Глава 17
27 августа 2020 г., 16:57
Иногда Дамблдор пугал Гарри. Сегодня он просто вызвал его к себе в кабинет и похвалил за успехи в учёбе. Гарри привык, что обычно для него такие визиты ничем хорошим не заканчиваются. Но больше он удивился вопросу про Гермиону.
— Вы ведь много времени проводите вместе с мисс Малфой, — сказал директор, пристально глядя на Гарри из-под своих очков-полумесяцев.
— О, да, — замялся парень. — Мы встречаемся уже довольно давно.
Дамблдор молчал и только продолжал внимательно изучать Гарри. Спустя несколько долгих мгновений наконец произнес:
— Ну вот и славненько. Ступай, Гарри!
Поттер ничего не понял и просто поспешил смыться. Идя по коридору, он невольно съежился от холода. В кабинете директора было градусов на пять теплее, чем здесь. Гарри подумал, что его дядя бы сейчас сказал что-то в духе «старый дед экономит на отоплении» и улыбнулся. Парня с возрастом стало забавлять то, как Дурсли себя ведут.
Например, тётка Петунья, которая придумывает небылицы о своём семействе, чтобы покичиться перед соседями, в том году рассказывала всем, что Дадли выиграл школьный конкурс научных проектов. Только вот она не учла того, что сын её подруги — ботан похлеще Гермионы, поинтересуется этим лично у Дадлика. Бедный парнишка потом заикался ещё две недели, а униженный двоюродный братец Поттера устроил маме настоящую истерику за то, что она приписала его «к этим сраным ботанам» и с него ржали все его друзья.
Дадли не изменился с детства от слова совсем, разве что стал раза в три больше. Он всё также капризничал и издевался над слабыми. Только сейчас вместо Гарри, он терроризирует детей.
Он вообще почти не разговаривает с Гарри и старается его избегать. После того случая с дементорами, тот так боялся кузена, что когда Поттер вернулся на каникулы он не вышел даже из комнаты, чтобы поздороваться. Ему понадобилась неделя, прежде чем он был вынужден заговорить с Гарри.
Хотя даже в таком партизанском положении Дадли удалось спровоцировать конфликт. А всё потому, что Поттер случайно обмолвился Петунье, что у него есть девушка. Дадли это услышав, сморозил что-то о том, что он больше поверит, что это какой-то смазливый блондин-педик, чем реальная девушка, за что чуть не получил в лоб заклятием. Благо Гарри прекрасно помнил, как он сидел в зале суда в том году и вовремя остановился. Тогда Дадли вообще не пересекался с Гарри почти три дня, даже на завтрак не спускался. Петунья тогда очень строго вычитала Гарри, но наказывать не стала. То ли от страха, что он и её проклянёт или заколдует, то ли больше не видела в этом смысла.
Дядя Вернон в сторону Гарри заткнулся самым последним из семьи Дурслей. Он до последнего позволял себе вольности в высказываниях о волшебном мире и волшебниках, хоть и не раз его одергивала Петунья во избежание проклятия. Но мистер Дурсли хоть и побаивался возможностей племянника, но рот не закрывал.
Дошло до того, что один раз он почти выгнал Поттера из дому. Гарри уже спустил свой чемодан и Хедвигу в коридор, когда услышал разговор из кухни. Петунья взволнованным, но строгим голосом пыталась втолковать мужу, почему Гарри должен остаться.
— Я же тебе объясняла сотню раз, Вернон, — чеканила она, — я дала обещание, что до своего семнадцатилетия он будет жить здесь. Это не обсуждается. Мальчик останется. Если твоя дурная голова не понимает, что значат такие обещания в их мире, то поверь мне — ты не захочешь знать, что будет, если он сейчас уйдёт.
— И ты туда же, Петунья! — брызгал слюной злой мужчина. — Я устал от его фокусов! Устал! Понимаешь?
— Это не фокусы, Вернон! Тебе напомнить как погибла моя сестра? Ты хочешь для себя такой же участи?
Гарри слышал из коридора, как за дверью громко сопел дядя Вернон. Тишина продолжалась ещё полминуты, пока тот переваривал то, что ему сказала жена.
— Ладно, — наконец сказал он. — Пусть пацан остаётся. Но! Как только ему стукнет семнадцать — чтоб ноги его тут больше не было.
Гарри фыркнул и закатил глаза — будто он собирался оставаться тут дольше положенного.
