Магловские игры. Сопротивление.

Ситуация в моей жизни складывается настолько абсурдная, что даже смешно. Мир вокруг захвачен тираном, повсюду смерть и разбой. Я потерял доверие Темного Лорда, и жизнь моя висит на волоске. Сижу под землёй, дрожу от страха, но при этом у меня молодой любовник и беременная девушка. Оба мне годятся в дети. Нервный смешок, вырывается из груди. На меня оборачивается доктор Селвин, который уже осмотрел Леану и подтвердил факт моего отцовства. На лице его написаны смешанные чувства, не поддающиеся классификации. Он несколько раз порывается мне что-то сказать и всякий раз нерешительно выдыхает. Когда я отошел от шока, еще раз обследовал Леану. Заклинание показало точный срок по дням, сомнений в том, что это мой ребенок не осталось. В голове проносится пугающая вереница колясок, кроваток, пеленок и румяных карапузов в чепчиках. Я никак не могу в это поверить! Всегда я осознавал себя, как человека одинокого, каким образом в мою жизнь будет вписываться младенец? Очень хочется выпить, но мне нельзя. Голова должна быть ясная. Если бы я не пребывал в таком трансе, я бы позабавился над реакцией Поттера. Они с Леаной лежали на соседних койках. Девушка вела себя спокойно, мотала бинты, раскладывала травы на сушку и, казалось, не обращала никакого внимания на Гарри. Поттер же весь извелся, несколько раз порывался ей помогать, завязать разговор, но она упрямо отмалчивалась. В конце концов он бросил попытки и угрюмо делал вид, будто читает книгу. Я старался не попадаться ему на глаза. Вызвался помогать расчищать проход к Фурии, это сейчас было важнее всего. Но, если не кривить душой, конечно, я сбежал. Объясняться с ними не было ни желания, ни готовности, а у Гарри на языке, догадываюсь, вертелось сотни две вопросов. — Захватывай! Держишь? Теперь опускай очень осторожно! Тедди Люпин, паря в воздухе на высоте четырех метров, медленно левитирует здоровый кусок сплавленного камня. Внизу его страхует Долгопупс. Минерва Макгонагалл топчется рядом. Другие волшебники тоже здесь. Кто помогает с бытовыми трудностями магглам, кто — рабочим с расчисткой проходов. Волшебство у юных помощников искрится в руках, в пальцах совсем по-иному, нежели при тех же заклинаниях, выдаваемых через волшебную палочку. На моих глазах стремительно развивается абсолютно новый вид магии, не похожий ни на что. Четырнадцатилетняя девочка безо всякого труда преобразовывала материю так, чтобы булыжники, подпирающие потолок в проходе номер шесть, уменьшались до размеров пылинки. Потом их просто сметали в угол. Даже Минерва была впечатлена. — Профессор Снейп, — оборачиваюсь. Ко мне подходит Невилл Долгопупс. Он давно небрит, выглядит измотанным, одежда пыльная, в бетонной крошке. — Вы должны взглянуть на рунические заклинания Драко. Они запечатали коридор, ведущий к Фурии. Мне не удается их снять. Может быть, вы сможете. Без лишних слов иду разбираться, что там такого наворотил Малфой. При первом же взгляде понимаю, что мальчишка, при всей своей силе и смекалке — полный ноль в рунической магии. И кто только просил его ставить столько конфликтных рун в одно место! — Одна руна блокирует другую, — произношу я со вздохом. Здесь работы не на один день, — нужно понять, где начинается эта цепочка. Видимо, некоторые заклинания дали сбой, когда Драко схватили, а некоторые остались целыми. Из-за этого и произошел обвал, а потом и конфликт магии внутри волшебных знаков… тут укрепляющие типа «репаро», заклятия ножниц, несколько «протего»…Нужно разбираться. Долгопупс кивает, потом потирает потный лоб. Рука с опущенной палочкой слегка подрагивает от перенапряжения. — Сходите в госпиталь, попросите укрепляющего зелья, — произношу я отрывисто, потом отворачиваюсь к сложной вязи магических рун. — Зелья нужно экономить. У нас почти нет ингредиентов. — Не на