Succubus

      От лица Кая Паркера       Спустя восемь дней       Мне было неимоверно сложно адаптироваться к такой среде, хотя, конечно, можно выделить плюсы в физическом одиночестве. Вставать самому без бодрого голоса младшей сестры, которая была воодушевлена чем-то в любое время дня и ночи, было неимоверно приятно. Мы не нуждались в громко трезвонящих будильниках, так как обычно Бет выполняла эту функцию, вставая раньше всех и начиная будить; на что я кидал подушку в её сторону, когда она входила в мою комнату, не успев раскрыть глаза. Добудилась, блять.       Вообще все плюсы были связаны с отсутствием семьи в этом мире, а уже существование такого мира — это огромный минус. Это то, что помешало всем моим планам, но не помешает новому. Если я его смогу придумать. Точнее, я знаю всё, что поможет мне выбраться отсюда: асцендент, который я искал в каждом уголочке дома, и сведения о нём, находившиеся в отдельной библиотеке отца. Самым интересным являлось то, что асцендент я ожидал увидеть где угодно, но не у матери, имеющей отдельную комнату, в которой она спала чаще в последние дни перед неудавшимся слиянием. Видимо, это и было причиной такого поведения, потому что меня раздражала чрезмерная настороженность, которую она проявляла всё больше и больше к затмению. Уже тогда в моей голове закрадывалась мысль об изменениях в ней, но скидывать на её характер было проще. Так ведь, Кай?       Обращаться к себе самому стало привычкой за первые четыре дня «пребывания» здесь. Тоже минус. Я никогда бы не подумал, что мне нужно будет общение, с которого меня блевать тянуло за первые минуты разговора с окружающими меня людьми. Или причина скрывалась в тупости этих людей? В любом случае это могло бы просто подтверждать факт того, что человек — существо социальное. Простая потребность.       Продолжая думать о матери, я просто вспоминаю, что всегда перед каким-либо важным событием она имеет свойство вникать во что-то и погружаться в это с головой, придумывая себе проблемы и хлопоты. Я открыто говорил о луне, затмение которой ожидал с неким трепетом, что было крайне несопоставимо со мной, а остальные ничего не говорили, чтобы, видимо, не проболтаться. Они все были под контролем отца, хотя и сейчас, наверное, там у них такая же ситуация, но уже без четырёх детей. Улыбка сама по себе образовалась на лице. Тешу себя мыслью о том, что даже перед таким нежелательным уходом оставил отпечаток себя там, стерев их жизни, изначально думая только о своей цели.       Но теперь у меня есть новая, для осуществления которой мне нужна магия; так как у меня нет собственной, что сейчас очень не к стати, нет никакого толка от заклинания, которое я не сразу, но достаточно быстро нашёл в дневниках отца. Он никогда не разрешал заходить в его кабинет, что теперь предельно ясно, но и всякого интереса к его книжкам я не испытывал. Ещё одно отличие между мной и моими «любимыми» родственниками: братья и сёстры хотели знать всё, что связано с нашим ковеном, начиная от истории до мелких заклинаний, созданных членами Ковена Близнецов долгое время назад. Меня больше привлекали другие аспекты магии, да и вся магия в принципе. Они, мне кажется, ставили себе рамки, когда могли бы и познавать что-то помимо себя и своей семьи. А ещё меня называли эгоистичным.       Все эти мысли вызваны книгами, которые только что были найдены под моей же кроватью. Из-за последних событий легко было забыть все свои увлечения, про существование которых никто подумать и не стал бы, ведь то, что изучал я, было запрещено в нашей семье. Взгляды современных ведьм одинаковы, что мне осточертело уже в лет семнадцать. Законы природы и баланса, который всегда должен существовать в жизни ведьмы, были мне понятны. И даже сейчас. Но уже в подростковом возрасте у меня складывалось впечатление, что такие принципы ограничивают всех ведьм и не позволяют использовать силы в полной мере. Вся могущественность пропадает. Но всё это бесполезно, учитывая факт, что я сифон. Я изучал много заклинаний и интересовался тем, как вообще работает магия. И до сих пор считаю, что среди глупеньких, но амбициозных братьев или сестёр эта значительная роль подходит мне больше всего.       