Когда киллер называет тебя милой

      Мужские руки прерывисто гуляют по моим бёдрам. Медленно скользнув под футболку, они продолжали играть вдоль позвоночника как по клавишам, заставляя невольно выпрямиться. Свежий весенний ветерок задувал в окна, ободряя и будоража наши тела. Я легонько сжимала его плечи, ни на секунду не отрываясь от горячих губ со вкусом мохито, почувствовала, что такое желание. Рома стал прерывисто целовать, медленно перемещая ладони со спины, которая несколько раз успела покрыться мурашками, на коленки. — Нам бы остановиться, — сделал он паузу в две секунды и снова прильнул ко мне.       С явным нежеланием прекращать, я обвила шею Ромы руками. — Ты пьяная, — он плавно отпрянул от губ и оставил долгий и тёплый поцелуй на скуле, — нужно проспаться, сегодня был насыщенный день, — томно проговорил он на ушко.       Очередные мурашки и холодок по коже. Губы всё горели и горели. Я отстранилась на пару сантиметров и уперлась одной рукой на поверхность позади себя. Рома бережно стянул с кухонной столешницы и провел пальцами как расчёской по волосам до затылка. — Я принесу тебе плед, — сказал парень и медленно ушёл в другую комнату.       Меня заштормило. Всё будто завертелось. Я глупо бегала глазами по стенам квартиры и несколько раз моргнула, после чего побрела до дивана и плюхнулась. Прикрыв глаза, сразу затошнило. Это вот так проходят пьянки? Уши горели, но вот сердцебиение постепенно приходило в норму. — Ты впервые напилась? — с лёгкой усмешкой спросил Рома, положив плед около меня. — В таких количествах — да, — кивнула я. — Может, лучше не идти завтра в школу? — Ты что? — серьёзно спросила я, — надо. — Завтра суббота. Отдохни на день дольше, — ненавязчиво настаивал он. — Нет, — твердо ответила я, но в душе очень хотелось остаться дома, закрыться в комнате и не выходить во внешний мир. — Ладно, я разбужу тебя в семь, — смирился Рома и кротко погладил по моей руке, — спокойной ночи, — он встал и медленно направился в свою спальню.       Просидела я не так долго. Для меня было непривычным пьяное состояние, поэтому я наблюдала за тем, как все крутится и шатается вокруг. Голова будто чем-то наполнялась с каждой минутой, в ушах тихий писк, а глаза слегка опухли. Не самое приятное состояние. Я легла спать, надеясь на то, что завтра мне не будет настолько плохо.       Проснулась сама. Часы показывали без десяти минут семь. Удивившись тому, что я проснулась и не захотела дальше спать, поднялась на локтях и попыталась оценить состояние. Тошнило. Во рту чувствовался уже не такой приятный вкус алкоголя, поэтому у меня было острое желание почистить зубы, но и будить Рому раньше времени не хотелось. Услышав, как по тёмному паркету стучат когти пса, я повернулась в сторону звука, делая очень медленные попытки встать. Рей сел в паре метров от меня и игриво рассматривал. Я мотнула головой, спрашивая «Что?», на что он только высунул язык. Через несколько секунд я уловила неторопливые шаги. — Ты что, выспалась? — был удивлён тому, что я проснулась сама. Он не казался тем, кто проснулся буквально недавно. Рома давно бодрствует? — Думаю, да. А ты давно встал? — спросила я и зевнула. — Около часа назад, — он направился на кухню, — ты пьёшь кофе или чай? — Чай.       На мой телефон неожиданно пришло SMS-сообщение от мамы: «Аня, доброе утро! Нам с отцом пришлось уехать, погиб наш друг, мы приглашены на похороны. Вернёмся завтра вечером, едем в соседний город. В школу не опаздывай! Днём позвоню»       Я отправила ободряющее сообщение и слегка расстроилась. Смерть — страшное явление. Никогда не доводилась побывать на похоронах. Вероятно, это тяжело. Единственное, что радует, так это то, что смогу сутки балдеть дома и смотреть фильмы, а ещё надо бы дочитать мистический детектив, пока не забыла сюжет! Аккуратно подходя к окну, начала вглядываться в потёмки. Родители решили выехать пораньше, чтобы к обеду уже быть там. — Что такое? — спросил Рома, — кого высматриваешь? — Родителей, — сосредоточенно ответила я, не сводя глаз с пустой машины отца, — они уезжают до завтрашнего дня. Хочу перед школой зайти домой.       