Из воды сухим не выйти

      Кайл не мог уснуть половину ночи: из головы не выходил образ осиротевших малышек, которым из-за долгов бабушки предстояло провести Рождество в детском доме. Он засыпал и просыпался вновь, ворочался на широкой кровати до тех пор, пока бельё не превратилось в мятую кучу. Окружённый богатством и заботой Уокер, конечно же, знал о том, что в мире существуют бомжи, бедняки и живущие на грани, но одно дело — поверхностно слышать о таких людях, а другое — своими глазами увидеть их, соприкоснуться с их проблемами. Бедные близняшки… Мог ли он для них что-то сделать?       Ближе к полудню раздался звонок от Николаса.       — Здравствуй, Кайл. Я не разбудил?       — А ты как думаешь? — Уокер сонно ответил вопросом на вопрос.       На самом деле он давно проснулся, но продолжал лежать в постели, периодически проваливаясь в дрёму.       — А… извини, просто у меня для тебя срочные новости.       У Кайла загорелись глаза. Он даже приподнялся на локте, скидывая с себя одеяло. Неужели тем несчастным продлили срок выплаты?       — Говори скорее, я весь внимание!       — Я поговорил с начальством насчёт вчерашнего, оно как следует подумало, а потом заявило, что теперь тебе останется сделать ещё ровно три выезда, и дело в шляпе.       — А… ну, отлично, — слегка раздосадованно ответил Уокер.       Конечно, это была не совсем та новость, которую он хотел услышать, но она тоже была очень приятной. Ему больше не хотелось выселять людей с детьми из домов, а потом не спать ночами из-за этого.       — Хм, рад, что ты оценил, — произнёс Николас и после паузы добавил: — И последнее: у меня тут просто адский завал в бухгалтерии. Прости, но я не смогу составить тебе компанию на финишной прямой. В своё оправдание могу сказать, что начальство уже подыскало другого сотрудника на моё место, и весьма эффективного, между прочим. У него переработка плана временами доходит до двухсот процентов! Представляешь?       — Угу, — буркнул Кайл.       На самом деле ничегошеньки он не представлял, да и плевать ему было на какие-то там проценты, ведь его собирался покинуть партнёр, к которому он порядком привязался за то время, что они провели вместе. Николас умел поддержать, мог рассказать интересные истории из жизни и просто хорошо понимал своего напарника, несмотря на то что сам он был выходцем из бедной семьи.       — Кайл, что-то случилось? — заволновался Николас.       — Да нет, просто… Просто я не хочу без тебя… Пожалуйста, не бросай меня, — выдавил Уокер, удивляясь самому себе.       Он не привык говорить слово «пожалуйста», как не привык и просить. Желаемое ему всегда подавали на блюдечке по щелчку пальцев. Именно поэтому на том конце провода сейчас стояла такая тишина, что можно было услышать, как работает телефонная связь на молекулярном уровне. Николас, без сомнения, высоко оценил глубину смысла слов Кайла.       — Мне очень приятно знать, что ты меня так высоко ценишь, но, прошу, пойми: если я не закончу вовремя с волокитой, которая набралась здесь за время моего отсутствия, то с треском накроется наш с супругой совместный отпуск. Не волнуйся, всё будет хорошо. Всего три дела — и ты займёшь кабинет директора, прямо по соседству с моим. Ну, как тебе такая перспектива?       Уокер медлил с ответом. Юношеский максимализм внутри него требовал, чтобы всё было так, как он хочет, хотя умом он прекрасно понимал, что выбора не было. Ник — славный человек, он и так уже сделал для него много хорошего. Испортить такому человеку отпуск было бы натуральным свинством, поэтому ничего не оставалось, кроме как проглотить недовольство и постараться сделать вид, что всё в порядке.       — Пожалуй, мне нравится. Чур, с тебя кружка горячего и свежего кофе. Весь год. С двумя ложечками сахара.       Николас засмеялся.       — Договорились? Спасибо огромное! Утром проведаю своего будущего директора и проставлюсь, так сказать, авансом. А пока запиши телефон нового напарника по имени Винсент и набери его — говорят, у него на сегодня как раз намечена работёнка.

