Преданные

Как только солнце заходит Вики поднимается с мягкой травы. — Ирвин, я думаю, нам пора. — Эхххх, — Рыжеволосый сладко потягивается, но все равно принимает вертикальное положение, — Тебя перенести? — Нет, если мы будем вечно прыгать по норам я забуду как летать, — Брюнетка улыбается. На деле ей просто хочется пройтись одной, но говорить это вслух она почему-то не осмеливается. — Забавно, но обычно тебя перемещаю я… — Ирвин пристально смотрит на неё. В сумерках его синие глаза кажутся еще более глубокими, чем раньше. Он немного хмурит брови, Вики на это лишь отводит взгляд и в этих несвязных жестах они понимают друг друга без слов:

— Врешь? — Вру.

— Тоже верно…  — Вики, знаешь в чем мы с тобой колоссально разные? — Руки его сжимаются в кулаки, ложь рыжеволосый не терпит, точно так же как пристающего к ней Энди — Если бы я обладал твоим даром, то все равно бы носил ключи Ключей она не носит ни от комнаты, ни от своих закрытых шкатулок — нужды нет, все-равно откроет любой замок, стоит только коснуться и приложить небольшое усилие. Вики никогда бы не отказалась от помощи по подобной причине. Каждое слово, каждый звук уличает её во лжи. Для Вики таланты были чем-то наподобие крыльев, у нее не было каких-то внутренних табу на использование способностей, в конце концов если жизнь дает тебе лимоны — стоит делать лимонад. Для Ирвина же важно знать, что он может все сделать сам, быстро добраться до места, убежать, спрятаться, сразиться — все это можно сделать и без использования перемещения. Она всегда была благодарна Шепфе за столь полезную и незаметную способность. Никто не знал чем обладала Уокер, многие подозревали её в возможности вселяться во сны. Пару раз Вики слышала от Непризнанных, что та приходила к ним во снах и делала совершенно не ангельские вещи. Конечно же это были лишь несбыточные фантазии бедных парней, но глаз от этого иногда подергивался. — Зачем они мне нужны? Я могу открыть любую дверь в этой академии, — девушка понимает к чему он клонит, но прямо ответить все равно не хочется. И в конце концов, если она скажет Ирвин, я просто хочу пройтись одна, из этого может вырасти скандал. Он спросит почему ты не сказала сразу? Ты что-то скрываешь от меня? И так далее… В общем, если молчать, то до конца.  — И внезапно отказалась от возможности оказаться в комнате сразу?! Удивительно совпадение, в тот же день, как Люцифер прикрывает тебя на задании. Вики уже развернулась и хотела уйти, но последняя фраза выбивает её из колеи, этот придурок два часа лежал с ней на траве и единственное, до чего дошел его маленький мозг: ей помог Люцифер. Ну что еще можно сказать? Только то, что вместо размышлений, что им делать с мальчиком он лежал и думал о Люцифере! Гениально! Даже Мими такого себе не позволяла. — Извини, что? — Вики медленно поворачивается на парня и молиться чтобы он сейчас не оказался слишком близко, иначе она его точно ударит. — Почему ты отказалась? — спокойный тон, не капли раздражение, будто последнюю фразу он и не произносил. На благо парня, Ирвин не сдвинулся с места. Девушка кипит от злости. Это его излюбленная манера ругаться с ней! Сначала говоришь какую-нибудь необдуманную чушь, а потом просто делаешь вид, что ничего не было. И вот, вроде скандалишь уже не ты, а твоя собеседница. — Потому, что я хочу просто пройтись и решить, что мне делать с мальчиком о котором мы с тобой говорили! — Девушка буквально шипит от недовольства. Шепфа, ну почему он иногда такой пень? Почему нельзя просто промолчать? — О, ну сразу это сказать ты конечно же не могла… Вики задевает, что она слышит это от него. Ирвин хорошо её знает, знает куда нажать, чтобы сделать больнее. — Я не обязана перед тобой отчитываться. — Не обязана… Но врать ты тоже была не обязана. Вики просто разворачивается и идет в сторону выхода с внутреннего двора. Кричать на него бесполезно, все равно останется при своем мнение, а вот она себе нервов потреплет знатно. — Спокойной ночи, Ирвин. — Спокойной