Лагерь Удовольствий. The End

      

Глава 13

      

Генерал, майор, полковник

      Если вы смотрели достаточно фильмов про выживание в тяжёлой середе тотального мрака и пиздеца, вы прекрасно знаете, что выжившие, как правило, организовывают своей штаб в каком-нибудь масштабном и хорошо защищённом месте – гипермаркете, школе, больнице, в гараже у дяди Вани (мимо дяди Вани мышь белая не проскочит, не говоря уже о вражеском лазутчике).       Местные выживальщики были или в конец тупые, или чересчур страдали ностальгией по счастливому детству в деревне у бабушки, поскольку их штабом являлся полуразваленный сельский Дом Культуры и парочка примыкающих к нему сараев.       -У вас крыша, случайно, по весне не протекает? – увидев плачевное состояние здания, спросил я – И если да, то у всех сразу, или только у вашего начальника?       -Шевелись давай – мужик в экзокостюме пихнул меня стволом винтовки в спину, подводя ко входу в ДК.       -Борис, это шо такое? – из двери, активно размахивая руками, выбежал афроамериканец в ярких национальных одеждах и заговорил с сильным украинским акцентом – Почему он голый, Борис? Ты шо, опять кого-то изнасиловал?       -Ого! Борис, да вы полны сюрпризов! – тут же отреагировал я – А я ведь вам жопу свою доверил!       -Во-первых – не изнасиловал, а ограбил! – накинулся на чернокожего Борис – Во-вторых – никого я не трогал! Я отстреливал Голодных, пока не нашёл этого…человека!       -Борис, где его одежда? У него писька голая болтается, Борис, я его внутрь не пущу! Там же дети! – запричитал афроамериканец – Они испугаются и будут мочиться друг другу в кровать!       -Ну так найди ему одежду, твою мать! И помой его заодно! – сердито ответил Борис и пошёл внутрь дома – А мне у генерала отчитаться надо!       Афроамериканец посмотрел на меня с видом феи-крёстной, которой хочется придушить и расчленить свою Золушку.       -Микола – он протянул мне руку, и мы обменялись рукопожатиями – Ну шо, Семён, какой у тебя размер ноги?       -А откуда вы знаете, что меня зовут…       -Ой, да у вас, москалей, имён – раз-два и обчёлся! – махнул рукой Микола, провожая меня внутрь Дома Культуры – Кирилл, Святослав, Никита и Акакий!       

***

      После горячего душа из тазика с шаечкой и подбора новых модных аксессуаров, Борис (который без своего костюма оказался намного моложе, да ещё и блондином) отвёл меня в какую-то задрипанную гримёрку, на проверку оказавшуюся кабинетом главного начальника штаба и командира местного цирка с конями.       -Здравия желаю, товарищ генерал! – встав по стойке «смирно», поприветствовал его Борис – Разрешите доложить!       -Разрешаю! – рокочущим голосом ответил товарищ генерал. Это был типичный старый пердун в поношенной, как и он сам, военной форме, с лицом оплывшего бульдога, на котором выделялись разве что очень большие и густые брови, которые, казалось, жили на лице хозяина в своём, автономной и независимом режиме. Во рту у генерала красовалась гигантская кубинская сигара, которой он с удовольствием пыхтел, смаковал и подобострастно облизывал.       -Товарищ генерал, область вокруг больницы кишит Голодными! – отчитывался с важным видом Борис – Попытка зачистить территорию в одиночку успехом не увенчалась!       -Не увенчалась, говоришь… - генерал насупился и его брови перешли в активное наступление на область переносицы – А нахрена мы тебе костюм тогда давали? И винтовку? И ПАТРОНЫ К ЕЙ, ЦЕЛУЮ КОРОБКУ?       -Товарищ генерал, я нашёл выжившего! – Борис кивнул в мою сторону – Он уничтожил нескольких Голодных огнём, исходящим из собственного…тела!       -Это как это? – генерал грузно поднялся со своего места и подошёл ко мне – Вот…вот этот вот…       Микола одел меня в чистые, хоть и кем-то юзаные, китайские тапочки, джинсовые шорты и байку с капюшоном с красующейся на груди надписью «Люблю брать в рот».       Генерал долго изучал надпись на байке, затем посмотрел на меня. Я мигом изобразил самую невинную из своих улыбок. Генерала передёрнуло, как от удара током, он достал из нагрудного кармана платок, от души высморкался в него и им же вытер выступившую на лбу испарину.       -Его точно не кусали? – с сомнением в голосе спросил генерал – Ты везде смотрел? А то мало ли…       -Нет, он абсолютно чистый, товарищ генерал! – ответил ему Борис – Как первый мартовский подснежник!       -Жалко, конечно… - прошептал генерал, косясь на меня недобрым взглядом – Ладно, пацан, как там тебя?       -Семён – представился я – Семён Персунов.       -Да, Святослав Пердунов! – схохмил генерал и сам же посмялся – Борис, проследишь, чтобы он сдал все анализы, даже волосы из носа и из задницы! Мне тут сюрпризы, вашу мать, не нужны!       -Сюрпризов не будет, товарищ генерал! – пообещал ему Борис – Разрешите идти?       -Разрешаю – лениво махнул ему рукой генерал, а затем окликнул – И, это, если всё-таки здоровый окажется – выдели койко-место и сухой паёк. Только к бабам не пускай! Или к мужикам! А то хер его знает, какой ты у нас, мать твою, ориентации!       -Самой что ни на есть гетеросексуальной! – радостно выпалил я, но меня уже никто не слушал.       

