"Джокер"

Я очень хотел познакомиться с Юу поближе. Меня заинтересовал этот паренёк. Мало того, что он был до безобразия красивый, так ещё и далеко не глупый. Он обвораживал, завлекал, сам того не замечая. Хотя, я уже ничего не мог соображать нормально - голод давал о себе знать всё ярче и ярче. И судя по урчащему животу азиата, не мне одному. Канда спокойно шёл рядом, позволяя себя вести, при этом он умудрялся сохранять горделивый вид, и постоянно поглядывал по сторонам, рассматривая интерьер холла и просторной столовой. Наша впечатлительная горничная, выбежавшая нас встречать, при виде Юу только тихо ойкнула и сразу же покрылась румянцем, опуская глаза. - Ужин подан, милорд, - приседая, доложила она, пряча смущённую улыбку. - Спасибо, Софья, - кивнул я, жестом приглашая Юу сесть. Он молча кивнул, скрывая радостный блеск в глазах от вида пищи, и опустился на край стула, складывая руки на коленях и дожидаясь позволения приступить к еде. - Софья, а где сэр Чарльз? - Он изъявил желание сначала поговорить с вашим отцом и сказал, что вы можете начинать без него. - Да? Что ж, надеюсь, хоть что-нибудь из нашей кухни тебе понравиться, - улыбнулся я, обращаясь к сидящему слишком тихо японцу и садясь напротив. – Наш повар, Джерри, весьма неплохо готовит. И ему было бы обидно слышать, что кто-то недоволен. Юу только отстранённо кивнул, прикрыл глаза и сложил ладони в молитвенном жесте. Видно, у них так принято. После он медленно открыл глаза в обрамлении пушистых ресниц и задумчиво уставился на кучу столовых приборов, разложенных с обеих сторон от тарелки. - Тч, у меня один вопрос, а почему нельзя всё есть одним прибором? – спросил он, вертя в пальцах кокильную вилку. - Так принято этикетом, - отозвался я, наблюдая, как Софья расставляет на столе блюда с маленькой тележки, до верху заполненной разными яствами. - А каким именно прибором-то? У нас принято есть о-хаси, но тут я их не вижу… - Для каждого блюда свой прибор. Я подскажу, если запутаешься. Юу неуверенно улыбнулся, впервые. Хотелось плюнуть на приличия и завалить его на стол, взяв прямо тут, но что- то мне подсказывало, что делать этого не следовало - чревато вывихом челюсти, и это в лучшем случае. Да и не хотелось терять его расположение, мне не нужны проблемы, хочется какой-то гладкости в общении с ним. Сегодня Джерри постарался на славу, выбирая меню: суп-пюре из кресса, отбивные свиные во фруктовом желе, салат из риса с сельдереем, острый рис с рыбой, мидии с петрушкой и томатным соусом, печеный картофель с сырным суфле, девонширский яблочный пирог и бутылка белого вина Шато д’Икем. Юу смотрел на всё это разнообразие круглыми глазами, что забавно смотрелось с его разрезом глаз. Он ел не много, можно сказать, совсем чуть-чуть, если сравнивать со мной. Я же отличался жутким аппетитом, вызывая восторг нашего повара и ужас отца. Ужин прошёл в тишине, только изредка Канда спрашивал меня, какой прибор ему нужен, чтобы съесть то или иное блюдо. Я же поражался его церемонности. Он явно не хотел упасть лицом в грязь и держал вид непреступной крепости. - Готисосама дэсита, - произнёс он на родном языке, когда ужин был окончен. Наверное, поблагодарил за еду. – И где же я буду жить? Не в этом же доме… - Почему же? Пока что здесь, тебе уже выделили комнату. Некоторые работники «Камелии» живут тут, пока не освоятся. Обычно, для этого нужен месяц. - «Камелия»… Это типа то заведение, куда меня после отправят? - Да. Он помрачнел, немного морща нос и закусывая губу. - А что, если я буду сопротивляться? - Будет плохо, предупреждаю сразу. Не спасёт даже знание единоборств. - Тч! - Ну не дуйся ты так! – я зашёл за спинку его стула и положил руки ему на плечи. Юу едва ощутимо вздрогнул, но продолжал неподвижно сидеть. – Не всё так страшно. Ты ведь устал, да? – продолжал я вкрадчиво, понижая голос. – Давай, я тебя провожу в комнату. Сейчас ведь не помешает горячая ванна, да? Он обернулся ко мне, с