Чем Люцифер не шутит

Люцифер игнорирует все мои тысячи «зачем» и «почему», беспардонно – спасибо, что не как в прошлый раз – выгоняя из своей комнаты и договариваясь пойти к Дино сегодня вместе. На все мои возмущения о том, что я и сама могу с ним поговорить, он только сверкает глазами и еще настойчивее толкает меня к выходу. Поэтому в отместку, прежде чем уйти, я позволяю себе вырваться из несильной хватки и оставить легкий поцелуй на его щеке. Настроение на весь день обеспечено. Его не портит даже хмурая Мими, которая вяло здоровается со мной, когда я вхожу в комнату. Вид у нее достаточно удрученный, и не осталось ни следа от той уверенности и сексуальности, которые она обычно источает. Соседка оглядывает меня и мою глупую улыбку и отворачивается. — Ты в порядке? – вдруг спрашивает она. — Да. – Я задумываюсь на секунду, прежде чем задать ответный вопрос: - А ты? — Нет. И она говорит это без всякой злобы, просто как-то покорно, смирившись, так что моё сердце болезненно сжимается. Мне хочется ей что-нибудь сказать, как-то успокоить, но мы обе знаем причину и обе знаем, что я – последний человек, с которым она хотела бы на этот счет разговаривать. Надеюсь, хотя бы Ади и Сэми смогут вернуть её в норму. Когда Мими уходит на свои занятия, я блаженно опускаюсь на кровать и пытаюсь подумать. За последние три дня у меня полный передоз, от которого кружится голова – расставание с Дино, звонок отцу, шикарный секс с Люцифером… Боже, он и правда занимался моим расследованием! И почему, почему он месяц держал это в тайне – не шантажировал меня, не ставил условия, не заключал сделки. Мои щеки предательски краснеют, когда я допускаю мысль о том, что ему и правда не все равно. На меня. Только спустя час я заставляю себя встать и пойти на занятия. Сегодня у Непризнанных всего один урок – совместный между ангелами и демонами. И, честно говоря, идти мне совсем не хочется. Потому что какое-то шестое чувство подсказывает, что в этот раз сын Сатаны захочет прийти и устроить очередное шоу. Пожалуйста, хоть бы нет. В аудитории шумно, я подхожу к самому началу урока. Мои глаза привычно ищут Дино в толпе, и я едва не поддаюсь рефлексам, чтобы занять место рядом с ним. Ангел, как обычно, сидит один, листая очередную увесистую книгу. Как будто почувствовав мой взгляд, он поднимает глаза и смотрит прямо на меня. Я тут же улыбаюсь приветливо, стараясь не заплакать при виде тоненькой пленки из льда, которая застилает его взгляд. Он очень коротко (может, мне вообще показалось) кивает и снова утыкается книгу. Я прохожу чуть вперед и сажусь с удивленной Лорой. Место рядом с ним так и пустует. Я сижу, как на иголках. Уже и Геральд пришел, а Люцифера всё нет. Я беспокойно озираюсь, думая, вдруг проглядела его где-то среди учеников. Ну да. Как будто такое вообще возможно. И даже получаю убийственный взгляд от учителя, под которым смирнею и опускаю взгляд в парту. Не пришел. Под размеренный голос Геральда и шелест бумаг урок пролетает на удивление быстро. Мои глаза то и дело возвращаются к белобрысой макушке, и я досадливо кусаю губы, пытаясь понять, причем тут вообще может быть Дино. Это какой-то бред. Но я точно должна выяснить в чем дело, и кто так навязчиво путает следы, заставляя меня сомневаться в отце. И так искусно. Именно поэтому я решаю наплевать на запрет Люцифера и поговорить с ангелом сама. Этих двоих сводить вместе опасно для всей школы, а где-то глубоко в душе я понимаю, что мы с Дино слишком многое еще друг другу не сказали. И крошечные осколки наших отношений всё еще впиваются в грудную клетку, не давая спокойно дышать, заставляя чувствовать себя поганой