Воспоминания об этом разговоре прошлись по телу парня ещё одной дрожью. Он и так ежился от холода, коря себя за то, что с утра не надел свитер, так ещё и эти воспоминания. До смерти Сириуса Гарри думал, что переедет к нему на площадь Гриммо. Сейчас же ему было больно вспоминать об этом месте. Может если бы он жил там не один, ему было бы не так грустно?
— Точно! — вслух произнёс Гарри и клацнул пальцами.
Парень уже развернулся в сторону слизеринского общежития, но тут же вернулся обратно — сначала нужно таки надеть свитер, иначе все его планы накроются ангиной или чем похуже.
Выйдя на улицу, Гарри три раза поблагодарил себя за то, что помимо свитера взял ещё и куртку. Субботнее ноябрьское утро хоть и было солнечным, но ни разу не тёплым. Ученики также, как и Поттер лениво выползали из замка — кто прогуляться, кто на зарядку, а кто просто подышать свежим воздухом.
Пройдя сквозь толпу третьекурсников, у которых сегодня плановая экскурсия в Хогсмид, парень начал искать глазами знакомую светлую макушку. Долго искать не пришлось — Гермиона сидела возле фонтана, закутавшись в пальто и шарф, что-то с интересом читала. Её волосы были собраны в ленивый пучок на макушке, а пара прядей выбивалась и падала девушке на лицо. В руках Гермиона держала чашку с чем-то горячим и внимательно водила глазами по строчкам книги, которая располагалась у неё на коленках. Гарри направился к ней.
— Доброе утро, — парень подсел рядом со слизеринкой и немного её приобнял. Гермиона дернулась и с громким «ОЙ МЕРЛИН» подскочила от испуга, пролив кипяток себе на руки и книгу.
— Извини, — Гарри взял у неё из рук чашку, пока она отряхивала книгу.
— Ничего, это я растяпа, — сказала она, складывая, как Гарри уже понял, учебник по травологии в сумку. — Ты что-то хотел?
— Да нет, просто посидеть с тобой, — улыбнулся парень.
— А, ну сиди, — Гермиона улыбнулась в ответ. Гарри обнял девушку со спины, а она в свою очередь облокотилась на него. Парень положил голову Гермионе на плечо.
— Как там твой братец? — спросил он.
— Никаких злодейских дел не делает, — пошутила девушка, но встретившись с недовольными глазами Поттера, добавила, — я серьёзно. Ничего такого он не делает.
— И даже не бродит по замку вечерами? — то ли вопросительно, то ли утверждающе сказал Гарри.
— Откуда ты? — повернулась на него Гермиона и тут же осознала. — Карта.
Поттер самодовольно кивнул.
— Да чтоб тебя, Гарри Поттер, — простонала девушка. — Ты когда уже угомонишься?
— Ты не понимаешь, Гермиона, — отмахнулся Гарри. — Я думаю он периодически покидает замок.
Глаза Гермионы округлялись в геометрической прогрессии.
— Что за чушь? То что он по вечерам бывает гуляет по замку, это не значит ничего ровным счётом!
— Он пропадает с карты, — Поттер помахал куском пергамента перед лицом девушки, — иногда я его вижу, а иногда он исчезает и его нет нигде.
— Такого не может быть, карта ошибается! — возмущалась и дальше Гермиона.
— Эта карта никогда не ошибается!
— И как давно ты следишь за Драко?
— После нашей с ним драки, — признался Гарри. Гермиона запустила руки в волосы и простонала пуще прежнего:
— Мерлин, да за что мне это?
— Гермиона, попытайся узнать, где бывает Драко, а потом…- не унимался парень.
— ТАК СТОП! — отрезала Гермиона. — Ещё слово про всю эту ахинею и я уйду, будешь тут один сидеть. Достал, честное слово!
Гарри ничего не оставалось, кроме как сдаться. Гермиона не верит ему уже третий месяц, так что пока он не словит Малфоя с поличным и не покажет это ей — толку не будет. Поэтому он просто вздохнул и решил вернуться к тому, с чем он сюда и пришёл, до того как увлёкся разговором про Драко.
— Ладно, другой вопрос, — сказал он. Гермиона любопытно на него глянула. — Не хочешь жить со мной на площади Гриммо? Мне там одному будет одиноко, а вдвоём уже веселее. Не прямо сейчас, как семнадцать стукнет.
Гарри внимательно смотрел на лицо девушки. Он никак не мог понять реакцию — она не радовалась, но и не злилась. Просто как-то внимательно смотрела на него, будто искала что-то.
