Космическая комедия

      Преодолевать каждый новый круг было испытанием не только для психики, но и чисто физически. Скалистые тропы, леденящие душу вопли грешников и невыносимый запах — ко всей этой атмосфере невозможно привыкнуть при всём желании. Клара крепко вцепилась в руку Доктора с надеждой, что это поможет ей пережить окружающий их кошмар.       Дорога привела их к обвалу, с которого открывался устрашающий вид на царство мёртвых. Едкая вонь, смешавшая в себе запахи нечистот и человеческого гниения, буквально резала глаза. Она была почти что осязаема, грязно-желтым туманом оседая в воздухе. После нескольких вдохов Клара с отвращением закашляла. К горлу подступала тошнота. Ещё несколько минут в этом месте вполне могли их убить.       — Давайте сюда, — сказал Доктор, указывая на большую плиту. — Здесь ещё можно дышать.       Все трое скользнули в укрытие и попытались отдышаться. С некоторым опозданием Клара заметила, что они оказались в сломанной гробнице. «Папа Анастасий», — прочла она на камне. Папа-еретик. Начиная с этого момента, в комедии Данте начинались самые горячие приключения.       — Что там дальше по списку? Жду не дождусь новых омерзительных пейзажей, — послышался иронический голос Доктора.       Клара взглянула на него с беспокойством, затем на Данте, уже попытавшись подавить в себе разыгрывающуюся тревожность.       — Отсюда видно три оставшихся круга, — сказала она и нервно сглотнула. — Нам нужно спуститься вниз к самому центру.       — Всего три круга! Пусть не так далёк! — воскликнул Данте с оптимизмом.       — К сожалению, не совсем так, — Клара скривила губы. — Они, конечно, меньше предыдущих, но…       Испытывающий взгляд Доктора на секунду прервал её рассказ. Она сказала что-то не то? Её память, пусть и не была феноменальной, но ещё после первого прочтения запечатлела внутри чувство огромного отвращения от последних трёх кругов. Истязания в них были не такими тошнотворными, но сама концепция каждого греха и наказания казались ей чудовищными. Но Доктор, видя её заминку, в конце концов кивнул в знак разрешения, мол, продолжим лекцию.       Ей потребовался глубокий вдох.       — В 7 круге три пояса: Флегетон, Лес Самоубийц и Горючие пески, — Клара указала в сторону ближайшего к ним углубления. — Здесь воздаётся за насилие. В первом поясе — вот эти бедняги во рву — «насильники над ближними». Хотя понятие «насилия» семантически значительно изменилось за несколько веков после…       Вовремя она прикусила язык, но Данте даже не обратил на это внимания. Их взгляды были прикованы к барахтающимся в густой кипящей жидкости людям. В тех, кому удавалось вынырнуть, с берега из лука стреляли кентавры. Грешники вскрикивали от боли и снова погружались в вязкий кипяток.       — Что это за вода? — поморщился Данте. — Похоже на бурлящее вино.       — Насчёт бурления, ты не прогадал, — усмехнулся Доктор, но тут же сделался серьёзным. — Только это не вино. Это кровь.       Он произнёс это с такой зловещей интонацией, как герой фильма ужасов. Свойственная ему театральность подкрепила образ: Доктор выразительно поднял брови и улыбнулся. От такой жуткой улыбки любому стало бы не по себе, так что бедный Данте нервно охнул и чуть было не упал на землю.       — И… как нам перейти эту реку? — едва выговорил он.       В разговор поспешила вмешаться Клара.       — О, у нас будет провожатый! — заверила она. — Главное — миновать…       Остаток фразы утонул в оглушительном рёве и раскатистом шуме тяжёлых шагов. Над их головой затряслась плита. Пыль, тысячелетиями оседавшая на ней, толстым слоем улеглась к ним на плечи.       — Нам стоит поторопиться? — полушёпотом произнёс Доктор, глядя на Клару. — Там ведь Минотавр?       Его спутница робко кивнула. При всём неискоренимом духе авантюризма она совершенно не хотела встречаться с таким чудовищем. Ей бы, признаться, гораздо больше теперь было по душе посидеть бы дома у телевизора с попкорном, посмотреть «Завтрак у Тиффани» или ещё какую-нибудь классическую мелодраму. А вот попадаться под горячую руку Минотавра ей совершенно не хотелось.       Из их укрытия первым вышел Доктор. Как всегда, вооружённый отвагой на грани со слабоумием, он взвалил на себя миссию первопроходца. Убедившись, что дорога чиста, он позвал за собой Клару и Данте. Минотавр стоял аккурат над их укрытием, но спиной к тропинке, по которой они шли, и грозно размахивал секирой.       — Придётся пробежаться, — шепнул Доктор. — Этот здоровяк так увлечён своей яростью, что у нас есть шанс проскользнуть мимо.       