Преданные

— Вики! — Звук шагов — Вики, да подожди ты! — Переходит на бег — Уокер, святой дух тебя побери! — Взмах крыла и девушка врезается в широкую мужскую грудь. Вики обреченно вздыхает, вздёргивает голову и встречается с недовольными синими глазами. — И где ты шатаешься? — Рыжеволосый слегка наклоняется, его крылья заключают девушку в белоснежный кокон, так чтобы ни одна пара любопытных глаз не могла признать в ней злосчастную дочь серафима. Ирвин взволнованно смотрит в задумчивое лицо. Шепфа всемилостивый, да её вообще не волнует, что он тут беспокоится, ищет её, да и ладно бы он один! — Я не знаю, что ты натворила, но серафимы уже об этом знают! Тебя хотят видеть, — Ирвин зло шипит это ей в ухо. Что бы она не сделала, но дело — дрянь. Парню страшно представить по какой причине высшие чины спустились до её скромной головы. Ну, ладно, не совсем скромной, дочь Ребекки все-таки. Но эта самая Ребекка видела Вики лет десять назад и её прибытие в школу явно не связано с тоскующим материнским сердцем! — Что?! — Вики удивленно вскрикивает, на что парень резко закрывает её рот ладонью. Эту женщину хоть под землей замуруй — все равно найдет способ привлечь к себе внимание! — Тихо, — Ирвин проговаривает это спокойно и медленно, чеканит каждую букву отдельно, лишь бы, до собеседницы дошел смысл его слов, — Что. Ты. Сделала? Глаза Вики ещё больше расширятся, шок уступает место здравому смыслу, она начинает прокручивать в голове события последних дней. О, Шепфа, это же не связано с её недавней вылазкой на Землю? Да быть того не может, столько раз сбегала, при чем, в наглую, не скрывалась даже, а тут всё тихо, аккуратно и на тебе: мама в школе. Мда, жизнь — игра в рулетку. Девушка что-то несвязно мычит ему в ладонь, хватает его за руку, пытается оттянуть от себя. Но парень лишь недоверчиво косится на неё. Вики устало прикрывает глаза и шумно выдыхает горячий воздух. В объятьях его белоснежных крыльев жарко, она каждой клеточкой тела чувствует повисшее между ними напряжение. Они до сих пор не отошли от прошлой ссоры и вот новое потрясение, да и снующие по коридору ученики не сильно помогают сгладить острые углы. Ирвин все ещё подозрительно смотрит на неё, но руку всё-таки одергивает. — Мне кажется, что один из самых проходных коридоров не лучшее место для таких бесед, — Вики старается говорить как можно тише. Её слова пропитаны сарказмом. Скрещивает руки на груди и смотрит в упор. Она надеется, что Ирвин вспомнит, что у ангелов есть не только крылья, которые, закрывая кого-то, привлекают очень много внимания, но и таланты, о которых стоит вспоминать почаще. — Уж прости, дорогая, но из-за одной пернатой нарушительницы в школе могут быть Ищейки, — Ирвин чуть ли не давится ядом. Как она могла не подумать о них? Как вообще можно натворить что-то серьезное и не думать, что тебя, к примеру, будут искать чувствительные к чужим талантам?! Его сердце наполнено беспокойством и вполне понятной злостью. В последнее время Вики вела себя, мягко говоря, странно: где-то постоянно пропадала, избегала его, была чересчур раздражённой. Да, у неё бывали приступы затворничества, но они никогда не растягивались на такое продолжительное время, и уж, тем более, не приводили к появлению в школе крылатых верхушек. Неведение хуже горькой правды. Всегда, как бы не казалась иначе. Неведение дарит иллюзию счастья, не обремененного проблемами. Но на деле ты просто теряешь контроль, плывешь по реке в сторону водопада, и не замечаешь, как течение ускоряется. Вики закрывает глаза, замучено проводит по лицу руками и зарывается пальцами в свои черные пряди.