— Что? — спросила она. — Что ты сказал?
— Ну ты все равно с семейством Рона живёшь, а меня в день семнадцатилетия выставят с чемоданами на улицу. Я и так хотел туда перебираться.
— Там ведь штаб ордена феникса, Гарри!
— И что? Там жить теперь нельзя?
Гермиона замолчала. Слова Гарри её приятно удивили, но она не думала, что он так скоро предложит ей съехаться. Хотя это не типичное «переезжай ко мне», а скорее удобный вариант для них обоих, все равно она никак не ожидала такого поворота событий. Всё это время Гарри терпеливо ждал ответа.
— Давай мы доживём до семнадцатилетия, а там разберёмся, — предложила Гермиона. — Нельзя планировать что-то почти на год вперёд.
— Это значит «нет»? — разочаровано спросил Гарри.
— Это значит поживём — увидим, — ласково ответила девушка и подладила парня по волосам. Тот подался головой вслед за рукой, словно кот. В последнее время ему всё сильнее и сильнее хочется любви и ласки от Гермионы, ибо с этой руганью они на грани ссоры бывают чуть ли не каждый день. Сказать, что это выматывает — не сказать ничего. Потому Гарри так ценил эти редкие моменты, когда они могли побыть вместе, наслаждаться компанией друг друга без задних мыслей.
Поттер провел рукой по щеке девушки, придвинулся ближе и коснулся её губ. Нежный поцелуй быстро перерос во что-то большее. Языки сплетались в своём личном особенном танце. Гарри чувствовал, как по телу расползается приятное тепло, и ноябрьская погода уже не казалась такой уж холодной и противной. Гермионе, видимо, тоже стало жарковато, так как она распутала узел на шарфе и дала ему вольно спускаться вниз по телу, обнажая шею. Гарри провел рукой от щеки девушки до шеи и притянул её ещё ближе к себе, насколько позволяли их ноги, которые уже вжимались друг в друга. А расстояние между ними так и оставалось, как им казалось, мучительно большим. Гермиона оторвалась от поцелуя и села Гарри на колени, ещё немного полюбовавшись этими прекрасными зелёными глазами напротив её собственных. Этот затуманенный взгляд, которым Гарри смотрел на Гермиону пьянил девушку. Её взгляд сейчас, наверное, такой же стеклянный. Она свела расстояние между ними на нет и продолжила поцелуй. Рука Гарри скользила по ноге слизеринки, всё выше по бедру.
— Поттер, — идиллию влюблённых прервал недовольный голос МакГонагалл. Гарри повернул голову на звук. Осмотревшись, он понял, что третьекурсники ещё не ушли в Хогсмид и всё это время очень заинтересованно наблюдали за ним с Гермионой. Кто-то вздыхал и охал, любуясь парой, кто-то недовольно закатывал глаза, кто-то поглядывал на них из-под тишка.
— Имей рамки приличия, — пригрозила профессор. — И вы, мисс Малфой, тоже. Уж больно вы привлекаете внимание подрастающего поколения.
— Извините, профессор, — заливаясь пунцовой краской, пробубнела Гермиона. МакГонагалл вздохнула и пошла дальше пересчитывать третий курс и выяснять, кто подделал подпись в разрешении родителей.
Как только профессор отошла на безопасное расстояние, Гарри прыснул от смеха и уткнулся лицом Гермионе в плечо. Та легонько его стукнула.
— А тебе всё хиханьки, — сказала она, сама начиная смеяться.
— На площади Гриммо никакой МакГонагалл не будет, — будто невзначай подметил Гарри. Гермиона цокнула и закатила глаза.
— Пошли, — она встала и потянула его за собой, — а то я уже ног не чувствую как замёрзла. Гарри подхватил сумку Гермионы и они пошли отогреваться у камина в гостиной Гриффиндора.
Они сидели в гостиной, где помимо них двоих сидело еще пара учеников. Гермиона закуталась в плед и удобно устроилась в кресле. Гарри на полу у кресла и листал учебник по зельеварению.
— Гермиона, ты не знаешь такого заклинания, как сектумсемпра?
— Поттер обернулся на девушку и указывал пальцем на надпись в учебнике.
— Нет, Гарри, не знаю. Лучше тебе вернуть этот учебник!
— Меня всё устраивает, Гермиона, — возразил Гарри.
— Я хочу знать чей это был учебник, — она потянулась к книге, но Поттер вытянул руку с ним подальше от девушки.