предательницей каждый раз, когда мои руки касаются демона. Дино выходит из кабинета первее меня, так что я быстро хватаю свои вещи и устремляюсь за ним. Но далеко уйти у него всё равно не получается – прямо на пороге его путь преграждает Люцифер. — Свали, - рычит ангел, пытаясь отпихнуть его с дороги. Демон только презрительно улыбается и смотрит ему за спину, прямо на меня. Я отворачиваюсь к стене, делая вид, что совсем и не шла за парнем, сидела себе спокойно и ждала приказов от него. Что-то мне подсказывает, что он мне не верит. — Поговорить надо. — Нам с тобой разговаривать не о чем. Люцифер закатывает глаза, не сдвигаясь ни на шаг, а позади Дино уже образовывается небольшая пробка из перешептывающихся учеников. Они все с интересом смотрят на сына Сатаны, который так сильно зачастил появляться на общих территориях. Парни друг друга взглядами убивают, так что я быстро подхожу к ангелу и слегка касаюсь его крыла, отчего он тут же вздрагивает и оборачивается. — Дино, пожалуйста, - умоляюще говорю я, стараясь, чтобы посторонние уши нас не услышали. – Это важно. Он смотрит на меня не дольше секунды и медленно кивает. — Ладно. Люцифер отстраняется, позволяя нам, наконец, выйти. Дино уверенным шагом идет по коридору, я семеню за ним быстрыми шагами, а демон, хмурясь всё больше, идет позади нас. Интересно, сколько раз он уже проклял тот день, когда впервые мне помог? Ангел заводит нас в тот самый кабинет, где мы поцеловались во второй раз и начали наши… отношения. От осознания этого меня как будто ледяной водой обливает, а демон, стоящий позади, только раздраженно приказывает, чтобы я прошла, наконец, внутрь. А я могу думать только о том, специально ли Дино это сделал. Видимо, специально. Потому что он прислоняется к той самой парте – почему я помню такие мелочи? – и сверлит нас взглядом. Люцифер останавливается рядом со мной, близко, плечом к плечу, отчего я невольно вздрагиваю. — Интимная обстановочка, - тянет он, оглядывая полумрак кабинета, а я краснею. Он ведь даже не знает. Дино, тем временем, не отрывает от меня внимательного взгляда. — Так что вы хотели? Я чувствую укол совести, когда он выделяет тот факт, что мы с демоном заодно. Люцифер же ведет себя на удивление спокойно, даже не пытаясь облапать меня на глазах у бывшего парня. — У меня есть основания полагать, - разрушает неловкую тишину демон, - что в смерти Вики замешан кто-то из наших. Я удивленно поворачиваюсь на него, когда он впервые произносит моё имя. Не издеваясь, не выплевывая его, а так естественно, как будто оно и до этого существовало в его словаре наравне с «тупая», «дура», «тупая дура», «Непризнанная» и «Уокер». Дино тоже отмечает это обращение, но ничего не говорит. Его взгляд яростно вспыхивает. — Ты всё еще занимаешься своим расследованием?! – Он смотрит только на меня. — Ты знаешь, как для меня это важно, - я уверенно встречаю его взгляд, полный разочарования. — Вики, мы же столько раз… — Мы здесь не для того, чтобы слушать твои занудные нравоучения. Уокер взрослая девочка, сама разберется. — Именно поэтому ты постоянно втягиваешь её в свои игры и манипуляции? — Если бы ты меньше душил её своей блевотной правильностью, увидел бы, что наша Непризнанная сама манипулирует, кем хочет. — Тобой, что ли? - Дино горько смеется. — Ты мне скажи, Ди-но, каково это – быть ненужной брошенной игрушкой? Ангел вскакивает с парты, Люцифер расправляет крылья. А я не знаю, на кого из них злиться больше, поэтому просто делаю два шага вперед, вставая ровно посередине между ними, заставляя посмотреть на себя. — Хватит. – Были бы у меня крылья, они бы, непременно, яростно задрожали. Я поворачиваюсь