вас, Долгопупс, — резко возражаю я, — нужно расставлять приоритеты правильно. Вы, как наиболее ценный человек в Сопротивлении, сейчас нуждаетесь в зельях. Разговор окончен. — Я не ценнее любого другого здесь, — упрямо заявляет мальчишка. Усталость, напряжение, события последних сумасшедших дней внезапно выливаются в такое раздражение внутри меня, что я чувствую, как жгучая волна гнева сметает на своем пути все разумные мысли и поступки. Я разворачиваюсь к Невиллу и шиплю едва слышно, так что позавидовали бы все, говорящие на парселтанге: — Вы мне будете рассказывать о всеобщем равенстве и единстве, Долгопупс? Оставьте эти речи Поттеру. — Довольно грубо разворачиваю его за плечи лицом к гудящему Перекрестку. — Посмотрите на них, где бы они все были, если бы не Малфой и вы со своей магией. Это место создано магией. Пища, вода, медикаменты — все добывается с помощью магии. Мы спасли этих людей, они живы благодаря нашей магии. Не надо нас с ними ровнять, нужно смотреть на вещи трезво. Секунду Долгопупс просто смотрит мне в лицо, потом мягко высвобождается из захвата и отходит на шаг. Он меряет меня взглядом, а потом просто уходит. Я не спал двое суток, мне нужно отдохнуть. Какое-то гадкое ощущение на душе постоянно гложет меня. Разворачиваюсь, с силой провожу ладонями по лицу и погружаюсь в распутывание рун, которые без ума нагородил Малфой. Странно, но монотонная работа отвлекает от всяких ненужных мыслей и даже позволяет расслабиться. Через три с половиной часа, когда Перекресток собрался у очага на обед, Дирк зовет меня на совещание совета Сопротивления. Те, кто остался жив из ближнего круга Гарри Поттера собрались за импровизированным столом. Посреди единственной оставшейся в целости комнаты жилого отсека на куче камней водрузили широкую доску. На ней разложены карты Лондона и метрополитена. Гарри и Оливер тихо переговариваются, водя пальцами по разноцветным веткам и серым линиям улиц. Рядом сидит Элизабет и тщательно изучает документы с таблицами и расчетами. Ей помогают Отис и Марк. Трубка Марка искусана, Отис совсем поседел. — Северус, садитесь рядом, — зовет доктор Селвин, — ваша девочка чувствует себя лучше. Я дал ей лекарство от тошноты, и теперь… — Я уверен, что ваше лекарство ей обязательно поможет, спасибо, Селвин. Доктор смущённо умолкает, а я ловлю мимолётный взгляд Гарри, который поднимает на меня глаза всего секунду. Вздыхаю. Кажется, разборки не миновать… — Итак, самый главный враг для нас — время, — произносит Поттер, выпрямляясь. Его черные с проседью волосы рассыпаются по плечам и ловят красные блики от аварийных огней, — до рождения наследника Волан-де-Морта остается в лучшем случае неделя. Он может родиться в любой момент, и мы не допустим осуществления его безумного плана. Бессмертие и могущество Темного Лорда осложнит ситуацию настолько, что надежды на благополучный исход будут ничтожно малы. — Мистер Поттер, — осторожно вклинивается Марк, — Фурия почти расчищена (он косится на меня, и кивком я подтверждаю его слова). Согласно нашим расчетам, ядерный удар будет такой силы, что уничтожит всю живое в радиусе двухсот метров от точки взрыва. Никакое существо, будь оно трижды бессмертным, не выживет в таких условиях. Гарри бледно улыбается. — Я надеюсь на это, мистер Оруэлл, но вы не можете себе представить силу и могущество этого волшебника. Магию нельзя недооценивать. — Если эвакуацию удастся провести за несколько последующих дней, то мы сможем осуществить нападение на резиденцию уже к концу недели. — Говорит Элизабет. — Эвакуировать людей некуда, — перебивает Джордж. Парень стоит в темном углу, за спиной своего отца, и вид у него неважный. Последний оставшийся в живых сын семьи Уизли, надежды на то, что Рональд ещё дышит, почти нет. — Как Молли? — неожиданно спрашивает Поттер. Артур морщит лицо в