Эти безумные пони

— Внимание! Внештатная ситуация! Повторяю, внештатная ситуация! — неслось из динамиков в вагонах спецпоезда, несущегося мимо горных хребтов по одинокому железнодорожному пути. Экипаж, состоящий преимущественно из вооружённых людей, не сразу принял сигнал тревоги. Пусть они и были обязаны, но когда подобное происходит уже третий раз за день, и каждый предыдущий раз — являлся ложной тревогой, поневоле задумываешься, а не ложная ли она теперь?       К несчастью, в этот раз тревога была не ложной.       Когда состав поравнялся с горной дорогой, откуда-то появились два грузовика, снизивших скорость и идущих параллельно составу. С колёсного транспорта, используя тросы с крюками, на поезд перепрыгнула группа неизвестных. Довольно быстро, пока грузовики и поезд шли вровень, люди переправили с них оборудование и приступили к созданию прохода внутрь, разрезая крышу поезда плазменным резаком.       Внутри состава уже во всю шла подготовка к визиту незваных гостей. Военные схватили автоматы, и, предварительно отправив учёных в лабораторный отсек, для их же собственной безопасности, заняли огневые позиции на входе в жилой вагон, на потолке которого уже были видны красные следы. Капитан Евгений Симонов был среди тех, кто сопровождал людей в халатах и с кучей заумных формул в мыслях, к нужному вагону. По пути мимо них пробежали ещё с десяток военных, пришедших на подкрепление из головы состава, как неожиданно, в нескольких вагонах от их местоположения раздался глухой хлопок. — Вот и всё. Они пришли за нами! — в панике воскликнул один из учёных — довольно молодой человек, по крайней мере, самый молодой, на фоне коллег среднего и почтенного возраста. — Откуда вы вообще знаете, что эти… — Симонов кивнул на потолок, — …пришли за вами? — Им нужна «Золотая Стрела», капитан. Поэтому и за нами, — хмуро добавил другой учёный, прикладывая карточку к панели на стене, и открывая перед собой массивную стальную дверь со стеклянным окном на уровне человеческой головы. За дверью находилось полностью белое, как и подобает лабораториям, помещение. По бокам, в ряд, стояли железные столы и разные ящики, а в центре всего — горизонтально повёрнутый цилиндр, крепившийся к полу толстыми трубами, и весь утыканный проводами и датчиками, среди которых не имелось разве что датчика сейсмоактивности.       Евгений взмахом руки приказал двум другим солдатам оставаться у двери и стрелять во всё (кроме, естественно, товарищей военных) что движется, а сам зашёл в лабораторию вслед за учёными. Ему — как капитану, и начальнику колонны по транспортировке ценного груза, единственному было дозволено находиться во всех вагонах поезда, вне зависимости от ситуации. Однако, пробыть запертым в компании заумных личностей, пусть и совсем недолго, ему хотелось меньше всего.       Младший из учёных приблизился к установке и, осмотрев все датчики, набрал комбинацию цифр на боковой панели, тем самым отключая первую ступень защиты содержимого. Затем, он с тревогой оглядел коллег и военного, и заключил: — Нам придётся транспортировать его. Использовать одно из ваших компактных хранилищ, профессор. — Только они ещё не до конца испытаны, — учёный постарше, о чём говорила седина его волос и сухое морщинистое лицо, запротестовал. — Я же не думал, что устройство придётся отключать до прибытия на базу. Никто из нас всерьёз не предполагал, что случится нападение! — Но по протоколу мы должны были быть готовы к этому, — вставил третий. — Кто вообще эти протоколы составляет?! Пока учёные завязали перепалку, Симонов перезарядил пистолет и тяжело вздохнул. Прошло меньше минуты, а учёные уже ему надоели, вместе со своей бессмысленной и беспощадной болтовнёй о протоколах и неизвестном содержимом стоящего в центре вагона цилиндра. Из другого вагона, тем временем, продолжали доноситься звуки. Вначале — звук лязганья металла, затем — несколько коротких автоматных очередей, грохот, и звон разбитого стекла. Следом за всем произошедшим, если смотреть через окошко в двери, стало заметно, что двое дежурных навели свои автоматы на пелену белого дыма, что леневиво перетекал из вагона в вагон, неумолимо приближаясь к лаборатории.       