***

      Около восьми часов вечера Кайл подъехал на такси к ночному клубу под названием «Эльдорадо», расположенному в самом центре города. Именно сюда ему сказал явиться Винсент — одетым по форме и готовым к очередному делу. И он приготовился: принял расслабляющую ванну с гидромассажем, отобедал в любимом ресторане и даже заправил постель перед уходом. Кайл неоднократно посещал «Эльдорадо» с друзьями и числился его VIP-персоной, поэтому секьюрити на входе пропустил уважаемого гостя без проблем, пожелав приятного времяпрепровождения. Теперь оставалось лишь найти своего нового партнёра среди толпы в холле. В телефонном разговоре тот упоминал, что его отличительной чертой будет леопардовая шляпа, но, сколько Уокер ни вглядывался в окружающих его посетителей, условленного маячка ни на ком так и не обнаружил. Остановившись у гардеробной, Кайл достал смартфон и начал набирать Винсента, когда его толкнул проходивший мимо здоровый мужлан в неопрятной майке и джинсах.       — Съебись в сторону, мелюзга!       Кайл опешил от такого обращения. Не найдя, что ответить, он молча развернулся в сторону обидчика, попутно ища глазами охрану. Куда смотрит фейс-контроль? Какое-то откровенное быдло разгуливает в приличном месте, как у себя дома… Грубиян тем временем забирал свою одежду из рук гардеробщика, указывая ему, чтобы тот не мешкал.       Приглядевшись, Уокер заметил, что у нахала частично стёрты костяшки пальцев, да и сам он выглядел побитым и помятым, хотя и довольно крепким. В клубе произошла драка? На какой-то миг Уокеру подумалось, что хам перед ним и есть их клиент и Винсенту не повезло встретиться с ним лицом к лицу… Громила заметил на себе его изучающий взгляд и обернулся:       — На что уставился, хуесос?       Вопрос был задан так громко, что ближайшие посетители обернулись все как один. У Кайла перехватило дыхание от обиды, а глаза стали предательски увлажняться. Весь позитивный настрой сразу куда-то делся. Его никогда ещё не унижали в глаза ни с того ни с сего, да ещё и на людях.       — Сейчас охрана с тобой разберётся, урод! — выдавил из себя оскорблённый Уокер, пятясь.       — Чего ты там вякнула, крыса? Сюда иди!       Агрессор направился в его сторону, накидывая на плечи свою поношенную куртку с капюшоном.       — Охрана! Помогите! — закричал Кайл, не на шутку испугавшись за свою жизнь.       К злобному посетителю со стороны выхода подскочил человек в очках и в застиранном пуховике. Перегородив дорогу своему, как оказалось, другу, он стал уговаривать его, чтобы тот оставил Кайла в покое.       — Звали, мистер Уокер? — спросил запыхавшийся менеджер, явившийся на зов с тремя рослыми охранниками.       — Да! Объясните мне, что этот неадекват делает в вашем клубе? — Кайл указал пальцем на матерщинника, который заметно подостыл, стоило ему оказаться в меньшинстве.       — А, вот в чём дело… Понимаете, директор устроил вечер любительских боёв в честь открытия нового зала. Это один из приглашённых участников. Он у нас впервые и, видимо, плохо ознакомлен с правилами поведения. Приносим свои извинения за доставленные неудобства в связи с… особенным контингентом. Нам задержать его?       «Участник боёв» молча застёгивал куртку, ожидая, пока осмелевший «мистер Уокер» примет решение. Его друг в очках стоял рядом, виновато опустив глаза. Пользуясь своим положением, Кайл вышел вперёд, чтобы его всем было хорошо видно, и смерил недостойного бойца высокомерным взглядом.       — Нет, и вам и мне не стоит тратить своё драгоценное время на всякий сброд. Просто внесите эту псину в пожизненный чёрный список, и чтобы духу его здесь не было. И ещё кое-что, лично от меня…       Властный король положения вытянул правую руку и показал представителю низшего класса средний палец. Тот поджал губы и направился в сторону выхода вместе со своим приятелем.       — Как скажете, мистер Уокер. Тогда вынужден попросить вас задержаться и подать заявку на… Эй, а вы кто такой? А ну стойте!       Один из охранников тут же схватил за грудки человека в тёмно-лиловом пиджаке, попытавшегося приблизиться к Кайлу со спины.       — Всё в порядке, джентльмены! Я напарник вашего юного господина.       Кайл обернулся, рассматривая незнакомца. Лет сорок на вид, стильная козлиная бородка, голос вроде похож на тот, что был по телефону… Только нигде не было видно условленной вещи. Словно угадав его мысли, тот подмигнул ему, поднимая леопардовой расцветки шляпу, которую держал в руке.       — Винсент?       — Он самый. Может, уже скажешь своим друзьям отпустить меня?

