D v квадрате

Один день заменял другой, но пара все никак не могла оторваться друг от друга, да и не хотела. Они проводили все свободное время друг с другом: смотрели сериалы, готовили ужин, обсуждали новинки и занимались сексом. Часто занимались сексом. Конечно же, Гагарина всячески отрицала появление чувств к Исхакову, стараясь каждый раз задеть его все сильнее и сильнее. Дима мужественно терпел и старался не обращать на то, как блондинка щеголяла по струнам его нервной системы. — Я сегодня иду с Лазаревым на какую-то тусовку, так что не жди меня, хорошо? — Хорошо, — сказал Исхаков, перелистывая очередную страницу книги, в которую полностью погрузился. Его не интересовало ничего, кроме истории любви, описанной на страницах книги. — Дим, кем мы друг другу приходимся? — Фотограф даже не обратил внимания на вопрос певицы. — Алло, ты меня слышишь? — А, что? Нет, извини. — Он закрыл страницы книги. — Очень интересная, аж не оторваться. Так что ты хотела? Гагарина агрессивно посмотрела на молодого человека и хотела в него что-то кинуть, но сдержалась. — Я спрашиваю, в каких мы взаимоотношениях находимся? — Эээ, мы — никто? Не знаю, как тебе правильно ответить, учитывая, что тебе лучше всех знать, кто мы друг другу. — То есть так, да? — Она подпрыгнула со стула и положила руки на бёдра. — Круто! Могу заниматься сексом с кем хочу, ведь ты не против, да? — Поль, ты смеёшься? — Для него это была очередная показуха, очередная попытка докопаться до мелочи, чтобы раздуть целый спектакль. Он знал, что теперь она только его. — Слушай, мы не обговаривали наши отношения — значит ты можешь делать все, что твоей душе угодно. Впрочем, сегодня вечером я тоже планирую встретиться со Светой. — Трахни ее. — Давай я сам разберусь в этом плане, да? — Да, ты же самостоятельный и можешь разобраться, а то я скажу и сделаешь, наоборот, сам же решил, да? Не в силах терпеть бред девушки, мужчина встал с кровати и пошёл собираться на встречу с Лободой. Гагарина оскорбляла его как только могла, но в ответ не слышала ничего. Мужчина абстрагировался от всего и покинул квартиру, спокойно собравшись. Полину Сергеевну задел поступок мужчины, и она решила, что грамотно отомстит ему.

