Может было глупостью...

Утро вторника. Хоть занятия в Америке и начинаются в 8: 00, но всем учащимся следует вставать за полтора часа до этой цифры. Некоторым это дается легко. У таких людей с утра не возникают мысли и побуждения проклянуть весь мир. Они просо открывают глаза и начинают быстро собираться в школу. А есть такие дети, которые могут выключить будильник, и проспать два часа. Правда это удовольствие грозит выговором директора. Но пока это никого не останавливало. Лукас же принадлежал к типу людей, встающих с непривычной легкостью. Он всегда вставал за 10 минут до будильника и заправлял постель. Глупо конечно, как бы сказал почти каждый подросток его возраста, но такого воспитание парня. Лукас взял телефон в руку и открыл месенджер, шумно вздохнув, не увидев никаких см-с. Все оставшееся утро он проверял чат с одной девушкой, так и не лицезря ничего нового. Уже собиравшись выходить, в коридор вышла мисс Монтгомери. Она выглядела не самым лучшим образом. Протянув блондину учебники, она сказала: как придешь в класс, положи их в мой стол. Все ученики, которые привязаны на 4 года к этой женщине, наверняка знают, кто открывает кабинет. На удивление, охрана школы до сих пор вынуждена проверять всех тех, кто намеревается открыть дверь в класс. Странное решение со стороны взрослых людей. С этими случаями разбирались как учителя, так и директор. Но люди в форме прямолинейно стоят на своей, представляя себя спец-агентами какой-то крупной организации по национальной охране. Лукас обратил внимание на вещи в своих руках и увидел прямоугольную бирку на имя его бабушки, которая торчала в книгах по английскому. Благодаря этой маленькой вещи, он мог спокойно проходить мимо охраны, удостоверившись в неприкосновенности и докапываний, длительностью в пол часа. Приглушенно хмыкнув и обняв свою родственницу, парень вышел из дома, направляясь по аллее в сторону школы, вдыхая прохладный и обжигающий ноздри воздух. Сейчас на улице был только рассвет и солнце необычайно эстетично наполовину освещало дома и деревья. Тревожные мысли так и не покинули голову синеглазого