***

      Моё знакомство с местной флорой и фауной началось с приснопамятного душа. Толстая тётя размером с десять обычных тёть, обладательница добрых глаз, больших волосатых рук и густых усов над верхней губой с радостью согласилась полить меня из тазика слегка тёплой, ржавой водой, одновременно наяривая меня по всему телу жёсткой, как жизнь моя, пемзой. На любые попытки заигрываний с её стороны я всегда отвечал дружелюбной улыбкой и полным отсутствием эрекции.       После баньки меня всегда тянуло на пожрать, благо, столовая была, в буквальном смысле, за углом – в соседней с душевой комнате. Где-то между ними также расположились зал борьбы и совмещённые сортиры. Как по мне, решение замечательное – смыл с себя всю грязь и чужие кишки, пошёл поборолся, потом пожрал и отложил личинку – и всё это в пределах пятнадцати метров друг от друга! Всё для людей!       В столовой, конечно, «шведским» или любым другим столом и не пахло – ели здесь сидя на полу и исключительно руками, ибо столовые приборы считались за большую роскошь. Здесь явно не поймут соль хохмы про «вилкой в глаз», потому что вилки есть только у военных и криминальных авторитетов.       Меню было довольно разнообразным – вот тебе манная каша, похожая на понос ребёнка, а вот манная каша, похожая на понос взрослого человека…По большим праздникам могли дать краюху хлеба на пятерых, а на издевательский вопрос – «А компот будет?» – вполне можно схлопотать нехилых пиздюлей от соседей по обеденному «столу». Ну и если ты хоть на секунду зазеваешься, будешь хлопать клювом и щёлкать ебалом – понос на тарелке умыкнут как нехуй делать, ещё и тебя же виноватым сделают. Что ни говори, но с новичками здесь явно не церемонятся.       Добрая неделя ушла на то, чтобы уговорить Миколу выдать мне нормальный комплект одежды и хотя бы парочку неношеных никем трусов. На вещевом складе и так царил вечный дефицит эпохи Брежнева, а уж найти вещи, которые до тебя никто ещё не напяливал на свою целлюлитную жопу – это что-то из разряда научной фантастики.       Что касается секса…А что я могу сказать о том, чего его нет и в ближайшее время не предвидится? Местный женский контингент представлял собой собрание старых маразматичных перечниц с ушами кокер-спаниеля вместо сисек и климаксом головного мозга и молодых и воинственно настроенных феминисток, считающих своим долгом нагнуть тебя раком всегда и везде, если ты хотя бы отдалённо напоминаешь мужчину. Бывали и исключения (вроде моей «любимой» женщины из душевых), но в этом случае секс напоминал бы скорее моё жёсткое изнасилование с элементами садо-мазо и комедии в стиле «бурлеск».       К исключениям можно было записать и маленькую девочку Светочку, которая вечно теребила меня за член, просила водки и рассказывала дикие истории о том, как она рожала двойню в кукурузном поле, пока её родную деревню напалмом бомбили немецкие люфтваффе.       Ещё здесь было полно бомжей, алкашей, проституток и просто высокоинтеллектуальных личностей, обещавших перерезать мне глотку, когда я засну. Причём, обещали то они мне, а с перерезанной глоткой постоянно находили кого-то другого. Парадокс, не иначе.       

