«Rescue Me»

Обжигая мелькающие в беге и утопающие в песке пятки, две счастливые девушки бежали наперегонки в объятия бескрайнего океана, встречающего их ласковым прибоем и волнами, окутывающими молодые тела бархатистым водным пледом. Мишель, окунувшаяся с головой в надвигающуюся волну, ощутила прилив неимоверной бодрости и сил, уловив тонкий аромат безграничной свободы. Вынырнув навстречу шелестящему прибою и вдохнув свежий воздух всей полнотой лёгких, девушка подставила лицо легкому прибрежному ветерку и заливисто засмеялась. Удивительно, как природа и окружающий мир способны мгновенно затянуть душевные раны, в борьбе с которыми бывают бессильны опытные психоаналитики, втирающие дичь о скоротечности времени, полезности и продуктивности в борьбе с травмами лекарств, подавляющих грусть, и советующие сжигать вещи, напоминающие о близком человеке, принесшем беды и разочарование на крыльцо вашего сердечного помешательства. Дыхание перехватывает от красоты пейзажей Майами и длинноногих красавиц-пальм, принявших грациозные позы для фотосессии на пляже, тянущихся ввысь, прямиком в космос. Рядом с Мишель лежала на спине Клэр, удерживаемая водной гладью на плаву, и, закрыв глаза, умиротворенно улыбалась. Она, принявшая решение в номере не оставлять свою любимую одну в нелегкое время и стать прежде всего другом, понимала, что происходящее идёт своим чередом, ни капельки не жалея о содеянном. Счастлив тот человек, который способен отвлечься от тяжелых дум и, подставив ставшее довольно смуглым лицо с россыпью золотистых веснушек, окропляющих острые скулы, и аккуратненькие щечки после ежедневного загорания в жарком краю, улыбаться всем испытаниям, стоявшим на пути, и радоваться жизни. За спиной осталось много недосказанных слов, тяжелая тележка невысказанных чувств, которые лишь поверхностно были отражены в треклятом письме, адресованном команде. Время исцеляет, раны затягиваются, уступая место равнодушию, незаметно подкрадывающемуся, как маньяк из-за поворота с блестящим ножом, который без промедления готов воткнуться в лопатку, шею или нанести удар под ребра. В воздухе витало облако умиротворения и безоблачного счастья. Уровень доверия между девушками укреплялся, становясь прочнее фундамента высотки Эмпайр-стейт-билдинг в Нью-Йорке. Но такой ли кристально-чистой была Клэр, какой казалась на вид? Мишель, наслаждавшаяся жизнью и не подозревающая, что её любимая может что-то скрывать за личиной простоты и искренней наивности, встречала каждый день с широкой улыбкой, теряя из виду мелкие детали и забывая о бдительности после пережитого предательства. А Клэр проворачивала одну аферу за другой, скрываясь в гостиной и сжигая напоминания о прошлой жизни от своей подруги, стараясь избавить Мишель от ноющей в груди боли, оберегая её, как хрустальную вазу, которую любое неосторожное движение способно раскрошить на миллионы частиц, подобных блестящей пыли. Каждый день темноволосая красотка просыпалась с утра пораньше, перехватывая письма, оставленные у порога арендованного домика на берегу океана, и пройдя в гостиную сжигала их без зазрения совести. Когда кого-то любишь, то стремишься ценой гибели собственных моральных убеждений уберечь человека от разрушительной правды, порой прибегая ко лжи и гнусным поступкам. Первые письма Клэр читала, заперевшись в ванной, иногда плакала, но потом, когда приходила последующая корреспонденция с похожим содержанием, с никому не нужными объяснениями предательства, разбившего сердце дорогому хореографу, и аналогичными извинениями, она, не глядя, опускала в топку. Поначалу приходили письма только от Джастина, оправдывающего себя тем, что он из чувства мести за нанесенную обиду после первого стрип-выступления, после которого Мишель пришлось испытать стыд за то, что осмелилась привести с собой в бар младшую сестренку, так грязно поступил с девушкой. Иногда мужчина брал слово от лица всей команды, неся ответственность и за молчание Кристиана с Джозефом, и за неосведомленность Карлоса, и за бездействие Брэндона. Клэр прекрасно понимала степень доверия Мишель своей команде и как каждый из мужчин ей был дорог, в особенности Брэндон, который своими поступками давал понять, что в его душе затаена обида на несправедливость жизни, которую он умело скрывал ото всех, кроме Мишель, чутким сердцем видевшей его страдания и неисчерпаемую горечь от разочарований. Клэр видела, что Брэндон испытывает к Мишель особенную привязанность, которую, возможно, можно приравнять к влюбленности. Клэр снедало чувство ревности, доселе не свойственное для нее, накрывающее тяжелым серым коконом светлые проблески в её душе, делая чёрствой к бесплодным стараниям ребят извиниться. Мишель и не подозревала, сколько раз танцоры порывались писать ей и, воплощая задуманное раз за разом, не получали ни единой весточки от тренера. Они знали, где находилась девушка, и ждали, когда она перестанет игнорировать попытки и наконец-то попытается простить. Однако мужчины и не подозревали, что почту перехватывают ловкие пальчики соперницы из «Пиковых дам», решившей, что в жизни Мишель достаточно страданий и пора наконец-то отпустить всё ситуацию и окончательно забыть дорогу к «Горячим гладиаторам». Каждое утро Клэр напоминало предыдущее, складываясь в сознании в одно большое дежавю: пробуждение в 6 утра, притворная пробежка, выем почты и сжигание в огромном камине гостиной, создающем уют и теплоту домашнего нерушимого семейного очага, уютно расположенного у дальней стены. В один прекрасный солнечный день письма перестали перегружать почтовый ящик. Клэр ожидала очередного листка бумаги в течение месяца, но, осознав, что парни исчерпали свои мысли в высказываниях и наконец-то успокоились, перестала ждать подвоха, войдя в привычный для Мишель режим позднего пробуждения в обеденное время. Однажды Клэр собралась в город за букетом свежесрезанных роз с желанием порадовать любимую, глаза которой излучали всё больше тепла, а ямочки на щечках становились прекрасным дополнением к ослепительной улыбке беззаботной девушки, сумевшей почувствовать все прелести жизни. Надев на роскошную копну блестящих каштановых волос шляпку с большими полями, Клэр, убрав золотистую кудряшку с лица спящей девушки, поцеловала её нежно в лоб легким поцелуем, какой оставляют на челах самого дорогого человека в их жизни военные, прощающиеся перед уходом на фронт, отправилась на длинную прогулку по местному рынку в поисках эстетичной красоты, которую непременно должна оценить Мишель.

