Абсолют.

Утром на прикроватной тумбочке Гарри обнаружил несколько свертков с подарками. Первым он распаковал перевязанный зеленовато-серебристой ленточкой. Как и предполагалось, это был рождественский подарок от Драко. "История возникновения Лордов Магии." — гласил заголовок на массивном фолианте. Дурсль хмыкнул и распечатал конверт с пояснительным письмом. Эта книга— магическая копия летописи из нашей библиотеки в современной адаптации. Она зачарована, маглы не увидят её истинного облика. Но хранить её надо с величайшей осторожностью, никто из волшебников не должен знать, что она у тебя есть. Наслаждайся, и с рождеством. Драко Малфой, наследник рода Малфой. — Угу. Перед прочтением сжечь. — хихикнул Гарри и наугад раскрыл талмуд. Сначала буквы расплывались перед глазами, потом сложились в какую-то нелепицу, в какой-то момент даже промелькнуло что-то вроде: "Исаак родил Авраама", — но потом все пришло в норму. Величайшим из сыновей Зеуса от простецов был признан Геракл. Мало того, что он унаследовал магическую мощь своего родителя и был в конечном итоге признан Лордом магии, он также считается родоначальником беспалочковой магии, поскольку не использовал никаких артефактов, доставшихся от Матери Магии Древним Лордам. По слухам Гефест (смотри раздел "Артефакторика в Древней Греции) пытался изготовить для него лук, подобный Апполонову или серп, как у Персея,* но Геракл сознательно отказался от использования магического оружия, пользуясь в бою скромными поделками обычных людей, а то и вовсе простой дубиной. — Бррр... — помотал головой Дурсль и спрятал книгу в школьную сумку. — в Хогвартсе почитаю, вместе с Гермионой. Во втором свертке, не уступавшем размерами первому, обнаружился вязаный свитер, пакет со сладостями, какой-то кусок старого пергамента и письмо от близнецов. Послание гласило: Гарри, кофту и пирожные делала мама, лучше не носи и не ешь. А пергамент очень пригодится тебе в школе, не выбрасывай его. Есть разговор насчет Рона. Счастливого рождества. Твои преданные слуги, Дред и Фордж Уизли. Если тебе понравится это убожество — носи на здоровье. Сладости сохрани для декана, думаю он будет удивлен. Драко Малфой. Дурсль почесал в затылке, достал один кекс и положил перед хомичем, мирно почивавшим на коврике возле кровати. Тот приоткрыл один глаз, принюхался, развернулся к кексу задом и принялся старательно его "закапывать". Потом развернулся и уставился на Гарри: дескать, понял, что делать надо? Мальчик хмыкнул, определил пергамент и сладости в очередное отделение сумки, полюбовался на ярко-зеленый свитер с буквой "Н" на всю грудь и, решив, что в школе его носить не будет дабы не расстраивать Драко, убрал его в шкаф. Невилл тоже оказался не шибко оригинален, прислав "Атлас трав магических, в Британии произрастающих с иллюстрациями и пояснениями.". Однозначно пригодится. В сумку, к учебнику "Гербологии". Четвертый подарок, оказавшийся от Гермионы, весьма развеселил его. Мало того, что Гарри послал ей таких же шоколадных лягушек, так она ещё и передала его тоже через Невилла. Помимо магловской поздравительной открытки, там оказалась и записка от пухлика: "Тили-тили-тесто, жених и невеста.". Следовало признать, у Невилла были причины для веселья. На следующем пакете, из коричневой оберточной бумаги, было накорябано: "Гарри от Хагрида". Внутри оказалась грубо вырезанная флейта и надпись тем же почерком: "Это тоже намек". Дурсль поднес её к губам и слегка подул. Раздался звук, похожий на уханье совы, от которого Питер, наладившийся было опять спать, подпрыгнул и пронзительно заверещал. — Тише, разбудишь всех. — погладил его Гарри и переложил на кровать. — Спи малыш. Тот возмущенно поковырялся лапой в ухе, презрительно фыркнул и закопался в складки одеяла. "Надо показать её Драко, может он поймет, в чём подвох." — подумал Дурсль убирая её к остальным подаркам от друзей. Последний сверток оказался лёгким, почти невесомым. Внутри оказалась накидка с капюшоном из ярко-серебристой ткани. Расправив её мальчик увидел записку, написанную мелким убористым почерком с завитушками.       Незадолго до своей смерти твой отец оставил эту вещь мне.       Пришло время вернуть ее его сыну.       Используй ее с умом.       Желаю тебе очень счастливого Рождества. Подписи не было. Гарри с опаской покосился на плащ, представив, как Драко будет на него ругаться за "несоблюдение техники безопасности при использовании незнакомых магических артефактов" (а то, что эта накидка именно такой артефакт, сомнений не вызывало), но веяло от неё чем-то знакомым и родным. Нечто подобное он испытывал, только когда спонтанно применял магию, как вчера. Решившись, Дурсль накинул её на себя, посмотрел вниз и ахнул: всё, что покрывала ткань, исчезло. Быстро напялив капюшон на голову, он двинулся к выходу из комнаты, намереваясь посмотреться в зеркало в ванной. Дверь неожиданно распахнулась и... прошла сквозь Гарри. Дадли, оказавшийся за ней, так же не заметил препятствия в лице своего любимого брата. С важным видом он прошествовал к центру комнаты, постепенно принимая вид растерянный и недоуменно разглядывая обёртки от подарков, разбросанные по полу. — Надо было ставить ведро. — буркнул он себе под нос и неожиданно крикнул. — Мам, он уже встал и где-то по дому шляется! Гарри тенью метнулся в санузел, попытался открыть дверь, но схватил руками только воздух, сдернул мантию, запихал её под пижаму и вошел внутрь, сразу спустив воду в унитаз. Затем вышел, старательно зевая, и заявил: — Что за шум? В туалет спокойно сходить нельзя? — Тебя же там не было? — ошарашенно спросил Дадли, выглядывая из его комнаты. — Ладно, пошли вниз, подарки получать. Мам, он нашелся! — Сейчас, только переоденусь. — Гарри быстро проскользнул в свою комнату мимо кузена и захлопнул дверь на щеколду. — Эй, открой! — забарабанил по двери брат. — Не могу, я стесняюсь! — крикнул Гарри, лихорадочно сворачивая оберточные лохмотья в тугой рулон и запихивая его под кровать. — Иди сам переоденься, негоже взрослым мальчикам спускаться к торжественному завтраку в пижаме. За дверью обиженно посопели и ушли, а Дурсль рухнул на кровать и облегченно вздохнул, но тут же подскочил, услышав возмущенный писк. Рассерженный Питер выпутался из одеяла, сердито пища залез на тумбочку и вновь завозился, укладываясь. Гарри свернул мантию, спрятал в школьную сумку и принялся одеваться.