"Джокер"

Когда я провожала Юу на бал, я не думала, что он вернётся в таком ужасном состоянии. Вон, пронесся, шурша юбкой, чуть-чуть меня не снёс. Я удивлённо проводила его взглядом и, опомнившись, побежала следом, ворвавшись в комнату без предупреждения. - Юу, ты в порядке? Что случилось? – спросила я с порога. Повод волноваться был. И большой такой. Юу сидел на полу и, уткнувшись носом в сложенные на кровати руки, плакал навзрыд, сотрясаясь всем телом. - А… а ты… а ты разве… не видишь? – всхлипнул он, поднимая на меня покрасневшие глаза. – Мне… мне лучше всех! - О да! я вижу, - фыркнула я, приседая рядом и поглаживая его по спине. – Опять этот шельмец седой виноват? Юу только всхлипнул ещё сильнее и вновь залился слезами, выдёргивая из волос длинные шпильки и с воем раскидывая их в разные стороны. Я проводила несколько шпилек взглядом и протянула Канде платок. - Хватит! Он вообще не заслуживает твоих слёз! – заявила я. - Ты не понимаешь! – провыл он. – Он хороший. Только Аллен этого ещё не знает… - Дурак ты! – беззлобно произнесла я. – Твой Аллен всё прекрасно знает и понимает. Это ты стал слишком наивным. Он шмыгнул носом и дрожащими руками начал вытирать лицо платком, стирая вместе со слезами остатки макияжа. Мда, ну и видок! Волосы растрёпаны, тушь тёмными полосами по щекам размазана. - Эй, Юу… Что он тебе наговорил? – спросила я, поглаживая его по голове и помогая вынимать шпильки. - Он… он сказал, что я ему только… только для секса нужен, - тихо завыл он, раскачиваясь из стороны в сторону. - Та-а-ак! А что ещё? Я начинала злиться. Весьма серьёзно. Видеть больше мучений Юу я не могла. Немного пожевав нижнюю губу я произнесла: - Так, ты успокойся. Я сейчас с ним поговорю. А ты умойся и поспи… Тебе это нужнее, чем истерика… Я поднялась и после запоздалого кивка Канды, выскочила из его комнаты и спустилась на второй этаж, где после непродолжительных поисков нашла кабинет. Я не стала церемониться и пинком открыла дверь. Аллен сидел на полу, скрестив по-турецки ноги, и листал какую-то книгу. Когда я ворвалась в комнату, он недовольно поднял на меня глаза и скривился. - Что за?.. Ты какого ляда припёрлась? Тебя не звали!.. - А я сама! По своей воле, - я нагло оскалилась и, пройдя в кабинет, уселась в его кресло, закидывая ноги на стол. Аллен криво усмехнулся и встал, откидывая книгу в сторону. - И чё тебе надо? – спросил он. – Ах, да! Как же я мог забыть… Юушу жалко? Да? – он наигранно сделал грустный вид. – Или ты записалась в защитницы невинно обиженных и оскорблённых? - Перестань ёрничать, паскуда, - тихо произнесла я. – Я, конечно, не авторитет и не опасна сама по себе, но я бы очень советовала тебе не трогать Юу. - А что так? Завидно, небось? Тебе-то он точно не даст. Вы же друзья, а друзей не трахают. - Я не об этом! – нахмурилась я. – Не калечь его, животное. Ты же сам не понимаешь, что делаешь. Он тебя любит, придурок! - Он до сих пор крутит эту шарманку? Достало… Передай этому шарманщику, если он и дальше мне будет нести любовный бред, то я его на недельку к матросне отправлю. Так, для профилактики, а потом посмотрю, что с ним будет, - он подошёл ко мне и облокотился о столешницу. – И ещё. Я бы не советовал тебе нарываться на неприятности. - А то что? – с вызовом бросила я, подаваясь вперёд. - Окажешься опять на улице. Ты же этого не хочешь. А теперь проваливай, а? Я тебя выслушал? Выслушал… Ну и катись! Я гневно поджала губы и выскочила в коридор. Там я прислонилась к стене и глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Вот же сука! Он ещё издевается! Вот не вытерплю и порежу его ночью! Слово даю, порежу! Я вернулась в комнату Юу и присела на край кровати. Он всё так же сидел в той позе, в которой я его оставила, и смотрел в пустоту. А, нет. Вру. На огонь светильника с лотосом. Смотрел и улыбался. Грустно так. Я достала из небольшой сумочки на поясе портсигар и, вставив в мундштук сигарету, закурила. - Знаешь, Юу. Этот Аллен непрошибаемая сволочь и не пытайся переубедить меня в обратном! – я тоже приковала свой взгляд к маленькому мерцающему огоньку. - А? Лави, это ты… - он