подобии улыбки. — Она не встала сегодня утром. Совсем нет сил. Но ничего, мы держимся, спасибо, Гарри. Он кивает будто бы самому себе, а Джордж ободряюще сжимает плечо отца. — Нужно эвакуровать людей из эпицентра взрыва и в радиусе пяти километров вокруг Букингемского дворца. Это десять кварталов во все стороны. Там живут десятки семей. А проходы метро, в которые мы планировали спустить людей — завалены. — Не все, — возражает Элизабет. — Завалены спуски здесь, здесь… Она показывает на карте метрополитена половину подземных лестниц, и с каждым её словом я чувствую, как тает надежда у всех присутствующих. — Эти проходы были убраны мистером Малфоем, и логично было бы предположить, что разрушены так же, как наши. Но остаются еще те спуски, которые были расчищены вручную. Их достаточно много. По ним люди могут попасть к нам и укрыться от взрыва. Все они расположены в непосредственной близости от резиденции Темного Лорда. Надежда есть. — Нужно попробовать. У нас нет выбора, — коротко произносит Гарри, — мистер Отис, вами давно подготовлены газовые вещества, которые смогут стать носителями заклинаний сообщения. — Все готово, Гарри. — Невилл, заклинания? — Сделаны. У людей будет ровно десять минут, чтобы добежать до укрытия. — Отлично. — Можно сделать это в день рождения наследника. Все поворачиваются ко мне. — Волан-де-Морт созовет всех на ритуал обретения бессмертия, — я откидываю волосы с лица и выпрямляюсь под взглядами, — он не упустит такую возможность продемонстрировать свою мощь и магическое мастерство. На ритуал соберутся все Пожиратели. Мы можем сделать вылазку, запечатать двери и окна резиденции, поставить антитрансгрессионый барьер. Устроим им ловушку и уничтожим одним ударом. За десять минут Волан-де-Морт трансгрессирует куда угодно, и мы потратим бомбу впустую. Даже если укрыть резиденцию звуконепроницаемым барьером, все равно есть риск, что Темному Лорду донесут о ситуации. Я могу пробраться в резиденцию и поставить такие заклинания. Это не займет много времени. Заодно, я выясню, в какой день будет осуществлен ритуал. Гарри смотрит на меня с другого конца импровизированного стола тяжелым взглядом. В комнате повисает гнетущая тишина. Потом Поттер медленно выпрямляется. — Ты не пойдешь туда, Северус. Если раньше я мог бы представить себе, что о наших отношениях неизвестно никому, то сейчас я окончательно убеждаюсь, что моё освобождение от Черной Метки слышал весь Перекресток. Окружающие и раньше старались обходить щекотливую тему взаимной симпатии между мной и Гарри в общении. Вот и сейчас маглы и волшебники опускают глаза, и в воздухе повисает скользкое тактичное молчание. — Ты понимаешь сам, что я — единственный человек здесь, способный пробраться в резиденцию незаметно. — Резко отвечаю я, — посылать туда Долгопупса нельзя хотя бы потому, что на его магии здесь все держится. Еще одного обвала Сопротивление не выдержит. Свои заклинания я сниму. Риск будет минимален. — А если вас схватят? — спрашивает Оливер, — давайте хотя бы организуем вам прикрытие в несколько человек. — Нет, — отрезаю, — один я смогу трансгрессировать в любое время. Вы будете меня задерживать. — Ты не пойдешь, Северус. Поттер произносит это так громко и властно, что некоторые даже вздрагивают. Внутри меня поднимается жгучий гнев. — Правда? — едко осведомляюсь, — и по какой же причине вы не позволяете единственному человеку, который может все это осуществить, отправиться к резиденции? Объясните нам всем, мистер Поттер. Я понимаю, что сделал ошибку, сорвавшись. Понимаю моментально, потому что Поттер прищуривается упрямо и уже открывает рот. Но в этот момент в Перекрестке что-то с силой хлопает, а потом слышится истошный крик и ругань. — Что за… Когда мы пробираемся через толпу любопытных, перед нами открывается вид на разрушенный очаг. В потухших