подозрением прищуривая глаза. - Да, не помешает. - Тогда пошли, - я махнул рукой, приглашая следовать за мной. В холле уже стоял выгруженный багаж, как оказалось, у Юу с собой было совсем немного вещей: старый чемодан и продолговатый предмет, завёрнутый в ткань, видимо и бывший той самой катаной, которую отобрали у паренька. Я не удержался и, подойдя к вещам, развязал скрепляющую ткань тесёмку и откинул ненужный кусок тряпки в сторону, оголяя лакированные ножны и рукоять меча. Канда тут же напрягся и немного подался вперёд. - Вы её мне вернёте?.. - Наверное, - улыбнулся я, восхищённо разглядывая катану и осторожно вынимая лезвие до середины. Оно выходило мягко и легко, с тихим стальным звуком, поблёскивая на свету металлом. – Всё зависит от тебя. - И чего же именно ты хочешь? - Ну, во-первых, не стоит сопротивляться и делать глупости, во-вторых, никаких нападений на своих и убийств на территории борделя и поместья. - Предлагаешь стать послушным овощем? – едко спросил он, смотря на меня свысока. - Нет, что ты, нет. Я просто хочу, чтобы ты не сопротивлялся, но сохранил свою изюминку. - Это невозможно. - Почему? - Продаваясь, лишаешься воинской чести. - Хм, да… И правда, я не подумал, - наигранно устыдился я, а после резко сменил тему. – А у этого меча есть имя? - Да, его зовут Муген, но ты увиливаешь от ответа. - Разве? Кажется, я уже всё сказал. - Ничего подобного. Из твоих слов следует, что я должен вообще отключить мозг и тупо выполнять приказы. Я не хочу! - Тебе придётся, - я вложил меч в ножны. – Я верну меч через неделю, если пойму, что ты не опасен для меня. Он холодно посмотрел мне в глаза, поджимая губы и сжимая пальцы так, что побелели костяшки. - Ну не злись, - мягко произнёс я, - Я ведь не хочу тебя запирать в подвале в воспитательных целях. Пошли, комнату покажу. Он тихо засопел и подхватил свой чемодан. Следуя за мной, он неотрывно смотрел мне в спину, словно прожигая её взглядом, тяжёлый взгляд, ничего не скажешь. На втором этаже я распахнул вторую дверь от лестницы и пропустил перед собой Юу. Он вошёл внутрь, ставя чемодан на пол, и огляделся. Комната была небольшой, но уютной, в тёплых бардовых тонах. Тяжёлые тёмно красные шторы загораживали окно со вставленной витой решёткой. Кровать, стоящая в алькове, была весьма удобна, поверх покрывала были раскиданы маленькие подушки с золотистыми кистями. Небольшой столик с подсвечником и шкаф. Канда, мягко ступая, подошёл к окну и выглянул наружу. - Тч, словно клетка. - Это для твоей же пользы. - Да неужели?! - Не злись. - А кто сказал, что я злюсь? Вы мне, кстати, ванну обещали, - напомнил он, всё время меняя обращения: то на «вы», то на «ты». - Сейчас устрою, - кивнул я, выходя из комнаты и подзывая к себе Георга, своего камердинера, и приказывая приготовить ванну, сам же вернулся назад. Юу уже перестал обращать на меня внимание. Некоторое время поковырялся в своём чемодане и вынул оттуда диковинную вещицу, очень напоминающую песочные часы, только чуть больше по размеру. Они были заполнены странным веществом, в котором плавал цветок лотоса, на крышке был маленький фитилёк. - Что это? – с любопытством спросил я, подходя ближе и разглядывая вещицу. Канда с теплотой провёл по стеклянному боку часов кончиками пальцев и осторожно поставил на столик возле кровати, как талисман. - Это подарок отца, светильник. - Красивый. Что я ещё скажу? Было ли мне его жалко? Наверное, да. Я прекрасно понимал, что в нём воспитывали воина, что придётся ломать его душу, его взгляды на жизнь. Но раз уж ломать, то не насилием, я по себе знаю, унижение - это не выход, надо искать другой способ. Но какой? Лишить стыда и гордости? Тогда что останется от него? Ничего. А я хочу оставить его личность, только сделать его чуть распутнее. Ну что ж, попробуем подобрать к нему ключик. - Всё готово, милорд, - в комнату заглянул Георг, - Нужна моя помощь? - Нет. И, кажется, приручение начать стоит уже сейчас.