ночи, Вики. Вики идет к входу в школу, а парень прыгает в длинную тень дерева. Они абсолютно недовольны завершением их маленькой стычки, но оба прекрасно понимают, что если не закончить все сейчас, утром будет сложно делать вид, что все в порядке. Вики поворачивает в один из длинных коридоров, она идет размеренно, никуда не спешит, вокруг настолько тихо, что звук ее шагов отражается от школьных стен. Конец дня вышел до невозможного отвратительным. Теперь её мысли занимает и их замечательное расставание вечером, спасибо Ирвину и его таланту делать неправильные выводы. Когда Шепфа завещал ангелам быть справедливыми и терпеливыми, парень наверное спал. У всего в мире было две стороны, и вторая сторона Ирвина была, мягко говоря, неприятной. Мирится с ней было достаточно сложно и контролировать тоже. Ирвин был решительным, до той крайности, что эта черта характера была негативной. В его голове действия и слова долго не задерживались, как только какая-то догадка будоражила его ум, парень уже стремился продемонстрировать её миру. Чаще всего, мир об этом не просил. В звук её шагов вливается ещё одна пара ног, и судя по всему направляется к ней. Вики поворачивается быстрее, чем большая черная тень догоняет её. — Сам Дьявол, собственной персоной. Угадать, кто идет за ней было очень просто, иногда энергия Люцифера обгоняла его на десятки метров и не узнать её могли только новоприбывшие Непризнанные. — Удивительная встреча. Куда спешишь, У-окер? — Отвратительная манера тянуть её фамилию. Он ведет себя так будто застал её ворующей женское белье: абсолютная уверенность в том, что происходит и собственной непричастности к этому. — К себе в комнату, день выдался насыщенным. Вики даёт ему минимальное количество информации. Ответ — абсолютная формальность, но она все-равно вытягивается в струну и готовится отразить любую его колкость. Нельзя забывать с кем говоришь, особенно сегодня. — Настолько насыщенным, что ты даже не удосужилась явиться на задание? — он ухмыляется и облокачивается на одну из прилегающих к стене колонн. Вики почти поверила, что этот разговор удастся избежать. Чуть выдохнула, Слава Шепфе, не до конца. — Тебе не кажется, что совать нос не в свое дело — это не красиво? — Вики шипит на него, но всё равно соблюдает рамки приличия. Она никогда не славилась самоконтролем, но сейчас старается собрать все его крупицы воедино. Если она сорвется, то даст ему только новую причину для насмешек. А дочери серафима это не допустимо. — Для ангела, а я, как помнишь, им не являюсь, — опять усмешка, на этот раз самая противная, которая есть в дьявольском арсенале. Да, он не ангел, но он сын Сатаны в конце концов, в его графике явно есть что-то любопытнее, чем разговаривать с ней. От его присутствия крылья девушки нервно подергиваются. Одной ей известно сколько усилий нужно, чтобы терпеть демонов рядом, радует одно — он ее не трогает. Между ними пару метров — расстояние вытянутого крыла, достаточно для переговоров между противоположными сторонами: ни больше, ни меньше. — Зачем ты соврал? — Вики старается задавать вопросы максимально отстранено, не показывать свою заинтересованность в ответах, но обмануть Люцифера сложно, в ее случае, невозможно вовсе. — Я не врал. Смертный сделал выбор в твою пользу. Она копирует его позу: так же облокачивается плечом на колонну и скрещивает руки на груди. Весь сегодняшний день Уокер напрягает, начиная с плохого утра, заканчивая таким же вечером, обстановку накалял толстый слой непонимания, которым Шепфа облил все сегодняшние события. Не понимать, что происходит вокруг Вики любила точно также, как и вторую сторону Ирвина. — О, черная лошадка переметнулась на белую сторону? — Девушка старается противно ухмыльнуться, но получалось скверно. Только вымученная полуулыбка. Она ангел, не демон. — Нет, принцесса, просто подобная победа — это унижение, — Вики терпеть не могла когда её так называли. И он это прекрасно знает. Все эти байки про ее значимость