Дожидаясь, когда же выйдут из подъезда родители и уедут, я успела сложить плед и свою школьную форму. Определённо, нужно воспользоваться этим случаем и пойти домой. Хватит стеснять Рому. — Уже убегаешь? — спросил он, усмехнувшись, и загрузил грязную посуду, оставшуюся со вчерашнего дня, в посудомоечную машину. — Да, нужно переодеться, — ответила я, — верну твои вещи после стирки, спасибо за всё, — с искренней благодарностью я посмотрела на него и направилась к выходу. — Ты не боишься идти одна в школу? — намекал Рома на свою помощь, после чего я посмотрела в окно, где все ещё темно, — давай встретимся в восемь внизу.       Неуверенно кивнув и улыбнувшись, я вышла из квартиры, быстро спустилась по лестнице на этаж ниже и закрылась в своей квартире. Он хочет меня довезти? Ох, ладно. Раз предложил, значит есть возможность, не стану отказываться. Намного же лучше, чем добираться самой в темноте после вчерашнего экстрима.       Ощущалось спокойствие и умиротворённость. Никто не напоминает об отличных оценках, никто не подгоняет собираться быстрее. Дома тишина и комфорт. Запах свежеиспечённый шарлотки приятно удивил и торопил меня быстрее идти на кухню, поэтому я мигом приняла душ, оделась в комфортную одежду и успела съесть сладкий десерт перед выходом. Сегодня суббота, а по субботам в школу разрешают приходить в свободной форме, поэтому сегодня на мне чёрные джинсы и горчичного цвета свитер. Обожаю цвета, приближенные к жёлтому и оранжевому.       Я не очень доверяю такому средству как сухой шампунь, но на этот раз решила дать ещё один шанс. Ситуация на голове не критическая, но если шампунь соизволит подействовать, будет очень даже хорошо. Схватив рюкзак, я спустилась вниз, где уже поджидал Рома. Вокруг по-прежнему темно, но не настолько, как в семь утра. — Готова? — спросил парень, держа чёрный рюкзак за спиной, — дай свой номер телефона.       Я продиктовала номер и стала невзначай пялиться на парня, одетого в абсолютно все чёрное… У него есть цветные вещи? Ну вот кроме белой майки и футболки. Если вдруг… может быть… возможно… он хочет быть неприметным как в фильмах, то он делает наоборот. Тёмное пятно не привлекает внимание? Я вот засматриваюсь на таких людей, когда вижу в городе. А может я зря прикапываюсь! Может, это его любимый цвет, а я тут критикую стою, думаю. Наверное, ещё не выветрился алкоголь. — Вызову тебе такси. Дай знать, когда приедешь, — сказал он, вызывая машину в приложении. — Ты тоже куда-то идёшь? — спросила я, взглянув на рюкзак. — Да, — коротко ответил он, не отводя взгляд.       Подождав пару секунд, я начала злиться и негодовать. Обычно, когда задают такой вопрос, люди отвечают что-то вроде: «да, я иду туда-то, туда-то». Он какой-нибудь агент ФСБ??? А что? Ветклиника, жилой комплекс, всё указывает на то, что он состоятельный, так может у него и работа не разрешает разглашать информацию? Ну хотя бы это можно мне сказать, так дружба не строится… — Голова не болит? Не тошнит? — вытянул он меня из своих мыслей. — Тошнило, когда проснулась, сейчас всё нормально, — ответила я. — Что будешь делать на выходных? — Отдыхать, — с наслаждением сказала я, подняв глаза на небо, — хочу дочитать книгу и просто отдохнуть от родителей. А ты? — даю ему ещё один шанс на ответ, чтобы узнать о его деятельности больше. — Ну, так… — сморщился он, смотря куда-то мимо меня, — найду, чем заняться. — А по-конкретнее? — терпела я до последнего, — я вот сказала тебе, а ты не хочешь.       К нашему дому подъехала белая машина. Видимо, как назло, была близко к нашему району. — Таким малышкам рано знать о моих делах, — будто убеждал он, смотря прямо в глаза и не моргая, — тебе пора. — Мы с тобой точно не подружимся, — сквозь зубы недовольно проговорила я, направляясь к машине. Рома усмехнулся, расплываясь в очаровательной улыбкой. Он находит это милым, но я серьёзно!       