Чем Люцифер не шутит

Я разбиваюсь об улыбку Дино и разлетаюсь на тысячу осколков. Он протягивает мне руку, заглядывает в глаза, а я могу думать только о том, как же ему не идет вся эта огненная декорация Ада. Я протягиваю руку в ответ, он сильно сжимает мои пальцы, грубо, почти до боли, но продолжает дружелюбно растягивать губы, как будто не может остановиться. А мне совести не хватает сказать ему хоть что-то. Поэтому до моей комнаты мы идем в полной тишине. И, когда за нами закрывается дверь, я чувствую абсолютную неготовность к этому разговору. — Если Мими зайдет… — Не зайдет, - ангел отвечает очень резко, на что я удивленно выдыхаю. Он проводит ладонью по лицу. Так мы и стоим посередине пустой комнаты, смотрим друг на друга, я – куда угодно, только не ему в глаза, он – прямо на меня. От былой улыбки не остается ни следа, и я с ужасом понимаю, что совершенно не представляю, что может сказать или сделать Дино. Я его совершенно не знаю. — Дино, Мими может зайти в любую минуту, - шепчу я в искусанные губы, на что ангел только снисходительно улыбается. — Не зайдет. Но он всё же убирает руки из-под моей кофты и крепко прижимает к себе. Мы лежим в тишине, нарушаемой только мирным тиканьем часов. И я бы, наверное, хотела сказать, что совсем потеряла с ним счет времени, однако, откуда-то точно знаю, что сейчас пять двадцать. Ангел покрывает моё лицо быстрыми поцелуями, а я смущенно улыбаюсь. Он нависает надо мной, и я спокойно думаю о том, что Дино по-настоящему божественно красив. Я провожу ладонью по его щеке и тихо хихикаю. Он улыбается в ответ. — Ты чего? — Не знаю. Просто подумала, что ты совсем не похож на Фенцио. Пошел в мать? Дино вмиг становится хмурым, отпускает меня и отстраняется. — Я её никогда не видел. Отец не хранит о ней ни одного воспоминания. Не думаю, что она вообще была ему дорога. Ангел выглядит таким разбитым, что я прикрываю глаза. Дура. И надо было спросить. — Думаю, ты уже всё знаешь. Дино моментально оказывается возле меня и обхватывает моё лицо руками, заставляя смотреть на себя. В его глазах – буря, в моих – слезы, потому что я сраная трусиха, потому что я продолжаю разрывать и его, и себя на части, потому что не могу открыть свой чертов рот и сказать, как сильно мне жаль, как сильно я запуталась тогда, и как я ненавижу своё сердце за то, что оно выбрало не того. — Нет, Вики. Я знаю только то, что сегодня ночью в мою комнату влетел отец и сказал, чтобы я никогда больше не подходил к тебе. И что ты сейчас в комнате у Люцифера, что ты окружаешь его любовью и заботой, что ты ревешь над его шрамами. Я пытаюсь отвести взгляд, но ангел сильно встряхивает меня. Тогда приходится выбираться из его хватки. — Так и было, - я не знаю, откуда во мне это жестокость, но Дино не удивляется, не отшатывается от меня в ужасе или ненависти, а лишь прикрывает глаза и кивает. — Он часто говорил мне всякое. И про Люцифера тоже, но я не слушал. Я думал, что мой отец просто невзлюбил тебя, но он был прав. Всегда. Это, наверное, самый красивый закат, который я когда-либо видела в своей жизни. Мы сидим прямо на ступеньках школы, скрытые от любопытных взглядов, и держимся за руки. — Мне пора, - бормочет Дино в мою шею, отчего та не покрывается мурашками. – Отец ждет. — Он опять будет тебя мучить. – Ангел тихо смеется. — Знаешь, он не так уж плох. — Он меня ненавидит! – Дино кидает на меня странный взгляд. — Вики. Он был тем, кто настоял, чтобы тебя не исключали из школы. — Я не могу поверить. Люцифер! – Он кружит по комнате, и мне кажется, что еще секунда – и начнет швыряться вещами. – Сколько раз я говорил тебе, Вики?! Я бы мог понять. Я бы понял, если бы это был Энди, если бы это был Сэми или Ади, да даже Мими. Но он?! Тогда меня пробирает злость. — Знаешь, Дино, иногда мне казалось, что ты вообще начал смотреть на меня только после того, как я впервые заговорила с ним. Мы только и обсуждали, что Люцифера, и, клянусь, ты одержим вашим сраным соперничеством. А я кто – трофей? — Дино, он пытается мне помочь! Мы обсуждали тысячу раз, и мне казалось, что ты меня услышал. Мне нужны мои крылья. — Он и помощь? Вики, ты с ума сошла? Как ты вообще можешь думать, что Люцифер способен… Но ангел не договаривает. Прямо на нас движется демон со всей своей компанией, и я замираю в ужасе перед очередным спектаклем, который эти двое собираются тут разыграть. Ангел подходит ко мне ближе, резко притягивает к себе, снова, как в дурном сне, на глазах у всей школы, на глазах у него. Глаза демона темнеют, но он лишь бросает лениво, проходя