на небесах были, как она считала, чудовищно преувеличены. Она не принцесса Рая, и даже не герцогиня. С ее успеваемостью в последнее время, Вики наверное стоит отрубить себе крылья, — поэтому я решил просто не вмешиваться. Его выбор — его рук дело. — И зачем же? — Ну как тебе сказать, люблю когда мне должны, — Так вот в чем дело. Вики Уокер, неформальная принцесса Рая в долгу у Люцифера — это похоже на начало какого-то романа с плохим концом, в котором ей явно не хочется учувствовать. — Я ничего тебе не должна! — А твое ангельское чувство долга говорит тоже самое? В этом и была основная проблема, она уже считала, что должна ему. И ничего не могла с собой поделать, ангельская сущность всегда будет вместилищем благодарности. Девушка не может закрыть глаза на помощь, пусть и корыстную. Ей хочется сказать ему что-нибудь ядовитое, но она просто молчит и глубоко дышит. Вдох-выдох, когда ты сосредотачиваешься на дыхание, можно спокойно проигнорировать любой раздражитель, в том числе, и сына Сатаны. — И что тебе нужно? — Я сообщу, когда мне что-нибудь понадобиться, а пока ты свободна. Боялась ли его Вики? Нет, конечно же нет. Демоны — аристократы, для них нет ничего важнее положение в обществе, места в жизни, которое даровало тебе рождение в той или иной семье. От этого зависел их круг друзей и круг врагов. Пусть Люцифер и антихрист, но и она в ангельском сообществе находилась, по мнению окружающих, не на последнем месте Люцифер отталкивается от стены и продолжает свой путь по коридору, будто случайно задевая её своим крылом, от этого прикосновения Вики буквально бьет током. Ей кажется, что её плечо стало омерзительно грязным и она начинает судорожно тереть его. Её дыхание становится чаще, а лицо искажает гримаса отвращения. Когда она немного приходит в себя, демон уже отошел от неё на несколько метров, она уверенна, что сейчас он бескрайне собой доволен. Девушка не сдерживается и её корпус вслед за взглядом поворачивается в его сторону. — И тебе не противно? Иметь дела с ангелами, м? — Отчаянная попытка ему насолить, вставить свои пять копеек в эту странную игру одного актера. У Вики появляется чувство, что вся их встреча была нагло спланирована, каждое слово, каждое её слово являлось заведомо предопределённой вещью, на которую Уокер никак не могла повлиять. Полная неизвестность и абсолютное отсутствие контроля. — Уокер, это тебе противно, демоны ВАБ не страдают, — и Люцифер скрывается в темной арки в другое крыло. ВАБ — Врождённая Ангельская Брезгливость. Демоны настолько часто использовали в речи этот термин, что даже дали ему аббревиатуру. Это забавно, но именно ВАБ был причиной столь недружелюбного отношения ангелов ко всем. Когда люди получали крылья, они думали, что их ждут райские сады, всеобщая любовь и покровительство, но в итоге сталкивались лишь с пренебрежением. Бывали и исключения, но тут дело было конечно же не в Непризнанных. У ВАБ были разные формы: кто-то воротил нос от присутствия не ангелов в одном помещении, кого-то не устраивал запах, у некоторых же Брезгливость была настолько не выражена, что ангелы могли даже затащить кого-то в постель, а точнее наоборот, кто-то мог затащить ангелов в постель. У некоторых ангелов отвращение вызывали только Непризнанные, или же только демоны. В общем, ВАБ — был штукой крайне индивидуальной. Подождав еще пару минут, девушка направляется в свою комнату. Ей явно нужно отдохнуть, но сначала душ. Больше всего Вики хочет смыть этот день и невесомое касание Люцифера, которое заставляло её тело трястись от раздражения. Неужели она о многом просит? Она не воротит нос от вида Непризнанных как Сэми, ее руки не сжимаются в кулаки как у Ирвина. Так почему её просто нельзя не трогать? Именно с этими мыслями девушка трет свою кожу до красна. Пытается жжением и ароматным мылом перекрыть чувство чужого касания. После душа от нее настолько сильно пахнет иланг-иланг и мандарином, что вся комната наполняется этим стойким ароматом. Девушка