В плененных объятиях

      То был день, когда угасло солнце Тики. И день, когда новый король, что любил своего отца намного сильнее, чем должен был, не проронил ни слезинки.       Это были самые скорбные похороны за всю историю королевства, когда плакал весь народ - от детей и до стариков. Сложно сказать, что почивший король был идеальным монархом, но по крайней мере каждый человек здесь его уважал и превозносил до небес. Проводить в последний путь умершего собрались и представители соседних стран и королевств, находившихся в дружеских отношениях. Они выражали свои соболезнования - кто-то с равнодушным выражением лица, вынуждено выполняя это обязательство, кто-то - с неподдельной печалью и горечью утраты - и приветствовали нового правителя Тики.       В тот день не шел дождь, и природа не скорбела, как это часто бывает, когда умирает кто-то важный этому миру. Должно быть, Боги решили не оплакивать невообразимую утрату людей, ведь на смену придет тот, на кого теперь возлагают большие надежды. Да, Флейран несерьёзен и местами достаточно безалаберен по отношению к своим непрямым обязанностям, но он единственный, кто был признан наследником. Он единственный, кто поднял страну с колен, когда та утопала в людской крови, и поставил точку в десятилетней войне, положив ей конец. Собственными руками отрубил голову правителю Кары и преподнес ее на золотом подносе своей стране. И тогда его нарекли героем и будущим Тики. Но Флейран не желал этих почестей. Он не был готов взять на себя борозды правления. Размахивать мечом не то же самое, что нести ответственность за тысячи людей, что верят в тебя и боготворят. Мужчина действительно боялся, что не справится. Боялся так сильно, что так ни разу и не поднял головы от гроба, в котором спал уже вечным сном его отец. Именно отец, а не король. Он был монархом для страны, но только не для Флейрана. Для него этот старик был всегда кем-то бо́льшим, пусть они и не сюсюкались друг с другом, не смеялись звонко над байками и не проводили вечера за беседами. Но они вместе шли на бронгов и спали под открытым небом вместе с другими воинами, вместе оплакивали смерть королевы, поддерживая друг друга в тяжёлый период жизни. Отец учил своего сына держать в руках меч и с достоинством смотреть на окружающих, именно с достоинством, а не с высокомерием, не забывая, чья кровь течет в его жилах. И гордиться собой, с высоко поднятой головой произнося свое имя.       Еле заметно вертя головой во все стороны, Элон с жадностью выискивал в толпе высокопоставленных людей мужчину, с рождения окрашенными в седину волосами. Верно, каждый, в ком есть хоть капелька магии, рождается седым - такова особенность ангов, что дарует им почет.       Геральд недовольно бросил взгляд на своего охранника, но ничего не сказал. Не сейчас. Ведь нервозность этого воина раздражала здесь только его, когда остальные были слишком заняты трехдневной утратой. - Прошу, примите мои соболезнования, Ваше Величество, - Гелинора вместе с доверенными людьми Као подошла к Флейрану, чтобы выказать свою скорбь и почтение. Тот лишь вскользь глянул на прекрасную принцессу, где-то на подкорке сознания отмечая, что Геральд во много раз превзошел свою сестру в красоте. По крайней мере для него не было во всем мире никого прекрасней мужчины, что все эти дни ни на шаг от него не отходил, словно безмолвная поддержка, в которой так отчаянно нуждался сейчас король. - Благодарю, Ваше Высочество, - Флей еле заметно кивнул, ещё не свыкшись с новым титулом. За сегодняшний день его уже раз двести назвали королем, но сердце все никак не могло принять этот факт, все ещё надеясь, что отец, словно по волшебству, откроет свои глаза, обрамленные поседевшими ресницами и складками морщинок.       Геральд слегка кивнул сестре в знак приветствия, на что та ответила ему короткой улыбкой. Они давно не виделись, и она действительно скучала. Да, во дворце они тоже не часто пересекались, но осознание того, что брат находился совершенно один за многие километры от дома действительно ее беспокоило. Она гадала, все ли с ним хорошо и ничего ли ему не грозит, и теперь, когда убедилась, что переживания были напрасны, смогла, наконец, успокоить свои тревоги. Геральд не выглядел другим, значит, все хорошо.       