Всякие звуки при этом напрочь исчезли, отчего даже капитан почувствовал, что дело — полная дрянь. — Всё равно времени уже нет, — пожилой учёный облокотился о железную стенку в конце вагона, тяжёлым взглядом сверля металлический цилиндр. — Что вы, коллеги, что вы, капитан… — учёный кисло усмехнулся, — уже ничего не поделаете. — Вижу цели! — громко крикнул один из дежурных, вместе с напарником открывая огонь по белому дыму, который уже вплотную подступил к двери. Секунды спустя что-то громыхнуло в соседнем вагоне, и вновь воцарилась тишина. На этот раз пугающе липкая и неуютная. Учёные вмиг замолкли и замерли на своих местах, а Симонов медленно навёл пистолет на дверь, готовый в любой момент выстрелить.       Однако повторившийся грохот, на этот раз под самой дверью, и в разы сильнее предыдущих, вывел из равновесия всех, кто был в лаборатории.       Дверь с мерзким скрипом отворилась, и вместе с переливающейся через порог дымкой, внутрь лаборатории протиснулись трое людей в камуфляжной одежде и в масках, скрывающих лица. Один из бандитов с ходу направил дуло пистолета на молодого учёного, и кивком указал на цилиндрическое хранилище. — Вынимай, и без фокусов. Оцепеневший от ужаса учёный не смог пошевелить пальцами и только что-то нечленораздельно промычал себе под нос. Тогда бандит повторил, но уже громче: — Вынимай! А после перевёл дуло пистолета на военного, опередив того и первым взяв на мушку. Другие бандиты взяли на прицел остальных учёных. — Мы ведь не хотим бóльших смертей, верно? — спросил у собравшихся бандит и нервно усмехнулся. — Тогда отдайте нам содержимое этого контейнера и дайте возможность уйти. — Охуеть, средь бела дня… — сквозь зубы прошипел капитан. — Тебе говорить надоело?! — Вынимай, парень, — полушёпотом сказал пожилой учёный, обращаясь к коллеге. Один из нападавших всё расслышал и согласно кивнул. — Верно, слушай, что старшие говорят. Тебе ведь известен код изъятия. Молодой учёный сглотнул подступивший к горлу ком и, немного помедлив, ввёл на боковой панели код снятия блокировки. Цилиндр издал грозное пыхтение, выпуская скопившиеся внутри пары, и сверху в нём приоткрылось небольшое прямоугольное отверстие, сквозь которое лился мягкий жёлтый свет, перетягивая на себя внимание троицы бандитов. Голой рукой парень залез в отверстие, аккуратно что-то обхватил и медленно вытащил на свет. Этим оказался небольшой серебристый ромб, в центре которого пульсировало жёлтоватое свечение, изредка меняющее окрас на оранжево-красное, а затем принимающее обратный жёлтый цвет. — А ведь всё так просто, — с иронией протянул бандит, махнув пистолетом, — теперь осталось только протянуть его мне. — Протягивай. Неспеша, — вновь шепнул пожилой учёный.       В этот момент случилось неожиданное, как для учёных с капитаном, так и для бандитов. Из-за спины последних, а точнее из соседнего вагона, раздались громкие выстрелы. Нападавшие тут же отвлеклись на звуки, упуская из виду капитана, чем Симонов быстро и воспользовался, с точностью снайпера выпуская пулю прямо в голову одного из бандитов. Второй уже было развернулся и навёл пистолет на военного, как был крепко схвачен из-за спины и опрокинут назад, а контрольный удар прикладом по голове отправил того в «сладкий сон».       