Никто не берет меня в жены или экстремальные способы выживания одинокой женщины с детьми

— Открывай, уродец! От нарастающего шума, различимого из коридора, Мариса кокое-как разлепила сонные глаза. В очередной раз она проснулась не от пения птиц за окном, а из-за криков любимых детишек. Сначала она накрыла голову подушкой, чтобы вновь попытаться уснуть, но как только будильник напомнил ей о начале трудовой недели, женщина мысленно досчитала до десяти и неохотно поднялась с кровати. — Ещё один денёк в аду, — буркнула себе под нос Мариса, залезая босыми ногами в тапки с дырками на больших пальцах. — Романо, чертов придурок! — продолжила сокрушаться на брата шестнадцатилетняя Нова, но как только девушка заметила в коридоре главу семейства, тут же переключила все внимание на нее. — Ма, Романо опять засел в туалете и одному богу известно, чем он там занимается! Романо! — Новали ещё сильнее ударила дверь раскрытой ладонью. — Доброе утро, — Мариса, давно привыкшая к подобным сценам, равнодушно прошла мимо в поисках чашки утреннего кофе, для того чтобы проснуться и как следует взбодриться. — Ты что же ничего ему не скажешь? — крикнула дочь ей в спину. А когда маман, даже не оборачиваясь, легко помахала ей ручкой, девушка пришла в бешенство. — Поверить не могу! — чванливо жуя жевательную резинку, Нова закатила глаза. — Я девушка и мне нужна отдельная ванна! — А мне нужно пять минут тишины в этом дурдоме, но я же не жалуюсь. — Романо! — сестра из последних сил пнула дверь в тот самый момент, когда она открылась с обратной стороны. Романо Уркола с важным видом показался из туалета. Его потертые джинсы низко сидели на бедрах, а на голове красовалась кепка, надетая прямо на бандану, так как он причислял себя к сторонникам хип-хоп культуры. — Чего ты пасть открыла? Мне нужно было срочно разобраться с утренним стояком! Так что ты поаккуратнее там со стульчаком. — Фу! — Нова брезгливо скривила свое милое личико. Внешне она была очень похожа на отца, но своей миниатюрностью была обязана генам матери. — Поскорее бы подписать контракт и свалить из этой дыры! — девушка что есть силы захлопнула двери туалета, и оказавшись внутри, вновь разразилась криком, — фууу! Научись пользоваться освежителем, Романо! Но брат только лишь удовлетворённо ухмыльнулся и последовал на кухню вслед за матерью. — Hola, че у нас по завтраку? — Bonjour! Хлопья на столе, молоко в холодильнике, — пока Мариса тщетно пыталась разобраться с кофеваркой, старший из ее детей полез в морозилку. — А где вчерашняя пицца? — Романо, ты ещё не понял? В этой семье либо ты ешь быстро, либо не ешь вообще! Черт знает что! — Когда кофеварка начала искрить, Мариса едва ли успела отскочить назад. — Теперь ещё и это! Мало мне счетов за газ и электричество! — Кстати, мне нужна двадцатка, у нас в школе сегодня запланирован выездной урок в… — В? — Мариса проявила любопытство, воинственно складывая руки на груди. — …в музей. Исторический там…все дела — С каких пор тебя стала интересовать история Аргентины? — Ма, ну чё за допрос? — А то! Брось курить и вот тебе сэкономленная двадцатка в день! Не давай голодному рыбу, дай ему удочку! — Мариса щёлкнула языком, а Романо только снисходительно пришурил глаза. — Ты просто мать года! — Не пытайся надавить на мое материнское самолюбие, я четверых без наркоза родила! Романо закатил глаза, присаживаясь за стол и высыпая в тарелку внушительную порцию кукурузных хлопьев. — Как-будто об этом можно забыть! — Ма, у нас сортирка закончилась! — сбежала по лестнице Новали и остановилась у зеркала, чтобы поправить свой и без того идеальный макияж. — А ещё мне нужна двадцатка на… Не дав договорить, Мариса прервала старшую дочь, коротким заявлением: — Музей можешь пропустить. Зачем