После официальной церемонии прощания состоялся относительно "скромный" банкет, который не казался бы слишком вычурным, но и не оскорбил бы вкус аристократов. - Ваше Высочество, у Вас все хорошо? - Гелинора подошла к своему брату, когда внимание Флейрана переключили на себя представители других стран, и Геральд остался наедине с Элоном. Но не особо далеко, чтобы в любой момент прийти на зов новоиспеченного монарха. - Да, благодарю за беспокойство, - принц слегка поклонился, решив утаить новости про то, что случилось ночью несколько дней назад. С этой проблемой они с нынешним королем разберутся позже, когда закончится эта похоронная неделя. Осталось подождать ещё пару дней. - Ваше Высочество, - Элон, отступив на шаг, низко поклонился. Девушка широко улыбнулась и приветливо кивнула. - У тебя все в порядке, Элон? - Разумеется, Ваше Высочество. Я стараюсь выполнять свои обязанности. - Я спрашивала не об этом, - девушка еле заметно усмехнулась. Ее всегда забавляло, как воин каждый раз старался не переходить на личности и не затрагивать личные темы.       Воин открыл было рот, где язык чесался задать остро интересующий его вопрос, но, так и не отважившись, в нерешительности переступил с ноги на ногу. Гелинора не была глупа, чтобы не понять, о чем же тот так переживает. - У Мебиуса слишком много дел, поэтому он не смог отправиться с нами. - Вот как, - на миг в глазах воина блеснула какая-то скрытая печаль, но вот он уже стоит и с непроницаемым лицом и внимательно следит за собравшимися. Кажется, он получил ответ на беспокоивший его вопрос. На один из многих, но натура не даст ему задать остальные. - До меня дошли новости, что Вы сопровождаете Его Величество в военном походе. - Это так, - Геральд не стал отрицать очевидное. По глазам видно, как девушка вздрогнула. - Не беспокойтесь, я в полной безопасности. Меня всегда охраняет Элон и сам Фл... король. Я не пострадаю, уверяю Вас. - Я Вам верю, но обещайте мне, что сразу же сообщите, если возникнут трудности. Я обязательно сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь. - Даю слово, - Геральд уж лучше отрежет себе язык, чем позволит другим разбираться со своими проблемами. Нужно срочно перевести тему. - Расскажите, как обстоят дела в Као. Ваши письма были достаточно красноречивы, но хотелось бы послушать из первых уст. - Все идёт своим чередом, - Гелинора, очевидно, смутилась. Ее до сих пор мучают угрызения совести, что они сослали Геральда в соседнюю страну, пока сама она укрепляет свои позиции дома. Но так нужно. Так необходимо, если она хочет привести Као к процветанию. Ради своей страны и своего народа она готова пойти на подобные жертвы, даже если это ее родной брат. - Недавно вышел в народ новый закон налогообложения. Полагаю, до Вас уже дошли новости. - Да, наслышан. Здешние Советники любят обсуждать дела соседних стран. - Мы снизили проценты тем регионам, где коэффициент прибыли самый низкий по сегодняшним отчётам. - Тогда не станут ли люди толпами гнаться за более низкими налогами? - Геральд, задав свой каверзный вопрос, внимательно всмотрелся в реакцию сестры. Его интересовало, как же та поступит, и достаточно ли она умела в решении подобных вопросов. Но принцесса не выглядела растерянной, что приятно удивляло. - Я так не думаю. Мы предусмотрели, чтобы все затраты и прибыль по всем уголкам распределялись в примерно равных долях и пропорциях. Возможно, поначалу все пройдет не так гладко, но мы будем внимательно следить за прогрессом и вносить определенные изменения, если потребуется. - А Вы повзрослели, - Геральд улыбнулся. Элон еле заметно поразился, потому что та улыбка была искренней. А распознавать искренние эмоции он умел лучше всех. - Правда?.. - девушка смущённо отвернулась. - Я не преувеличиваю. Эта проблема уже давно все никак не может решиться. Я рад, что Вы взялись за нее. Представляю, как закопошился Совет... - Да, они настаивали, чтобы начать заниматься рассмотрением других вопросов. Но, как по мне, сначала следует устаканить внутреннюю ситуацию в Као, и только потом заниматься внешними делами. - Из Вас получится прекрасная королева. - П-простите?.. - Вы мне напомнили одного человека, - Геральд бросил взгляд на широкую спину Флейрана, с каменным лицом выслушивая очередных трясущихся под его взглядом послов. Разве что стоящая рядом леди Аристия смягчала атмосферу между мужчинами. Не то, что он не станет бороться за трон. Он не сдался. Просто, если так посмотреть, а на самом ли деле он готов сесть на престол? Так ли Геральду нужен этот титул, и что он намерен с ним делать? - Этот человек как-то сказал: "Чем больше шрамов на мне - тем меньше на других". Он борется за жизни других, а не за свою собственную, и хочет сделать эту действительность лучше. Думаю, именно таким должен быть каждый правитель. Все же они в ответе за людей, что находятся под их покровительством. - Брат... - от удивления Гелинора сошла с формального тона. Геральд взял ее за руку и некрепко сжал в своих ладонях. - Проследите там пока за моими шахтами. У меня было много времени, чтобы подумать, куда направить их ресурсы. - Обязательно. Можете на меня рассчитывать.       Геральд разорвал тактильный контакт и, покончив с сантиментами, вернулся к своему прежнему состоянию. Так, теперь пора узнать, кто, похитив Элона, пытается развязать войну.

