Цена победы.

Велика ли победы цена? Этим войнам смерть не страшна и каждый из них с честью сражался. И в последние секунды улыбался. Счастье то какое, Главный враг пылью стал, Но горе раковое, И горький же у нас финал. Митсури Канроджи, любовь искала, вот только она любовью и была. Красивая дева с сакурой в волосах и рядом с ней у всех радость в голосах. И сколько же слёз пролито было? Это уже никому не узнать. И тело её всю боль скрыло, время слова любви признать. Обанай Игуро, молодой змей с кровавой улыбкой на лице, скрытой бинтами, словно шрам. И лишь любовь его заставляла сражаться, а в сердце так тепло, когда она рядом. Глаза её изумрудом были И так пленили Пленили так, словно больше ничего и нету Ни смерти, ни боли, ни страданий. Лишь тепло и забота… И вот их час настал, Настал их час прощаться. Но прощаться не с друг другом А с этим миром. Их миссия выполнена их больше незачем пленить. И пусть пташки любви взлетят, высоко, в другой мир. И души их встретятся вновь. Любовь вечна, друзья мои. Не стоит нам так горевать. Химеджима Гёмей, Силён как камень и высок, грозный шрам ведёт через висок. Он не хочет оставаться пусть лучше младшие живут И смеются И грустят. А дети всегда врут. Но они не врали, он лишь слеп был. Наоборот на защиту его встали И дух детишек, перед глазами всплыл. И кто же знал, что самый сильный Уйдёт так рано. Сенсей — вот кто он, Вот это слово с ним всегда, Спасибо добрый дядя, В наших сердцах ты навсегда. Санеми Шинадзугава, Страшен он как чёрт, Но нет улыбки ценнее, чем его. И вот он тут, вокруг темно, а вдалеке там, где-то Яркий свет, цветы и счастье, И Генья там, братишка младший. Ох, как ему жаль, что раньше, Любовью не заполнил расстояние. А тут, в этой темноте, Матушка, мамуля… Я так скучал и я готов, пойти с тобой, Закончился мой бой, И в ад я тебя понесу, Иначе братик будет злой. Но не тут то было, Грозная рука, Что так на его похожа была, Разорвала и оттолкнула. «Вот же ты гад, папаша! За что, зачем? Верни мне мать!» И очнувшись, весь в бинтах, Сказал он одно слово; «Блять.» Зенитсу плачет, как всегда, А Иноске в ярости, Кусает и орёт, как всегда. Ну, хоть эти живы, Хоть что-то хорошо. Но не сильно они рады будут, Когда узнают, кто ушел. Гью, одинок ты так, За что? За что с тобой так? Томиока, милый не грусти, Но судьба тяжела И несправедлива. И вот он тут, сидит, не двигается И Не дышит Сердце не бьётся, Мальчишки, которого в снежном лесу он повстречал. И откуда он знал, Что этот мальчик всех спасёт От гибели напрасной. «Сабито, милый, подскажи, Где справедливость, Я всех так защитить хотел, Да не сумел. Сабито, милый, подскажи, Почему живучий я такой? И за эту победу я заплатил столь большой ценой. Боги, заберите меня, Но не его, За что, За что?» «Камадо, мальчик мой, не ходи сюда, Тебе здесь места нет, Уходи прошу и вернись через пол века, Тебе здесь места нет.» Танджиро сидит, И крепко катану держит. Но врятли в теле своём он жизнь и дух удержит. Лобешник, ты молодец, Ты всех спас. Зажги, зажги, молю! Зажги жизнь, огонь ты в своём сердце, не потухай! Не пропадай, Всем грустно будет. Сестрёнку тут не оставляй, Ей больнее всего будет. Она человек, ты слышишь? Но похоже, ты этого больше не увидишь. «Братик! Родненький, проснись! Без тебя я не смогу, Прошу, молю, Зачем мне жить, Ведь даже брату не успела, Не успела спасибо я сказать. Не уходи, не от меня, Не от нас, ни от кого! Без твоей доброты, Свет больше мне не мил, Без твоего тепла, Всем холодно, А я одна» Тело, что всегда жаром отдавало, Холодным стало. Танджиро Камадо мёртв, Но точно ли это? Посмотрим, подождём.