Как же она устала…

Проблемы клеятся к ней одна за другой, словно банные листы. Кажется только наступает мирное время и вот, тут же, что-нибудь случится. Да, ещё и голова в последнее время отказывается работать, хорошо, что Ирвин думает за двоих… Иногда. — Если меня хотят видеть по той причине, о которой я думаю, то Ищеек в школе нет. Успокойся и перенеси нас! — Ирвин резко взмахивает крыльями вперед, будто специально больно бьет девушку по голове и тут же отпрыгивает от неё, — Ирвин!!! Вики одной рукой хватается за голову, жмурится и бросает недовольный взгляд на Ангела. Тот и бровью не повел, только с высока смотрит в её сторону. Конечно, приказы в её положение — не лучший способ получить желаемое, но и бить людей — не лучший способ построения отношений. Хотя, о чем она думает? Это же Ирвин. Между ними повисает тишина, изредка нарушаемая пением райских пташек. Буквально десять минут назад оживленный коридор опустел, ученики, словно чувствуя гнетущую атмосферу, обходили его стороной. Внезапно, их молчаливую битву прервал размеренный звук шагов. — Здравствуй, Вики, — Дино приветливо улыбнулся девушке. Только подойдя чуть-ближе он заметил Ирвина, стоящего ближе к рельефной колоне, парни тут же кивнули, пропуская мимо никому не нужные любезности. Они заметили друг друга, при их абсолютно нейтральных отношениях, этого было достаточно. Внимание сына Фенцио снова вернулось к девушке. — Здравствуй, — Вики непринуждённо улыбнулась ему, — Давно не виделись. — Не думаю, что в этом есть моя вина. Это ты у нас ангел-потеряшка: постоянно куда-то пропадаешь. Вики впервые засмеялась над его шуткой. Обычно парень шутил сухо и неуместно, ангелы улыбались на это из вежливости и уважения к белокрылому отличнику. Но и шутил он не часто, правильнее сказать, чаще он и не шутил вовсе. Стоял один с грудой книг или же пропадал на изнурительных тренировках. Внутренний голос девушки мерзко зашипел, что именно таким должен быть наследник серафима, но Вики быстро его заткнула, чтобы ни один из возможных оттенков горечи не отразился на её лице. — Кстати, ты в курсе, что тебя ищет ангел Фенцио? В школу прибыла серафим Ребекка, — Вся легкость их разговора в тоже мгновение исчезает. Дино не любит задушевных дружеских бесед, переходит к делу. Его лицо снова становится серьезным, словно и не было этих секундных приятельских улыбок. — О, я знаю, мы как раз об этом и говорили, — Вики продолжает улыбаться своему собеседнику, и словно, невзначай, бросает взгляд на Ирвина. Тот стоит мрачнее тучи, холодный, как кремень. Такое чувство, что после прихода ангела он не сдвинулся с места. Если бы вместо Дино к ним подошёл какой-то другой ангел, он бы натянул дружелюбную мину, возможно, даже участвовал в беседе.

В никому не нужной беседе, наполненной натянутым дружелюбием и субординацией.

— И все-таки, я бы, на твоем месте, поторопился, — Дино замолкает, его взгляд останавливается где-то в районе её переносицы. Лицо парня не выражает ни одной эмоции. Вики ощущает как по её спине пробегает табун мурашек. Такое беспристрастное внимание ей непривычно. Большую часть времени она проводит с Ирвином или же Сэми. Эти двое никогда не славились своим холоднокровием: один — ходячий ураган, другой — мировой друг, — Мне пора, рад был вас увидеть. — Вики, Ирвин, — ангел в знак прощания поочередно кивает сначала девушке потом парню и идёт дальше по коридору в то крыло, где… находится кабинет ангела Фенцио? Идея, как отомстить за пернатый подзатыльник, проносится яркой вспышкой. Вики непринуждённо поворачивает свою голову в сторону рыжеволосого изваяния и широко улыбается, её глаза сияют, как два медных пятака. От этой картины Ирвин непроизвольно дергается. Его мышцы напрягаются. Шепфа его пощади, он знает это выражение лица и ничего хорошего оно не предвещало. Весь её образ буквально кричал: сейчас я сделаю какую-нибудь пакость. Вики внезапно поворачивается в сторону уходящего в другое крыло Дино. — Эй, Дино! — Парень останавливается и оборачивается к девушке, — Ты идешь к ангелу Фенцио? — Да. — Я с тобой. От её слов Ирвин поперхнулся. Она сошла с ума?! Решила, что пойдет на эшафот с гордо поднятой головой?! Куда угодно лишь бы от него подальше?! О чем она только думает! Им нужно было все обговорить! Ему, для начала, нужно понять, что она вообще сделала, а потом уже задуматься как они будут её оправдывать. Вики тем временем уверенно направлялась в сторону ожидающего её ангела. Если Ирвин не верит, что её проступок незначителен, то это проблемы Ирвина. А слегка поиграть на чужих нервах — никогда не было лишнем. Он стал слишком много позволять в её сторону. Она — не его вещь и она не обязана отчитываться за каждый шаг, а уж тем более, когда дело касалось её наказания, ни его, ни их общего, а её собственного. — Я с вами, — Вики ели сдержалась чтобы не улыбнуться. Ну, а как же иначе? Ему же в конце концов надо узнать, что она натворила. Неведенье — страшнее смерти. Став свидетелем этой сцены губы Дино слегка вздрогнули. Он отвернулся и продолжил свой путь дальше. Иногда, в самые черные ночи, он признавался себе, что завидовал этим двоим: они у друг друга просто были. Несмотря на все их разногласия и вечную ругань каждый из них костьми за другого ляжет. Дино же за звание одного из лучших учеников школы приходилось платить одиночеством. До кабинета ангела Фенцио троица дошла молча, каждый был погружен в свои сумбурные мысли.