***

      Проведя в этом филиале дантовского Ада на Земле почти месяц, в какой-то момент я не выдержал физического и нервного напряжения и без стука, шума и пыли ворвался в кабинет к генералу.       -Товарищ генерал, майор, полковник! – выкрикнул я, встал по стойке смирно и зачем-то снял штаны – Разрешите наложить! Тьфу ты, блядь! Доложить!       -Что-то срочное, солдат? – генерал, сидящий ко мне спиной, видимо, принял меня за кого-то другого – Тебя стучаться, твою мать, родители не учили?       -Меня учил стучаться только дядя Боб Дилан! – ответил я, напевая себе под нос «Knockin’ on Heaven’s Door» - Товарищ генерал, дело срочное, надо решать сейчас, а то потом я всё нахуй забуду!       -Ну, излагай – по-барски вальяжно разрешал мне генерал.       -Товарищ генерал, сил моих блядских больше нет! Не могу я тут больше оставаться! – плаксиво сказал я – Повсюду обман, подлость, страх, предательство, мрак, пиздец и антисанитария! Жизнь меня к такому может и готовила, но я был хуёвым учеником и сдал все экзамены через постель!       -Ты мне пришёл на жизнь пожаловаться, твою мать? – жёстко оборвал меня генерал – Может, мне тебе сисечку дать и по головке погладить, мать твою?       -От сисечки бы не отказался, но сейчас не об этом! – махнул я рукой и предложил – Разрешите заиметь себе личную комнату с отдельным санузлом, кухней и точкой Вай-Фая! Коммунизм и общая собственность – это заебись, но лично я уже подзаебался сражаться за всё, что не прибито к ёбаному полу!       -Ты чё…ты чё себе позволяешь, мля болотная? – генерал резко повернулся ко мне с горящими праведным гневом глазами – Ах ты пидор патлатый! Петухан доморощенный! Да ты у меня сортиры будешь…       -К труду и обороне готов! – я радостно вытащил заготовленные зубные щётки – Лично выбирал каждую! Вот эта, от «Colgate», чистит полость сортира под углом в 360 градусов…       -Пошёл нахуй! – не выдержал генерал, сорвал с головы зелёную тюбетейку и швырнул в меня – Чтоб я тебя, суку, не видел и не слышал!       -Ну, вы про комнату всё-таки подумайте – миролюбиво ответил я и ретировался из кабинета за секунду до того, как в меня полетел увесистый бронзовый бюстик Сталина…       

***

      -Собирайся – услышал я на следующее утро бодрый голос Бориса, кидающего мне в ноги дорожную сумку – Мы уезжаем.       -Куда? Нахуя? И в каком составе? – спросонья не понял я.       -Товарищ генерал приказал всех больных, сирых и убогих переместить в наше второе убежище, и ты в этом списке на первом месте.       -Ну кто бы в этом, блядь, сомневался – сплюнул я и встал со своего зассанного Светочкой матраса – Что ещё за второе убежище?       -Оно здесь, рядом, в километрах пяти или десяти отсюда – объяснил мне Борис – Мы называем его «Чистилищем», и если ты жаловался на условия жизни здесь, там ты вообще волком завоешь.       -Звучит как охуительный челлендж! – оптимистично кивнул я – Кто ещё едет?       -Ты, я, Микола, ещё пара человек, которых укусили, и они скоро откинут копыта.       -А вас то с Миколой за какие, блядь, заслуги за яйца взяли?       -Мы сами вызвались – невозмутим ответил Борис – У нас в «Чистилище» свои дела. Ладно, потом потрындим. Поехали.       Мы загрузились в кряхтящий, доживающий свой век грузовичок и медленно поехали по выжженной апокалиптической пустыне.       

