Запах гари

Столетняя война закончилась почти семьдесят лет назад. С тех пор мир претерпел существенные изменения. Технологическое развитие совершило невообразимый скачок после того, как проигравшая страна Огня была вынуждена поделиться разработками в тяжелой промышленности и машиностроении, что позволило остальным народам, наконец, вырваться из оков традиционного общества и вступить на новый уровень общего развития. Совместными усилиями совершались научные открытия, организовывались исследовательские экспедиции, строились города. Одним из результатов совместной работы целого мира стал и Республиканский город, расположенный на берегах одного из заливов страны Земли. Место, в котором, казалось, найдется место каждому: и магам, и простым, но от того не менее значимым людям. Однако, реальность оказалась полна разочарований. В надежде обрести новую жизнь, люди покидали родные поселения и спешили на новое место, где попадали в ловушку, построенную смышлеными мошенниками, успевшими пробраться на самые верха городского управления. Красочная мечта спрятала под цветной оберткой высокий уровень преступности, возникший из-за совместного проживания стольких социальных слоев и разных рас, громадную кучу фальши и жестокости. Когда аватар Аанг жил в Республиканском городе ситуация находилась под условным контролем, но стоило легендарному магу умереть, как вся падаль, прятавшаяся в подполье, выползла на улицы. Для некоторых магов криминал был единственным способом обрести достаток. Точнее, у некоторых магов просто не было выбора, кроме того, чтобы прибиться к одной из банд и заниматься рэкетом, несправедливым и аморальным делом, которое было в моде у большинства группировок. После свержения Якона, мага воды и крови, захватившего весь преступный мир Респаблик-сити, город оказался в руках преступных кланов — Триад. Самыми мощными из них были «Терра», «Тройная Угроза» и «Агни Кай»… …Дверь в небольшой трактир распахнулась, задевая висящие на потолку колокольчики, и помещение заполнилось раздражающим звоном, предвещающем хозяину о новых посетителей и скорой прибыли. Пожилой мужчина приободрился и обратил свое внимание на дверь, через которую прошел высокий юноша в скромном черном пальто, полы которого доходили ему до ступней, обутых в легкие кожаные ботинки. Кривая усталая улыбка слетела с морщинистого лица бармена, когда его глаза разглядели лицо посетителя. Старый знакомый, о котором мистер Вонг предпочел бы навсегда забыть. Не дожидаясь пока молодой человек подойдет к нему, Вонг опустил руку под стол, нащупал маленькую продолговатую коробочку и вытащил оттуда аккуратную пачку красноватых купюр с изображением знаменитого бритого аватара, положив ее перед носом юноши. — Забирай и проваливай, — прохрипел старик, прожигая взглядом парня. Тот неторопливо пересчитал дань и, словно извиняясь, приподнял уголки губ, немного сощурив глаза. — Извини, но в этом месяце босс требует чуть больше, у «семьи» появилась маленькая проблемка, — лишь на секунду замявшись поведал парень. — Нужно доложить десять тысяч, — речь свою юноша завершил коротким кивком. Если бы Вонг не знал его лично, то мог бы подумать, словно тот искренне сочувствует его участи. — Что?! — сердце мистера Вонга чуть не пропустило удар, а сам он подавился воздухом от неожиданности. И без того крепкая хватка «Агни Кай» не позволяла мужчине наслаждаться законным бизнесом, на которое его семья копила поколениями. И эти десять лишних тысяч вполне могли поставить успех его любимого дела под серьезные сомнения. — Я не собираюсь отдирать от себя еще десятку! — он ударил по столу загорелым кулаком. — И передай своему боссу, что если он снова так раскатает губу, то я обращусь в полицию! Выслушав гневную тираду напуганного бармена с каменным, немного уставшим лицом, юноша выдохнул и, слегка повысив голос, ответил: — Тебе напомнить, как действуют мои… — парень замялся, подбирая подходящее слово, — «коллеги» при общении с другими купцами? — в этот момент перед глазами трактирщика пронеслись вырезки из газет, в которых были опубликованы статьи о «внезапных и случайных» возгараниях антиквариатных ларьков, музыкальных магазинов и многочисленных кафе. Мистер Вонг побледнел, а юноша, между тем, продолжал. — И мне напомнить, как тебе повезло, что в этом районе дань собираю именно я? Напомни, сколько раз я проводил с тобой «дисциплинарные беседы»? Вот именно, ни разу. Вонг, просто сдай эту десятку и живи спокойно, «Агни Кай» ведь будет зол, если ты покажешь зубы, — молодой мужчина замолчал, отвел взгляд, а после усмехнулся. — К тому же, ты ведь не в самом деле думаешь, что полиция тебе поможет? Если бы она не была куплена, Триады давно бы сидели в