Роланд и Эрек

Пришла весна. И в Камелоте Король Артур, по всей Европе Известный щедростью своей, На Пасху принимал гостей. Хотя длинна была дорога, В те дни туда съезжалось много И славных рыцарей, и дам, Подобных красотой цветам. В тот год вернулся из похода На радость знати и народа Во Францию Великий Карл. Как точно время угадал! Его застало приглашенье На пальмовое воскресенье. И вот со свитою поспешно Король отправился. Успешно И быстро плаванье прошло С погодой Карлу повезло: Бежит волна и ветер веет, На скором судне парус реет. А чтоб страною управлять Во Франции остался зять. Осталась малость - по дороге Пройти два дня. Устали б ноги, Но на конях скакать легко. Два дня - совсем недалеко. За Карлом знать, дождавшись мира И предвкушая радость пира, Куда как весело идёт В бескровный, дружеский поход. Один Роланд, племянник Карла, Не рад, и горя в том не мало, Что рыцарю тоски причин Нельзя открыть, и что один Он ею вынужден томиться, Как в золоченой клетке птица, Что для хозяина поёт И в тайне тихо слезы льёт. Но чувства скрыть трудна задача, Наш рыцарь терпит неудачу. И вот уже и стар и млад, Роланда видя, говорят О том как бледен он, как часто Тень омрачает образ ясный. О том, что мало ест и пьёт. Все удивляются: народ Не знал подобного героя Ещё с времён войны за Трою. Всегда был бодр и весел он, Теперь же в думы погружён. С Роландом рыцари и дамы, Заговорить боятся прямо. Доброжелательный Джерин Его спросить посмел один - Роланд вскипел и стало ясно, Что спрашивать его опасно. Пора меж волка и собаки Настала. Стали в полумраке Шатры нарядные взводить, Чтоб в них свой отдых проводить. Зажгли костры, их свет, мерцая, Всех путников бодрит. Играют На арфе. Люди у костров Собрались, выйдя из шатров. Роланд один в своём остался И Оливьера там дождался. Роланд ему и ныне рад, Роланду он названный брат. Он знал: когда в душе ненастно Нам одиночество опасно. Роланд свой взор поднять не смел, Лицом прекрасным покраснел, И говорит: «Мне очень стыдно, Что речь моя была обидна Джерину. Богом я клянусь, Что перед другом извинюсь». Рек Оливьер: «Джерину душу Согреет извинений лучше Твой смех, как зазвучит опять». Роланд не хочет отвечать «О, друг Роланд, твоей кручины, Прошу, мне назови причины. Ты брату можешь доверять». Роланд не хочет отвечать. Роланда брат берет за плечи: «Вдвоем найти решенье легче Любой задаче. Мы с тобой Всегда вдвоём ходили в бой». Скрывать не видя смысла боле, Роланд открыл причину горя: «Твои слова, о милый брат, Меня как стрелы в грудь разят». И объясняет другу рыцарь, Какою думой он томится: «О том, зачем Артур нас звал Мне одному поведал Карл. Они для поддержанья мира Во дни весеннего турнира Хотят наш закрепить союз Священной клятвой брачных уз. Сестра есть у Артура, фея, И, говорят, ее чуднее На свете девы не сыскать. Моргана - так сестрицу звать. Она науку исцеленья Познала в совершенстве, ей я В мужья обещан. И притом Я милой Франции поклон Отдал последний на причале. Ты видишь ли, что огорчает Меня в решеньи короля? Ты видишь, что грущу не зря? Но выполню беспрекословно Все, что приказано, так, словно Я рад расстаться навсегда С землёй любимой и года, Оставшиеся мне, печально Влачить в чужой стране туманной, Откуда, если вдруг придёт Беда во Францию, в поход Собраться будет невозможно. И в целом будет очень сложно Любимой Франции служить, Когда я здесь останусь жить». Такая новость Оливьеру Что в сердце нож. Однако веру Он в короля не потерял И так Роланду отвечал: «Мне жаль, о, брат такое слышать И нужно будет время выждать, Пока с разлукой я смирюсь. И хоть понять я и не льщусь, Зачем тебе здесь оставаться (В том должен я тебе признаться) Уж ничего не поменять. Тебе же нужно, друг, понять: Для Франции нет лучше службы Чем укрепленье этой дружбы». Роланд на это промолчал, Лишь головою покачал.