думает, что если бы она жила не одна, ее соседка бы явно задохнулось. Такой «обряд очищения» бывал по несколько раз в неделю. Вики старалась быть максимально осторожной, но в школе, где одна треть учеников старается тебя выбесить, вторая треть, за редким исключением, не понимает что можно, а что нельзя, не попадать в неприятные ситуации было очень сложно: то какая-то новоиспеченная Непризнанная не управиться с крыльями, то демоны «случайно» спотыкаются на тебя. Быть Вики Уокер — это обладать странным, необоснованным авторитетом, и при этом шарахаться от всех, как от прокаженных. Она выходит из душа в белом махровом полотенце, оно настолько большое, что Вики может обернуться им несколько раз и завязать бантик на боку. Девушка расправляет крылья и взмахивает ими стряхивая с перьев капли воды. После душа они становятся тяжелыми, что хочется просто снять со своей спины и положить сушиться. Но Вики только садиться на колени перед большим настенным зеркалом, вытягивает крылья, так чтобы их края лежали на полу. Она не может лечь спать пока они не высохнут. У Вики просторная комната, чем-то напоминающая царские покои, но без лишнего пафоса. Никакого золота или величественного красного, лишь миллионы оттенков бежевого, от кремового до цвета топленного молока. Комната Вики была теплой, в ней вся мебель избегала острых углов, девушка часто сравнивала свою комнату с большим пушистым облаком на рассвете, в него хотелось укутаться утром, опять заснуть и никуда не вылазить. Комната Вики — оплот одиночества с большой мягкой кроватью и сотнями созвездий сияющих на сизом потолке. Ее руки тянутся к мокрым волосам, она держит их на макушке, пару прядей выпадают из пучка и прилипают к оголенной шее. Её освещает лишь морось мелких звезд. Она пробегает взглядом по своему лицу, слегка наклоняет его вправо, в полумраке её серые глаза становятся ярче. Вики снова стряхивает крылья и пару капель попадает на зеркало. Она — красивая. Ее черты лица абсолютно симметричны, с таких как она на земле лепят скульптуры, о такой красоте пишут стихи. Она старается найти в себе какой-то изъян, но не может, Шепфа одарил её ангельской внешностью. Это и пугало Уокер больше всего. Ее мама — серафим Ребекка Уокер, ее лицо — золотое сечение, ее крылья — жемчужно-белого цвета, она — названная райская принцесса, она — ангел, который по воскресеньям сбегает на Землю, чтобы представить себя человеком, ее успеваемость — американские горки, где за неожиданным взлетом будет страшное, но предсказуемое падение, а еще она — должница дьявола. От всего этого становиться тошно. Где-то на небесах произошел сбой, который сделал Фенцио ангелом, а ее — очень важным ангелом. Вики пробегает взглядом ниже, останавливается на алых полосах от собственных ногтей, вспоминает, как остервенело сдирала с себя кожу. От её шеи до лодыжек — все ее тело покрыто этими символами ангельской нетерпимости к другим существам. Для дочери серафима она слишком слабая, все её действия — тому подтверждение. Она отпускает свой импровизированный пучок, её волосы резко падают на спину и постепенно раскручиваются. Девушка проводит рукой по своему алому горящему плечу, она терла его настолько сильно, что то покрылось маленькими ссадинами. Вот она — первопричина её истерики, лишь горсть перьев, проехавшаяся по маленькому участку тела. Она обреченно вздыхает, ей стоит поучиться у Дино самоконтролю, иначе когда-нибудь она сотрет себя в пыль. Крылья с каждой минутой становятся легче и легче, она еще раз встряхивает их и понимает, что они точно высохли, только у самого основания осталось пару мокрых перышек, но это не так критично. Ангел поднимается с пола еще раз взмахивает крыльями и затем складывает за спиной. Тело Вики ломит от усталости за сегодняшний день произошло слишком много событий, которые изрядно потрепали ей нервы. Она быстро переодевается в шёлковую сорочку и ныряет под свое мягкое пушистое одеяло. День был долгий, следующий — будет длиннее.