к ангелу. – Дино, это правда очень и очень важно. — Если бы ты просто не противилась и пила свой порошок, - ангел прикрывает глаза, а я в очередной раз вздыхаю. В этом весь он. Делать, как правильно, как надо, без пререканий, следуя только за холодным разумом. А потом вдруг меня озаряет. — Дино, а откуда ты вообще знал про то, что Мисселина выписала мне порошок? – Ангел хмурится и с непониманием на меня смотрит. Люцифер заинтересованно поворачивает ко мне голову. – В тот, первый раз. Ты спросил, пью ли я свой порошок. Но я не рассказывала никому, кроме Мими. — А она рассказала мне, - вдруг подхватывает Люцифер, напрягаясь. Дино всё так же выглядит расслабленным и непонимающим. — Отец рассказал, ему – Мисселина. В чем здесь проблема? Теперь уже вперед выходит демон, складывая крылья за спиной и неожиданно внимательно смотря на ангела. — Что именно он тебе сказал? – Дино раздраженно ведет плечами, но я ловлю его взгляд и смотрю с отчаянием, умоляюще. Он сдается. — Сказал, чтобы я проследил за Вики – она должна пить свой порошок, иначе её исключат. — Интересно, откуда такая забота со стороны того, кто её ненавидит? — Я тысячу раз говорил, что отец не ненавидит тебя, Вики. – Ангел снова поворачивается ко мне, игнорируя его. - Он сделал всё, чтобы тебя не исключили. — И у тебя нет ни одного крошечного предположения, зачем ему это? Я непонимающе смотрю на Люцифера, в то время как Дино вдруг вспыхивает. Демон явно на что-то намекает, и, кажется, я здесь единственная, кто вообще не знает, о чем речь. А у ангела аж зубы скрипят, настолько сильно он сводит челюсти. — О-у, так ты ей даже не рассказал. — Это никого из нас не касается. — Уверен? — Точно не тебя. Какого хрена ты вообще в это ле… — Не рассказал что?! – не выдерживаю, наконец, буквально кричу, так что мой голос эхом раздается по кабинету. Парни синхронно поворачиваются ко мне, только Дино прячет глаза, а Люцифер смотрит так, будто сейчас спалит к чертям всю школу. — То, что наш Фенцио был влюблен в твою мать. Бам-с. Это явно что-то очень тяжелое упало мне на голову. Я зависаю на мгновение, пытаясь переварить услышанное. Дино выглядит смущенным. — Ну и что? — Ну и что?! То есть, когда я носилась тут по всей школе, пытаясь узнать хоть капельку информации о своей матери, пытаясь наладить отношения с Фенцио, зацепиться за жизнь в этой гребаной школе, за наши с тобой… наши… отношения, ты просто решил, что эта ма-а-аленькая деталь не заслуживает моего внимания?! Люцифер улыбается, одобрительно наблюдая за моей маленькой вспышкой ярости. Дино же становится в оборонительную позицию, скрещивая руки на груди. — Это касается их двоих. — Нет уж. Рассказывай всё. Я подхожу к Дино вплотную, угрожающе тыча пальцем ему в грудь. Ангел разводит руки, пытаясь перехватить меня, немного успокоить, но Люцифер тут же оказывается рядом и грубо тянет меня на себя. Он прижимает меня спиной к своей груди, цепляясь за локоть, и я мигом расслабляюсь, чувствуя себя в безопасности. Злость понемногу уходит, Дино переводит взгляд с нас на стену. — Я не знаю, чего вы хотите этим добиться и не знаю никаких подробностей. Это старая история. — Старая история, о которой до сих пор шепчутся все старички в школе, - дыхание демона, пока он говорит, приятно щекочет мою макушку. — Я говорил тебе, Вики, что отец никогда не любил мою мать, - раздраженно произносит Дино, так и не смотря на нас. – Возможно, если бы ты хоть раз захотела узнать подробности… — Так это я виновата? – говорю возмущенно, но на самом деле во мне всё сгорает от стыда. Он прав. Он говорил мне это и не раз. Люцифер сильнее сжимает меня. — Никто ни в чем не