***

      Мебиус был абсолютно разбит. У него не было сил даже поесть, что уж говорить о длительной поездке в Тику. Похороны похоронами, но тут дела сами себя не сделают. Плюс, он сейчас был не в том состоянии, чтобы выходить из кабинета и куда-то направляться. Он действительно ходил по границе. Ещё чуть-чуть, и он чувствовал, что больше не выдержит. - Паршивый видок.       Анг удивлённо - на сколько было вообще возможно удивляться в его состоянии - поднял глаза на человека, стоявшего перед столом. Резко стало нечем дышать. - Что ж с тобой сталось, если даже меня не заметил? - Что... ты тут делаешь?       Воин неспеша взял в руки стоявшую на столе печать и осторожно покрутил ее в пальцах. Открыл, понюхал, сморщился и, закрыв обратно, поставил на место.       Мужчина совершенно не изменился за эти восемь месяцев, только обычно короткие волосы отросли. И все тот же безжизненный взгляд, в котором, вопреки противоречиям, до сих пор горит огонь надежды. - Что, не рад видеть? - Ты не ответил. - А что ты хочешь услышать? - слова Гувалерена прозвучали слишком сухо. - Ответ на свой вопрос, - Мебиус устало откинулся на спинку кресла и потёр переносицу. Когда-то они держались друг за друга, а теперь говорят, словно незнакомцы. Жизнь сломала их так, что теперь у каждого свои приоритеты, где друг для друга больше нет места. - Я тут по делам. - О, неужели? - Мебиус, не беси меня, - Гувалерен с силой хлопнул по столу, что анг испуганно вздрогнул. Но тут взгляд недовольного воина слегка смягчился. - На юге какое-то движение. Надо разобраться. Я все ещё главнокомандующий Као. - Ты с юга? Что ты там забыл?       Воин не ответил, но взгляд не отвел. Ну да, конечно, нет смысла спрашивать. Как будто может быть ещё какая-то причина, почему мужчина шерстит всю страну? - Все ещё ищешь? - Да. - Ты ведь не сдашься? - Не задавай такие очевидные вопросы. - Послушай, Гувалерен... - Мебиус поддался вперёд, но передумал. Махнул рукой. - Не важно. Вот.       Маг, отодвинув третий ящик стола, достал оттуда маленькую статуэтку и со стуком поставил на деревянную поверхность стола. Рен вопросительно поднял бровь. - Твоя печать. Ты же, уходя, не забрал с собой свои вещи, - Мебиус с огромным усилием подавил волну разрастающегося раздражения. - Не важно. Забудь. Если что-то понадобится - дай знать. И не пропадай больше.       Проскребя нижней поверхностью печати по столу, Рен взял в руку маленький предмет и, развернувшись, направился к двери. - Наконец-то я увидел тебя таким. - Что? - анг недоуменно приоткрыл глаза. - Выглядишь так, словно потерял что-то ценное, - лицо воина озарила какая-то печально-довольная улыбка, и он вышел, не прощаясь и больше не говоря ни слова.       Через десять секунд комната наполнилась неожиданно разразившимся смехом. - Потерял что-то ценное, да?.. Вот же щенок...       