В учебном заведении все поговаривают о том, чтобы закрыть всю школу на карантин. Все начальные классы закрыли и ещё несколько из среднего звена. Вся надежда на обстоятельства. «Я начинаю злиться» — написал Рома. «И я! Забыла написать, извини, но я живая» «Почему ты злишься?» «У нас мало шансов подружиться»       Написав последнее сообщение, я убрала телефон подальше. Школьный день не принёс никакой радости. У нас провели всего два урока из пяти. Многие учителя заболели, половина класса тоже не пришла, да и сами уроки не были информативными. Полнейшая скука. Я люблю, конечно, узнавать новое, но только в той области, которая меня интересует. Например, история искусств или астрономия. — Так, внимание! — громко сказала Оксана Анатольевна, наша классная руководительница, — С понедельника ваш класс закрыт на карантин. Половина болеет, часть из тех, кто пришел, тоже болеет, поэтому вот так решили. Но это не значит, что здоровым объявлены каникулы! Сидим дома и бережем свое здоровье! Сегодня к вечеру будет известно расписание факультативов по предметам, которые вы выбрали для сдачи экзаменов, будете приходить группками во время карантина. — А что с вальсом? — поинтересовался кто-то с задних парт. — С ними повременить надо, — ответила классная руководительница.       Одноклассники тихо радовались, а когда ушла Оксана Анатольевна, то пришли в полный восторг, не сдерживая гул. Несомненно, я тоже радовалась! Быстро собрав вещи, направилась в гардероб, где толпились все ученики школы. Видимо, всех отпустили после второго урока. Я медленно пробиралась через толпу к своему пальто и заметила, как Геля взяла его, посмотрела на меня и отпустила его падать на пол, но рядом стоящий Артём сразу подхватил его и пошел в мою сторону. Она только уставилась в его спину с ярко выраженным недопониманием. Вот стерва… — Благодаря тебе моё пальто не стало жертвой пыльных башмаков. Спасибо, — поблагодарила я своего соперника по оценкам. — Тебя, по-любому, недолюбливают, — усмехнулся он. — Нет, им просто заняться нечем, — ответила я, на что он промолчал.       Достав телефон, я увидела новое сообщение от Ромы: «Тебя нужно будет забрать?». Оно пришло как раз тогда, когда я убирала телефон в начале учебного дня. Я ответила на него отказом. Почти убеждена, что днём меня никто не похитит. Вечерами мне возвращаться домой теперь страшно, но не днём. Кто средь бела дня на меня накинется?       С Артёмом мы сели в один автобус и даже вышли на одной остановке. — Ты где-то тут живёшь? — спросил он, поправляя лямки рюкзака. — Да, ты тоже? — Нет, хожу к репетитору в том здании, — он указал на здание, куда хожу и я по вечерам. — И я хожу к нему, — слегка удивилась я, посмотрев на него. — Да? Вечером? Днём я хожу туда с другой группой.       Мы шли в одну сторону, как раз мимо моего дома. Крупные хлопья снега приятно падали на ресницы, но через какое-то время глаза намокали от этого. Снова создалось впечатление наступающей зимы и нового года, хотя уже конец марта. Мы с Артёмом попрощались, и я благополучно поспешила домой уплетать шарлотку с чёрным чаем.       Тишина в квартире успокаивала. Звук включенного телевизора, когда его никто не смотрит, слегка раздражает меня. Это вроде и создаёт уют, как мне кажется, но тишина для меня приятнее. Я переоделась в самый мягкий комплект домашней одежды — белый свитер и такие же штаны. Мягкость ткани придаёт беспредельное блаженство.       После чаепития я развалилась на диване, взяв в руки детектив, который так давно ждал меня, и увлеклась чтением. Казалось, что прошло так много времени с того момента, как я положила её пылиться на полку. Чрезмерная учёба лишает удовольствия, выматывает, порой раздражает и забирает последние силы. Мир и атмосфера в книге — убежище, к которому я прибегаю в свободное время. Это место, где мне интересно. Я не заметила, как впитала в себя, как губка, 40 страниц, и почувствовала напряжение на глаза. Отложив книгу и зевнув, заснула на том же месте, нежась под лучами дневного солнца.       Меня разбудила вибрация телефона под подушкой. Пробежав глазами по имени того, кто звонит, я тут же его забыла, будто бы и не видела. — Да? — сонно ответила я, ложась на спину. — Привет, ты что, спишь? — спросила мама. — Да… — открыв глаза, меня всю передёрнуло от темноты в квартире. — Ты время-то видела? Уже седьмой час, вставай. Как дела в школе? — Да нормально, — зевнула я, подходя к выключателю, — наш класс закрыли на карантин. — О-о-ой, сейчас все заболевать начинают… — задумчиво протянула она, — ты там приготовь что-нибудь на ужин, я успела только шарлотку утром. Ты ела её, кстати? — Да, очень вкусно, спасибо, — оценила я и направилась к окну, чтобы закрыть их из-за прохлады. — И выброси мусор, кстати. Мы не успели перед отъездом. — Мусор?.. — повторила сама себе я, смотря на тёмные улицы. Опустив взгляд на тротуар, увидела Рому и ещё кого-то другого. Двое парней напряжённо стояли в трёх метрах друг от друга. — Да, мусор! Всё, пока, будь осторожна. Завтра позвоню, — попрощалась она.       