***

      — Джефф, ты в порядке? Что на тебя нашло? — с беспокойством спросил Стивен, когда они вышли из тёплого клуба на морозные улицы мегаполиса.       Джеффри молча сунул руки в карманы джинсов. Он злился на себя за то, что проиграл поединок грёбаному кладовщику и получил за свой выход жалкие гроши. Теперь у него при всём желании не выйдет порадовать сестру красивым подарком. А самое скверное — он потерял источник нормального заработка. Вчера директор объявил ему, что в связи с переходом завода на новый уровень стандартов подпольные бои на его территории канут в Лету с начала следующего года. Финальный бой было решено провести в виде корпоратива в клубе для «мажоров». Плохая новость, незнакомая обстановка и выступление на глазах у золотой молодёжи сыграли свою роль — Уилсон пропустил несколько хороших ударов и буквально поплыл, после чего не смог продолжать поединок. Вдобавок ему пришлось достаточно долго приходить в себя, в результате чего они со Стивеном вышли из клуба самыми последними, когда бои уже давно закончились, а все их коллеги разошлись и разъехались по домам. К счастью, старина Стив решил задержаться вместе с ним, и теперь Джеффри не придётся топать домой пешком через весь город.       — Долго ещё до машины? — буркнул Уилсон вместо ответа.       Стивен огляделся по сторонам, выискивая ориентиры. Для него, жителя с окраины, центр города тоже представлял собой малоизведанную область.       — Не очень. Наверное… И всё-таки я не понимаю: зачем ты взъелся на пацана? Он же явно не хрен собачий, раз ходит в заведения с такими ценами.       Уилсон медлил с ответом. Как объяснить свою ненависть к определённой категории людей тому, у кого нейтральный характер, другой склад ума и чья жизнь, в общем-то, сложилась?       — Да что ты привязался, Стив? Это у меня всё хуёво, а ты о пиздюке думаешь! Забудь про него и про этот сраный клуб уже!       Они приближались к бесплатной парковке за углом закусочной. В этом районе фонари отличались особой тусклостью, что вкупе с усилившимся снегопадом могло затруднить поиски припаркованного второпях автомобиля.       — Джеффри, не расстраивайся. Всё наладится, надо просто подождать…       — Сколько, блядь, можно ждать? Мы с сестрой только и делаем, что ждём! А эти суки только и делают, что сосут из нас кровь!       Уилсон со злостью плюнул в сторону заметённого снегом чёрного седана марки Mercedes с надписью: «Коллекторское агентство. Урегулирование и возврат долгов».       — Ну, не горячись, не надо. Легче от этого никому не станет… Давай я угощу тебя чашечкой кофе на обратном пути? Сейчас, только отыщу свою развалюху…       Стивен попеременно нажимал кнопку открытия и закрытия замков, чтобы побыстрее найти свой автомобиль среди множества других.       — Стив, старина, у тебя с собой нет отвёртки?       — Что? Нет, конечно! Зачем мне носить инструменты с собой?       Едва только Стивен увидел знакомое моргание фар своего старенького Mitsubishi Pajero, как сзади раздался треск: Уилсон снёс боковое зеркало «мерседеса» ударом ноги, и оно повисло, покачиваясь на проводах.       — Чёрт возьми, Джефф! Какого хрена?!       Тот самодовольно улыбнулся, рисуя пальцами огромный член на заметённом снегом капоте.       — Пусть эти пидоры радуются, что не со спущенным колесом уедут. И не с разбитыми рожами!       Стивен выругался про себя, после чего кинулся было к своей машине, чтобы побыстрее завести и прогреть её, но тут же передумал, вернулся и схватил друга за руку.       — Быстрее, надо валить отсюда, Джефф!       — Да иду, иду! Только волос добавлю, чтобы всё было как они любят…       Джеффри с головой погрузился в процесс, чертя палочки, означающие волоски на нарисованной мошонке, и Стивен всерьёз испугался за его душевное здоровье. Но перспектива отхватить неприятностей на свою голову пугала больше, и он всё же решился пригрозить другу, что сейчас уедет без него. Рискованный поступок возымел эффект. Бросив свою работу на половине, Уилсон отряхнул руки от снега.       — Ладно, съёбываем!