— Почему ты не хочешь показать чей он?
— Там обложка крошится, испортишь, — сморозил Гарри.
— Чего? — от абсурдности аргумента Гермиона оторопела, но и дальше требовать отдать учебник не стала. Она театрально надула губы и скрестила руки на груди. Поттер отложил книгу и глянул на Гермиону. Та показала ему язык.
— Ах ты ж, — протянул Гарри и накинулся на девушку, закутывая её сильнее в одеяло, чтобы она не могла двигаться. Гермиона пыталась вырваться и громко смеялась.
— Гарри, — пищала она, — а ну пусти меня!
Парень схватил вертящуюся в пледе во всей стороны слизеринку и поменялся с ней местами — теперь уже он сидел в кресле, а сверху на нем полулежала Гермиона, которую он крепко держал, чтобы не вырвалась.
— Ну я серьезно, — выдохнула она, устав барахтаться, — отпусти.
— А то что? — хитро спросил Гарри.
— А то я позову своего брата-пожирателя смерти, — пошутила Гермиона. Гарри изменился в лице, явно не оценив шутку. Он ослабил хватку и она смогла вытянуть руки из пледа и умоститься поудобнее.
— За плохое настроение сегодня вводятся штрафные санкции, — серьезно произнесла Гермиона.
— И какие же? — глянул на нее Поттер.
— Одно недовольное выражение лица — один поцелуй!
— О, ну тогда ты задолжала мне парочку, — улыбнулся Гарри и потянулся к лицу девушки за поцелуем.
— Мерлин, вы и тут лижетесь, — буркнул Рон и плюхнулся на диван рядом с ними.
— Что значит «и тут»? — спросила Гермиона, отрываясь от губ Гарри.
— Про то, что утром вас вычитала МакГонагалл за слабые моральные принципы уже знает каждая собака, — хихикнул Визли. — Малфой там от злости кидается на любого, кто это обсуждает.
— Чей-то родственник похоже сегодня встал не с той ноги, — заключил Гарри.
— Просто он сегодня не сделал еще ни одного злодейского дела из списка злодейских дел пожирателя смерти, — объяснил Рон.
— Что еще за список? — спросила девушка.
— Ну знаешь, — начал рыжий, — съесть младенца на завтрак, кинуть в кого-нибудь непростительным, пообниматься со Снейпом.
На последних словах Гарри наигранно скривился:
— Я бы лучше младенцев жрал, чем со Снейпом обнимался, — сказал он.
— Вы — настоящие придурки, вы в курсе? — спросила Гермиона.
— Ты сама нашу компанию выбрала, — развел руками Рон. — Хочешь могу дать тебе вилку пойдешь за порцией свежих младенцев.
На этих словах он достал из кармана вилку.
— Ты что всё время вилку с собой носишь? — удивилась девушка.
— Ну я всё время голодный! — возмутился Рон.
— Да уж, куда школьной столовой до харчей миссис Визли, — присвиснул Гарри.
Гермиона хихикнула и встала на ноги, подбирая сумку.
— Я пойду поищу Драко, — сказала она, — а то действительно кинет в кого-то непростительным, никакой Снейп не отмажет.