тебе история Аргентины, если ты даже фамилию свою с ошибками пишешь. — Какой ещё музей! — вспыхнула Нова. — У меня на носу школьный показ, мне нужно новое платье! — А со старым что не так? — Его подпортил сынок наших соседей! — усмехнулся Романо, тут же получив оплеуху от сестры. — А что?! Про ваше рандеву на заднем сидении BMW сеньора Эскура всей школе известно! Мариса резко повернулась и посмотрела на дочь: — Тебя жизнь вообще ни чему не учит! Хочешь закончить, как я? — Ма, — Нова равнодушно лопнула пузырь с жвачкой, — мы с Хорхе только целовались, клянусь своим новым платьем. — В последний раз, когда я так целовалась на заднем сидении авто с твоим папашей, появилась ты! — Ма-ма! — выкрикнул кто-то из спальни второго этажа, — По проснулась. — Разговор окончен! А теперь оба в школу! — А что насчёт лавэ?! — Романо попытал удачу ещё раз. — С миллиона сдача найдется? Нет? — не без оснований усомнилась Мариса, — тогда до вечера. И кстати, кто-то из вас сегодня забирает мылышку По из яслей. — У меня тренировка! — У меня показ! — одновременно отозвались оба старших подростка. — И почему я не отдала вас отцу? — устав от навалившихся на нее проблем, вслух задалась этим риторическим вопросом Мариса.  — Чтобы постоянно его этим попрекать! — быстро подсказала ей Новали. — А ну да, точно! — Мам! У По воняет подгузник! — Идууу!!! — выдохнув от напряжения,  на лестнице Мариса встретила своего среднего сына Ману с младшенькой на руках. Бережно передав кроху матери, паренёк неожиданно вспомнил: — Мам, к завтрашнему дню мне нужно сделать поделку на тему защиты окружающей среды… Иногда Мариса удивлялась как после двух оболтусов у нее появился подарок небес — Манускрипто, — удивительный ребенок, который ходил в школу не затем, что так было велено, а потому что был жаден до новых знаний. Лучшая успеваемость в классе, множество выигранных олимпиад по биологии, и список достоинств и регалий Ману можно было бы продолжать бесконечно. Глядя на него, Мариса всегда задавалась вопросом, не подменили ли сынишку в роддоме? — Ножницы в столе, клей куплю вечером, а коробки ты и сам найдешь. — И что это будет? — Не знаю, — Мариса просто пожала плечами, — это ты скажи, ты же у нас гений! Все пора в школу, люблю вас! — глава семьи поцеловала Ману в щеку, и потрепав затылок с огненно- рыжими волосами как у нее самой, помахала двоим старшим. — Мам, мне ещё нужно сдать деньги за дополнительные занятия по биологии. Сеньор Миранда уже спрашивал… — Беги скорее, сынок, а то опоздаешь на уроки! Пока! — Мариса ещё раз помахала ручкой, но на этот раз это была маленькая ладошка крошки По. На самом деле десятимесячную По звали Поэзия. Диего Уркола, бывший муж Марисы, по роду деятельности был писателем, поэтому имена всех четверых его детей были так или иначе связаны с творчеством: старший Романо и его погодка Новелла, которую чаще всего звали Нова или Новали с испанского значились как «Роман». Манускрипто, он же Ману с испанского означало «рукопись». Мариса до сих пор не могла поверить в то, что разрешила назвать детей подобными именами, но списывала все это на хронические недосыпы и состояние зомби в послеродовой период.   — А вот и я!!! — Мама? — Мариса увидела Соню, виляющую бедрами в очень откровенном платье. Дочь давно привыкла к таким вызывающим образам, поэтому решила тактично смолчать — Мне не до разговоров, кормлю малышку и уже убегаю на работу. — Я не займу много твоего времени.Посмотри на меня, ничего не замечаешь? — Голову помыла? — Нет! — Взгляд сеньоры Рей красноречиво говорил о том, чтобы Мариса попробовала ещё раз. — Морщина новая появилась? — Типун тебе на язык, Господи, прости! Я немного увеличила грудь! Ну как? — Соня сгребла в охапку свой бюст. — Лучше бы ты увеличила мозг! — Не завидуй дочка, вот получу новую роль и тебе сделаем.