Моя Милая Леди

Она выросла, Ей где-то под тридцать, Она живёт в Копенгагене со своей Милой Леди, с которой познакомилась ещё в юности, где всё кажется смешным и несерьёзным, они вместе выгуливают своего добермана по узким европейским улочкам, Она пишет романы и публикуется в России, а Её Милая Леди снимает подкасты по саморазвитию и принятию себя. В их маленьком мире царит идиллия, которую, казалось бы, ничего не может разрушить. Но жизнь слишком жестока, чтобы быть идеальной, и однажды появляется Пожилой Господин, появляется неожиданно и не надолго, как будто черт, вылез из ниоткуда и исчез в никуда, но, увы, это было лишь начало, Пожилой Господин с каждым днём всё чаще и чаще появлялся в их маленьком мире, дарит цветы, сыплет комплиментами в адрес Её Милой Леди, которая слишком часто и положительно отзывается о Пожилом Господине, Господин, в свою очередь, зовёт Её Леди в театры, кино и рестораны, та соглашается, оправдывая это простой дружбой, ведь Леди любит только Её, не напрасно же они когда-то покинули Россию, уехали в Данию и сыграли свадьбу, не напрасно же они живут душа в душу уже десять лет, не напрасно же Она так страстно целует свою Леди каждое утро. Всё это всего лишь дружба, разговоры о высоком за чашечкой крепкого эспрессо. Как же Она ненавидит эспрессо, она всегда берёт исключительно латте, исключительно с двойной молочной пенкой. Пожилой Господин стал чаще звонить, звать Её Милую Леди куда-то, Она начинает зарываться в работу, всё новые и новые страницы толстой тетради исписаны кривыми грифельными буквами, Она не замечает, что Леди стала позже приходить домой, не замечает, что уже неделю вечерами гуляет с доберманом одна, не замечает, что уже несколько дней Леди не записывала подкастов на свой канал,не замечает, что Леди перестала целовать Её по утрам. Однажды, уйдя в типографию, Она забывает дома какие-то правки для своей новой книги, за ними придётся возвращаться. Она даже не заметила, что дверь была закрыта на один замок, а не на два, как Она обычно её закрывает, Она не заметила лишнюю пару обуви в прихожей, она не заметила мужское пальто в кресле, Она заметила только то, как Её Милая Леди целует Пожилого Господина в их спальне, где раньше также страстно целовала Её по утрам. Она тихо прикрыла дверь, собрала вещи первой необходимости, оставила записку и уехала, уехала в далёкую и холодную, но такую родную Россию, в свой маленький город, в дом, где живёт её семья, где Она родилась и выросла. Она уехала, а Милая Леди ещё очень не скоро нашла записку, потом долго плакала, пыталась дозвониться, всё объяснить, хотя объяснять было нечего, но сухой металлический женский голос в трубке каждый раз настойчиво повторял на сложном и малопонятном Датском: «Abonnentens anordning slukkes eller er uden for netdækning», что означало лишь,что Она то ли отключила телефон, то ли уже сменила номер. Только потом Леди осознала, что Она не только сменила номер, Она удалила все аккаунты в соцсетях, оборвала все связи, ничего не сказала их общим знакомым и даже самым близким друзьям, остался лишь один способ связи между ними – Её романы, последний из которых Она посвятила Милой Леди, он, собственно, так и назывался «Min Кære Dame», единственный роман из всех, который Она написала на Датском, Она считала его языком страсти и чувственности, хотя для Леди он был чужим и неприятным. Но спустя полгода Леди всё же выучила этот треклятый язык и прочла роман, в конце Леди плакала, ведь Она закончила его фразой «Min Кære Dame tilhører ikke længere mig....» Моя Милая Леди теперь не принадлежит мне. Ни одна из девушек не смогла ни забыть жену, ни полюбить кого-то другого. Однажды, спустя долгие годы, Она проводила автограф-сессию в честь своего очередного выстрелившего в массы романа, Леди была на ней, Леди стояла в самом конце очереди и подошла только тогда, когда все преданные фанаты и простые праздные гуляки разошлись по своим делам, даже несмотря на морщинки, осквернившие прекрасное лицо, Она с первой же секунды узнала Свою Милую Леди, та начала судорожно извиняться, плакать, что-то негромко бормотать, но Она не слушала ни одного слова, лишь расписалась на первом форзаце книги и ушла в свою гримёрку, куда посторонним вход был воспрещён. Леди ещё долго плакала в том зале, взяла книгу и поехала восвояси. И только лишь по возвращению в Данию, дома, она решилась открыть книгу, там кривыми грифельными буквами было выведено четыре слова: «For Min Кære Dame” и автограф.