодок, — дрожишь. — Замечает он и девушка поворачивает свое лицо, оказавшись всего в паре сантиметров от его, — смотришь на меня, как испуганная лань. Ты даже сейчас хотела убежать, спрятаться от меня, — он выпрямляется и отходит к зеркалу, оставляя Каролину на месте. — Я же тебе противен. И ты даже не испытываешь ни капли любви ко мне. По крайней мере сейчас…так же, как и я. — Это жестоко, Лазарев, — хрипло срывается с ее губ. — Это правда. И она такая какая есть. — Я люблю тебя, — вновь говорит она, чувствуя, как слезы начинают ее душить. — Ага, повтори-ка это еще раз! — Он поворачивается к ней, — Посмотри на меня и скажи это еще раз. Каролина поднимает свои мокрые от слез глаза и шепчет, выделяя каждое слово. — Я. Люблю. Тебя. — Но почему же я тебе не верю? — Он шумно выдыхает и запускает ладонь в волосы, чтобы растормошить и так растрепанную прическу. Атмосфера в комнате напоминала мир после ядерного удара. Все было мертво, даже розы в вазе на глазах стали увядать. Тишина. Эта мучительная тишина, которую никто не в силах прервать. Они не смотрят друг на друга. И даже не пытаются увидеть, находясь в метре друг от друга. — Нам…, — тихо произносит Сергей, собирая всю волю в кулак. — Не продолжай, — на выдохе перебивает его девушка и хватается ладонью за живот, чувствуя, как слезы вырываются наружу из-под дрожащих ресниц. Она знала, что он хочет сказать. Но слышать это сейчас по-особенному больно. По-особенному страшнее. — Каро, — шепчет он, не взирая на ее запреты. — Заткнись. — Тебе плохо со мной. — Лазарев! — Ее голос предательски срывается на крик, — Ты можешь помолчать, когда тебя этого просят? — Зачем ты цепляешься за это? — Устало спрашивает Сергей, отходя к двери. — Это…, — шепчет она с улыбкой на лице, — «Это» – это что? «Это» — мы? Ты спрашиваешь зачем я цепляюсь за нас? — А если этих «нас» уже нет? — С горечью отвечает он, чувствуя, как ком сдавливает горло. — Это ты так считаешь. Ты просто испугался проблем. Легче сдаться…и вот что странно, — Каролина издает смешок, смахивая слезы, — Это ты ничего не делаешь! Ходишь весь такой странный, замкнутый в себе, пропадаешь где-то, не говоришь со мной. Так ты просто сам решил закончить это все. И намного раньше. Зачем это все нужно было? Скажи! Каролина подходит к нему, забыв о выстроенном минутами ранее барьере. — О чем ты именно спрашиваешь? — Устало спрашивает Сергей, вдыхая густой аромат ванили, который Каролина приносит вместе с собой. — Предложение. Зачем ты захотел, чтобы я стала твоей женой, если готов так легко отпустить? — Я…, — Сергей пытается спрятать свой затуманенный взгляд, понимая, что глаза сейчас с потрохами его выдадут и этот разговор закончится ничем. — Нет, — протестует Каролина, кладя дрожащие пальцы на его лицо, — смотри на меня. И он послушно поднимает на нее свои застланные пеленой красные глаза. Момент, когда они смотрят друг на друга длится несколько минут, кажущимися целой вечностью. В сопровождении учащенных сердцебиений, они пытаются разглядеть правду изложенных слов в глазах друг друга. — Я не готов отказаться от тебя, — наконец-произносит Сергей, а из губ Каролины вырывается облегченный выдох, — но это ничего не меняет. Он накрывает своими руками ее ладони, которыми она до сих пор держит его лицо и с легкостью их убирает от себя. И только когда Сергей отпускает ее холодные руки, он чувствует что-то еще. Опустив взгляд, он видит кольцо и делает шаг назад, почти упираясь в дверь. Каролина тем временем внимательно следит за ним и понимает, что это несчастное кольцо он все-таки заметим. Но слишком поздно. Она аккуратно поднимает руки, чтобы снять этот жгучий метал со своего тела. — Не нужно, — прерывает ее Сергей, — не оставляй мне то, что заставит еще сильнее себя ненавидеть. На этих словах, он поднимает свой растерянный взгляд на нее и смотрит так, что в последствии она расценит, как хладнокровное прощание. Сергей мучительно смотрит на Каролину, мысленно пытаясь перемотать свою жизнь до момента их знакомства и когда в голове всплывает тот затуманенный кадр, сердце предательски сжимается в