Но было не смешно. Совершенно. Было больно. Сердце рвалось на части, и это злило мага ещё больше. Каждый чертов день, борясь с последствиями заклинания, что он наложил на Элона в тот день, пробив воину голову статуэткой, заставляли непроизвольно возвращаться мыслями к этому мужчине. Смешно. И нелепо. Ему действительно был дорог тот, кто его презирал. Но Мебиус и сам хорош. Ведь именно он делал все возможное, чтобы создать именно такие отношения между ними. Интересно ведь, почему? Вот и ему интересно было. Только недавно ответ появился - анг привязался к Элону уже очень давно. С самого начала, как впервые встретил. И непроизвольно желал вернуть к жизни, когда тот потерял самого дорогого человека. Да, способы не самые красивые, но тогда он верил, что так лучше. Тогда он не осознавал собственных чувств и специально заставлял воина ненавидеть. Будь в его жизни человек, показавший ему самому, что такое любовь, и как нужно любить, он не наворотил бы делов. Наоборот, сделал бы все возможное, чтобы утешить разбившееся сердце Элона.       Сейчас же Мебиус пребывал в настолько плачевном состоянии, что не был уверен, что вообще доживёт до их следующей встречи. Да и не хотел встречаться. А зачем? Чтобы вновь видеть отвращение в глазах любимого человека? Уж лучше тогда действительно умереть. - Вы похожи на сушёный фрукт. - Что-то ты зачастил ко мне, - анг равнодушно мазнул взглядом по ребенку, застывшему в дверях. Сегодня прямо день посетителей.       Равшай аккуратно прикрыл за собой дверь и встал на то самое место, где буквально недавно стоял Гувалерен. - Зачем ты снова здесь? Опять сбежал от няни? - Я хочу помочь. - Снова об этом? - Мебиус устало навалился локтями на стол. - Прекрати меня донимать. - Папа говорит, что всегда нужно помогать тем, кто помог тебе. - Нас с тобой ничего не связывает. - Речь не обо мне. Вы когда-то помогли моему отцу. Позвольте отплатить Вам тем же. - Послушай, Равшай. Ты уникальный ребенок. Если подрастешь и останешься в живых, может, сможешь занять мое место, - Мебиус не врал. Он знал, что ребенок наделён огромной силой, но, как правило, тех, кто силен - боятся. А оттого и пытаются всеми способами избавиться. - Но в этом мире у тебя есть только ты. Не расплачивайся за дела своих родителей - тебя они не касаются. И я не жду ничьей помощи. В том, что я сейчас так выгляжу, виноват лишь я сам, и мне предстоит в одиночку разобраться с последствиями. Эта трудность сделает меня сильнее. Именно так я и получил право сидеть в этом кабинете. Ничто не попадает к нам в руки без усилий, Равшай. Ты умный ребенок, сможешь меня понять. - Если Вы все оставите сейчас, как есть, то умрёте, - мальчик говорил громко, но взгляд оставался спокойным. - Уже больше не помогает казаться сильным, все написано у Вас на лице. И не получится отсидеться в кабинете, потому что, а сколько ещё Вы планируете прятаться? Скоро другие анги обо все догадаются, и тогда Вам уже ничто не поможет. - Мальчишка, тебя это не касается. - Не отталкивайте руку, что тянется к Вам. Я Вам помогу. Я могу помочь. - Боже, - маг обречённо обмяк в кресле. - Ты же все равно не отстанешь, так? - Папа говорит, чтобы я никогда не сворачивал с протоптанной мною тропинки. - Твой отец был отличным ангом. Но глупым. - Он не жалеет, что поддался своей глупости, - ребенок впервые за все время улыбнулся. Но Мебиус знал, что улыбался сейчас вовсе не он, а его отец. - Вот как, - тихо усмехнувшись, мужчина выпрямился в спине и протянул руки к ребенку. - Тогда, я принимаю долг твоего отца.