мимо нас: — Уокер, лиши своего дружка, наконец, девственности, а то ему уже не терпится. – И кладет ладонь на спину Мими. — Прекрати, - он устало выдыхает. – У тебя не получится сделать меня виноватым. — Виноватым в чем, Дино?! В том, что я так и не смогла тебя полюбить? И ангел резко останавливается. Он сжимает ладони в кулаки, не смотрит на меня. У меня разрывается сердце от боли. — Ему было плохо… - зачем-то шепчу я, не понимая, нужны ли Дино хоть какие-то мои нелепые и глупые оправдания. — А мне, Вики? Мне не было? — Твой отец что сделал?! – Я подскакиваю с места с четким намерением прямо сейчас пойти и врезать Фенцио по его большой башке. — Прекрати. Он мой отец, он имеет право. — Право?! Насилие над собственным ребенком – это его право?! – Дино поджимает губы, отворачивается и, наконец, сдается. — В этот раз он и правда перегнул. Но, знаешь, когда дело касается тебя, он совсем с ума сходит. – Ангел улыбается, приближается ко мне и ласково, словно я маленькая девочка, гладит по волосам. – Как и я. — Отец действительно поставил мне ультиматум. Я надеялся, я убеждал его, что ты станешь ангелом, и мы ничего не нарушим. Я был готов бороться. Вот только тебе эта борьба не нужна. Не моя. Я хочу ему ответить, убедить, что это не так, но не могу сказать ни слова. Он прав. Он всегда во всем прав. А Дино, кажется, действительно ждет ответа. И я поднимаю на него глаза, я смотрю с таким отчаянием, с такой безысходностью, и мне так жаль, Боже, Дино, как же мне жаль, что ты прав. Вся злость, всё напряжение, что было между нами, вдруг испаряется. Остается только равнодушная пустота. Ангел встает с кровати, подходит ко мне и нежно треплет волосы. — Пока, Вики. Да. Я не заслуживаю Дино.

***

До обеда я не выхожу из комнаты. Я очень устала, я боролась всю ночь – нет, я борюсь вот уже два самых тяжелых и самых удивительных месяца в своей жизни. Я чувствую лишь слабую долю облегчения – мне больше не нужно врать ни Дино, ни себе. Я ощущаю ужасную потерю – я ведь даже не дала нам шанс. Как быстро я сдалась. Как быстро сгорела в алых глазах. Мысли о Люцифере напоминают моему сердцу, что оно, вообще-то, еще способно биться, причем биться сильно. Но я гоню их прочь, потому что я всё еще возмущена и обижена, потому что его грубость, его театральность, его эмоциональные качели достали меня больше, чем что-либо еще на свете. Я отказалась от Дино, я отказалась бороться с ним, за него, но, черт возьми, как же я не готова так просто отпустить Люцифера. Мими застает меня лежащей на кровати и задумчиво касающейся губ пальцами. — Не была на уроках? Одобряю. – Я поворачиваюсь к ней и пытаюсь приветливо улыбнуться. — Сегодня Фенцио. Не уверена, что могу сейчас его видеть. — Что произошло? Домогался до тебя? – Мими игриво выгибает бровь, и моя улыбка становится искренней. — Ты всё об одном. Соседка машет на меня рукой и начинает рыться в шкафу. Не могу сказать, что наши отношения стали прежними – как тогда, когда она обнимала меня, сидя на полу чертовой ванной комнаты. Но, наверное, если бы не та ночь, мы бы сейчас стали чужими. Она не пытается больше провести со мной время, не зовет на свои посиделки (групповухи?) с Сэми и Ади, а я, в свою очередь, скрываю от нее, где провожу каждый вечер последней недели. Она уверена, что у нас с демоном была всего одна неловкая тренировка, после чего он разочаровался во мне и моих способностях. Близко к правде. Наши отношения немного натянутые, немного странные, и всё это, безусловно, подпитывается Люцифером и его сценами, в которые он всегда пытается втянуть Мими. Вот только я заметила, что в последнее время соседка перестает реагировать так бурно. Если он приобнимает её, то она ластится. Если обращается к ней, то она накручивает прядь черных волос на палец и соблазнительно улыбается. Я знаю, я вижу, что демону на это плевать, но не могу не злиться, как и не могу не понять её. Я бы тоже воспользовалась ситуацией. — Горячо. Куда-то собираешься? На Мими просто невероятное короткое черное платье, которое подчеркивает все достоинства её и без того шикарной фигуры. Она хитро улыбается и подкрашивает губы ярко-красной помадой. — У нас вечеринка сегодня. – Я натянуто улыбаюсь, пытаясь подавить неприятное чувство возникшей обиды. — У вас? — У демонов. — О, - я приподнимаюсь на кровати, разглядывая её с еще большим беспокойством, которое неумело пытаюсь скрыть. – А где? Мими, кажется, размышляет, стоит ли меня посвящать. — В баре. — В том самом баре?! – Я возбужденно подскакиваю с места. — Конечно, в том самом. Мы же