Так и случилось. Все трое прибавили скорости и, прежде чем чудовище их заметило, оказались около реки Флегетон. Доктор успел повздорить с кентавром, даже было нарвался на драку, но дипломатический талант мисс Освальд быстро всё уладил. Хирон — главный из троих стрельцов, приказал Нессу перевести их через реку вброд. В пути каждый испытал новый прилив отвращения.       — Кто бы мог подумать, что кровь бывает такая густая, — фыркнула Клара, мысленно радуясь тому, что не надела брюки.       — Это всё из-за того, что в средневековье ещё не придумали антикоагулянты, — отозвался Доктор. — Представляешь, сколько людей тут от тромбоза умерло?       — Знаешь, меня сейчас мало заботит, кто тут от чего умер. Хотя, наверное, по сравнению с тем, что их ждало после смерти, тромбоз оказался просто цветочками!       На берегу им пришлось задержаться: Доктор долго и методично очищал свои ботинки. Он ворчал, сопел, негодовал. Результаты его трудов имели грустный вид, но Клара поспешила заверить его, что всё в порядке. Вряд ли дальше их ожидала асфальтированная дорожка, потому беспокоиться о внешнем виде стоило в последнюю очередь.       Лес Самоубийц и Горючие пески они прошли точно по книге: Данте зацепился за ветку безлиственного куста и тут же разговорился с душой заключённого в ней грешника, а затем встретил своего учителя-содомита Брунетто Латини.       — Откуда он взялся такой разговорчивый? — недовольно бурчал Доктор. — У нас ещё целых два круга, а в восьмом ещё и 10 щелей!       — Ну, по расчётам литературоведов, Данте путешествовал тут целую неделю, — хмыкнула Клара. — У него полно времени.       — Он просто ещё не знает ему цену!       Доктор выглядел усталым и раздражённым. Если бы Клара его не знала, то решила, что его так утомила дорога, но на самом деле всё, конечно же было не так. Он злился, что не нашёл новых зацепок. Нетерпеливость, всегда ему свойственная, заставляла его сейчас перемалывать внутри себя целую бурю эмоций.       — Послушай, а если вдруг допустить, что всё это реально? — спросила Клара. — Может, концепция загробного мира имеет несколько разрешений? Не только то, что придумала Мисси.       — Не говори ерунды!       Его возмущённый ответ заставил её улыбнуться. Не то, чтобы ей хотелось убедить Доктора в возможности существования того, о чём он не знает. Как учитель, Клара хорошо была знакома с стимулирующими методиками. Ведь Доктор частенько вёл себя как ребёнок, самый большой непоседа в классе. И с ним всегда работала тактика от обратного: стоит активно с чем-то согласиться и он тут же со всем усердием примется доказывать обратное.       Однако, стоило им оказаться в восьмом круге, когда хвостатый Герион спустил их вниз, Клара заметила изменения в лице Доктора. Пока они летели вниз, он вглядывался вдаль и неожиданно его взгляд, зацепившийся за что-то вдали, сделался таким изумлённым, как будто перед ним возникло нечто невероятное даже для повелителя времени.       — Что-то случилось? — осторожно поинтересовалась Клара.       — Мне показалось, что я видел кое-кого, — пробормотал тот. — В первой щели.       — Среди обольстителей и сводников?       Едва возникшая у неё на губах усмешка тут же стёрлась, когда она заметила ту растерянность, с которой Доктор теперь смотрел по сторонам. Что заставило его так беспокоиться?       — Помнишь, я рассказывал тебе про парня, который украл президентскую дочь на Галлифрее? — неуверенно сказал Доктор.       — О том, который украл Луну? — спросила Клара в ответ.       На душе у неё немного полегчало. Если она правильно поняла, то Доктор ударился в философию. Кто бы мог подумать, что в аду его настигнут мысли о возмездии за собственные грехи. Уж не думает ли он, каково будет его наказание? Хотя повелители времени не умирают, как обычные люди.       — Дада, о том самом, — кивнул он. — У него… у него был помощник. Тот, кто помог ему бежать.       — И что?       Доктор устало провёл рукой по своему лицу. Не прикасаясь к нему, Клара готова была поклясться, что его всего трясло, как будто в той злосчастной щели он увидел кого-то очень близкого, того, кого совершенно не ожидал встретить в дантовском аду.       — Кажется, я видел его там, Клара, — он нервно сглотнул. — Вернее её. Моего старого друга и вечного врага. Хаос в юбке, устроивший нашу встречу. Признаться, ей здесь самое место, но всё же я не думал, что своими руками отправлю её сюда.       Не дождавшись последней фразы, Клара тоже обернулась в ту сторону, куда всё время смотрел Доктор, но не могла разглядеть в большой толпе грешников и летающих над ними бесов кого-то конкретного. Пока перед ней не мелькнул знакомый фиолетовый костюм, теперь заметно потрёпанный временем и бесовскими плетьми. Былая строгая причёска совсем растрепалась, а бледные черты лица делались острее от подчёркивающих их царапин.       — Не может быть, — ужаснулась Клара. — Мисси…