Не отводя взгляда, я наблюдала за неподвижно стоящими людьми.       Темнота. Только уличные фонари вдоль тротуара и настенные светильники на подъездах освещают улицу. Ближе к дороге терпеливо стоит Рома, а напротив — один из людей его врага. Они узнали друг друга, их встреча совсем не случайна. Атмосфера напряжения и злости витала вокруг них, но никто не рискует нападать. Разговор решил продолжить неизвестный. — Рано или поздно она тоже будет убита, если ты не отступишь. Каждый твой шаг, который приближает тебя к цели, будет равен одной жизни. Ты же знаешь не по наслышке. Не устал страдать по тем, кого ты не смог защитить? Или по тем, которые умерли по твоей вине? — убеждал и нагнетал неизвестный, но Рома давным давно настроен решительно.       Рома молча чего-то ждал, не сводя глаз с мужчины. Конца разговора? Наблюдал за противником? Обдумывал его слова? Искал, что ответить? Парень не собирался ввязываться в очередную драку, но был, несомненно, готов к этому. Молниеносно действовать и быстро реагировать на происходящее — способности молодого парня, которыми он владеет давным давно. — Меня не посвящают в ваши разборки, но, слышал, ты ребёнок из третьего крыла? — продолжал говорить незнакомый, — насколько знаю, не сладкая была жизнь у детей в этом интернате. Тебе так повезло, а ты рискуешь собой и другими, — рассуждал он, — в очередной раз подумай перед тем, как сделать ещё один шаг. Мне нужно было передать тебе только это.       Неизвестный сделал пару шагов назад, посмотрев в окно пятого этажа, и ушёл через дворы. Рома медленно перевел взгляд на то же окно своего дома, где горел свет, но никого не было. В какой-то степени он чувствовал беспокойство, но цель, к которой он стремится всю жизнь, не позволит ему расслабиться в этом деле.       Я быстро отскочила от окна. Показалось, или этот подозрительный тип посмотрел в моё окно? После вчерашнего вечера мне и не такое будет чудиться. Они так подозрительно стояли… Не подходили друг к другу, ничем не обменивались. Можно спокойно сравнить со столбами.       Откинув жуткие мысли в сторону, я начала думать, что приготовить. Делать опасные трюки с духовкой у меня не было никакого желания, а то взлетит всё к чертям. С интересом я листала ссылки в интернете на блюда из спагетти и наткнулась на простой рецепт. Поджарить вермишель!       Я с энтузиазмом полетела на кухню. Поставив сковороду на плиту, щедро налила масло и, пока сковорода нагревается, разломала спагетти на четыре части. — Надеюсь, это не закончится как всегда, — сказала сама себе, потому что люблю разговаривать с собой.       После того, как спагетти посыпались на сковороду, я, не переставая, помешивала всё это дело, попутно добавляя туда замороженные овощи. Однако это блюдо, в том числе и все прошлые, пошло против меня. Спагетти стали странно пахнуть. Думаю, уже стоит налить воды, как написано в рецепте… Я набрала кружку горячей воды и потихоньку влила на сковородку, но всё моментально зашипело! — Блять, да что??? — испугалась я, отстранившись от сковороды, но тут же взяла лопатку и стала помешивать, — это рецепт странный или я такая глупая?       В квартире через несколько минут пахло отвратительно. Я ждала, когда вермишель впитает воду, чтобы выключить этот ужас и попробовать. Нервно подойдя к окну, снова открыла его. То же самое проделала и с остальными во всей квартире, кроме спален. Проще гренки сделать, с ними я хоть как-то умею ладить.       Раздался звонок в дверь. Отлично! Наверняка пришли соседи жаловаться на противный запах горелых спагетти. Я выключила плиту и начала мельтешить перед собой руками. Мне кажется или тут лёгкий дым?..       Осторожно глянув в дверной глазок, открыла дверь. На пороге стоял невозмутимый Рома, но как только дверь для него распахнулась, он скривился от запаха и перевел взгляд вглубь квартиры. — Что ты делаешь? — подозрительно спросил он, стреляя глазами по помещению. — Горелые спагетти. Хочешь попробовать? — моя злость от неудачного приготовления пищи нарастала. Отступая назад, я дала ему пройти.       