говорили тебе, что периодически заглядываем туда. Давно не развлекались. В моей голове пульсирует только одна мысль - Земля, Земля, Земля. Серьезно, спустя столько времени, столько бессонных ночей, вот она – возможность вернуться! — Мими, а можно… — Нет! – Соседка резко оборачивается. – Вики, даже не проси. Ни меня, ни Ади, ни Сэми. Это закрытая вечеринка, только для демонов. — Сэми, значит? Она отворачивается, досадливо поджимает губы. Потом выдыхает. — Крошка, прости, правда. В этот раз всё по-другому. Я не говорю о том, что если кто-то заметит твою пропажу, то на этот раз тебя точно исключат. Просто… - Она мнется мгновение, переводит взгляд на свой идеальный маникюр. – Эту Люций организует. Он узнал тогда, что ты попала на Землю через нас, устроил разнос. В общем, больше мы тебя в такие авантюры не втягиваем, запретил посвящать Непризнанных, Вики Уокер в частности, в наши дела. — Запретил, значит?! Я подскакиваю в полнейшем бешенстве. Он, черт его возьми, знал, всегда знал, как мне важно вернуться, как важно продолжить расследование, что я сижу тут, как полная дура, каждый вечер вглядываясь в сраную визитку и молясь, чтобы появился хоть какой-то шанс попасть на Землю. И все эти тренировки, мать их, все эти тренировки были только для того, чтобы я смогла вернуться. Понятно теперь, почему и Ади, и Сэми так жестко обрывали меня каждый раз, когда я спрашивала, нет ли возможности проникнуть в тот бар. Запретил. Запретил он, блять. И я вылетаю из комнаты. Нет уж. Этот засранец возьмет меня с собой. Этот засранец вытрахал мне все мозги, издевался своими тренировками над моим телом – совершенно не так, как это снилось мне по ночам! – строил глазки, обещал помочь, но сам же был тем, кто обрубал все пути к моему расследованию. Я мчусь по коридорам школы, проговаривая про себя проклятья. Как же достало, что всё, что мне важно в этом мире, так или иначе связано с гребаным демоном. Что он смеет из-за кулис контролировать мою жизнь. Тоска по Дино отступает, и всю меня наполняет злость. И еще надежда. Нет уж, им придется взять меня с собой. Небеса сегодня благосклонны – может, впервые в моей жизни. Потому что я нахожу Люцифера у входа в сад Адама и Евы, мирно (к нему это слово применимо?) читающего очередную книжку. И я в два шага оказываюсь рядом с ним, вырывая её из рук. Демон медленно поднимает глаза и расплывается в ехидной улыбке. — Ну да. Кто бы это еще мог быть. – Он откидывается на спинку лавки и оглядывает меня с ног до головы. — Я иду сегодня с вами. Демон тут же теряет свой игривый настрой, напрягается. — Даже не думай. — Ты меня слышал? Я иду с вами на Землю. — Уокер, ты совсем без мозгов. — А ты без совести. — Вот это удивила. Я злюсь, я дрожу от напряжения, он же вновь погружается в напускное равнодушие. Так к нему не подобраться. Нужно что-то другое. Тогда я сажусь рядом с ним, в пол-оборота, смотрю ему в лицо и заставляю себя улыбнуться. Он хмурится. — Уокер, у тебя какое-то биполярное расстройство. — Назови цену. – Он закатывает глаза, а я пододвигаюсь ближе, с удовольствием отмечая, как тяжело он сглатывает. — Ты передо мной уже в жизни не расплатишься. Да и потом… - он мимолетно оглядывает меня и тут же разворачивается. – Смелости не хватит выполнить ни одного моего желания. А их целых два, ты помнишь? Я киваю, сдерживаясь из последних сил, чтобы не заехать по этому самодовольному лицу. Смелости у меня не хватит. Ну-ну, мистер Я-Тебя-Целую-И-Делаю-Вид-Что-Ничего-Не-Было. Я пододвигаюсь еще ближе, кладу ладонь на его плечо и чувствую, как напрягаются мышцы под моими пальцами. — Помню. Выполняю желание – берешь меня с собой. Договорились? Он открывает рот, видимо, чтобы сказать мне в очередной раз, какая я придурошная, но останавливается. Еще раз осматривает меня, а я включаю соблазнительницу на максимум, касаясь коленкой его бедра, и так постыдно и мучительно краснею. Боже, что вообще может родиться в его больной голове, убереги меня, Боже… Тогда он хищно скалится. — Договорились. Брось своего ангела. Я округляю глаза и едва сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться истерично. Воспоминания о нашем вчерашнем разговоре отдаются болью внутри, но в этот же момент меня накрывает дикая эйфория. Он еще никогда так не прокалывался. Демон, видимо, по-своему интерпретирует выражение моего лица, и его улыбка становится еще более довольной. — Вот вид… — Хорошо. – Он резко поворачивается. На его лице полное непонимание, и я ощущаю на губах сладкий вкус моей первой победы. – Я согласна. Во сколько встречаемся?