углях валяется и корчится чье-то тело, а рядом уже поднимается на ноги грязный, смердящий болотом Рон Уизли. — Рон! Своего брата кидается обнимать Джордж, и Уизли младший от души возвращает объятие. — Что это значит? Где ты был? — в замешательстве спрашивает Гарри. Я подхожу к замотанному в собственную мантию человеку и узнаю в нем Эйвери. — В течении двух дней я выслеживал кого-нибудь из пожирателей Волан-де-Морта, — говорит Рон, слегка запыхавшись, — пока мне не попался этот. Было непросто его заполучить и не прикончить по дороге. Гарри оглядывает окровавленное тело с грязным кляпом во рту. Мне с помощью Оливера и Дирка удается поставить Эйвери на ноги. Пожирателя качает из стороны в сторону, приходится его поддерживать. — Что с ним? — Потеря крови. Пришлось подстрелить его. Он пустил аваду в дюйме от моей головы. — презрительно отвечает Уизли. — Теперь мы можем узнать все, что угодно. Он нам все расскажет. — Мистер Уизли, вам не пришло в голову, не притаскивать приближенного к Темному Лорду Пожирателя прямо сюда? — выплевываю я. — А что делали вы все это время, Снейп? — кривляется Уизли, — трахались и лобзались по углам? Клянусь, я убил бы мальчишку, если б не Поттер, который моментально оказывается между нами. — Хватит. Прекратите вы оба. Не хватает нам еще внутренних распрей! Уизли насмешливо хмыкает, глядя на мою чистую от Черной Метки руку. Я сейчас же одёргиваю рукав. Поттер подходит к Эйвери и заглядывает ему в глаза. Взгляд Пожирателя расфокусирован, он почти висит на моих руках, но все же узнает, кто перед ним. — Ты расскажешь нам все, что знаешь о Темном Лорде. — Произносит Гарри четко, — его планы, точное местонахождение, все, о чем мы тебя спросим. Расскажешь сам, или мы вырвем все твои признания силой. Эйвери кривит рот в усмешке, обнажая кровавые зубы. Что с ним сделал Уизли, что он в таком состоянии? — Да у тебя кишка тонка, щенок! В следующее мгновение Эйвери смачно плюёт Гарри прямо в лицо кровью, а потом безумно хохочет. По Перекрестку катится волна потрясенных вздохов. Я оттаскиваю Эйвери подальше от Поттера, но он продолжает орать во всю глотку. — Вы все подохнете здесь, твари! Слышите, подохнете вместе с мальчишкой Поттером. Только Темный Лорд, наш Господин, властен над миром. Вы все предатели и отступники, вы будете казнены! — Силенцио. Эйвери обращает свой взгляд на меня, и начинает беззвучно смеяться. — Уберите его отсюда. — Негромко командует Гарри, утирая лицо, — посадите в комнату совещаний — это единственное изолированное место. Северус, запечатай комнату всеми необходимыми заклинаниями. Чуть позже я навещу его.  — Гарри, ты не должен быть с ним наедине, — тут же возражает Уизли, — этот человек способен тебя убить и без палочки. Поттер провожает взглядом Оливера и Дирка, которые волочат корчащегося Эйвери в комнату. Через пару мгновений он говорит: — Я никому из вас не позволю быть палачами. За все ответственен я, значит и информацию добывать мне. — Очень глупо, Поттер, — резко отвечаю я. Уизли в кои то веки со мной солидарен, порывается что-то сказать, но Гарри его более не слушает. — Отдохни, Рон. А после ты ответишь мне, почему покинул самовольно Сопротивление. Более Поттер не обращает внимания ни на кого. Он уверенным шагом скрывается в госпитале. Ближний круг постепенно расходится. Я краем глаза вижу Молли, которая приподнимается на подушке и плачет на плече у младшего сына. Ну, хоть Уизли жив, какая-никакая хорошая новость.

