Лучший концерт в жизни

ВИП-билет... Я как будто окунулся в богатую жизнь (на самом деле я копил эти деньги три года)! Я так забылся в музыке, что забыл, что после концерта нас ждёт автограф-сессия, где все обладатели этих заветных билетов могли пообщаться с Сергеем. Лишь после того, как на площадке не осталось почти никого, а все побежали искать за кулисами и в комнатах бедного Муравьева, меня окликнул кто-то из охраны, и я, очнувшись от транса, побрел в поисках звезды. Останавливаюсь. Смотрю в разные стороны, но от закулисного коридора нет ни звука, а веет только запах резкого одеколона, который я, к сожалению, различить не смог. - Ладно, Миша, без паники. Не могло всё так быстро закончиться без тебя. Просто пройди другой коридор, возможно, все там, - говорю я тихо сам себе и ступаю назад. Как вдруг, моя нога проваливается в воздух, потому что кое-кто проступился и я громким шлепком плюхаюсь на ковролин с неожиданным для самого себя криком. Правую лодыжку пронзает острая боль и я сгибаюсь над ней, шипя и корча гримасы. Мне кажется, я ещё никогда так сильно не лажал, как прямо сейчас. Понял я это ещё тогда, когда мою ногу обхватили большие кисти с множеством выпирающих венок сквозь кожу. И прежде чем поднять голову, мое обоняние поняло, чьим одеколоном пахло по всему коридору - обладателя этих шикарных рук. Я в агонии краснею и прошу мужчину убрать руки, но он нажимает на самую больную точку и я болезненно вскрикиваю, сжимая кулак и прикрывая им рот. Наконец, сий молодой человек отступает, встаёт и протягивает руку. Клянусь, лучше бы я несколько секунд назад крякнулся головой о что-то острое и холодное, чтобы не поднимать ее наверх и не видеть лицо своего спасителя. Это был Сергей Муравьев-Апостол. Убейте меня. Я широко раскрываю глаза и рот, на что брюнет молча подаёт мне руку с мимолётной ухмылкой и помогает встать, сразу же хватая меня в свои крепкие полуобъятия и "ставя" на пол. Пока я пребываю то ли в ужасе, то ли в восторге, певец спрашивает: - Ходить можешь? Я опаздываю, но если всё уж так плохо, - делает он акцент на предпоследнем слове, - я могу тебя подвезти. Черт, видимо, всё-таки ударился и умер. Ну потому что не может сейчас стоять самый любимый артист передо мной и предлагать подвезти домой! Я испытал весь спектр эмоций: шок, удивление, удушье, горесть, радость, восхищение, страх... В общем, мы смотрели друг другу в глаза до тех пор, пока я рефлекторно не опустил правую ногу на пол и не почувствовал резкую боль, пробегающей вверх по телу и стукающей в шею. - Эй, пацан, тебя не контузило? - уже напрямую смеётся надо мной Муравьев-Апостол, а я просто стою как кукла и моргаю, в попытках собрать все мысли воедино, дабы выплюнуть хоть что-то. - Э-э-э... А автограф-сессия уже закончилась? - от моих слов мужчина начинает громко смеяться, а я буквально становлюсь красным от неловкости и смятения. Закончилась. - Ну, я тогда, скорее всего... Пойду, - говорю я тихо и неразборчиво, выбираюсь из лап смеющегося и (черт!) вновь наступаю на больную ногу, эмоционально хватаясь за ногу и пыхтя, дабы не материться. - Эй, лягушка-путешественница, успокойся ты. Побудь тут пару минут, а я сбегаю за вещами и поедем, лады? - дружелюбно говорит Сергей, а я от растерянности лишь глотаю воздух от боли в ноге и киваю, на что первый хихикает и скрывается за одной из дверей. Мои мысли были похожи на ураган, но, к счастью, они переплелись и превратились в ничто. Уже который раз. Я был растерянным практически всегда: в начальной школе практически ни с кем не общался, потому что при виде человека, пытающегося со мной заговорить, я сразу впадал в ступор, хотя отвечал на уроках и писал все контрольные работы на "ура"; на вступительных экзаменах я увидел очень красивую девушку впереди меня, и когда она меня спросила, почему я постоянно смотрю на нее, я лишь пробубнил "у тебя крошка в волосах" и побыстрее смылся с места позора... Таких историй куча кучей, но сейчас это был не просто ступор... Это было очарование. Очарование, исходившее от этого человека. Я видел много людей (и перед многими лажал), но чтобы именно чувствовать притяжение к какой-то персоне - не было такого ни-ког-да. После моих недолгих размышлений я поднимаю голову и вздрагиваю от неожиданности - передо мной стоит в черном пальто певец, смотря на меня с улыбкой. - А ты смешной. На актерском, что ли, учишься? - черт, как он понял?! - Эм... А вы откуда знаете? - я пытаюсь взять себя в руки и сказать фразу четко, с едва заметной иронией, чтобы не показаться дураком, но вместо этого мой голос дрогнул и под конец мои губы вывели идиотскую ухмылку, которая была больше похожа на улыбку человека с инсультом (да простят меня все люди, пережившие этот ужасный диагноз). - Секрет. Оттуда только таких и не выгоняют, - хмыкает Сергей и быстро хватает меня под руку, выводя через задний вход и сажая в машину. Ее я описывать не собираюсь, потому что в детстве играл только в наруто и увлекался покемонами, авто не играло серьезной роли в моей жизни. После несколько минут молчания и моих тяжких вздохов из-за прокручивания моего поведения, я наконец-то слышу: - Тебе куда? - На Детскосельский бульвар, - коротко отвечаю и поворачиваю голову в окно. Нога неприятно пульсирует, но это даже заставляет меня не думать о том, что рядом со мной человек, которого я боготворю уже не первый год. Как вдруг, Сергей с иронией отвечает: - О, так нам по пути! Может быть, расскажешь о себе? Как зовут, кто таков? - Да, конечно... Меня Миша зовут, я с мамой один живу... Что ещё сказать... Про универ сами знаете... - лицо Муравьёва искажается и он останавливается на светофоре, резко поворачиваясь ко мне. - А фамилия у тебя какая?! - Зачем вам? - Ну интересно, ты же мою знаешь. - Бестужев-Рюмин... - испуганно говорю я и вижу напряжённое лицо брюнета, смотрящего мне прямо в глаза. Он медленно поворачивается и плавно нажимает на газ, громко вздыхая. - Ну привет, Миша... Мы теперь вместе явимся на ужин.