***

Брэндон чувствовал себя подавленным и понурым. С каждым днем вина сжигала его сердце дотла, заставляя тело порываться лично просить Мишель о помиловании. Он не понимал, как за короткий срок пребывания с командой девушка успела стать для него особенно дорогой, как золотые слитки, заключенные в недрах Монетного двора Испании, как драгоценный алмаз среди кучи грязи, беспомощности и беспробудного алкогольного ежевечернего рандеву, называемого в простонародии пьянством. Она совершенно отличалась от типичных тупоголовых сосок с перекачанными губами и силиконовой грудью, которых он использовал для своего удовольствия, не привязываясь эмоционально. Но эта золотоволосая красавица, чье упорство и целеустремленность давали свои плоды и с каждым днем давая мужчинам скрепя сердце и сжав посильнее зубы, неустанно тренироваться, семимильными шагами двигаясь к цели, сметая все препятствия на своём пути. Душевный разговор за барной стойкой в разгар вечеринки команды, одержавшей первую победу в конкурсе, проявление лидерства при отборе нового игрока команды, страстность батла посередине студии за право чувствовать себя первым, горячая и в тоже время чувственная ночь, когда Мишель обрабатывала его раны и показала свою заботу, горечь от потери такого искреннего друга — всё это проходило круг за кругом в голове Брэндона, мелькая как кадры в замедленном чёрно-белом кино, где она была главной героиней, первой и последней любовью в его снах, из которых не было правильного выхода. Он терял её каждую ночь в грезах, где она появлялась, улыбалась, обнимала его и была до конца честной, а потом плакала, резко уходила, как ему казалось, навсегда. Прежде такого не испытывая, не веря в серьезность чувств и эмоций, мужчина пытался забыться в объятиях дешевых девчонок, в голове которых были безделушки и навороченные тачки, образующие все скудные цели в их жизни. Потом, поняв, что неосознанность действий не приносит ему душевного спокойствия, мужчина стал раздумывать, как исправить ситуацию и повернуть быстротечное время вспять. Одним дождливым вечером, когда с момента внезапного исчезновения Мишель прошло больше полгода, когда на улицу выходил либо бездомный, либо сумасшедший, либо безнадежный романтик, он взяв себя наконец в руки, вызвал такси и сорвался в аэропорт в надежде вернуть совпадавшего в одном лице дорогого друга и девушку, которую он, к своему величайшему изумлению, полюбил. Любовь нечаянно нагрянет, когда её совсем не ждешь. Главное, испытав чувство однажды, не упустить ту, которая вложила в тебя горячий огонь веры, чьи тлеющие угли и огромные клубы пепла до сих пор переворачивают твою жизнь с головы до ног. После долгого перелёта, он не тянул с визитом и сразу, не теряя времени на лишние подарки и суетливость, побежал к арендованному дому на берегу бескрайнего океана, где находилась Мишель. На улице время потихоньку пододвигалось к полудню, а это означало одно, мужчина еще успеет застать сонную девушку, собиравшуюся на пляж или завтракающую клубничным молочным коктейлем на веранде. Подойдя к аккуратному домику, вся смелость и воля мужчины в один миг испарились, уступив место нерешительности и смущения. Он долго жаждал встречи с Мишель, предвкушал момент, когда сможет посмотреть ей в глаза и сказать правду, но сейчас стоял столбом, занеся кулак напротив искусно украшенной резьбой деревянной двери, переступая с ноги на ногу. Одинокого глухого удара было достаточно, чтобы хозяйка засуетилась и, распевая забавную детскую мелодию, спустилась из спальни вниз. Щелкнул замок и на пороге появилась Мишель, которую он в своих мечтах так долго ждал. «Привет!» Глаза застывшей в немом изумлении девушки, расширились от неожиданности визита старого знакомого, которого она отчаянно стремилась забыть и оставить по ту сторону стены, старательно возводимой с момента внезапного покидания Нью-Йорка. В её сердце смешивались в единый ядерный коктейль чувства страха, боли, горести и радости встречи, желание обнять и провалиться сквозь землю, сбежать и кинувшись на шею, больше никогда не отпускать Брэндона. Мишель слабо верила в реальность происходящего, мозг застыл в неестественной позе с картинкой loading. Переизбыток чувств накладывал отпечаток на искрящееся мыслями сознание девушки, земля уходила из-под ног, сердцебиение участилось, голова становилась тяжелой, перед глазами замелькали черные точки и Мишель канула в небытие. Последнее, что слышала Мишель — это были крики Клэр и беспокойный голос Брэндона.