Новенький

Веки трясутся нещадно, пока Танджиро пытается проснуться. Сегодня, как и в многие дни до этого, он не мог уснуть, его мучали либо кошмары, либо ужасающая темнота, которая даже сном-то не являлась. Юноша свесил ноги и попытался встать. Нет, с его телом было всё нормально, хоть он и похудел на пару кило, но истощён морально был так сильно, что просто не мог сосредоточится на чем-то одном. После завтрака, вместо того чтобы надеть свою обычную форму он достаёт накрахмаленную белую рубашку, чёрные пиджак, брюки и галстук. Всё это было ещё с вечера постирано, вычещено до блеска и выглажено. Этот наряд должен вселять в него радость, предвкушение, но получается нагнать только ещё большую тоску, от чего парень чуть на стенку не лезет. Выпускной. Все годы обучения это мероприятие казалось ему чем-то волшебным, ступенькой, перешагнув через которую ты вступаешь в самостоятельную жизнь. Сейчас же это мероприятие кажется ему пустой тратой времени. Чему радоваться? Тому, что, наконец, этот ад закончится и он заживёт один, без постоянной слежки, упрёков и оскорблений со стороны матери? Танджиро мысленно остановился на своих бывших парнях. Счастливые лица мужчин зажигали какую-то искорку в сердце юношы, но она тот час погасла. Он грязный и они не примут его обратно. Парень взвалил на плечо рюкзак и попрощался с Незуко. Она, мама и его младшенькие придут позже, к самому началу праздника, а Танджиро ещё нужно помочь с аппаратурой, украшением зала и проч. Школа встретила его шумом детей, криками, беготнёй и маячущими перед глазами лицами. Нет, юноша не может сказать, что ему это не нравилось, здесь к нему относились очень хорошо как ученики, так и учителя. Просто, он сам не захотел открываться, было ужасно неуютно от того, что какой-то мальчишка пытается нарушить привычный устрой школы. Все знали, что у него какие-то проблемы. Конечно, нельзя было не заметить его вечно опухших глаз с темными кругами, нахмуренные брови и странное витание в облаках. Но сколько учителя ни пытались выяснить, что с мальчиком, проблем в его семье или окружении они не нашли. Юноша оставил портфель в классе и поплёлся в актовый зал, где его одноклассники уже вовсю работали. Он тоже помогал как мог, даже его состояние не смогло сделать Танджиро полностью чёрствым. Он не заводил друзей, но из-за своей любви ко всему живому продолжал тянуться к коллективу, где его так же радушно приняли. Он закончил учёбу с отличием и это значило, что ему придётся произнести речь на сцене, все будут смотреть на то, как он пытается выдавить слова, будут думать, что юноша действительно хочет здесь находится. Он не хочет ничего. Изначально Танджиро не собирался даже идти, но его заставила мама, потому что "если ты продолжить так себя вести, люди начнут думать о тебе всякое непотребство." и, честно, он просто не мог начать с ней спорить. Зал потихоньку наполнялся людьми, вскоре прозвенел звонок и места оказались заняты полностью, директор вышла на сцену и одарила присутствующих ослепительной улыбкой. Её речь была вполне не плоха, от её скучности не хотелось лезть на стенку, но и чего-то феноменального в ней не было. Выпускники, под громкие аплодисменты, поднялись на сцену для вручений аттестатов, затем самые отличившиеся по учёбе сказали свою речь. Множество остановок для фотографий, объятий и слёз было не остановить, Танджиро чувствовал, как дурно ему становится. Правда, это происходило из-за осознания того, что всё совсем скоро закончится. Скоро он будет держать своими холодными трясущимися руками верёвку и пути назад не будет. - Мам, я забыл дома кошелёк. Сейчас сбегаю и мы с ребятами пойдём отмечать в кафе. - Давай я дам тебе, зачем так мелочится. - женщина уже собирается достать свой кошелёк, но сын останавливает её. - Не надо. Танджиро