***

      Второй штаб выживших располагался в полуразрушенном здании бывшей женской колонии, поэтому неудивительно, что остальные называли его «Чистилищем» - препоганое, наверняка, место.       При подъезде нас никто не встретил, и вообще царившая вокруг тишина и пустота мёртвых пейзажей вселяла в наши сердца какой-то экзистенциальный ужас и острое желание навалить кучу под ближайшим кустом, а затем обмазаться ею же в целях маскировки и эстетического наслаждения.       -Слишком всё спокойно – напряжённо прохрипел Борис, сжимая приклад дверной винтовки – Мне это не нравится.       -Может, це какая ловушка? – тихо предположил Микола – Вот мы сейчас выйдем из машины, а нас ка-а-а-а-к набросятся! Москали клятые!       -Задолбал ты со своими москалями, хохол доморощенный! – упрекнул его Борис – Семён, ты что-нибудь чувствуешь?       -Я чествую…чувствую я… - я напустил на себя загадочный вид и принялся жестикулировать, как пьяная баба Ванга – Я чувствую, как к нам приближается ОГРОМНАЯ опасность!       -Шо за опасность? – напрягся Микола.       -Мы все тут нахуй СДОХНЕМ, от голода и скуки, если будем сидеть в этом ебучем грузовике и трахать друг другу мозги!       -Во це предсказание! – обрадовался Микола – Слухай, а по руке гадать умеешь?       -Смешно, блин – нервно застучал зубами Борис – Сука, почему так страшно-то?       -Может, потому что ты баба сцыкливая, Боря? – без обиняков ответил я и первым спрыгнул на твёрдую землю – Ну что, убедился? Если тут были мины – я бы уже лежал у тебя на плече в виде нежно-бордовой селезёнки!       Моему примеру последовали остальные, и уже спустя минуту мы бордо вышагивали по направлению к Чистилищу.       -Гарью воняет – поморщился Борис – И мертвечиной. Кто-то трупы жжёт?       -Может, местные чучело зимы сжигают? – предположил я – Сейчас вообще какая пора ёбаного года? Кто-нибудь в курсе?       Все отрицательно замотали головами.       -Ну да, с такой погодкой хуй просцышь – я топнул ногой, поднимая воздух охапку пожелтевших осенних листьев – Такое ощущение, что природа застряла в бесконечном ёбучем дне сур…       -ОСТОРОЖНО!       Крик Бориса я услышал в последнюю секунду перед тем, как юркая женщина с обглоданным лицом набросилась на меня, повалила на землю и клацнула белоснежными зубами прямо перед моим носом.       -СУКА! – закричал я, тщетно пытаясь спихнуть её с себя – СЪЕБАЛАСЬ НАХУЙ!       -А-А-А-А-А-А! – краем глаза я увидел, как истошно орущий Микола убегает от трёх бомжеватого вида мужиков – ХЛОПЦЫ, ВЫ ШО ХОТИТЕ?       -БОРЯ! – отчаянно закричал я – БОРЯ, БЛЯДЬ! СТРЕЛЯЙ, НАХУЙ!       -ЗАЕЛО! – кричит Борис, отбиваясь от зомбаков прикладом – ВИНТОВКУ ЗАЕЛО!       -НУ ЗАЕБИСЬ! – отвечаю я и смотрю на пытающуюся сожрать меня мадам – Хули тебе надо, пизда лохматая?       Я засовываю два пальца в её гнилые глазницы и выдавливаю оттуда то, что осталось от глазных яблок.       Лишившись остатков зрения, женщина слепошаро мотает головой из стороны в сторону. Я наконец-то спихиваю её с себя, поднимаю вверх ногу и обрушиваю её на покрытый тонким слоем кожи и волос череп.       Под давлением моего веса, череп женщины начинает лопаться и трескаться, в воздух летит пыль от сломанных костей, под ногами хлюпает мозг и влажные остатки изъеденного кем-то мозга.       Я бью ногой ещё пару раз, чтобы уж наверняка. Поднимаю голову вверх – и получаю по ебалу от бородатого здоровяка в пропитавшейся кровью майке-«алкоголичке».       Огромная мясная туш на ножках поднимает меня в воздух, как тряпичную куклу, хватает за руки и начинает выгибать их под не самым удачным градусом.       С этим…пидорасом…я уже…не…справ…       Выстрел, прямо возле моего лица – настолько громкий, что противный писк в моей голове заглушает всё остальное, а из ушей начинает сочиться кровь. Чувствую, как мне в рожу летит ураган из мяса, кровищи и дерьма.       Бугай, державший меня, ещё пару секунд стоит с развороченным крупной дробью ебалом, затем грузно заваливается на землю, выпуская меня из своих объятий.       Раздаётся ещё пара выстрелов. Поднявшись с земли, я замечаю стоящую ко мне спиной фигуру в тёмном плотном дождевике с поднятым вверх капюшоном. Она стреляет из обреза вслед убегающим от неё монстрам.       -Валите отсюда, ёбаные твари! – кричит фигура угрожающим женским басом – Мы вас всех найдём! Найдём и порешим ко всем хуям собачим!       Я мимоходом смотрю по сторонам. Борис и Микола живы, те, кого укусили, и так уже были не жильцы.       -Эй! Спасибо! – я подбегаю к фигуре и кладу руку ей на плечо – Мы бы и сами справились, конечно, просто как нехуй делать! Но раз уж вы припёрлись…       Фигура поворачивается ко мне лицом и медленно снимает с головы капюшон.       -Али… - от увиденного у меня перехватывает в груди дыхание – Алиса?       -Ну наконец-то ты очнулся, долбоёба кусок – злобно говорит она и бьёт меня прикладом обреза по ебалу.