***

Ангел Фенцио и Ребекка стояли у большого прозрачного окна и о чем-то сдержанно беседовали. Бывший Престол был до неузнаваемого расслаблен. Появление старого друга, пусть и по неизвестным для него причинам, наполняло грудь теплом, а голову ворохом давно упрятанных воспоминаний. Они впрочем не приносили покоя. Та, прошлая жизнь была его рваную раной, которая почему-то не желала затягиваться. Уважение, престиж, власть — у него было все, чего он мог только желать и все это он отдал ради Неё, а единственное, что желала Она была утерянная жизнь на Земле. Вот такая ирония… Теперь он ее понимал. Массивная коричневая дверь отворилась с противным скрипом. Как только Вики переступила порог, её решительность будто ветром унесло. Она была готова к наказанию, даже подозревала к какому. Что-то наподобие внеклассных работ в архиве или же отстранение от посещений Земли на пару десятков лет. Последнее конечно было не сильно приятно, но так и быть, Вики примет приговор с достоинством. Только хочешь не хочешь, а ожидание неминуемого всегда застревает комом в горле. Собеседники бросили отстранений взгляд на учеников. Лицо Фенцио тут же решилось той разрывающей сердце печали, все его тело вытянулось, как струна, он отогнал навязчивую ностальгию и снова вернул себе привычный образ строго преподавателя. — Вики останься, остальные — покиньте помещение, — приказной тон Серафима не предполагал отлагательств и ангелы молча вышли из кабинета. Женщина откинула капюшон своей белой мантии, её светлые, словно лучи солнца, волосы были убраны в высокий пучок. Ребекка не поменялась, на её лице ни одной новой морщинки. Такая же как и тогда: аккуратная, холодная и преданная. Идеальная Ребекка Уокер. Стоя перед ней, Вики впервые в жизни чувствовала себя так потеряно. Единственная дочь, долгожданная наследница была ни капли не похожа на родную мать. Быть может, лишь вздернутый нос роднил их, но это очень сложно учесть за сходство. Ребекка пробежалась по Вики отстранённым взглядом, будто и не было десять лет прошедших с их прошлой встречи. Девушка поежилась. Этот взгляд вонзался в кожу десятками иголок, дарил самые мерзкие ощущения. Идеальная Ребекка и недотягивающая даже до её ногтя Вики — Привет, мам, — Манеру их общения, как всегда, задавал, тот, кто первым осмелился хоть что-то сказать. Сегодня Вики желала быть её дочерью, сегодня она в заведомо проигрышном положении и желает, чтобы её собеседница тоже испытала то, забытое чувство, под названием дискомфорт. Серафиму легче разговаривать с ней формально. Начальник — подчененый: вот, тот тип отношений, в котором Ребекка плавала, как рыба в воде. Брови Серафима слегка приподнялись и тут же вернулись в исходное положение. Она не ждет, когда Вики подойдет, сама делает пару невесомых шагов в сторону девушки. Из-за длинной мантии кажется что женщина плавно плывет по полу. Она останавливается в двух метрах от девушки. — Здравствуй, дочь, — руки Ребекки сложены в замок, её спина ровная, а подбородок слегка приподнят. Она всем своим видом показывает, что и в этой игре победитель предопределен заранее. От её «дочь» Вики успела десять раз пожалеть о своем решении, — Впрочем я здесь не для обмена любезностями… Решительность Вики перед этой женщиной будто ветром унесло. Она была готова к наказанию, даже подозревала к какому. Что-то наподобие внеклассных работ в архиве или же отстранение от посещений Земли на пару десятков лет. Последнее конечно было не сильно приятно, но так и быть, Вики примет приговор с достоинством. Только хочешь не хочешь, а ожидание неминуемого всегда застревает комом в горле. — Тебе уготована великая честь, дочь моя… — Что?