***

      В комнате было относительно темно, хотя на столе стояла свеча, что ярким пламенем озаряла пространство вокруг себя. Или, может, темно было в душе мужчины. Больно терять того, кто всю жизнь был рядом.       Аристия, тетя Флейрана, взяла на себя последующие обязанности по поводу организации самих похорон и прочей ерунды, в которую король не желал совать голову - не в его природе заниматься настолько кропотливыми и щепетильными делами. Попрощавшись с прибывшими на похороны представителями других стран, мужчина решил отдохнуть от царившей в банкетном зале суеты. Смерть смертью, но пляски и танцы всегда сопровождали любое мероприятие. Не трудно догадаться, что Флейрану было совершено не до дрыганья телом под музыку. Он хотел лишь одного - тишины и покоя, чтоб мысли хотя бы на ночь оставили его в покое.       Попутно сбрасывая с себя душащую одежду, мужчина плюхнулся на кровать звёздочкой и зарылся лицом в подушку. Нет, слез так и не было. Но на душе противно, словно кто-то туда насрал. Много и вонюче. - Вам нужно отдохнуть. Завтра у нас много дел.       Флей удивлённо поднял голову на голос. - Ты? - А Вы ожидали увидеть кого-то ещё? - Геральд неспеша двинулся в сторону стола, попутно собирая с пола разбросанные вещи. - Вы сами увели меня, не помните? - Должно быть, бессознательно, - король расслабился в присутствии принца и, кряхтя, точно старый дед, перевернулся на спину. - Как ты справлялся? - Вы о чем? - Я про твоего отца. Он ведь тоже умер несколько лет назад.       Геральд досадно поморщился. Отвратительно слышать подобное. - Мы с КОРОЛЕМ никогда не были особо близки, - проговорил принц, с нажимом на второе слово. Аккуратно повесил одежду на спинку стула и, подойдя к кровати, сел на край - в пол-оборота к Флейрану. - Поэтому я не горевал о его кончине. - Никогда с ним не встречался, но, как я слышал, он был жесток. - Не без этого. Он не был тираном, но и мудрым его не назовешь. - Говорят, дети идут по стопам своих родителей, - отчего-то вспомнил Флей и беззлобно усмехнулся. - Чего не могу сказать о тебе. Ты совершенно на него не похож. - Просто я рос вдалеке от его влияния, - Геральд неопределенно пожал плечами. Если бы ему кто-то несколько месяцев назад сказал, что неприступный и несколько высокомерный третий принц Као будет делиться столь личной информацией с воякой простодушным, он бы только посмеялся и покрутил пальцем у виска.       Геральд сам не знал, почему открылся Флейрану. Сначала он считал его неотёсанным мужланом, но потом, узнав получше, больше так не думал. Точнее, он перестал казаться невеждой и, наоборот, принц потихоньку стал замечать его положительные стороны, которых, как оказалось, было больше отрицательных. И если уж быть предельно честным, ему нравился Флей. Нравилась его открытость и независимость. Мужчина не притворяется, не играет, он всегда идёт своей дорогой к тому, что хочет, при этом не шагая по головам. Если нет благоприятных коротких путей, мужчина никогда не выберет те, что проще, но могут причинить вред окружающим. Он ценит свою жизнь, но ещё ценит и жизни других людей. Не каждый так может, особенно, когда в твоих руках сосредоточено огромное количество власти. И за это Геральд уважал Флейрана и немножечко им восхищался. Да, тот не был умным или выдающимся, не обладал великолепными ораторскими способностями. Более того, мужчина ужасно упрям и несносен, особенно, когда дело касается принятия решений. Но, тем не менее, он нравится Геральду со всеми его тараканами, что совершенно не вяжется с требовательным принцем, и это факт. - Может быть, и хорошо, что ты не был к нему привязан, - вздохнул король и, потянувшись, разминая затекшие суставы, положил руку на бедро принца, нежно поглаживая пальцами по штанам. - Это больно. А мне бы не хотелось, чтобы тебе было больно. - Ваше Величество, боль - необходимая ступень. Познав ее и преодолев, становишься сильнее. Но не стоит делать вид, что все в порядке. От этого станет только хуже. - Тебя, как всегда, приятно слушать. Сразу же на душе становится легче. - Я лишь говорю истину. - Как бы то ни было, это помогает, - Флейран подполз к сидящему мужчине поближе и, обхватив того крепко за талию, уткнулся лбом в бедро. Его дыхание стало громче и прерывистей. - Вот бы всегда так...       