только что заметил моё возвращение. – Ты что-то говорила? - А, забей… - я выдохнула в воздух струю дыма. – Всё пучком будет, короче! - Ты уверена? – он обречённо посмотрел на меня. - Конечно. О плохом вообще думать не стоит, а то ещё навлечёшь беду. - Я пытаюсь, но с каждым разом это всё труднее и труднее сделать. - Попробуй на что-нибудь отвлечься, - предложила я, пересаживаясь к окну и стряхивая пепел в открытую форточку. - На что, к примеру? – заинтересовался он. - Не знаю, скажем, на… - я замялась. - Продолжай. - Не важно, на что. Лишь бы на что-нибудь позитивное! – выкрутилась я. Мда, Лави, задели тебя слова этого уёбка. В точку попал, засранец. Теперь буду мучиться. Хотя… Можно и напиться по этому поводу. Можно. Но не стоит. Я ещё не начала работать, чтобы пить так, как хочу. Юу, ну почему ты влюбился в эту сволочь? Он же совершенно тебя не ценит! А я… ценю, но ничего не могу дать, кроме заботы. После этих уличных уродов я уже не смогу родить. Это злило. Безумно. Я завидовала Агни и мечтала со временем завести своих детей. Но теперь это просто невозможно. Ну и пусть, придумаю что-нибудь. - А рисование подойдёт? Весьма позитивно, - грустно улыбнулся он, вставая с пола. - Конечно, пойдёт! – оживилась я, выкидывая окурок и пряча мундштук. – А ты рисуешь? - Да, - он кивнул. – Хочешь посмотреть? - Давай. Он вынул из-под кровати чемодан и достал оттуда толстую папку. - Вот, смотри. Тут много, некоторые ещё на родине нарисованы были. Я приняла в руки папку и глянула на Юу. Он так забавно выглядел, словно боялся, что я его сейчас жестоко раскритикую. Я фыркнула, открывая папку, и обомлела. Сама я рисовать не умела, и слово «искусство» для меня было далёким, как и всё, что с ним связано. Я осторожно перекладывала рисунки, с восхищением рассматривая лица людей, причудливые домики и вообще что-то непонятное. - Какая красота… - тихо выдохнула я, разглядывая очередной домик с забавной изогнутой крышей. Канда сел рядом и довольно улыбнулся. Впервые за ночь. - А нарисуешь для меня что-нибудь? – попросила я с надеждой. - А что бы ты хотела, чтобы я нарисовал? - Не знаю… - я задумалась. – А нарисуй… себя! - Автопортрет? – улыбнулся Канда. - А это так называется? Да, именно его. - Нарисую, не волнуйся. Вот будет настроение хорошее, и нарисую, - заверил он меня. Я просмотрела ещё несколько рисунков и недовольно нахмурилась. Какие люди! Аллен. Вот уж кого я не ожидала увидеть в этой папке. Или нет. Кого я не хотела в ней видеть вообще. Рисунок был недавний и с такой любовью нарисованный, что как-то не возникает сомнений насчёт чувств художника. Я вернула папку владельцу. - Юу, а серьёзно, скажи мне. Тебе нравиться это унижение? Он же откровенно над тобой издевается, - спросила я, стараясь не смотреть на Канду. - Он просто запутался и сам не знает, что хочет. Я верю, что он хороший. Я постараюсь ему помочь в этом и показать его светлые стороны. Он же не демон. Да, люди грешные. С этим я даже спорить не буду. И он тоже не без греха. Я постараюсь повернуть его душу и сердце к светлым чувствам. Я обязан заставить его дышать по-новому, смотреть на мир другими глазами, отучить видеть в людях только товар. Аллен не безнадёжен, я это чувствую! Только для этого нужно время и терпение. - Угу. Чтобы за это время покалечить тебя окончательно. Это паранойя! Может, ты его и перевоспитаешь, в чём лично я не уверена, но сам калекой останешься. Юу, не глупи. Подумай хорошенько. Он не ребёнок, чтобы его уму разуму учить. Тебя он слушать просто не будет! Ну зачем тебе эта лишняя головная боль?! Канда взглянул на меня влажными глазами с маниакальным блеском. - Лави, ты просто не осознаёшь того факта, что я его люблю. Поздно читать мне морали. Я уже всё для себя решил. Я обязан ему помочь… - А ты думаешь, ему твоя помощь нужна?! – оборвала его я. – Да плевать он на неё хотел! Он же тварь! Скотина бездушная! - Как ты можешь говорить о нём такое, когда ты его совсем не знаешь?! – Юу перешёл на крик. - А ты?! А ты его знаешь?! – завопила я. – Я могу тебе рассказать, что о нём народ судачит. Тебе ведь не понравятся их речи! Уж можешь мне