тюрьме… Трактирщик замер на мгновение, обдумывая его слова и поражаясь тому, как сильно людям плевать на закон, потом засунул руку в карман и выкинул на стол горстку измятых от злости купюр. — Пошел вон, Року… Парень просто взял красноватые банкноты и, развернувшись на пятках, потопал на выход. Один худощавый мужчина с пятнами мазута на руках, что уже принял на грудью и изрядно покраснел от градуса, наклонился к бармену и шепотом спросил, словно остальным посетителям было до них дело. — Э, а это что был за пацан? Мистер Вонг сжал оскалился, сжав кулаки. — Выродок «Агни Кай». Сынок того Икари. Року был тем человеком, чей жизненный путь предрешила судьба. Будучи рожденным от бандита, а с недавнего времени главаря местной мафии, он лишился всякого шанса на собственное мнение и с малых лет понимал, чем промышляет его отец и чем вскоре предстоит заняться непосредственно ему. Разумеется, в воспитании своего сына Икари не принимал никакого участия, ссылаясь на тяжелый промысел, после которого постоянно возвращался домой изрядно уставшим… а еще пьяным и провонявшим женскими духами. Поэтому место в сердце маленького Року заняли всего два человека: его мать и дедушка. Мама Року была тихой и женственной дамой, успевшей обзавестись маленькими морщинками на переносице и краях век. После беременности она не потеряла своей фигуры и могла похвастаться тем, что к тридцати выглядела достаточно молодо. Фума происходила из Северного племени Воды, правда корни ее были далекими и магией она не владела, чем и притянула к себе внимание Икари — маг огня, большой патриот своей нации, не мог и в мыслях представить, что его сын окажется магом иного народа с темной кожей водного племени. Именно Фума, воспитывая Року как и всех нормальных детей, не позволила ребенку преступника забыть о человечности и… справедливости, поскольку к слову «доброта» даже эта мягкая женщина относилась скептически. Дедушка же, напротив, взращивал в своем внуке, последней надежде на достойное потомство, мужество и философию, доставшеюся уже ему от прославленного деда — некогда члена Белого Лотоса Джонг-Джонга. Дедушка Року жил во времена тотальной перестройки и был в первую очередь занят служению человечеству, воодушевленный подвигами как аватара, так и принца Зуко, ставшего для Куро настоящим кумиром. Именно потому что Куро в свое время не уделял достаточного внимания единственному сыну, Икари связался с компанией таких же «брошенных» детей и, что называется, отбился от рук. Когда Куро заметил свою ошибку, то попытался наладить отношения с наследником, но тот затаил злобу на отца и всячески избегал контакта. До того момента, пока не потребовалась нянька уже для его сына. Куро понимал, что тревожное детство внука целиком его вина и, воспитывая Року, пытался передать ему знания, что когда-то не успел и не смог дать сыну. В частности, Куро поделился философией огня. Противоречивое и запутанное учение, имеющее кучу ответвлений, на удивление легко далось послушному и тихому ребенку. Слова, некогда принадлежащие легендарному Айро, были переданы Року через уста его деда и мальчик… вдохновился ими. Поверил всем сердцем, что тот слабый огонек, что он мог создавать к девяти годам, это продолжение его тела и души, собравший в себя его чувства и волю. Годы шли, мастерство Року росло, росло и родство с его стихией и Великим народом. Вскоре, подобно деду, мальчик начал мечтать о том, чтобы разделить приключения команды аватара, остановившей вековую войну. И — что сейчас сам Року вспоминает с ироничной усмешкой — он по-настоящему жаждал однажды встретить легендарного Зуко, с чьим жизненным путем он частенько сравнивал свою напряженную жизнь. Однако, когда мальчику исполнилось четырнадцать, Куро скончался в собственной постели, и Року остался последним из своего рода, кто нёс в душе горячую любовь к далёкой родине, мудрому царю и великой, непобедимой стихии. Остальным же не было до этого дела, и это подросток хорошо понимал, забыв на время о своих детских мечтах и философии, устаревшей и кажущейся многим современникам довольно смешной. Со смертью деда Року почувствовал, как часть его души погибла, а вместе с ней и часть его магии. Позже, через год, Року официально приняли в ряды «Агни Кай». После небольшой проверки, в ходе которой пятнадцатилетнему юноше пришлось отправить на больничную койку зрелого мага Огня, Року вручили комплект одежды характерной расцветки и ритуальную накидку на плечи, которая, по правилам «клуба», необходима в случае настоящего Агни Кай — дуэли магов Огня, в честь которого была названа Триада. По-началу ребенка не допускали даже до мало-мальски важных дел, решив оставить его в одном из баров под видом «охраны», поэтому сам