разворачивается и уходит. Внутри сердце ходит ходуном от страха. Наверное, так и происходит с теми, кто желает самоубийства. Юноша выходит во двор школы и чувствует, как похолодало, смотрит на небо, затянувшейся тучами. "Наверное, будет дождь." - проносится а голове так обыденно. Но парень не успевает подумать о чем-то другом и останавливается в ступоре. Сердце, и до этого бешенное от волнения, теперь грозит вырваться из груди. Ладони потеют, а ноги слабеют, от чего кажется, что прямо тут он осядет на асфальт. Перед ним парковка, ряд множества машин, но одна, как на зло припаркованная прямо перед входом, знакома ему слишком хорошо. Облокотившись о бампер Гию и Кёджуро стоят, один нервно придерживает за плечи второго, и ждут чьего-то появления. Они замечают его на сразу, но глаза их наполняются странной смесью счастья, надежды и предвкушения. Все трое буквально сталкиваются в объятиях и Танджиро чувствует, как слёзы катятся по щекам, а комок в горле не даёт сказать что-то, только охрипло хныкать. Они стоят так несколько минут, пытаясь унять свои бурлящиеся эмоции, из дверей начинают вываливаться люди, поэтому трое ретируются в машину. - Это действительно ты, не могу поверить. - Томиока поглаживает щёки младшего. - Прости, прости нас за всё, что мы тебе сделали. Нам так сильно хотелось увидится с тобой, но твоя мать нам не позволяла, говорила, что если мы попробуем как-то контактировать с тобой, то она заберёт вас в другой город. Как же я рад видеть тебя. Ренгоку кивнул на слова мужчины и, улыбаясь, продолжал вытирать собственные слёзы. - Я... - Танджиро прочистил горло и от волнения отвёл взгляд. - Я больше не хочу возвращаться к себе домой. Юноша закрыл лицо руками, вспоминая верёвку в ящике стола и старый блокнот, лежащий рядом. - Все эти полгода были для меня как в аду. Каждый день одно и то же - крики, упрёки, постоянное давление с её стороны. Если я ещё хоть на минуту останусь там, то... Младший замолчал, не в силах произнести этого. - Мы переехали в новую квартиру и, знаешь, кровать там для троих вполне сгодится. - прошептал Кёджуро и тут юношу прорвало. Он тихо засмеялся, не веря, что всё ещё может это делать. - Вы правда хотите, чтобы я жил с вами? Без промедления и абсолютно уверенно оба учителя кивают и Танджиро действительно кажется, что после стольких дней отчаяния он, наконец, возносится на небеса. - Но сначала нам нужно собрать твои вещи, поедем сейчас? - Ренгоку садится за руль и заводит мотор. - Да, - юноша хмурится, пристёгивая ремень безопасности. - чем быстрее мы это сделаем, тем лучше. Дверь его собственной квартиры теперь кажется невероятно чужой, но переборов себя юноша открывает её и слышит, что в квартире точно кто-то есть. Из гостиной выходят мама и Незуко, похоже, они были встревожены внезапной его пропажей. Мать останавливается в ступоре, видя, что её сын не один. - А вы что здесь делаете?! Если вы посмели хоть тронуть моего я вас собственными руками убью! Женщина сжала кулаки и стала надвигаться на мужчин, но путь ей преградил Танджиро. - Я уезжаю жить к ним и пришёл собрать вещи. - медленно и чётко, будто объясняя маленькому ребёнку, проговаривает он. - Меня здесь больше ничего не держит. С этими словами он зашагал в свою комнату, но мама, схавив его за запястье, не давала сделать и шагу. - Да что ты говоришь вообще такое?! Уезжаешь жить с двумя взрослыми мужчинами, которые растлили тебя! Оставляешь свою мать и сестру, сволочь! - она замахивается для пощёчины, но Танджиро перехватывает её руку. - Мне восемнадцать, я спокойно могу уехать куда захочу, мама, я повзрослел, хватит меня опекать. Они подарили мне самые счастливые моменты в жизни, - где-то в комнате старшие и его сестра уже начали собирать вещи. - а ты превратила мои последние пол года в кошмар, из-за тебя я