поверить! Его уже давно окрестили еретиком и ведьмаком. По нему инквизиторский костёр плачет! - Не смей так говорить!!! - он вновь начал истерить и плакать. - Ты специально так говоришь? Зачем?! - Да затем, чтобы ты, наконец, понял глупость своей любви и одумался! Юу, ты же не дурак, так почему же тебе так сложно перестать о нём думать? - Потому что я знаю, что ему плохо и больно. Я это вижу очень хорошо. Он просто обороняется. Не хочет пускать к себе слишком близко, не хочет, чтобы кто-то видел мучения внутри него. А кроме как злобой он огородиться не может. Выхода не видит. Он словно загнанный зверь. Я рассмеялась, не собираясь воспринимать всерьёз его слова. - Канда, одумайся! – прикрикнула я на него. - Нет! Он шумно выдохнул и с размаху плюхнулся на кровать, больше походя на надувшуюся девушку. Я вновь вынула сигареты и закурила, нервно вертя портсигар. - Я же говорил, что у меня не курят! – недовольно буркнул он, а после быстро подошёл ко мне и вырвав сигарету, выкинул её в окно. - Пф, очухался? – поинтересовалась я, обиженно провожая взглядом окурок. Он фыркнул и уже более спокойно взглянул на меня. - Не успокоился, но истерить уже не буду, - Юу шмыгнул носом. – Помоги корсет расшнуровать, у меня руки дотуда не достают, – попросил он устало. Я кивнула и взялась за шнуровку, развязывая ленты и ненавязчиво касаясь кожи. Мягкая, бархатистая… Я улыбнулась, поглаживая его спину раскрытой ладонью. - Что ты делаешь? – тихо спросил он, немного оборачиваясь назад. - Ничего, - я отдёрнула руку. Юу грустно улыбнулся и, стащив платье через ноги, остался в одних перчатках и панталонах. - Раз ничего, то ладно. Он стянул с рук перчатки и откинул их в кучу из платья. Я сжала ладонь, всё ещё ощущая бархат кожи Юу. - А от своих планов я всё равно не отступлюсь! – Канда залез под одеяло и посмотрел на меня. - Ты упёртый баран! – хохотнула я. - А ну и что, - улыбнулся он, закутываясь с головой и бурча из свёртка. – Я спать. Может, не будешь мешать? - Не буду, - согласно кивнула я и вышла из комнаты, осторожно прикрывая дверь. Нельзя о нём так думать. Нельзя! Я же знаю, что на меня он не посмотрит как на девушку. На друга, да. Но не более. Я столько раз размышляла об этом и всё равно приходила к одному и тому же неутешительному выводу - я его не интересовала. А жаль! Ой, как жаль, что аж зубы сводит! Я медленно спустилась в зал и села за барную стойку, закуривая. Фоном из граммофона звучала какая-то ненавязчивая мелодия. - Девушка, вы работаете? – поинтересовался в хлам пьяный мужик, хлопая меня по заду. - Нет, - спокойно произнесла я, выдыхая ему в лицо дым. Он немного поморщился и отошёл. Входная дверь открылась, и в зал вошёл опрятный молодой человек во фраке и цилиндре. - Не могли бы вы мне помочь? – обратился он ко мне, присаживаясь рядом. – Я хотел бы поговорить с Юки. Ведь тут один азиат?.. - Юки сейчас не работает, - вяло откликнулась я. – У него законный отдых. - Значит, они уже вернулись… Как он? Вот это вопрос! - А с чего подобный интерес? – мрачно осведомилась я, затягиваясь. - После бала он был немного не в себе, вот я и решил проверить, как он. - Хм, ясно… Мне передать, что заезжал… Как вас представить? – поинтересовалась я, с любопытством заглядывая в жёлтые глаза собеседника. А красивый, гадёныш! Под стать Юу… - Передайте, что заезжал маркиз Тикки Микк и вот эту записку, - он протянул мне сложенный листок. – А Аллену ни слова. Ёпт! Вот, значит, как наш начальник жандармерии выглядит. Никогда бы не подумала… - Этой бледной немочи я и так ничего не скажу, - я спрятала листок в корсаже платья. - Вот даже как? – хмыкнул маркиз и отложил цилиндр в сторону, делая знак бармену. – Плесни-ка коньяка, - он вновь повернулся ко мне и задумчиво спросил. – И с чего такая неприязнь к малышу? - За то, что эта скотина Юу калечит! – злобно бросила я, закуривая вновь. - Да?.. – протянул он. – Не дашь сигаретку? Я кивнула и протянула ему портсигар. Маркиз закурил и задумчиво постукивал пальцами по стойке. - И как калечит? Лично я ран не видел, - он отпил из протянутого бокала. - А и не увидите, - нахмурилась я. – Он