***

Оседлав сверху, Гагарина изящно двигалась бёдрами на члене мужчины. Кровать полностью пропахла парфюмом Исхакова, и она как можно глубже вдохнула аромат, который так любила. — Ты…  — Поля закрывает глаза, наслаждаясь прикосновением его рук и губ на шее. Двигаясь резче, Гагарина пыталась сформулировать связное предложение, не говоря уже о том, чтобы произнести. — Поль, я принёс тебе клубнику в шоколаде, — крикнул Исхаков из коридора и Гагарина напряглась, посмотрев на Лазарев под собой. — Поль, ты где? Зайдя в спальню с улыбкой на улице, Дима поднял взгляд на их кровать. Внутри бушевали разные чувства от желания засмеяться до взять нож и прирезать их двоих. Лазарев с Гагариной уставились на мужчину в дверном проеме. — Я купил тебе вот, — Дима положил ее любимую клубнику на тумбу и его голос дрогнул, но он сразу же прокашлялся: — Я не знал. Простите, что помешал. Не оставаясь ни секунды в комнате, он вышел в коридор и начал судорожно собирать все вещи первой необходимости. Как она могла? Значит ей действительно все равно на то, что у них было, а Дима все придумал? — Дим, Дима, — Гагарина выбежала из спальни закутавшись одеялом. Она встала в двери, выхватывала из его рук рюкзак и не давала ему пройти. — Прошу тебя, Дим, останься. — О, сообразим тройничок? Хорошая идея, Поль, — Исхаков испепелял ее взглядом, но на деле ему хотелось закричать во все горло, потому что ему перевернули весь внутренний мир. Все то, что ему казалось правдой, было иллюзией. Он слепо верил в то, что фотограф хоть на один процент нужен певице, но все оказалось пылью. — Ты все не так понял! Я была зла. Думала, что ты пошёл к Лободе, а он… Он просто был рядом, понимаешь? — Вранье! — сказал он. — Малыш… — Не смей меня так называть, — Исхаков бросил вещи и перешел на крик: — Иди к нему и пускай он тебя дотрахает, потому что мне это уже не нужно. У тебя есть два выхода из сложившейся ситуации, — сказал Дима, посмотрев на лицо Полины Сергеевны. — Ты либо остаёшься рядом, либо ты отпускаешь меня и уходишь навсегда. — Я сделала тебе больно. Прости! Не знаю, почему я так долго притворялась, что мне все равно на тебя. Черт возьми, боялась именно этого — я влюбилась в тебя, Дим, бесповоротно и ошибочно. И мне плевать, что поезд уже давно уехал, я все равно тебе признаюсь в том, что ты мне нужен и я хочу, чтобы ты был рядом. Если ты сейчас подойдешь ко мне ближе, то я обниму тебя и никогда больше не отпущу. Исхаков поднял глаза на Гагарину и, отвернувшись от неё, прошёл мимо. — Прости, — мужчина взял сумку с вещами и вышел из квартиры, оставив ту, которая была нужна ему больше всего, наедине с Лазаревым. Сейчас ему уже было плевать, что она будет с ним сейчас делать и будет ли вообще. Ему хотелось напиться, забыться и остаться одному. Гагарина спустилась по двери и зарыдала взахлёб. Она не понимала, что происходит. Почему Дима не остался, когда она сказала ему те долгожданные слова? — Полюшка, я не хотел, чтобы так получилось, — сказал Лазарев. — Ты не виноват, — отвечает она, закусывая щеку изнутри, чтобы сдержать слезы. Полина встала с места. — Уходи, пожалуйста. — Да, я так и думал, — поцеловав в лоб, Сергей ушёл из квартиры. Полина Сергеевна осталась одна со своей маской, от которой ей пора уже избавиться. Мысли душили со всех сторон, а слёзы то и дело стекали по ее щеками. Неимоверное чувство вины и сожаление поглотили все ее сознания, заставляя девушку сменить сучью натуру на что-то более мягкое. Из строгой Полины Сергеевны она за несколько минут превратилась в маленькую Полю, которую нужно защищать, оберегать и быть преданным. Однажды она закрыла своё сердце на плотный замок и дала себе слово, что больше никогда не ошибётся с выбором партнера. Полина надела маску и думала, что она защитит ее. Но правда такова: маска сделала ещё хуже. Мужчину, в котором она нуждалась, певица добровольно послала к черту и теперь неизвестно, что будет дальше? Дима может казаться бесконечным добряком и подкаблучником, который сам все решил, но рано или поздно его чаша терпения переполнится и он уйдёт от неё. Или же он уже ушёл? Звонок дверь прервал истерику Гагариной и заставил одеться в что-то приличное, чтобы не щеголять обнаженным телом перед поздним гостем. Не глядя, она открыла дверь и была удивлена, увидев Диму. — Я забыл паспорт и ключи от своей квартиры. — У тебя есть ключи от нашей квартиры… — От твоей квартиры, — он грубо поправил ее, сделав тем самым ещё больнее. Полина прикусила щеки, чтобы не заплакать: — У тебя есть ключи от моей квартиры, зачем звонил? — Не хотел лишний раз мешать тебе и Серёже. — Он ушёл. — А мне все равно, — теперь он использовал ее слова против неё. — Но раз он ушёл, то я могу собрать оставшиеся вещи. — Пожалуйста, не надо. — Что не надо? — Исхаков зашел в спальню и открыл все шкафы, где лежали его вещи. — Не надо собирать свои вещи. — А что мне надо сделать? — Останься со мной. — И спать мы будем на этой гребанной кровати? — Фотограф показал пальцем на место, где ещё совсем недавно Полина Сергеевна двигалась на члене другого мужчины. — А может ты мне ещё предложишь закончить то, что он начал. А, моя девочка? Или может быть сообразим на троих? Пока Исхаков отчитывал ее как маленькую девочку, Полина Сергеевна смотрела в пол и не сдерживала свои слёзы. Они предательски падали на пол, но она ничего не могла с этим сделать. — Я люблю тебя, — проскулила девушка. — Чего? — услышанное повергло мужчину в шок, и он на миг прекратил собирать свои вещи. — Я тебя люблю, Исхаков, — она подошла к нему, приподнялась и осторожно коснулась его губ, боясь негативной реакции. Но ее не было. — Но, пожалуйста, уходи.