***

      — Ну и шороху ты там навёл, парень. Стоило мне отойти на пять минут, ты уже поднял на уши половину клуба.       Винсент с Кайлом вышли из заведения через пятнадцать минут после инцидента — именно столько времени ушло, чтобы подать заявление о занесении не в меру агрессивного посетителя в список персон нон грата. На улице стемнело, ветер со снегопадом усилился. Несмотря на это, различные заведения вокруг продолжали мигать вывесками, приглашая редких прохожих заглянуть к себе, а по дорогам неспешно разъезжали автомобили.       — Это не я, а тот быдлан! Это он начал! — бурно отреагировал Уокер.       Он до сих пор нервничал из-за неприятного происшествия и всё ещё оглядывался по сторонам.       — Серьёзно? А кто стоял со средним пальцем, окружённый личными амбалами? Хорошо быть в выгодном положении, скажи?       Винсент улыбнулся, обнажая зубы, среди которых виднелось несколько золотых. Он так и шёл в своём лиловом пиджаке, с леопардовой шляпой на голове и внешне очень походил на какого-нибудь сутенёра. Кайлу было неловко находиться рядом с таким попутчиком, а уж когда тот ехидно улыбался, становилось и вовсе жутковато. Пока он раздумывал над ответом, Винсент бросил взгляд на ноги новоиспечённого партнёра.       — М-м, модные ботиночки. Мне ради таких пришлось бы поработать пару месяцев без выходных. Сам купил?       — Подарили, — туманно ответил Кайл, стараясь не обращать внимания на взгляд Винсента, блуждающий по его телу.       — «Подарили»… Я смотрю, тебе много чего подарили, птенчик. Не бойся, не буду спрашивать, за какие заслуги.       Чувствуя, как начинают краснеть щёки, Кайл натянул шапку пониже и поднял воротник куртки. Они не успели пройти и тридцати метров вместе, а ему уже был неприятен этот странный человек. Николас никогда не акцентировал внимание на его статусе и деньгах и ни разу не пытался подкалывать его по этому поводу.       «Всего три смены, всего три смены… Просто игнорируй его», — вертелось в голове.       Когда они подошли к регулируемому переходу, Винсент внезапно схватил напарника за руку в перчатке.       — Я тут вспомнил — мне велели беречь тебя, как собственную задницу! Смотри, там красный! Видишь? Кра-асный! Давай же, возьми дядю Винса покрепче за ручку и во всём слушайся его, хорошо?       Он дёрнул руку партнёра, заставляя того подтянуться к себе чуть ли не вплотную. Кайл с опаской заглянул в его мутные глаза и только сейчас почуял странный запах, исходящий из его рта. Запах… алкоголя?       — Ты что, пьяный?! — воскликнул Уокер, тщетно пытаясь вырвать руку из грубой волосатой лапы.       Тот убрал свою омерзительную улыбку и очень серьёзно посмотрел в испуганное лицо Кайла.       — Это тебя не касается, понял, ты, избалованный щенок? Я понимаю, что я тебе не нравлюсь, и это взаимно, поверь. Но мне тебя подсунули не спрашивая, а значит, ты будешь работать со мной, а раз так, то запомни первое правило — обращение к старшему на «вы». Ты усвоил, голубоглазик?       Крепкая рука сильнее сжала тонкое запястье, намекая, что стоит поторопиться с ответом.       — Да, да, я усвоил! — согласился Кайл, мигом позабыв о гордости. Ещё немного, и этот ненормальный сломает ему конечность!       — Хороший мальчик. Кстати, там горит зелёный. Можешь идти.       Винсент отпустил Уокера и указал добродушным жестом на переход. Получив свободу, Кайл сразу же шарахнулся в сторону, оборачиваясь на оставленный позади клуб. Больной алкоголик! Может, вернуться в клуб и пересидеть у охранников какое-то время? Или позвонить друзьям, чтобы заехали за ним?       Винсент уловил его сомнения.       — Хочешь дезертировать? Твоё право. Вот только если твой побег отразится на моей карьере — а он отразится, — поверь, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы лишить тебя каждой вещи, вплоть до твоих классных ботинок. У правой руки владельца компании на это хватит сил, будь уверен. Ты этого хочешь? Или всё-таки соберёшь яички в кулак и доделаешь всё до конца?       Кайл смешался, переминаясь с ноги на ногу. Пока он стоял, светофор для пешеходов вновь сменил цвет на красный. Столкнувшись с нелёгкой дилеммой, Уокер не знал, что выбрать. Можно попробовать убежать, поджав хвост, и посмотреть, насколько человек в лиловом пиджаке был серьёзен в своих угрозах. Но тогда мама поругает, Николас расстроится, да и он сам уже не был уверен, что Винсент простой алкоголик. Чёрт его знает, на что тот способен. Правая рука владельца, блин…       — Ладно, я согласен. Только давайте договоримся: я к вам на «вы», а вы меня больше не трогаете и не унижаете, хорошо?       — Идёт. — Человек в леопардовой шляпе расплылся в самой добродушной улыбке за всё время их короткого знакомства.

***

      — Как считаешь, это был автопортрет хулигана? — спросил Винсент у напарника, сидящего на пассажирском сиденье.       — Вы о чём?       — О здоровенном болте, который ты весьма ловко смёл с моего капота!       Он рассмеялся в полный голос, едва успев увести «мерседес» в сторону от грузовика, поворачивающего налево. Кайл шутку не оценил.       — Мы же договорились — без оскорблений!       — Да ладно, расслабься. Мы ещё даже не начали, а ты уже весь как на иголках. Коллектор должен быть сильным и непоколебимым, чтобы ему отдавали всё до последнего цента. Посмотри на меня — я ни в чём не сомневаюсь и говорю так, как оно есть. А ты стыдливо опускаешь глаза, как девица, при слове «болт». Как ты собираешься быть полезным после этого?       Кайл многозначительно кашлянул и гордо поднял голову.       — Между прочим, мы с Ником оформили четыре выезда, на которых я был ему ещё как полезен! И он всегда вёл себя тактично и деликатно, без шуток на тему… половых органов.       Они встали на светофоре. Широкие дворники лениво сметали снег с лобового стекла, а мощные ксеноновые фары освещали дорогу на много метров впереди автомобиля. Винсент опустил водительский козырёк и извлёк оттуда маленькую зелёную пробирку с прорезями на верхушке.       — И в чём заключалась твоя полезность, не подскажешь? Дай угадаю: деликатный Ник тактично всё делал сам, а ты подносил ему чемоданчик и стоял в сторонке?       — Ну да, а что? Что-то ещё?       — Так я и знал. Оберегают тебя, как могут.       Он занюхал верхушку пробирки попеременно каждой ноздрёй, поморщился, а затем протянул её Уокеру.       — Будешь?       — Нет! — отрезал Кайл, не желая даже касаться этой вещи.       — Твоё право. О, уже зелёный!       Винсент убрал пробирку на место и схватился за руль. Машина тронулась с пробуксовкой, вжав Кайла в кресло, при этом из его желудка едва не вылетел весь ужин.       — О чём это я? Ах да. Холят тебя и лелеют, растят в тепличных условиях. Жизнь по указке, зависимость от других людей. Вот ты сейчас тут, со мной, а сам, небось, мечтаешь побыстрее свалить от страшного мужика в своё уютное гнёздышко. Но вот беда: твоей жизнью с пелёнок управляет твоя мамочка, а ты не способен принимать решения сам. Шаг в сторону, влево, вправо — это не про тебя. Верно я говорю?       Насупившийся Кайл не успел ответить, как зазвонил телефон — матушка перезванивала, увидев пропущенный от сына, оставленный ещё в обед. Очень, блин, вовремя.       — Поставь на громкую связь, — приказал Винсент, перебивая мелодию смартфона.       — Ни за что! Это личное! — возразил Уокер, намереваясь ответить.       — Пока ты со мной, твои дела — мои дела. Правило номер два: всегда слушайся старшего. Или пожалуюсь мамке на непослушного сынишку.       Цокнув языком от досады, Кайл подчинился. В салоне раздался голос миссис Уокер.       — Привет! Прости, что так поздно: заседание затянулось. Как там мой тигрёнок себя чувствует?       Винсент хрюкнул в попытке сдержать приступ смеха, а Кайл готов был под землю провалиться.       — Привет. Да нормально, мам…       Кайл умолк, уставившись на расчищенную дорогу. За бортом машины промелькнула снегоуборочная техника. Ему было что сказать, но он не хотел говорить при постороннем.       — Я рада, что у тебя всё хорошо. Что это гудит? Ты не дома?       — Нет, я на работе… С новым коллегой.       — С дядей Винсом, — подсказал тот, но Кайл пропустил его слова мимо ушей.       — А, хорошо, тогда не буду мешать. Хорошего вечера, и не забудь почистить зубы перед сном!       — Нет, мам, постой! Это не всё! Я хотел спросить: не могла бы ты дать мне… полтора миллиона?       Именно такая сумма задолженности была указана в личном деле миссис Моррис, которое Кайл изучил во всех подробностях, пока ждал Ника в машине. Винсент даже присвистнул от такой просьбы.       — Тигрёнок, ты же знаешь, мамочка обязательно подарит тебе на Рождество что-то интересное. Осталось немного, потерпи.       От волнения Уокер опёрся ладонью о бардачок, и Винсент тут же бесцеремонно скинул его руку.       — Не лапай.       Кайл сердито поджал губы. Вот мудак! Ему разбили зеркало, а он трясётся над своим бардачком. Надо будет запомнить эту машину и заплатить уличным вандалам, чтобы от неё мокрого места не осталось. Те же охранники из клуба наверняка не откажутся подзаработать после смены…       — Да мне не для себя…       — А для кого, дорогуша?       Уокер не решался сказать, что просит ради должников, чтобы не давать Винсенту лишний повод высмеять его. Вместо ответа он лишь тяжело вздохнул, полностью расстёгивая куртку: печка топила на полную мощность.       — Можно позвонить тебе позже?       — Только если через пару часиков, тигрёнок. Мы сейчас уезжаем на корпоратив с моим женихом.       — Ладно, мам, я понял. Желаю хорошо провести время.       — Спасибо, радость моя. Чао!       Расстроившись, Кайл убрал телефон во внутренний карман пиджака. День не задался с самого утра! Сперва не выспался, затем Николас оставил его на милость неадекватному партнёру, потом к нему пристало агрессивное быдло, а вдобавок ещё и мама не хотела ничего слушать, увлечённая до беспамятства своим новым ухажёром.       — Ничего себе у твоей второй половины запросы — полтора миллиона долларов! Сколько вы уже вместе?       — В смысле? У какой ещё второй половины? — не понял Кайл.       — А, так ты, значит, того… нецелованный? — хитро прищурился Винсент.       — Это не ваше дело! Не суйте сюда свой нос!       Винсент почесал щёку.       — Не горячись, просто хочу знать, с кем предстоит работать. Но если решишь научиться целоваться — с удовольствием обучу всему, что знаю.       Кайл обернулся на Винсента с таким выражением лица, будто кирпич проглотил.       — А-ха-ха-ха, видел бы ты свою мордашку сейчас! Не бойся, тигрёнок, на твоё счастье, я только по девушкам. Кстати, к одной мы сейчас как раз направляемся. Молодая, сочная, одинокая — отличная замена правой руке, поверь. Ну, не совсем одинокая — папаша валяется в больничке, а братец-неудачник вкалывает на заводе. Они нам не помеха. Кстати, её фамилия созвучна с твоей — Уилсон.