Он потерся головой о ткань чужих штанов, как бездомный кот трётся о ноги прохожих, выпрашивая еду, и заполз одной рукой принцу под одежду.       Геральд выгнул бровь и бросил настойчивый взгляд на короля, но тот лишь томно сверкнул глазами в приглушенном свете. Дьявольски улыбнулся и поцеловал ножку принца через ткань, поглаживая пальчиками нежную кожу спины. - Кажется, я предупреждал, что не играю так. - Детка, тут только мы вдвоем, какие ж здесь игры? - тихо прошептал мужчина и, подтянувшись на локтях, слегка завалил на себя Геральда, а сам, приподняв того рубашку - насколько позволял плотный жилет на пуговицах, - обдал жаром дыхания низ его живота, медленно и нежно целуя тонкую полоску кожи. Перехватил его за талию посильнее, сжимая в пальцах чужие бока.       Геральд безуспешно дернулся, особо не рассчитывая на успех освободиться. Перехватив лицо Флейрана за подбородок, принц осторожно, но требовательно повернул на себя, заставив того посмотреть прямо в глаза. - Что Вам нужно от меня? - Я хочу быть с тобой. - Вы даже не подумали, прежде чем ответить, - заметил Геральд, глядя на мужчину сверху вниз. Он давно уже все понял. Не сложно догадаться, что происходит, когда каждый раз тебя взглядом пожирают, словно ты - самый сладкий на свете десерт. Но загвоздка именно в том, что с желанием каждый раз шла рука об руку нежность, которую Флейран не жалел тратить на принца. - А что тут думать? - выдавил из себя король и, нетерпеливо вырвавшись, вновь вернулся к прерванному занятию. - Вы опять поступаете, как вздумается. - Правда?       Флейран на мгновение остановился, перехватил принца под шею и коленки и, уложив на кровать, улегся сверху, упёрся локтями в мягкую поверхность матраса, одну руку запустив в черные волосы, а другой расстегивая пуговицы на жилете.       Геральд не сопротивлялся. Во-первых, нет смысла тягаться с тем, кто во много превосходит тебя по силе. Тут все равно, что беспомощной рыбкой в сетях биться. Во-вторых, Флей все равно, если не сегодня, тогда завтра добьется своего. Ну и, наконец, принцу не было ненавистно то, как к нему относится воин. Ему всегда льстило внимание со стороны людей, ведь его действительно уважали за ум и восхищались красотой, но на большее никто не надеялся. Невозможно было растопить холодное сердце, которое не собиралось никому открываться. Но так было до определенного момента, пока не появился этот настойчивый мужлан с чертовски соблазнительным взглядом и дьявольской улыбкой. Мужчина? Ну и что. Хорошо, что не женщина. С женщинами проблем только больше.       Покончив с непослушным жилетом, Флей, приподняв принца под лопатки, стащил с того этот тугой корсет и дернул в нетерпении рубашку, что пуговички с радостным треском полетели врассыпную. Оголил ключицы с грудью и пылко прижался к телу принца, с жадностью вдыхая соблазнительный аромат кожи, что сносил башню покруче любого наркотика. - Эта рубашка была мне дорога, - нахмурился Геральд и вздрогнул, когда мужчина впился зубами в шею. - Куплю новую... Сотни... - Да Вы, я смотрю, не жадничаете, - принц насмешливо фыркнул и запустил руку в короткие волосы, что щекотали подбородок. - И одной хватит. - Я готов на все... Ради тебя, - мужчине словно подрезали тормоза. Он неистово терзал светлую тонкую шейку, больно прикусывая, но потом тщательно вылизывая каждое покраснение, каждую припухлость. - Только попроси...       