***
Время летело стремительно, Гарри не успел и опомниться как пошел первый снег. Большие белые хлопья неспешно падали, закрывая собой темную голую землю. На улицу хотелось выходить всё чаще, любоваться зимней красотой, несмотря на то, что мороз неприятно щипал за щеки. Гарри, Рон и Гермиона гуляли по заснеженному Хогсмиду. Когда они были младше все экскурсии проводились под суровым взглядом МакГонагалл, но как оказалось старшим курсам она даёт намного больше свободы. Просто сообщает во сколько и где они собираются, чтобы идти назад, а остальное времяпровождение остается за ребятами. Потому сейчас троица направлялась в «Три метлы» за порцией маслопива и теплой компанией. Пока они усаживались за стол, в толпе Гарри заметил знакомую белобрысую макушку. Не похоже чтобы Малфой тоже пришел, чтобы выпить маслопива. Он шел аккуратно, оглядываясь, а увидев троицу, и встретившись со взглядом Гарри, и вовсе поспешил удалиться куда-то в угол заведения, чтобы не попадать под поле зрения Поттера. — Что там? — спросила Гермиона, заметив, что Гарри куда-то смотрит. — Малфой тоже тут, — ответил парень. — Да? Где? — девочка завертела головой во все стороны, но так и не нашла брата. — Наверное уже ушел. Она вздохнула и опустилась на стул, всё ещё поглядывая в стороны, надеясь, что Драко таки еще здесь и посидит с ними. Но его нигде не было. Тем временем к их столу подошел Слизнорт, поболтал с Гарри и любезно пригласил их с Гермионой на собрание его Слизоклуба. — Что это за хрень, Гарри? — спросил Рон, когда профессор отошел. — Ты же не ходишь по таким мероприятиям. Там же будет страх как скучно. — Меня Дамблдор попросил — ответил Гарри. — Попросил меня сблизиться со Слизонортом Дамблдору что-то от него нужно. — И он не сказал тебе что? — спросила Гермиона. — Пока что нет — помотал головой парень. Они продолжили пить маслопиво и согреваться. Через час пришло время возвращаться в школу. До места встречи с МакГонагалл оставалось идти каких-то жалких пару минут как прямо перед ними в воздух взмыла их однокурсница Кэти Белл. Её подруга громко закричала и кинулась к девушке, которая уже упала вниз на снег. — Не подходите! — послышался голос Хагрида, который проходил мимо. За ним бежала МакГонагалл. Мужчина поднял несчастную девушку на руки, а Минерва указала всем на школу. Сама же она подняла заклинанием сверток, который лежал рядом с Кэти и также направилась в школу.Хогвартс
— Объясните, почему вы трое всегда оказываетесь там, где что-то случается? — Минерва повернулась к Гарри, Рону и Гермионе, как только подруга Кэти вышла из кабинета. — Поверьте мне, профессор, — вздохнул Рон, — я задаюсь эти вопросом уже шестой год. — Это сделал Драко Малфой, профессор, — вдруг заговорил Гарри. Он буквально чувствовал кожей, как Гермиона закатила глаза и заскрипела челюстью. Ох и огребет же Гарри потом. — Гарри, это очень серьёзное обвинение, — сказала МакГонагалл. — Здесь чувствуется очень темная магия, обвинять своего ровесника в таких вещах. — Должно быть у тебя есть какие-то доказательства? — задал вопрос Снейп, который всё это время молча изучал артефакт. — Я просто знаю, профессор, — ответил Гарри. Гермиона очень громко цокнула и сложила руки на груди. — Мисс Малфой, вы не согласны со своим избранником? — спросил Снейп. — Понимаете, профессор, — начала Гермиона, — у них с Драко затяжной конфликт. Вот Гарри и вбил себе в голову, что мой брат — порождение чистого зла. — Я не считаю твоего брата порождением зла, Гермиона, — в этот раз Гарри закатил глаза. — Я просто уверен, что это его рук дело. Я видел его в Трех метлах и видел, как он себя вёл. А еще он постоянно шляется вечерами по замку. — Ты готов обвинить его во всех проблемах человечества лишь за то, что он любит гулять один, — злилась Гермиона. — Вот видите в каких условиях мне приходится существовать, — вздохнул Рон, указывая рукой на Гарри и Гермиону, которые были на грани очередной ссоры. — Давайте вы продолжите дискуссию в другом месте, — сказал Снейп. — Свободны. Поттер первый вылетел из кабинета, за ним Гермиона стремительно двинулась в противоположную сторону. Рон же медленно поплелся в сторону столовой, по пути ворча что-то по типу «как же они меня достали», «истерички две», «может меня тоже проклял Малфой и поэтому я это терплю». — Он как с цепи в этом году сорвался! — злая Гермиона плюхнулась на диван в гостиной Слизерина. — Опять поцапались? — спросил Драко, не отрываясь от книжки. — Он винит тебя в том, что случилось с Кэти Бэлл. Он думает, что ты её заколдовал. Драко замер. Как этот паршивый гад догадался? Он перевел взгляд на Пэнси, затем на Блейза, те сначала непонимающе глянули