виноват, Вики. Мой отец был тогда достаточно молод, так же преподавал в этой школе. Характер был… ну, скажем, полегче. Тогда и появилась твоя мать в качестве Непризнанной. Он практически сразу голову потерял. Я еще не учился здесь, а мать уже умерла, плохо знаю детали. Отец убивался по Ребекке, боготворил, а она могла думать только о своём муже на Земле и оставленной маленькой дочери. На этих словах у меня воздух из легких выбивает, и слезы на глазах наворачиваются. Сильная рука перехватывает мою талию, осторожно, почти нежно, и я благодарно глажу ладони поверх. — Особенно… кхм, особенно сильно она страдала, что не может тебя увидеть. На каждом своем задании сбегала в родной дом, чтобы поговорить с тобой хотя бы минуту. У меня перед глазами тут же вспыхивает размытые образы всех тех добрых женщин и старушек, которые преследовали меня в первые полгода после смерти матери. И каждая встреча заканчивалась одним и тем же – они кидались мне на шею и говорили, как сильно меня любят. Тогда даже отец начал подозревать что-то нехорошее и на некоторое время отправил жить к бабушке и дедушке. — А отец был готов всё положить к ногам Ребекки Уокер. Он был как помешанный. Она шла по пути ангела, и он мечтал о том, что они смогут быть вместе, ведь запрет не будет действовать. Но она очень быстро поднялась – сразу, как смогла отпустить свою прошлую жизнь. Это всё, что я знаю. Мы молчим некоторое время, и даже Люцифер не пытается влезть со своей вечной иронией, только уверенно приобнимает меня. Дино смотрит куда угодно, только не на наши переплетенные руки. Его голос становится всё тише с каждым словом. — Думаю, он поэтому был так против наших отношений. Не хотел, чтобы я повторял его ошибок. — Нет, - неожиданно отвечает Люцифер, и я слегка поворачиваю голову, пытаясь разглядеть хотя бы частично выражение его лица. – Ты очень сильно ошибаешься, если считаешь, что Фенцио просто так отпустил Ребекку Уокер. Он всего лишь решил пойти другими путями. — Не знаю, на что ты намекаешь, - Дино вспыхивает и впервые смотрит на нас, точнее – только на демона. В упор. С ненавистью. – Но не думай, что хоть что-то знаешь. — Могу дать тебе тот же совет. Ангел раздраженно дергается, но тут же берет себя в руки, в то время как Люцифер весь напрягается и слегка расправляет крылья. Лед и пламя. Я успокаивающе глажу его руку, отчего он удивленно на меня смотрит и слегка расслабляется. — Я рассказал всё. И, Вики, я бы очень хотел тебя уберечь от всего этого, но ты не будешь слушать. — Прости, Дино, - я грустно улыбаюсь, ловя его взгляд. – Не буду. Люцифер ухмыляется. Ему явно нравится происходящее, настолько, что он не может сдержаться, не может не поддеть соперника, не может не устроить очередную сцену. На мгновение во взгляд ангела возвращается былое тепло, но тут же меркнет под корочкой льда. А у меня сердце колотится от его взгляда, от сожаления, от той вины, которую я всегда буду чувствовать при нем. И демон прекрасно считывает мои эмоции, потому что его ухмылка становится вдруг жесткой. — А знаешь ли ты, милый Дино, почему она тебя бросила? Ангел в это время уже идет к выходу, проходит мимо нас. Но слова Люцифера заставляют его остановиться. Он еще раз обводит нас взглядом с головы до ног, отчего демон показательно кладет голову на мою макушку, улыбается. Не знаю, что именно такого Дино находит в его взгляде, но парень тут же заводится, сжимает ладони в кулаки. — Формально, - выплевывает он прежде, чем отвернуться и уйти окончательно. – Это я её бросил. Дверь за Дино закрывается с тихим хлопком, который для меня звучит, как похоронный марш. В кабинете становится очень тихо. Ой.