***

На комнату, в которой заперли Эйвери, я опускаю звукоизоляционные чары. Купол так же антитрансгрессионный, хоть палочка Пожирателя и сломалась в схватке с Уизли. Рон прострелил Эйвери колено и разукрасил лицо так, что его не узнать. Через час оно опухло, глаза заплыли, вид у одного из самых лучших ищеек Волан-де-Морта стал отталкивающим и жалким. Гарри вошел к нему в комнату полчаса назад. Я и некоторые из ближнего круга шатались по Перекрестку в нервном ожидании. В конце концов, я не выдерживаю, направляюсь в сторону комнаты и решительно дергаю дверь. Защитный купол пропускает меня без препятствий. Не знаю, что Поттер делал все это время. Эйвери сидит в том же углу, где его посадили, и упрямо молчит. — Удалось что-то выведать? Поттер отрицательно качает головой и произносит спокойно, размерено: — Вы находитесь в безвыходном положении. Вы никогда не вернетесь к своему господину, и участь ваша незавидна. Но вы можете сделать своё существование сносным. Ответьте на наши вопросы, и мы гарантируем вашу безопасность. Эйвери хрипло смеется и тут же морщится, наверное, Уизли ему еще и ребра сломал. — Тебе еще раз плюнуть в лицо, Поттер? Чтобы ты окончательно понял: ты от меня ничего не узнаешь. Это ваша участь незавидна, а не моя. Жизнь моя ничего не стоит перед величием Повелителя! — Что нам сделает человек, не подозревающий даже о нашем местонахождении? — спрашивает Поттер. Вслед за мной в комнату входят Джордж и Рон Уизли. За ними медленно подтягиваются Оливер, Элизабет и Невилл. — Вы умрете. Повелитель могущественен настолько, что вы не можете себе даже представить. — Запальчиво говорит Эйвери, — куда вам с вашей кучкой магглов! Какой толк ты в них нашел, Поттер? Они же хуже грязи. — В чем твой Повелитель могущественнее? — презрительно спрашивает Гарри, складывая руки на груди, — он за целых шесть лет не только нас не нашел, но еще и позволил создать целый мир у себя под носом. Отсюда до Резиденции рукой подать. — Да пошел ты, Поттер! — рычит Эйвери, — ты со своими жалкими прихвостнями и ногтя Повелителя не стоишь! Он сотрет вас в порошок! — Уверен? Что именно позволит ему это сделать? Чем тише говорит Гарри, там громче орет Эйвери. — Тебя поддерживают маглы, а ты знаешь, что те же маглы поддерживают и Повелителя? И то, что известно вам, известно теперь и нам. Поттер замолкает и наклоняет голову к плечу. Я улыбаюсь слегка заметно, надо же! Тут и Круцио не понадобится, этот придурок в гневном запале выложит все сам. — И что вам известно? — Ты думаешь, я не догадался, чего ты добиваешься? — ощеривается Эйвери, — больше слова от меня не услышишь. Гарри раздумывает секунду, потом разворачивается ко мне. — Профессор Снейп, несите веритасерум из госпиталя, чтобы наш гость не замолкал до рассвета. Лицо Эйвери вытягивается. Он не ожидал, что я наварю целый котел сыворотки правды. Пузырек с прозрачной жидкостью Гарри берет у меня осторожно, за самый краешек. Я обездвиживаю брыкающегося и орущего Эйвери и разжимаю ему челюсти. Поттер выливает зелье в рот. — Пей. И рассказывай. Первую порцию Эйвери просто выплёвывает, после чего получает удар от Поттера под дых. Влив вторую, я «замораживаю» его челюсти и зажимаю нос, чтобы он проглотил зелье наверняка. Все наблюдают эту картину с мрачным видом. Элизабет выходит из комнаты. — Когда Волан-де-Морт планирует ближайшее мероприятие в своей резиденции? — Ты не смеешь называть его по имени! — орет в ответ Эйвери, но глаза его теряют ясность. Зелье заставляет говорить только правду, — в ближайшую субботу Повелитель собирает у себя представителей других государств. — Цель собрания? — Повелитель хочет добиться абсолютной власти от влиятельных волшебников иностранных государств. — Сколько людей его поддерживает? — Девять. — С собранием связано какое-то событие? — Да. У Повелителя родился наследник. Я чувствую, как позади меня вздрагивают Оливер и Дирк. Все, у нас больше нет времени ни на эвакуацию, ни на приготовления. — Когда ребенок появился на свет? — Вчера вечером. Гарри никак не выказывает своей реакции, но руки его сжаты в кулаки добела. — Нам известно, что Волан-де-Морт планирует некий ритуал. Что ты знаешь об этом? — Ни о каких ритуалах