Там наверняка после четверых детей и глянуть страшно! Сеньора Рей была негасимой оптимисткрй и никогда не теряла надежды вновь вернуться и блистать на сцене. — Ты сможешь забрать По из яслей сегодня? У меня смена до десяти.  — Прости, врач запретил мне поднимать больше одного килограмма, я до тебя то еле дошла.Нужно принять обезбаливающее, да, и я совсем забыла про бульон! Оставила на плите! — Соня исчезла так же быстро, как и появилась. — Беги, беги, Иуда, и без тебя справимся! Правда По, моя сладкая? — Мариса чмокнула дочку в курносый носик, от чего та счастливо улыбнулась, выставив напоказ четыре своих зуба. — Привет, — сразу после ухода Сони на пороге дома появился бывший муженек. Он частенько захаживал в гости под невинным предлогом проведать детей, хотя на самом деле тупо слонялся по округе без дела. — А кто это у нас такой миленький? — Диего взял свою младшенькую на руки и покачал ее. Мариса наградила весь этот спектакль долгим испытывающим взглядом: — Ты принес алименты? — Ну что ты такая преземленная, Марисита? На уме только деньги, деньги, деньги! Уркола посадил малышку обратно в стульчик для кормления и заглянул в холодильник, почесывая живот через майку. — Ни чего на завтрак нет что- ли? — Есть, еда есть в магазине! Так ты принес деньги? — Ты же знаешь, я художник. Я творец! Свободная творческая личность! Мои романы не рождаются по щелчку пальцев для этого нужно вдохновение, особый настрой, я бы даже сказал. Мариса усмехнулась, произнося немного с сарказмом: — Ах, да точно! По щелчку пальцев у тебя только дети получаются! — Обидеть мастера каждый может! — Уркола нашел на столе вчерашний кусок пиццы и с удовольствием отправил его в рот. — Когда будут деньги, Маркез? Твоим детям каждый день нужно что- то есть, одевать, у них есть потребности, которые ты всячески игнорируешь. Диего, услышь меня, я еле свожу концы с концами, у меня стопка неоплаченных счетов, только посмотри! — от отчаяния Мариса прошелестела пачкой белоснежных конвертов. — А ты говоришь мне о сраном вдохновении! Чем я буду кормить детей на ужин? Может твоим новым романом? Или вдохновением? Твои книги — дерьмо понял? Устройся на нормальную работу! Хотя нет, они сгодятся, когда у По закончатся памперсы, я буду вырывать по листику и подтирать ими задницу. Или нет, придумала, буду топить ими дом, чтобы не замёрзнуть зимой от холода! — Какой мерзкий тон, — обиженно произнес Уркола, решив что ему пора сматываться, пока бывшая жёнушка не опустилась до более серьезных оскарблений. — Я, пожалуй, зайду, когда у тебя будет настроение получше! — Диего поцеловал малышку, с рвением жующую соску и поспешил быстро удалиться из дома. — Ну и что тут забыл этот писака- осеменитель? — на этот раз гостем Марисы стал ее сосед, а по совместительству ее лучший друг Гвидо. — На завтрак ничего? — Лассен скривил нижнюю губу, когда открыл холодильник и не обнаружил на полке ничего из съестного. — Издеваешься? — Ну хорошо, виду у тебя на лице кисляк, поэтому слушай мою новую историю Значит, приходит ко мне старушка, лет 90, вся в черном и оплакивает своего мужа… — Ты ведь понимаешь, что на сеансе психотерапии люди открывают тебе душу, в надежде, чт о все рассказанное ими останется тайной? — Да, ладно — Лассен не воспринял слова подруги всерьез. — Я ведь тебе по дружбе, а ты не из болтливых. — Мне уже пора! Черт, — выругалась Мариса, когда По выплюнула кашу на блузку любимой мамочки. Сеньора Уркола, без всякого стеснения, быстро избавилась от верхней части своего гардероба и потянулась за чистой майкой в сушилку. — Ты чего это такая на нервах? Секса давно не было? — Шутишь? Жизнь каждый день имеет меня во всех известных мне позах! — Тогда следующая моя новость тебя порадует! — Если ты неограбил банк и не хочешь со мной поделиться, то вряд-ли! — Мариса откинула в сторону майку, которая так же оказалась с пятном на груди и взялась застёгивать пуговицы на платье, которое показалось ей самым мерным решением. — У нас новый секси-шмекси сосед! Тридцать восемь лет, работает в полиции, разведен, детей не имеет.