Trust

— Вэгги уверена, что ты откармливаешь нас на убой. Как свиней, знаешь.       Аластор хмыкает, не отрываясь от нарезки овощей. — Ха-ха! И с чего вдруг наша воинственная девушка пришла к такому нелепому выводу?! — действительно, нелепый вывод. Ниффти и Хаск его слуги, а девушки жестковаты на вкус Аластора. Обычно, он предпочитает кого-нибудь помясистей. — Потому что каждый раз ты готовишь так, словно небольшую армию пытаешься прокормить.       Энджел кривит мордашку, сверху наблюдая за работой рук старшего демона. Это напрягает. Аластор не любит, когда «стоят над душой». По привычке, хочется неожиданно вонзить нож в живот стоящего сзади. Даст, конечно, крепкий, и не такое выдерживал, но потом придется за ним убирать, и Ниффти будет в ярости, из-за очередных следов крови. Снова. И к тому же, паук явно будет зол, если его новое белое платье запачкается. Кровь сложно отстирать. Особенно от белого. — Энджел, если ты не собираешься помогать, то, будь любезен, сядь! — Оу, Ал, прости, но я не могу тебе помочь. Ведь тогда мне придется оторваться от наблюдения за твоей работой! — какая трагедия!       Аластор не оборачиваясь может сказать, что Энджел показал ему язык. Как по-детски. Дасту, видимо, надоело, что на него не обращают внимание, и он наконец уселся за стол, продолжая глазами прожигать дыры в затылке другого демона. Отвлекается, увидев рядом с собой какое-то движение. — Ну привет маленький, — обращение явно не к нему, и Аластор оборачивается, со смешанным выражением наблюдая за Дастом, говорящим с севшим на букет белых хризантем маленьким, но, вероятно, ядовитым паучком. Энджел, с серьезным выражением лица, протягивает паучку раскрытую ладошку, на которую тот уверенно забирается, и говорит: — Тебе следует быть осторожнее. Если бы тебя увидела Ниффти, то ты явно долго не прожил бы. — И часто ты с прочими насекомыми заговариваешь? — спрашивает Аластор, обжаривая шкворчащие на сковороде овощи. — Вообще-то мы членистоногие! — паучок тоже возмущённо пощелкал жвалами, соглашаясь с недовольным тоном Даста. — И нет, не часто. Но, порой хочется.       Взгляд Аластора цепляется за букет на столе. Белый. — Ты и сюда цветы принес. — Ага, — отвечает Даст флегматично и сажает паучка себе на плечо, — они очень красивые. И невинные. Даже жаль их немного. Срезанные, они быстро завянут.       Энджел последние несколько дней ходил странно подавленным. Практически все время сидел у себя в комнате, а если и выходил, то большую часть времени отмалчивался и смотрел в никуда.       Радио Демону быстро надоела пассивность своего партнера, и он всеми возможными способами старался растормошить паука. Тот хотя и не особо сопротивлялся.       Аластор накрывает крышкой огромную кастрюлю и уменьшает огонь — супу надо ещё немного повариться. А пока можно и развлечься немного.       Он коротко щелкает пальцами, включая ритмичную джазовую музыку и легко тянет к себе Энджела. — Ал, что ты? — но не успевает закончить предложение, как его кружат в смутно знакомом танце.       Паук податлив, поэтому легко подхватывает ритм. Вспоминает, отчего-то, свою жизнь до смерти. И с удовольствием отплясывает знакомый с детства энергичный танец. Аластор, заметив его внезапное рвение, ведёт ещё быстрее. Энджел же ни на шаг не отстаёт, по возможности прижимаясь до интимного близко.       Даст смеётся, цепляясь пальцами за складки на чужой рубашке. И замечает подозрительно булькающую кастрюлю. — Ал, мне кажется, что твое блюдо решило немножко убежать. — язвительно подмечает он.       В тот день Энджел узнал насколько быстрым при желании умеет бывать Аластор. И о том, почему не стоит портить идеально убранную Ниффти кухню.