на Драко, а потом рассмеялась. — Твой Поттер совсем уже рихнулся, — ржал Забини, вытирая слёзы. — Да зачем Драко какая-то там Кэти. Да, Драко? — Пэнси повернулась на друга. А Малфою было ни капельки не смешно. Он волевым усилием выдавил из себя кривоватую улыбку и сделал вид, что читает книгу, хотя буквы перед глазами перестали складываться в слова, а строки будто разбегались под его взглядом. — Вот и я подумала точно так же, — сказала Гермиона и откинулась на спинку дивана. — Бред какой. — Может ему не ты нравишься, а твой братец и он так разочарован не взаимностью, что теперь таким образом пакостит? — предположил Забини и еще больше начал смеяться, Пэнси тоже расхохоталась, толкая Драко локтём. — Слышал, Драко? — смеялась она. — У тебя поклонник видимо есть. Но Драко лишь дернул головой, а затем захлопнул книгу и с ворчливым «уже почитать в тишине нельзя» направился к выходу. — Драко, ты чего? — крикнула ему в догонку Гермиона. — Я хочу побыть один, — кинул ей Малфой и вышел из общежития. Путь к выручай-комнате уже настолько приелся Драко, что ему казалось он может туда дойти с закрытыми глазами. Став у одной из стен он зажмурился, а когда открыл глаза вход в комнату уже был перед ним. Парень зашел в комнату и наглухо закрыл дверь. В выручай-комнате как всегда было куча забытого и потерянного хлама. Драко прошел к какому-то старому пыльному дивану и упал на него, поднимая вверх толстый слой пыли. Он закашлялся и рукой отгонял пыль подальше, а когда она наконец улеглась, Драко открыл книгу и продолжил читать. Но буквы снова никак не хотели вязаться в слова, а в голове крутился один единственный вопрос — как же Поттер догадался, что это был именно Драко? Он захлопнул книгу и потер глаза, уставился на потолок, затем осмотрелся, встал, прошелся туда-сюда. И никак не мог сообразить, как эта наглая морда его раскрыла. Не умеет же Поттер читать мысли? Или умеет? Драко подумал, что нужно будет уточнить этот вопрос у Гермионы. А говорила ему мать — учи блокологию, Драко, учи, это важно. А он всё отмахивался. Вот и получи, Малфой. — Нет, это вряд-ли. Не с его умственными способностями, — заключил в слух Драко и лег обратно на диван. Метка на левой руке почему-то неприятно пекла. Такое периодически случалось и Драко к этому уже привык, но когда метка начала адски печь под слоем тонального крема, консилера и пудры в ту неделю, когда Драко вместе с Поттером отбывал наказание — он готов был отсечь себе руку. Каждый раз, когда он слышал заветное «вы свободны», мчал на всех парах в ближайший туалет и судорожно смывал это всё. От воды и трения метка начинала болеть сильнее. Драко иногда даже начинал рыдать от боли. А когда всё проходило, он скатывался по стенке и сидел на холодном кафеле еще пару минут, прежде чем привести себя в порядок и продолжать дальше делать вид, что ничего не происходит. Драко поёжился от этих воспоминаний и старался думать о чем-то поприятнее.***
Черный туман плотно окутал Гарри, закрывая собой всё вокруг. Сделав усилие головой, парень снова очутился в кабинете директора. Он продолжал смотреть в гладь воды, будто ещё видел перед собой воспоминания Слизнорта о Томе Реддле. — Это воспоминание — самое ценное, что есть в моей коллекции, — голос Дамблдора выбил Гарри из размышлений, — но он не правдивый. В него вмешивался тот же человек, что и создал его. — Но зачем профессор Слизонорт вмешивался в собственные воспоминания? — спросил Гарри, поворачиваясь к директору. — Вероятно, он их стесняется, — предположил профессор. Он на мгновение замолчал, а затем добавил, — и я снова обращаюсь за помощью к тебе, Гарри. — Вы хотите, чтобы я попытался добыть настоящее воспоминание? — Да, Гарри, — кивнул Дамблдор. — Но ведь я не настолько с ним близок, чтобы он мне рассказал такое, — округлил глаза Поттер. Он понятия не имел каким образом он может выполнить просьбу Дамблдора. — Это воспоминание — наша последняя надежда. Без него — мы слепы. Гарри задумался, а потом, вздохнув, согласился. Директор лишь кивнул в знак благодарности. Парень вышел из кабинета и по привычке достал карту мародеров. Время уже было позднее, а это значило, что Малфой уже вероятно шатается где-то по замку. Гарри развернул карту и стал вглядываться во все коридоры, комнаты и кабинеты. Наконец, в одном из пролетов он заметил два следа и подпись «Драко Малфой». Следы какое-то время стояли на месте, а затем просто испарились. Гарри тяжело вздохнул, свернул карту и пошел в ту сторону, где в последний раз видел следы Малфоя. Завернул за один угол, другой, поднялся на этаж выше. Еще один поворот, второй, третий, это точно здесь. Последний поворот. Тупик.