его морально тиранит. - А вас тоже? – он кивнул на мой правый глаз под повязкой. - Не-е-е! Это уже другие уроды. - Но я вам всё-таки советую передать ему записку. Я бы хотел переговорить сейчас, но раз он устал, то не буду настаивать, - улыбнулся маркиз. – А сейчас я должен откланяться, - он легко склонил голову и, подхватив цилиндр, ушёл. Я проводила его взглядом и вынула из корсажа записку. Любопытство всё-таки великая вещь! Должна же я знать, что передаю. А то вдруг там угроза или что-нибудь, что травмирует Юу ещё сильнее. Зажав между пальцев мундштук с дымящейся сигаретой, я развернула листок, исписанный мелким, но аккуратным подчерком. Читать я умела, но плохо и по слогам. Некому было меня обучать наукам. Прищурив глаз, я вдумчиво вчитывалась в строки. « Юки, вы поразили меня в самое сердце. Я редко видел таких скромных юношей и в то же время со скрытой страстью внутри, как вы. Я мало вас знаю, но уверен, что вы хороший человек. И я очень хочу вам помочь. Я вижу, как вас мучает неразделенная любовь, и понимаю, что это больно. Я мог бы утолить ваше любопытство ещё больше, рассказав об Аллене и поделившись идеями по воссозданию ваших отношений. Если вы конечно примите мою помощь. Найти меня можно по адресу… С восьми часов я в вашем распоряжении». Я свернула послание и снова его спрятала. Та-а-ак! Ещё один втрескавшийся в Юу! А у меня конкуренция… И что мы имеем на данный момент? Мужика, который хочет пригрохать Юу, маркиза, влюбленного в него же, Аллена, которому Канда до фени, и я, тоже влюблённая в азиата. Ах да! Как же я могла забыть! Есть ещё мстительная сучка и инфантильный француз. Во-о-от… И что это мне даёт? Да ничего! Я тяжело вздохнула и затянулась. Как жаль! Я совершенно не могла повлиять на происходящее. Да, я как попугай твержу одно и то же Юу, но он не хочет меня слушать. Вдалбливать насильно? Не-е-е, не выход. А что тогда? Не знаю. - Что грустишь, пиратка? – плюхаясь рядом, поинтересовалась добродушно Эмма. Она хоть и была подругой Сары, но оказалась весьма доброй и отзывчивой. Только слишком сильно под влияние этой сучки попадала. Я не знала, что именно их так крепко связывало, но определённо что-то было. Рассказывать она не хотела, я её и не мучила. - Да как тебе сказать? Настроения нет, - я выкинула окурок и вертела мундштук между пальцев. - Так раз хандришь и ещё не работаешь, шла бы спать, - предложила она. - Не хочу. - А кстати, что вы там с Юу расшумелись, - заговорщицки захихикала Эмма, подаваясь ко мне. – Неужто отношения выясняли? - Угу, - мрачно кивнула я. – Только не между нами. Вот скажи мне, почему Юу заклинило на Аллене? – с тоской спросила я. Вот, бля… Нашла у кого спрашивать! - Не знаю. А ты что, в азиата втюхалась? – хмыкнула она. Я мрачно глянула на неё и вновь закурила. Портсигар пустел с бешеной скоростью, что означало завтрашний выполз в город. А мне так не хотелось! - Мне кажется, он однолюб, - протянула Эмма. – За него его глаза говорят. Они как зеркала отражают всё, что чувствует Юу. Таких открытых людей я ещё не встречала. Его доверчивость сгубит. Он зря так открыт перед Алленом. Наш хозяин жестокий, это здесь все знают, - хмыкнула она. Опа! А эта девчушка не простая дурочка, как кажется. - И в чём эта жестокость выражается? – спросила я, устало опираясь на стойку локтями. – Ведь не только подколками… - Не только, - согласилась Эмма. – Он редко на кого поднимает руку. Зато, если человек Аллену был откровенно неприятен, он быстро жалел об этом. Кто от болезни, кто от неприятностей страдал. Ты же ведь слышала, что поговаривают? - Слышать-то слышала. Но мне тяжело верится. Хотя, если посмотреть на Аллена, то вериться как-то легче. Но всё же… - Ну во-о-от… А ещё… а ещё Аллен, кажется, не умеет любить. Для него это не столь важно в жизни. - Тут я с тобой полностью согласна! – закивала я. – Только как вы его терпите? - Да легко. Он же не садист. Мы приносим Аллену доход, и он позволяет нам нормально жить. Ну, в меру позволенного. Так ещё при Мане было. - Вот как? Ну, поверю на слово, - хмыкнула я, затягиваясь. – только я всё равно считаю его недостойным любви…