Осторожно подойдя к источнику запаха, Рома машинально потёр нос и приоткрыл крышку сковороды, но через секунду вернул на место. Запах бил прямо в нос. — Ты что, жарила спагетти? — посмотрел он на меня как на дурочку, на что я только похлопала ресницами, а он, нахмурившись, отвёл глаза в сторону. На его лице будто было написано «Зачем?..».       Я предложила чай парню, на что он охотно согласился. Перебирая все странные моменты в прошлом и сегодняшние загадки, мне стало не по себе рядом с ним. Хочется знать хоть что-нибудь ещё о нём, но он не говорит. Не говорит, куда ходит, не говорит, почему сменил имя. Почему об этом я не спросила ещё вчера? Сегодня стоял с подозрительным типом на улице. Теперь он сам кажется подозрительным. — Твоё настроение быстро меняется, — подметил Рома, — пару минут назад ты сдерживала злость, а сейчас напряжённая или расстроенная. Ты ещё научишься готовить, всё впереди, — слабо улыбнулся он.       Я поставила кружки с чаем на столешницу громче, чем обычно, и повернулась к нему. Сама не заметила, как выражение моего лица стало серьёзным и несколько настороженным. Он это прекрасно уловил и будто был готов услышать всё, что сейчас скажу. Это даётся мне с трудом, но когда-то уже нужно выходить из зоны комфорта, разрешать недопонимания и конфликты, иначе в моей жизни так и не будет ни друзей, ни близких. — Честно говоря, у меня всё никак не может сложиться представление о тебе, — поделилась я своими мыслями, — расскажи о себе, — попросила прямо я.       Невозмутимое выражение лица парня никуда не исчезло. — Не думаю, что ты готова это услышать, — мягко отказал он, наблюдая за мной. — Но я хочу о тебе узнать! — чуть ли не устало ответила я, медленно барабаня ногтями по поверхности. — Ты можешь отвернуться от меня и сделать неправильные для меня вещи, — продолжал он. — Я не думаю, что смогу сделать… что-то, что причинит тебе вред, — медленно говорила я, рассуждая, — расскажи. — Я не могу полагаться на твои слова, но что ты ещё можешь мне сказать? Что ты будешь делать, если тебя напугаю я или то, чем занимаюсь? Ответь честно, мне важно знать, — он стал серьёзным и внимательным.       Я нервно моргнула и напрягла челюсть. — Прекращу с тобой общаться, — честно призналась, — но я готова тебя выслушать, — быстро продолжила. — И всё? — уточнял Рома. — Ну, я… — додумывала я, — мне не хочется создавать тебе серьёзные проблемы, ты ничего плохого мне не сделал… И если меня введёт в шок то, что… чем ты занимаешься, и я не смогу вынести этого, то сделаю только то, что сказала. Мне показалось, что ты добр ко мне, поэтому… если это случится, я просто закончу общение, — на этих словах я слегка покраснела.       Рома медленно поднял голову, глубоко вздохнув. Всё это время он не сводил с меня глаз, и сейчас не собирается. — Тогда будет проще показать тебе и рассказать. Пойдём, — сказал он и пошёл к выходу. Я забегала глазами и поспешила за ним, прыгнув в тапочки.       Я шла за Ромой по лестнице, чувствуя, как быстро бьётся сердце. Перебрав все страшные варианты, в моей голове начался переполох. Взволнованно иду к тому, о чем даже не догадываюсь. Оказавшись у своей двери, Рома, не смотря на меня, взял за руку и ввел код доступа на панели. Он плавно шел по своим мрачным коридорам, слабо держа меня, будто давая шанс уйти. Заворачивая за углы, мы, наконец, остановились у одной из комнат. Она заперта на ключ. Виски заболели, появилась лёгкая тревога.       Открыв её, парень позволил мне войти первой. Комната серого цвета небольшая, но первое, что бросилось в глаза — стена прямо напротив дверей с доской. По бокам комнаты стоят большие стеллажи с коробками и папками, есть также железный шкаф темно-зеленого цвета и кожаный диван. Огромная пробковая доска, висящая на стене, держала на себе много фотографий неизвестных мне лиц, некоторые были перечеркнуты, газетные вырезки и скриншоты новостных сайтов давнего времени, какие-то записи от руки. Я медленно подходила ближе. Внимание приковано только к доске. Это все выглядело как некая иерархия или связующее звено, ведущее к нарисованному квадрату в самом верху, в котором красовался неровный знак вопроса.       Я растерянно обернулась назад. Глаза требовали объяснений, и Рома понял это. Он облокотился на рабочий стол, стоящий прямо у входа в комнату, и приготовился к рассказу.