хотел покончить с собой! Слова звенели в тишине, не оставляя и следа. Руку юношы отпустили и он ушёл, бросая злой, но в то же время обеспокоенный взгляд на мать. В дверях его встретила Незуко, вручая тому две спортивные сумки с вещами. - Прости, что бросаю тебя. На эти слова сестра лишь улыбнулась и обняла брата. - В этой квартире ты уже точно не будешь счастлив. Для тебя так будет лучше, онии-сан. Я полностью понимаю твой выбор, только не забывай иногда навещать нас. К ним вышел Гию, держащий чемодан, а сзади Ренгоку пытался одновременно удержать все его книги. Они вышли из квартиры с лёгким сердцем, младший принял это, как новое начало его жизни. Квартира выглядела намного больше, чем предыдущая. Всё казалось таким просторным и светлым, но при этом уютным, что в сердце юноши затеплилось странное чувство. - Думаю, сначала нам нужно выпить чаю с тортиком, а потом разбирать вещи? - улыбнулся Кёджуро. Младший одобрительно кивнул и его повели на кухню. Такое же светлое помещение, кухонная утварь, большой стол с чёрной скатертью, на которой стояли чашки и большой шоколадный торт, на стенах висело несколько фотографий в рамках. Танджиро увидел, что эти фотографии - их совместные. - Вы что, и правда заранее это всё спланировали? - юноша не верил своим глазам. Казалось, что старшие знали о том, как сильно он хочет быть с ними. -Ты стал огромной частью нашей жизни, - Томиока поставил чайник на огонь и сел рядом, Ренгоку принялся разрезать торт. - мы просто не могли отпустить тебя и привязались настолько сильно. Когда мы ехали к тебе на выпускной, то не знали, что нас ждёт. Ты мог просто разлюбить нас за это время, но искренняя вера помогала нам стоять на ногах. Танджиро не знал, что ответить. В принципе, ему и не нужно было. Весь этот день казался ему чем-то из области фантастики. Весь остальной вечер они посветили обустройству вещей юноши по дому и разговорам. За эти полгода произошло много вещей и, честно, некоторые младший предпочёл бы не вспоминать. Но он рассказал всё... почти всё Кровать действительно была большая, этого младший отрицать не собирался, но волновало его то, что может на ней произойти. Всё время, пока он был рядом со старшими, в животе его приятные покалывания только нарастали, но если до этого дойдёт, то Танджиро чувствует, что не сможет справиться со своими эмоциями. Выйдя после душа, расслабленный и благоухающий он плюхнулся на кровать в позе звезды и закрыл глаза. Шум из кухни успокаивал, младший почувствовал, как прогнулся где-то рядом матрац, а шею его начали покрывать ненавязчивые поцелуи. - Кёджуро-сан, перестаньте. Если Гию-сан увидит, он опять будет ругаться. - Ну, вряд ли я буду ругаться на самого себя. - послышался тихий голос и через мгновение юноша осознал, что это был совсем не голос Ренгоку. Младший открывает глаза, тут же пытаясь сесть, но его валят на кровать. Томиока сидит совсем рядом, при этом Кёджуро наблюдает за ними со стороны. У младшего начинается паника, когда он понимает, что хочет их. Да, он действительно хочет их чертовски сильно, но когда мужчины узнают правду, они ни за что не захотят быть с ним. - Прекратите! - выкрикивает младший, закрываясь от мужчин руками. - Что случилось, солнышко? - Ренгоку обеспокоенно садится рядом, но от юноши ничего не слышно, он просто продолжает молчать. - Ты ведь знаешь, что можешь рассказать нам всё что угодно. - Я н-не, - но из юноши больше не выдавишь, он молчит ещё несколько минут и наконец тихо шепчет. - я не девственник. Месяц назад, на дне рождения Иноске, моя бывшая одноклассница споила меня и... это произошло. Я даже сам не понял, как всё случилось. Минута, он ждёт гневных терад, но, на удивление, получает лишь тёплые объятия. - Это неважно. Теперь все последние шесть месяцев кажутся действительно неважными.