мне неизвестно. — Северус, еще флакон. Я подчиняюсь. Порции веритасерума, выпитого Эйвери в первый раз хватило бы на час правдивой беседы, но Гарри справедливо опасается, что к сыворотке у Пожирателей мог быть выработан иммунитет. Обычно вторая порция решает эту проблему. — Что ты знаешь о ритуале, который хочет провести Волан-де-Морт? — повторяет Гарри. Эйвери смотрит в одну точку. — Мне ничего не известно. — Монотонно повторяет он. Поттер секунду молчит. — Известно ли Волан-де-Морту о местонахождении Сопротивления? — Да. Теперь вздрагиваю я сам. Позади меня Рон Уизли испускает потрясенный вздох. Гарри внимательно вглядывается в лицо Эйвери, но оно абсолютно бесстрастно. Из-за сыворотки, он уже ничего не соображает. — Откуда Волан-де-Морт узнал о том, где мы находимся? — Ему передал всю информацию о вас Северус Снейп. Я чувствую, как холодеют кончики пальцев. Вошедший только что Артур Уизли застывает на полушаге. Спиной я чувствую прожигающие взгляды моих соратников, людей, которые еще верят мне. Подхожу к Гарри, который смотрит только на Эйвери. — Что ты несешь? Когда я передавал какую-либо информацию Темному Лорду? — Каждый раз, как Северус Снейп был в резиденции, он передавал различную информацию Повелителю, — монотонно продолжает вещать Пожиратель, — Повелитель вызывал его раз в неделю, и Северус Снейп являлся с новой порцией информации. — Ты лично видел и слышал его? — спрашиваю ровным тоном. — Нет. — Тогда откуда ты это знаешь? — Повелитель рассказывал нам всё, что получал от Северуса Снейпа. Поттер смотрит в пол. Тишина висит в комнате такая, что даже вечного гула Перекрестка не слышно. — Это ничего не доказывает, — говорит вдруг Долгопупс негромко. Я даже не заметил, когда он успел войти. — Волан-де-Морт мог и наврать своим Пожирателям об этом. — Зачем ему врать? — спрашивает Уизли-младший — Снейп — предатель, Волан-де-Морту это известно. Зачем ему обелять имя Снейпа?  — Если только это все не было подстроено… Мои мысли несутся вскачь. Застывшее лицо Гарри, который даже не моргает, может подождать. Перед мысленным взором внезапно встает воспоминание о Черной Метке на стене комнаты Памяти. — Кто еще получил задание, связанное с Сопротивлением? — Девушка-рабыня. Снейп выбрал её себе в любовницы. Ей было наказано следить за Снейпом. Стараюсь держать себя в руках, но голос мне изменяет. Не могу сказать ни слова. Справа от меня Гарри поднимает взгляд на Эйвери. — Откуда ты знаешь про неё? — Она служила мне в резиденции. — Как она связывалась с вами? — Связи не было. Она получила задание. — Какое? — Мне неизвестно. — Приведите Леану. На меня Поттер не смотрит. Я обретаю дар речи только после резкого высказывания Уизли: — Обоим пулю в лоб. Пусть отправятся к праотцам! — Гарри, я могу все это объяснить. Под сывороткой правды человек говорит то, что считает правдой. Даже если она не является таковой. Это все наверняка подстроено. Поттер поднимает на меня взгляд и коротко кивает. Я не успеваю понять, поверил он мне или нет. Второй раз подает голос Долгопупс: — Кроме того, Гарри, за все это время мною зарегистрировано только два случая трансгрессии с территории Сопротивления. И оба раза нам известны. Профессор Снейп не мог трансгрессировать ни из одной точки нашей территории без моего ведома. Никогда не думал, что буду благодарен Долгопупсу. Входит испуганная Леана. Как только она видит Эйвери, вдруг со стоном падает на колени. Девушка принимается плакать и мычать, пытается отползти в угол комнаты. Я довольно грубо поднимаю её на ноги. — Сейчас же говори, какое задание ты получила от Волан-де-Морта! — от того, чтобы швырнуть мерзавку в стену меня спасает лишь ребенок в её животе, — тебе знаком этот знак? Я хватаю за руку несопротивляющегося Эйвери и задираю его рукав, открывая Черную Метку. — Знаком или нет, отвечай