Року решил, что быть мелкой шестеркой не так уж и плохо. Но его мнение в корне перевернулось с момента смерти матери. На женщину напали члены недавно сформированной Триады «Ползучие кристаллы». Наглецы, надеющиеся выманить разгневанного Икари на свою территорию и прихлопнуть верхушку «Агни Кай», получили чего хотели. Икари, пусть и не питавший к Фуме особых чувств, не мог не ответить на такое оскорбление, а потому вместе с доверенными людьми и разъяренным сыном, что больше походил на дикого зверя, выпустившего наружу всю ту тоску и энергию, сдерживаемую с детства. От «Ползучих кристаллов» остались лишь кучка шестерок, которые даже не владели магией, и щедрая горсть теплого праха. И большинство бандитов превратил в пепел именно Року. После той стычки, в которой он сумел выпустить пар, подростку стало стыдно перед умершим дедом, который меньше всего желал, чтобы горячо любимый внук пошел по стопам отца. Но Року утешал себя единственной мыслью, что те люди заслужили подобной судьбы, что его мать должна была быть отомщенной. Это было справедливо, а потому — верно. Так что стыд покинул парня. Но людей Року с тех пор не убивал, даже по вполне себе веским причинам. К тому же, в жизни мага больше не нашлось людей, ради которых он мог потерять голову от гнева, как в том случае с «Ползучими кристаллами»… …Мужчина шел по пустынной улице, засунув руки в карманы скромного пальто. Ноги вели его к последней точке, прямо в порт, наиболее прибыльное место для «Агни Кай», но вместе с тем и наиболее опасное — порт имел огромное значение для города, а потому, если вдруг испугать директора, можно было заиметь реальные проблемы с полицией. Поэтому Икари и выбрал своего сына в качестве смотрителя за пристанью — среди пирокинетиков он был наиболее рассудительным и языкастым. Наладить отношения с директором порта было не сложно. Всего-то было нужно подстроить ситуацию, в которой «Агни Кай» выступали не в качестве обычных вымогателей, но реальной охраной, надежной и сильной. Року хорошо помнит, как нанимал шестерок из «Красных Муссонов», которых, согласно сценарию, должен был отбить от порта. А дальше благодарный директор согласился на вполне себе достойную плату, которая даже не граничила с воображаемой отметкой «грабеж». Да, Икари вначале бухтел насчет того, что можно было бы сдоить с порта чуть больше, но, подумав, согласился с политикой сына и остался доволен тем, что эта точка осталась за «Агни Кай». Подходя к заветной бухгалтерии, Року незаметно напрягся, почуяв на затылке пристальные взгляды сразу нескольких человек. Те, словно коты на охоте, плавно перебегали из тени в тень, сохраняя определенную дистанцию, на которой засечь их магию было бы невозможно. Року был готов дать отпор любым магам, что живут в Республике, но всё равно надеялся на то, что следящие за ним люди не владели магией воды, которая мало того, что становилась сильнее с наступлением ночи, так еще и наделяла своего владельца чудовищным потенциалом вблизи водоема, рядом с которым Року и находился. Самые страшные опасения мага Огня сбылись, и уже через пару секунд мужчине пришлось уворачиваться от струи воды под мощным давлением, что било ему прямо в голову. Уже долгое время — целую неделю — помимо пьяных потасовок, Року не доводилось вступать в серьезные бои, поэтому даже осознавая свое мастерство, он переживал, что его тело может попросту подвести хозяина. Но даже плохая форма не означала, что ему можно убегать. Покажет спину, даст деру и запятнает репутацию клана. И потом придется отстаивать уже свою честь в Агни Кай с боссом… Первый маг, одетый в облегающий костюм из темных тонов, с маской на лице, сжал в руках пару водных хлестов и уже вовсю применял их на деле, отгоняя своего врага, достаточно опасного на ближних дистанциях, к причалу, который означал для Року лишь одно — смерть. Мужчина, давно скинув с себя стесняющее пальто, уворачивался от хлыстов с завидной грацией и плавностью, достойной лучших представителей водного племени. Это так сказались тренировки по обретению способности к созданию и перенаправлению молний. Опять же наследие деда. Тем временем напарники водяного присматривались к своей жертве, поджидая момента, когда их атака наверняка выведет из строя смотрителя «Агни Кай». А тот не спешил подставляться, уже заметил пару силуэтов по разные стороны улицы. Року лишь избегал ударов хлыста, надеясь, что противник у него окажется лишь посредственностью со слабой выносливостью и начнет совершать ошибки в достаточно четких движениях. Но, как бы Року этого не хотел, но понемногу отходил к морю, допуская страшную ошибку. И в этот момент сынишки Икари рвался на две части, думая, как именно обыграть сегодняшнюю встречу: агрессивно ответить, как и подобает члену «Агни Кай» или же попробовать избежать жестокости, продолжая выигрывать время? Вот только время и численный перевес играли против Року. Тот быстро осознал сложившуюся ситуацию и, еще раз отскочив в сторону, избегая хлыста, резко поднял вверх вытянутую ногу, «выстреливая» из пяты струей плотного и горячего пламени. У мага воды могут остаться неприятные и болезненные ожоги на лице, шее и груди, если он вовремя не обратиться за помощью, но всё могло оказаться горазло хуже. А так нерадивый преступник лишь скорчился, упав на мощеную улицу. В этот момент, удовлетворенные собранной информацией, оставшиеся «наемники» покинули тени и совместными действиями начали притеснять Року. Их было трое. Маги Огня, Земли и Воды. И все они более чем хорошо владели своими типами магии, успешно комбинируя их между собой, порою прибегая к далеко нечестным трюкам: смешивали камни с водой, выкапывали ямы под ногами и поднимали завесы дыма или пара. Но кто их уличной шпаны знаком с честью? Больше всего неприятностей доставлял именно маг Земли. Было достаточно пропустить хоть один удар от такого врага и считай, что с жизнью ты расстался. Сотрясение или перелом быстро сменят перевес в сторону противника. К тому же, этот любитель камней хорошо знал свою стихию. Уже через минуту пустынную улицу разворотило на части от выросших посреди нее блоков, «щитов» и сталагмитов, покрытых копотью и водой. Запыхавшийся Року успел позабыть о расположенном сзади океане, с трудом уворачиваясь от слаженных атак этой чудовищной тройки. Одно было хорошо — использовав неопытностью вражеского мага Огня, Року обратил его же пламя против него и тот больше не отвлекал члена «Агни Кай» своими жалкими попытками переплюнуть его Огонь. Но маг Земли по прежнему оставался чудовищно быстром врагом, с которым было невозможно справиться из-за прикрывающего его «водяного». Но Року хорошо знал, что может помочь ему с таким врагом. Для создания молнии была необходима искра, получаемая при столкновении Инь и Янь, отрицательной и положительной энергии, на которые опытный маг Огня разбивает свою Ци. Сложный процесс осложнялся мучительно быстрым темпом боя, поэтому создание электрического разряда в пылу сражения могло оказаться фатальной ошибкой не только из-за высокого шанса пропустить чей-то удар, но и риска не совладать с собственной энергией и «подорваться» сделав всю работу за врагов. Возможно, что именно поэтому молнию и назвали «хладнокровным огнем» — невозможно было добиться хоть какого-то результата постоянно отвлекаясь на окружающую среду. Року свел ладони вместе, помогая самому себе сконцентрироваться, создал заветную «искру» и направил ее по руке в сторону мага Воды. Сорвавшаяся с кончиков пальцев молния не попала по мужчине, но задела воду. Результат был тем же, хоть действие электричества и ослабло. Но, устранив одного противника; Року подставился сам, успевая лишь защитить голову левой рукой, спасаясь от быстрой смерти. Тяжелая глыба явно поломала мужчине руку и откинула его на несколько метров назад. Року с недоумением почувствовал помимо боли и слабенькое веселье от шальной мысли, что давненько его никто так не откидывал. И слабым, к тому же, Року себя не чувствовал достаточно долго. Воевать с одной рукой было трудно. Воевать с одной рукой, когда вторая безвольно мотается на весу, сковывает движения и, буквально парализует от боли, еще сложнее. Но в боях «один на один» Року никогда не проигрывал и мог поклясться, что победит и этого мага Земли, каким бы резким он ни был. Да и выдохся он, наверное, столько над камнями колдовать. Пара легких фаерболов сорвались с ладони мастера, сам он будто танцевал, едва касаясь земли полными стопами. С ног так же летели пламенные приветы, неожиданные и горячие, заставляющие неизвестного мага Земли сбивать концентрацию и отрываться от своих приемов. Чувствуя, как его противник опешил от резких перемен, Року стал наступать. Медленно, плавно, как завещал дед, выжидая момент для внезапного контрудара. Вечернюю улицу помимо фонарей освещали вспышки пламенных шаров, кнутов, потоков и колес. Року не мог использовать и половины своих любимых приемов, будучи сбитым с толку ужасной болью и лишенный одной руки. Но и оставшихся, наиболее простых навыков хватало для того, чтобы прижать врага к стене. Но как только спина мага Земли соприкоснулась с каменной ровной поверхностью… тот сбежал, буквально провалившись сквозь кирпичную кладку. Не успел Року выдохнуть, как тут же был оглушен ударом водяного хлыста по виску. Резкая тупая боль и шум в ушах проводили его в беспамятство. Очнулся маг Огня уже в незнакомой комнате, в теплой постели и с перебинтованным телом…