Его руки блуждали по телу Геральда абсолютно без ограничений, делали все, что им захочется - оттягивали кожу, царапали ногтями, сжимали в пальцах ребра и тонкую талию, оставляли отчетливые следы. Король настойчиво запустил руку по себя и, схватив принца за внутреннюю часть ноги, нетерпеливо отодвинул в сторону, раздвигая тому ноги, чтобы самому занять их место. Оказавшись между ними, закинул ножки принца себе на спину и сцепил их вместе, а сам поддался навстречу и, буквально вжимаясь, прижался внушительным бугорком к паху Геральда с такой силой и так неожиданно, что тот еле успел закусить губу, чтобы не охнуть. Флейран настырно потерся своим достоинством и, покончив с шеей, которую Геральд так соблазнительно вытягивал, переключился на губы. Но тут возникла загвоздка.       Флей помутненным взглядом посмотрел на принца, обсасывая того плотно сжатые губы и пытаясь пробраться тому в рот. - Впусти меня в свой ротик, - прошептал он принцу в губы, но тот лишь сильнее стиснул зубы и попытался отвернуться, однако мужчина успел поймать его лицо раньше. Нежно провел большим пальцем по щеке и чмокнул в нос. Потом в лоб, в правый глаз, в левый. Слегка спустился вниз и, приподняв голову мужчины, поцеловал в острый подбородок. - Тебе так это противно?       Сердце Геральда зашлось в зверских потугах вырваться, и он еле сдержался, чтобы не крикнуть "нет". Слегка зажмурился, словно пытался себя пересилить, ну или на крайняк съел что-то не то. А потом набрал в легкие воздуха и шумно выдохнул носом. Открыл глаза и осторожно взглянул на земеревшего над ним Флейрана. - Все не так... - Тогда что? - нахмурился тот. - Ты позволил мне сделать это с собой, но строишь такое лицо, словно происходящее вызывает у тебя отвращения. Не стоило тогда с самого начала давать мне надежду. - Говорю же, все совсем не так... - слабо возразил принц и закрыл глаза, положив на лицо руки. - Просто... - Что "просто"? - Я не знаю, что делать. - Что? - опешил Флей. - В смысле, ты не знаешь? - Я никогда раньше не занимался подобным. - Даже с женщиной? - Ни с кем, - стыдливо выдавил Геральд и закусил губу. Черт, как неловко.       Он подумал, что Флейран сейчас его засмеет. Ну конечно, разве не забавно, что мужчина, далеко за двадцать, не то, что сексом ни разу не занимался, но даже не целовался? Само собой, смешно. Вот и он понял, что это нелепо, когда почувствовал животом, как затряслось тело короля. Ржет, небось. И да, через мгновение он услышал тихий смех.       Не пойми откуда появившиеся злоба и обида вдруг захлестнули принца с головой. Он попытался перевернуть на бок, грубо толкнув локтем мужчину в бок, но тот лишь сильнее навалился телом. - Слезьте с меня!.. - П-ха, ты чего это нос сморщил? - Смешно Вам, да? - зло рыкнул Геральд в лицо Флейрану. - Ну уж простите, что такой неопытный. Не знал, что придется тут с кем-то трахаться, а то подготовился бы! - Эй, ты чего?.. - опешил король, впервые видя мужчину в таком состоянии и слыша подобную речь из его уст. А потом сгреб в охапку и крепко-крепко прижал к себе, зарываясь носом в чужую макушку и обхватывая ногами ноги принца. - Отпустите. - Нет. Сначала выслушай, - Флей дотронулся губами до его головы и поцеловал, почувствовав телом, как мужчина напрягся. - Думаю, ты все неправильно понял. Я не смеялся над твоей, как ты выразился, неопытностью. Я просто не смог сдержать радости, когда осознал, что буду первым, кто сделает это с тобой. Ты даже не представляешь, что я чувствую, зная, что никто раньше не видел тебя таким...       Геральд чувствовал, как бешено бьется сердце в груди короля, как того нехило так потрясывает от нетерпения.       Флейран ласково провел по волосам принца и оттянул прядь, играясь с ней пальцами. Потом поднес к губам и, прикрыв глаза, нежно поцеловал. Геральд следил за его движениями, как завороженный, не решаясь что-то сказать или сделать. - Не бойся, я ни за что не сделаю что-то, что тебе не понравится, - король Тики уткнулся лбом в лоб принца и, чуть погодя, невесомо чмокнул к губы. - Никогда не причиню боль своему солнцу. - Теперь Вы солнце этой страны, если вдруг забыли, - с некой иронией напомнил принц, на что получил широкую улыбку и новый поцелуй во впадинку между ключицами - до куда мог дотянуться король.       Ночь для этих двоих только начиналась, и в комнате вдруг стало так светло, словно ее действительно озарили два небесных светила.