сейчас же! Сквозь рыдания, Леана слабо кивает. — Это ты нарисовала его на стене комнаты Памяти? Ты? ОТВЕЧАЙ! Еще один кивок, и я отшвыриваю её от себя с омерзением. Леана падает на руки Джорджа Уизли, который ставит её на ноги. Делаю резкий росчерк палочкой в воздухе, тут же появляются листок и шариковая ручка. — Пиши. Что за задание ты получила! Рассказывай все, как есть. Леана, всхлипывая, оседает на пол и, скрючившись, начинает писать. В комнате висит гробовая тишина, прерываемая стенаниями девушки. Проходит несколько томительных минут. Никто не пытается заглянуть ей за плечо, прочитать написанное. Никто на меня не смотрит. Моё сердце колотится так, будто вот-вот выскочит из груди. Я стараюсь сохранять спокойствие, но это удается мне лишь наполовину. — Написала? Дай сюда. — Северус, передай письмо мне, — немедленно просит Гарри. Я мешкаю мгновение прежде, чем отдать записку ему. Меня настигает плохое предчувствие. Поттер пробегает глазами Леанины торопливые, закапанные слезами каракули. Лицо его застывает и не выражает ничего. Через несколько секунд, он читает: — После того, как Господин выбрал меня для любовных утех, мой прежний Господин отвел меня к Повелителю. Повелитель сказал мне, что я должна постоянно следить за своим новым Господином, только так я смогу сохранить себе жизнь. Он обещал, что отпустит меня, если я принесу ценную информацию. Все это время у моего Господина было с собой устройство, которое могло перенести к воротам резиденции. Я несколько раз видела, как он исчезал прямо из спальни. Я боялась, что Господин убьет меня. Он рассказывал мне, что вскоре станет первым приближенным Высшим Повелителя, и что я останусь при нём, если буду хорошо себя вести. Он говорил, что вскоре Сопротивление падет, благодаря его службе Повелителю, и тогда Гарри Поттер умрет. Он говорил, что всех обхитрит. Я боялась его, и ни разу не передала никакую информацию Повелителю. Не убивайте меня и моего ребенка, прошу вас. — Ах ты, грязный ублюдок! — Лгунья! Это наглая ложь! Мы впервые с Роном Уизли оказались настолько слажены. Что еще говорит про меня неуравновешенный идиот, меня волнует мало. Я смотрю только на Гарри. — Обыщите девушку. — Гарри, взгляни на меня. — Я тщетно пытаюсь добиться его внимания. Поттер даже меня не слышит. Через пару мгновений Дирк передает ему портключ, о котором писала Леана. Невилл осматривает его, потом кладет себе в карман. — Использован. Количество раз сказать трудно, чуть позже я смогу сосчитать. — Снейпа заприте с Эйвери здесь. — Гарри, посмотри на меня, ПОСМОТРИ СЕЙЧАС ЖЕ! Я рьяным, размашистым движением выбираюсь из захвата Оливера и Дирка, которые успели схватить меня за плечи, и подлетаю к нему, пытаюсь поймать его взгляд. — Гарри, ты не прав, ты совершаешь ошибку. Ты должен верить мне. Поттер по-прежнему на меня не смотрит, меня оттаскивают от него, заламывают руки за спину. Палочку Уизли тут же вырывает из руки. — Что планирует сделать Волан-де-Морт? — спрашивает Поттер, обращаясь к Эйвери. — Он нападет на вас. Он убьет всех. — Когда? В ответ в Перекрестке слышится оглушительный хлопок, который ни с чем больше не спутаешь - хлопок коллективной трансгрессии. Следом звуки взрывов, крики и шум множества испуганных людей, спасающихся бегством — Сейчас, — отвечает Эйвери бесстрастно. Секунду все настолько поражены, что застывают без движения, а потом начинается хаос. Я вдруг понимаю, что меня больше никто не держит. Единственное, о чем я могу теперь думать — догнать Уизли, который выбежал из комнаты в Перекресток и унёс мою палочку. Поттер проносится мимо меня. Леана стенает в углу, но до неё никому нет никакого дела. Я хватаю девчонку за волосы и рывком поднимаю на ноги. — Ты пойдешь со мной. Выпускать её из виду сейчас нельзя. Она нагло наврала и опорочила меня перед людьми, которые мне