Я провожу медленно по шершавым страницам, концентрируя внимание на отдельные слова, чтобы вспомнить, читалась ли мной эта часть текста, но способность зациклить внимание на книжке, видимо, исчезла, потому что меня всё больше переносило к картинке, застывшей в голове. Джозетт, пытающаяся то сбежать от меня, то наконец соглашающаяся на проведение семейного ритуала. Я слишком быстро дал себе слабину и подумал, что уже победил, что и сказалось на моей чрезмерной внимательности и бдительности, которые буквально пропали в тот момент. Если честно, до сих пор мутно помню эту ночь, и даже не влияние переноса из реального мира в созданный для меня играло такую большую роль в частичной памяти, а причина, скорее, скрывалась в том, что я сделал. Я не чувствую вины, я не понимаю, как вообще её можно ощущать, но именно тогда я со всей злостью, накопленный за годы, срывался на них. Меня не мучает совесть, но мучают те ощущения, которые я всё больше и больше испытывал при нанесении каждого удара. Как вообще можно было выйти из этих рамок и потерять контроль, зная, что хоть как-нибудь даже такого рода эмоции имеют отрицательные для меня же последствия?       Можно долго копаться в себе, но ответа на вопрос «Куда Джо дела свою магию?» так и не получить. Словно переходя от одного воспоминания к другому, пытался выделить что-нибудь странное, но не столь заметное: то, что я забыл в действительности.       Дерево.       Твою же мать.       Я подрываюсь и чуть не сношу дверь комнаты, за несколько шагов спускаюсь по лестнице и толкаю входную дверь, выходя во двор. Сейчас я готов верить в любого бога, чтобы моя молитва была услышана. Подбегаю ко пню и вижу листву в нём; чёрт, невозможно. Рукой пытаюсь нащупать что-нибудь, в итоге решив взять листья в обе руки и выбросить на траву.       Нож. Он был всё это время тут. Смешок вырывается изо рта, потому что это либо везение, либо непредусмотрительность сестры, хотя и додуматься сразу сложно. Беру острый предмет просто с одной мыслью. Я вернусь домой.       Отыскать место, подходящее для переноса, было сложнее, чем ожидалось. Из прочитанного в книжках отца я узнал, что асцендент используется не только для недоброжелателей, но и для определения положения небесных тел; мне это, конечно же, не было интересно, но пришлось вычитывать всё, чтобы не упустить даже мелочи, имеющие способность обламывать в самый последний момент. Но сейчас меня ничего не могло подвести, так как нож в руке, в другой находился асцендент, выучить заклинание было лёгкой задачей в этом случае, хоть и оно отличалось от обычных заклинаний, которые использовались ведьмами из нашего ковена. Видимо, настолько оно старо.       Находясь вдали от дома, я уже наблюдал за затмением и дожидался момента, когда смогу начать этот... обряд? Иным словом не могу назвать это деяние, потому что помимо всего перечисленного ранее нужна была и кровь. Думаю, осталось ещё пару минут. Кидаю взгляд на нож и всасываю всю магию, что в нём есть, чувствуя, как она словно перетекает по венам; это я и ожидал почувствовать при слиянии с Джо. Опускаю асцендент на землю, чтобы сжать уже свободной рукой лезвие ножа, который теперь мог выполнять единственную функцию. Другая же держит рукоять и за секунду полоскает ладонь, из-за чего я невольно прошипел. Небольшая жертва.       Подбираю лежащий на земле предмет, поглядывая то на луну, то на падающие капли крови. Думаю, сейчас самое время. Вытягивая окровавленную реликвию вперёд, начинаю произносить первые слова заклинания: первые два раза отчётливо, но потом уже произвольно говорю монотонно, повторяя те же строчки. Мои глаза зажмурены, но ненадолго, так как механизм асцендента приходит в движения, из-за чего звук быстро доносится до моих ушей.       Неужели.       Продолжаю бормотать на латинском, быстро взглянув на небо с мыслью о том, что слишком уж долго этот процесс длится, если сравнить с первым нежелательным опытом. Эти беспокойные мысли сразу же исчезли, когда ветер усилился. С его усилением будто и сомнения сошли на нет, потому что это было верным знаком того, что я наконец смогу выбраться из этого пустого, безжизненного места. Мои мысли и оставшуюся встревоженность прервал хлопок, который издал асцендент. Так должно быть? — Ай, — вздрагиваю от неожиданной боли, — чёрт, — вместе с этим роняю главный предмет обряда.       