Последний, тот, что был главным, оказался зажат между удивлённым капитаном и раненным в бедро, но живым и боеспособным сержантом с автоматом в руках, на лице которого застыла маска серьёзности. За его спиной находились ещё несколько военных, пришедших из первых вагонов на звуки выстрелов как нельзя кстати, и успевших положить по пути до лаборатории достаточно боевиков. — Руки за голову… и без шуток, — пропыхтел сержант, упираясь дулом автомата в спину бандита. — Оружие на пол, — добавил Симонов, а после кивнул учёным. — Вы, — покиньте вагон. Хреновину можете вернуть на место. Учёные прислушались, обойдя взятого на прицел бандита, и выйдя навстречу вооружённым спасителям.       К моменту, когда бандит пошёл на отчаянные меры, внутри лаборатории находилось трое, не считая его самого. Сержант, капитан, и молодой учёный, собиравшийся вернуть так называемое Ромбовидное Ядро обратно в устройство, и вновь активировать защиту.       Преступник резко кинулся на Симонова, сбив того с ног до выстрела. Сержант не успел среагировать и побоялся ранить капитана, что и стало козырем противника. Протащив капитана к устройству, бандит приставил пистолет к голове учёного и без лишних слов вырвал из его рук ромб, помедлив, и на мгновение засмотревшись на яркое жёлтое свечение сердцевины. Симонов воспользовался этим и повалил бандита на пол, при этом лишившись своего оружия, но и лишив его противника. Прихрамывая, сержант двинулся на помощь старшему по званию, а учёный же оказался прижат к стене, без возможности покинуть лабораторию из-за завязавшейся драки. — Отдай, сволочь. Не твоё это! — хрипел капитан, пытаясь вырвать из руки бандита устройство, но получал отпор. Бандит старался ползти к выходу, продолжая крепко сжимать ромб в ладони.       За противостоянием никто из них не заметил, как блестящая сердцевина устройства вдруг стала светиться сильнее. Датчики на цилиндрическом аппарате вмиг зашкалило, и на панели загорелась красная лампочка. В воздухе нарастало высокочастотное гудение, из-за чего уши всех, кто на данный момент находился в лаборатории, словно заложило пробкой, а висевшие на потолке люминесцентные лампы начали попеременно мигать, как неисправные. Учёные и военные из соседнего вагона приковали удивлённые взгляды ко всё нарастающему свечению. — Боже мой, они нарушили его стабильность… — прошептал пожилой учёный, хватаясь за волосы и бросаясь обратно в лабораторию, но один из военных его остановил. — Капитан, держитесь! — сержант приблизился к противнику, ударяя того прикладом по голове и пытаясь оттащить от капитана. В этот миг свечение достигло критической фазы и перешло в стадию выделения тепла. Рука полубессознательного бандита мгновенно осыпалась пеплом. Уже полностью побелевшее Ромбовидное Ядро упало на металлический пол, проплавив в нём выемку и крепко в ней застряв. По полу начали бегать красные разряды, наэлектризовывая всё вокруг и проносясь от стены к стене в виде ярких молний. Появились и первые проблемы с гравитацией, связанные со взлётом в воздух небольших свободно лежащих вещей, наподобие выпавших пистолетов. — Оно сейчас взорвётся! — в панике воскликнул молодой учёный, и, не найдя ничего разумнее, пригнулся, закрыв руками голову. Капитан и сержант не успели сделать даже этого.       Сверкнула вспышка ослепительной яркости, и вместе с выделяемым жаром и сопутствующими разрядами энергии, окутала людей и всю лабораторию. Целый вагон продолжающего мчаться по рельсам поезда окрасился в белый цвет, и в какой-то момент будто испарился в воздухе, тем самым разделив состав на две части. Всё происходило без красочных вспышек и ожидаемого учёными взрыва, — вагон просто исчез.