Ориентация традиционная. Эх, — Гвидо с сожалением вздохнул, — я бы хотел этот лакомый кусочек себе. — Гвидо, я на работу опаздываю! Ты сможешь забрать По из детского сада? — Только взгляни! — Лассен отодвинул занавеску и указал на мужчину в футболке, рукава которой были заказаны до локтя и открывали прекрасный вид на загорелые бицепцы. Блондин носил коробки из грузовика и поочередно составлял их на крыльцо. — А эта гадючка что здесь делает?! —  Лассен проследил взглядом, как их соседка Сол на огроменных каблуках вышагивала к дому нового постояльца с приветственным пирогом в руках.  — Вот же быстрая гадина! — Да… — задумаоась Мариса, — будь у меня на 4 ребенка поменьше, а грудь на четыре размера побольше, этот пирог несла бы я. — Да брось, тебе всего 34, а если взять твоих спиногрызов, то смело можно принять их за твоих братьев и сестер. — Вот поэтому я и дружу с геем! Ты всегда делаешь мне комплименты, даже когда я этого не заслуживаю. Черт, — Мариса украдкой взглянула на свои наручные часы, — я уже опаздываю на работу! Она схватила малышку и поспешила выйти на улицу. Уже издалека женщина заметила соседку из дома напротив, явно желающую с ней побеседовать.Мариса наспех пристегнула крошку Поэзию в автомобильное кресло и быстро юркнула на водительское сидение. — Стой, Уркола!!! Стой, кому говорю! Семеня шагами, соседка замахала руками прямо перед подъездной дорожкой. — А…Пилар, — Мариса сделала вид, что не сразу заметила надвигающуюся на нее словно ураган, сеньору Эскура. — Рада тебя видеть. Я бы поболтала с тобой, но ужасно опаздываю на работу. — Здравствуй, Мариса! Я бы сказала, что тоже рада тебя видеть, но знаю, как ты ненавидишь, когда врут. — Ну тогда пока, — Уркола изобразила улыбку на лице и дернула рычаг на коробке передач. Автомобиль издал страшный рык. — Ну ты… совсем совесть потеряла! — Моя совесть чиста, я ею не пользуюсь. — Тогда передай своей драгоценной доченьке, чтобы она не светила трусами перед моим сыном! — Новали? Она все равно их не носит! — Мариса поспешила завести двигатель и со звуком от тормозов рвануть с места, оставив после себя клубы черного дыма. Пилар раздраженно ударила себя по бедрам, явно неудовлетворенная беседой со своей нерадивой соседкой: — Я заявлю на тебя в службу опеки! — крикнула она на всю улицу. *** Опоздывая на работу, Мариса влетела в бар, в котором работала уже целых пять лет, и прямо на ходу завязала волосы в тугой хвост: — Прости, малышка заболела, пришлось вызывать доктора. Владелец бара выдал сомнение, разбираясь с новой пивной кегой у стойки. — На прошлой неделе был Ману, сейчас По, я так понимаю, на следующей нам ждать ротовирус от Новы? Постоянные посетители, — парочка пьяниц- бездельников на пенсии засмеялись, прикладываясь ртом к пивному горлышку. — Я же уже извинилась, задержусь на пятнадцать минут позже после закрытия, — принимаясь за обслуживание вновь прибывших столиков, Мариса провела несколько часов к ряду в абсолютной беготне. Неожиданно ее отвлек звонок мобильного телефона: — Сеньора Уркола, вас беспокоит из отдела полиции, офицер Гузман. — Что на этот раз натворил Романо? — сразу же догадалась женщина, уже держа ключи от своего старенького форда наготове. — Вам придется подъехать к нам в участок… Ебанное все, — промелькнула мысль в голове у сеньоры Урколы, когда она не смогла завести двигатель…