Нет. И ещё раз нет.       Судорожно рвусь к нему, и темнота заволакивает весь лес из-за пропавшего свечения. Такого просто не может быть. Глаза пытаются отыскать в небе луну, но её перекрывают тучи. Тучи? Вы, блять, серьёзно? То ли меня настигает злость, то ли очередная неудавшаяся попытка добиться своих целей въедается в черепную коробку, будто я действительно чувствую это непреодолимое ощущение вбить себя в огромный камень, находящийся в метре от меня. Кричать, как в тот раз, будет даже бесполезнее, ведь не смогу оторваться хотя бы на себе.       Опять. Я снова это делаю: поддаюсь тому гневу, что копился во мне с малого возраста, не ища ещё подходов к решению проблемы. Привык обдумывать всё уже после очередного срыва, так не годится. Должен существовать ещё какой-нибудь способ выбраться отсюда, иначе придётся в вечном ожидании надеяться на прибытие ещё одной души, которая не понравилась моей семейке. С одной стороны, таких людей может быть много, а с другой — создание подобных мирков является для них не особо сложной магией, как я уже понял. Делаю вывод, что они сделают всё, чтобы гнить здесь мне приходилось одному.       Если я не смог выполнить это заклинание, то магия ещё со мной. И я могу её использовать для чего-то другого. Думай. Рука невольно прислоняется к виску, что немного ударяю себя. Если думать логически, что свойственно в семье, наверное, только мне, то здесь есть два направления: выйти отсюда и зайти в этот мир. Могу ли пригласить кого-нибудь, вследствие чего этот кто-нибудь вытащит меня? С прищуром смотрю в рандомную точку в пространстве, задумываясь об этой идеи. Нужно действовать, но придётся обратиться уже не к силам природы.       Весь запыхавшийся я открываю входную дверь, даже не закрыв после, что тоже успело стать привычкой за неделю. Движусь решительно к своей комнате, преодолевая лестницу и не чувствуя какого-либо ступора, будто должен попробовать и этот способ. Сказывается на мне либо моё нежелание бездействовать, либо тот факт, что магия сестры со мной ещё ненадолго. Впрочем, можно связать оба фактора, влияющих отрицательно на мою уверенность. Не знаю, сработает ли вообще вычитанный из книжки призыв. С желанием выиграть во мне просыпалось бессознательное стремление к познанию, без которого я бы и ни черта не смыслил об экспрессии. Захожу внутрь комнаты и наклоняюсь к разложенным на полу книгам, проводя по ним руками и ища взглядом тёмную обложку красного цвета. Нахожу нужную страницу, так как до этого примерно помнил, что нужная мне информация находилась почти в конце книги. Если это не сработает, то никаких шансов я не предвижу, потому что, видимо, дневники могут лгать или не говорить об ещё каком-нибудь условии, без которого асцендент и не важен вовсе. Просто конструкция из металла. Или из чего он там сделан?       Смотрю на всю эту картину, в голову приходят всевозможные саспенсы, от чего мне не жутко. Нет. Это выглядит глупо, но не проверить возможность было бы ещё большей глупостью. Вспоминаю про незажжённые свечи. Из зала направляюсь на кухню, массируя виски пальцами, потому что уже порядком заебался от столь давящей тишины, поэтому быстро забираю спички, нарочно хлопая дверцей гарнитура, и шаркаю, пока не дохожу до места, где уже начертил звезду, пять вершин которой означали воздух, землю, воду, огонь и дух. Дух, который я и собираюсь вызвать. Точнее, это не будет чем-то человеческим, что я мог бы назвать духом. Мне просто нужна сила, способная вытянуть моё тело с сознанием отсюда. Звучит ведь так просто! Поджигаю свечи и приходится встать так, что я вижу своё отражение в маленьком зеркальце, которое понадобится позже. Конечно же, обладать полным знанием того, что произойдёт, было чем-то невозможным, но некоторые сведения просто уже являлись результатом постоянного чтения подобных книг, связанных с оккультизмом и старообрядчеством. Помню, как Лив с заинтересованными на вид глазами спрашивала, что я читаю, на что Джо реагировала моментально и переводила тему разговора, смотря на меня с лицом, выражающим то ли некое предупреждение, то ли оно говорило «‎прекрати выделываться своим чтивом».       