груди, заставляя его наконец-то покинуть эту комнату. — Трус! — Кричит она в след, когда он захлопывает за собой дверь с такой силой, что по коридору проносится эхо. Под изумленные взгляды, которые впопыхах начинают изучать его резко появившуюся фигуру, Сергей срывается с места. — Эй! Эй! Сереж! — Кричат вокруг него, пытаясь остановить, но он не слышит, он видит цель — угол коридора, за которым находится выход. — Убирайся! — Доносится приглушенный голос Каролины и он, расталкивая всех от себя под пульсирующую кровь в голове, уходит прочь. — Ты мне не нужен! — Слышит он и вслед за этим криком до него волной добирается грохот бьющегося стекла. Схватившись за голову, он мучительно сдавливает виски, пытаясь избавится от этого гула, преследующего его. Но все напрасно. С каждым шагом боль все усиливается, сдавливая не только разум, но и хаотично бьющееся сердце. — Каролина? — Кричит Наташа, где-то позади, но он не оборачивается. Он хочет убежать, забыть все то, что произошло, стереть из памяти ее пустые зеленые глаза. Прорвавшись на ватных ногах до выхода, в его глаза ударяет яркая вспышка, намного сильнее света в коридоре. Он зажмуривает глаза, когда легкие наполняются холодным воздухом. — Сергей! Сергей! Ответьте на вопросы! — Его в мгновение окружают люди, схватившись за эту удачу своими жадными руками, — Сергей, когда Вы приехали? Вы помирились с Ани Лорак? Что на счет суда? Вы прокомментируете заявление обвинителей? — Отойдите, — выдавливает он из себя, пытаясь растолкать навалившихся со всех сторон на него людей, — отойдите. Свет, вспышки, громкие голоса, но даже это ни что по сравнению с тем глухим криком «Ты мне не нужен». Он делает шаг вперед, пытаясь освободить себе путь. — Каролина позвала Вас на свой концерт? Она Вас простила? — Слышит он рядом с собой, но упрямо продолжает двигаться вперед, словно эти слова не проделали в нем сейчас огромную дырку в районе сердца. — Я не буду отвечать на вопросы, — процедил Сергей сквозь сжатые губы и попытался ускорится, чтобы прорваться сквозь неожиданную засаду. И только он увидел небольшой просвет между телами и камерами, как прямо перед ним возник молодой парень, подсовывающий Сергею микрофон. Он не стал церемонится с дистанцией и пылко ожидал ответы на свои вопросы. — Отойди! — Срывается Сергей, пытаясь его оттолкнуть от себя. Но в этой суматохе, он остается на своем месте и продолжает упрямо стоять на своих двоих, — Я не буду отвечать на вопросы. Сергей смотрит на его лицо почти вплотную и видит только наглую самоуверенную ухмылку, кричащую о том, что он попался. Молодой журналист прилип к нему как банный лист с микрофоном, на котором проглядывался логотип известного телеканала. Фотографы мелькали на фоне яркими вспышками и все это было похоже на адскую карусель. — Сергей, а что Вы собираетесь делать дальше? — Неожиданно спрашивает он и протягивает артисту микрофон. Но этот щегол еще не понимал до конца на кого нарвался и самоуверенно думал, что раскусит певца на раз и два. Сергей не реагирует, пытается прорваться дальше. — А что на счет Ани Лорак? — Вновь задает он вопрос, а Сергей как парализованный останавливается на месте, — Вам не стыдно использовать ее в качестве своей… И больше мужчина не слышит ничего. Эти слова проносятся как сигнал к действию, заставляя мышцы напрячься, окаменев. Лицо молодого парня. Рука Сергея. Вспышка. Он набрасывается на него, откидывая микрофон в сторону и толкает вперед как боксерскую грушу. Удар. Миллионы вспышек и чей-то громкий крик. Удар. Молодой человек заваливается назад. Придерживая его тело за куртку левой рукой, тем самым не давая ему приземлиться в покое на землю, Сергей продолжает бить. Кто-то кричит с просьбой остановить это, но мужчина просто продолжает, не замечая даже, что не ноги держат журналиста, а он его. А это потекшее, залитое кровью лицо только приковывает взгляд, притягивает к себе разбитую напряженную руку. Боль, которая разъедала его изнутри, рано или поздно должна была вырваться. И выпорхнула она из тела мгновенной агрессией, разлившись кровавыми пятнами на темном асфальте.