верили, она же и объяснит свой поступок. Когда мы выбираемся в Перекресток, я понимаю, что все кончено. Очаг разбит, повсюду хаос и разрушение. Маглы мечутся кто-куда в страхе, а среди них Пожиратели в длинных черных плащах и с масками на лицах. Авады свистят повсюду, люди в панике бегут по телам мертвых и живых в укрытие, хотя, какое может быть укрытие? Мы в ловушке. Я подтягиваю к себе Леану, велю ей пригнуться, не отставать и ищу глазами Поттера. Его оказывается найти проще всего. Перед ним стоит Невилл с поднятой палочкой, укрывает его прочным протего. Они окружены, к ним со всех сторон подбираются Пожиратели, Долгопупс не продержится. Я рычу от безысходности и досады. Неужели нельзя было воспользоваться заварухой и незаметно пробраться к выходу из Сопротивления? Зачем было привлекать к себе внимание магией?! И от меня толку не больше, без палочки ничего сделать я не могу. Слева от меня кое-кто уже поливает Пожирателей автоматной очередью. Шум и неразбериха вокруг такая, что тронуться рассудком можно. Леана без конца кричит, не переставая, словно обезумела. Я стараюсь держаться в тени разрушенных балконов, взметнувшаяся пыль тоже неплохо скрывает очертания. Мне нужно подобраться к Уизли, но отыскать его не так просто. Может, он уже мертв и затоптан где-то здесь, на полу… — Остолбеней! — слаженно вскрикивают несколько голосов, и пять красных лучей врезаются в голубую пленку Протего. Долгопупс из последних сил удерживает заклинание, а сзади к ним подбирается ухмыляющийся Крэбб. Я отпускаю Леану и через весь зал бросаюсь Крэббу на спину. Под моим весом он валится на пол, а потом над нашими головами проносится вспышка Круцио. Крэбб падает крайне неудачно, я слышу, как под пальцами хрустят позвонки его шеи. Когда поднимаю голову, он не шевелится, а Долгопупс лежит, раскинув руки в стороны без движения. Я подползаю к нему. — Где Поттер? Невилл странно подергивается и кривится, через секунду я понимаю, почему. Вместе с Круцио в него метнули строительный мусор, который удалось захватить заклинанием. Из груди у него торчит острый обломок стекла, по одежде стремительно расползается кровавое пятно. — Если вы невиновны, спасите Гарри, — слова слышатся едва, и струйки крови стекают из уголков рта. В мою руку упирается предмет, я знаю, что это. Бросаю отчаянный взгляд на Невилла и вижу, что он уже далеко… Поднимаюсь на ноги, вижу Поттера, танцующего в вихрях собственной мантии, уворачивающегося от смертельных лучей. Почему он надел мантию именно сегодня? — возникает в голове горячечный вопрос.Он с удивительной гибкостью и ловкостью обходит лежащие тела, уклоняется от лучей заклинаний, и я на секунду верю, что его никто не сможет достать, никогда! Черные с серебром волосы взлетают вокруг лица, вся его фигура становится легкой, невесомой, мне даже кажется, что он вот-вот взлетит, как его крестник Тедди. Гарри прикрывают несколько человек. Они стреляют в Пожирателей так, чтобы те были лишены возможности нападать, а только укрывались за щитами. Но патроны у них вскоре кончатся. Я уже направляюсь к Поттеру. Мне как минимум нужно добраться до Уизли — у него моя палочка, но истошный крик заставляет обернуться. В нескольких шагах от меня Леана. Она из последних сил отбивается от Пожирателя, в котором я узнаю Сивого. Она протягивает ко мне руку, моля о помощи. Справа у Оливера кончаются патроны, и он падает замертво, сраженный авадой. Слева Леана издает еще один молящий крик. Я вспоминаю о невинной душе, которую она носит, о том, что в этой душе есть и частичка моей собственной. Замахиваюсь. Портключ летит точно в протянутую ладонь. Леана исчезает ровно за секунду до того, как Сивый клацает острыми зубами в том месте, где была её шея. Справа раздается вопль, полный боли и отчаяния, и больше я ничего уже не вижу. Надо мной смыкается тьма.