Переношусь ‎снова из воспоминаний к реальности, если это так можно назвать. Скорее, наоборот. От реальности к чему-то отдалённому от этого понятия. Наконец сажусь, согнув ноги в позе лотоса и устроившись на краю одной из вершин звезды. Простынь лежит на другой стороне, рядом с зеркалом, вроде всё готово. К сожалению, у меня не было какого-либо объекта, игравшего роль жертвы, которую нужно было обязательно принести. Конечно же, и от недавно умерших исходит определённая энергия, но поиски трупов на кладбище никак бы на прогресс не повлияли, учитывая тот факт, что даже их здесь нет. Да, у меня была целая неделя, что мне оставалось делать? Убедившись, что тишина сопровождает меня даже с открытым окном, которое обычно пропускало чириканье птиц, я вот и проверил данную гипотезу. Поэтому мне приходится снова использовать кровь, надеясь, что это активирует заклинание призыва. Моя рана всё ещё кровоточила; в этом тоже убеждаюсь, смотря на то на пол, на котором дорожкой остались капли, то на бежевые штаны, испачкавшихся из-за крови. Приходится сжать руку сильнее, чтобы капли пролились на центр рисунка, невольно закусываю губу; но по мне, наверное, не скажешь, что ощущаю какую-то боль. Либо она перекрывалась всей серьёзностью момента, который изначально казался мне смешным, глупым.       Было необычайно странным само заклинание, которое произношу на английском, так как всё, чему обучали родители, базировалось на латыни, поэтому различие действительно чувствовалось. Даже атмосфера иная, хотя это больше основывается не на языке и прочих деталях, которые существенно идут в противовес обычной природной магии. Сам факт, что я пытаюсь это сделать, меняет всё восприятие. Такое ощущение, будто я сижу тут и мысленно себя ограждаю, отговаривая от такого шанса. Пойти на попятную? Ну уж нет.       Самым главным является упоминание имя демона, которое просто... мне неизвестно. Да, разузнать имя такого «‎существа»‎ не очень просто; знаю я только вид, хоть и не особо вдавался во всеразличные классификации. Как бы безответственно я не звучал, но времени на штудирование всяких книжек сейчас не было. Да и само имя выудить у него нельзя, ведь это уже ведёт не к самым лучшим последствиям для самого демона.       Держа руки над центром, как у костра, я ощущаю то же подобное тепло, но проходит оно не только по рукам, но и по всему телу. Закрытые глаза раскрываются, потому что становится жарче, а мой взгляд падает на пол, когда после слов «‎возьми мою кровь» капли, упавшие на центр пентаграммы, стремительно, словно по карте во время применения заклинания поиска, приближались к белой ткани. Но я не расслабляюсь, а всё ещё больше напрягаюсь, когда на лбу уже образовываются капли пота. На секунду замолкаю, чтобы выдохнуть, что аж пламя одной из свечей начинает подрагивать. Замечаю, что пламя рядом стоящей свечи погасло, предполагая, что она стоит у той буквы, которая не означает никакое из пяти чувств. Здоровье. Этого и ожидал, но разливающийся во мне жар был неприятным сюрпризом. Всё-таки терплю и ожидаю чего-то; интуитивные качества иногда подсказывали о чём-то скверном. Только девятого мая эта интуиция решила промахнуться.       Мне уже трудно говорить, потому перехожу на ещё более тихий шёпот, ведь головная боль и жар в совокупности одолевают меня, что заставляет закрыть глаза. Не могу сосредоточить взгляд на определённом предмете, что уж говорить о равновесии. С грохотом, отдавшимся болью по телу и звуком в ушах, взваливаюсь на пол, даже в таком состоянии ожидая, что вляпаюсь в собственную кровь, но такого не происходит. Из уст вырывается звук, похожий на «‎что», себя практически не слышу, а голова тяжелеет, будто на неё специально давят.       Перебарываю себя и удостоверяюсь в том, что это всё было не зря. Последним из увиденного мной становится простынь, под которой я вижу очертания тела. Женского тела?